Жизнь так хрупка, словно стекло

Погода была пасмурной, из-за чего настроение Мисаки было плохим. Мало того, что она за ночь совсем не выспалась, так еще и постоянные звонки Усуи, предупреждавшего, чтобы она ни в коем случае не шла к Торе Игараши. Практически каждые пять минут звонил надоедливый сотовый телефон. Лишь к трем часам ночи, когда голова начала раскалываться, Аюдзава вырубила его и еле как уснула, совсем не думая о том, как завтра будет работать в школе с таким упавшим настроем. «Может, он прав… Не стоит идти», — размышляла Мисаки, сидя в своем кабинете и как всегда перебирая различного рода бумаги, которые лишь сильнее портили ее настроение. Сплошные заявления, докладные… Боже, когда все это закончится?  — Президент, вы сегодня какая-то уставшая, — неожиданно в кабинете послышался до жути знакомый голос, заставивший девушку повернуться в правую сторону. Ну конечно, кто бы это мог быть?  — Чего тебе надо? — спросила Мисаки уставшим голосом, взлохмачивая темные волосы.  — Просто пришел проведать тебя. Спросить, как поспала, — ответил Усуи, подойдя к столу, полному бумаг. Должно быть, этот парень вновь издевается. В последние дни Аюдзаву это начало слишком сильно бесить, из-за чего она резко поднялась со стула и рукой ударила по краю стола, заставив и без того надоевшие бумаги рассыпаться.  — Хватит уже! Надоел! Я же сказала, что не пойду к нему! — прокричала Мисаки, глядя на абсолютно спокойное лицо Такуми, которое даже не искривилось от удивления. Наверное, он ожидал такой бурной реакции от девушки. В неожиданный момент парень попытался обнять Президента, но та просто вырвалась из объятий и оттолкнула того немного в сторону. Было удивительно то, что сделала она это с особым трудом. Наверное, Усуи слишком перестарался. А когда осознал свою ошибку, покинул кабинет, вновь оставив Мисаки наедине со своими мыслями. «Снова сорвалась… Боже, что со мной?» — спросила саму себя Аюдзава, начиная уже поднимать бумаги с пола. Она явно сожалела о том, что постоянно кричала на Усуи. Странно, что он до сих пор не держит на нее злостную обиду. Ну, это ведь Усуи Такуми. Вполне вероятно от него такое ожидать. Впервые за целый день на устах Президента появилась едва заметная улыбка. Именно в этот самый момент сквозь темные тучи, которые нахлынули на город, пробрался маленький лучик солнца, который поднес всем ученикам школы Сэйка небывалое настроение. Быть может, это настроение поднесет еще кучу сюрпризов. Когда Мисаки возвращалась домой, то смотрела в небо, полное звезд, тем самым не заметив подглядывающий за сплошными деревьями силуэт, который, кажется, ее фотографировал. А когда девушка оторвала взгляд от неба, то на сей раз устремила взгляд на магазинчики. Вспомнив, что денег у нее в карманах нет, Мисаки прибавила шагу к дому. Спустя пару минут Аюдзава уже была дома. И, конечно же, обошлось не без вопросов. В основном, от матери.  — Мисаки, почему ты так поздно? Мы волновались, — взволнованно сказала Минако, готовя ужин и временами посматривая за младшей сестрой, которая сидела на диване и слишком уж увлеклась мангой.  — Прости, мам, в школе много работы было, но я со всем справилась! — ответила Мисаки, гордо улыбнувшись.  — Уж лучше бы взяла с собой того блондина. Может, он нам еще что-нибудь вкусного принесет, — сказала будто сама себе Судзуна, перелистывая мангу. К счастью, Аюдзава этого не услышала.  — Судзуна, это некрасиво. Мисаки, садись за стол, мы уже поели. — На этой фразе разговор был закончен. Семья пошла через некоторое время спать, а Аюдзава, съев только одно яблоко, пошла к себе в комнату. Угадайте, зачем? Конечно же готовиться к наступающим экзаменам. Но, как бы странно это не звучало, Президент уж никак не могла сосредоточиться на экзаменах, которые были не за горами. Казалось, учеба — это главное в ее жизни, но вновь в голову влез Тора Игараши, который позвонил ей еще на той неделе, предложив на сей раз поговорить насчет репутации школы Сэйка. Интересно, чего он добивается? Какие мысли у этого извращенца в голове? Более того, Мисаки хватило того, что произошло в прошлый раз. Отгоняя подобные мысли, что лезли в голову, девушка продолжила читать учебник биологии, временами записывая самое важное, что может пригодиться на экзамене. Признаться, учеба помогала не только развиваться, но и отгонять все посторонние мысли прочь. Если начать, то невозможно оторваться. Именно поэтому Аюдзава закончила с занятиями слишком поздно. Зато она была уверена, что сдаст на высший балл. Наконец уложившись спать, девушка только закрыла глаза, как зазвонил мобильник. С губ послышалось тихое мычание, которое потом сменилось рычанием. Не удержавшись, Мисаки резко схватила телефон и поднесла к уху:  — Идиот, ты надоел уже звонить мне! Сколько раз повторять одно и то же?! Дай поспать нормально! — гневно прокричала Аюдзава, намереваясь уже сбросить трубку, как неожиданно раздался голос:  — Президент Аюдзава? С вами все в порядке? Это президент школы Миябигаока. Такого поворота Мисаки не ожидала. Резко сомкнув дрожащие губы, девушка сначала произнесла что-то нечленораздельное, при этом посмотрев на настенные часы: почти три часа ночи. Почему Президент звонит так поздно? С какой целью?  — Простите. Я… я просто не ожидала вас услышать, президент Игараши.  — Оно и понятно. Странно, что вы не спите в столь поздний час, — слово «поздний» прозвучало как-то слишком резко, отчего Мисаки слегка вздрогнула, сжав в руке телефон.  — Я готовилась к экзаменам. Весьма уважительная причина. Интересно, почему не спите вы сами? — слегка успокоившись, Мисаки спросила данный вопрос с некой холодностью. Да, отношения у этих двоих остались такими же.  — Я жду вашего ответа, президент Аюдзава. Надеюсь, вы никому не разболтали мое предложение? Иначе выйдет как в прошлый раз. А если и выйдет, то за себя я не ручаюсь. Надеюсь, вы понимаете, о чем я. Если вы струсите… — на этом слове Тора сделал длительную паузу: на его устах всплыла дьявольская улыбка, которая обнажила его клык на верхней челюсти, — то я вправе просто разболтать всей школе, включая, конечно же, и вашу, что вы работаете горничной в кафе «Maid Latte». Поняв, к чему этот странный парень клонит, Аюдзава от злости стиснула зубы, при этом сильнее сжав в дрожащей руке мобильник. Она обязана согласиться, ибо плохая репутация школы ей, разумеется, не нужна. Она потеряет свой титул Президента, который для нее очень важен. Выход один, да и то очень опасный, ведь идет она одна. Не говоря уже о том, как проскользнет мимо Усуи, который постоянно контролирует ее везде и повсюду, не давая ни единого шага ступить в сторону школы Миябигаока. Ладно, разберется как-нибудь.  — Я согласна, — уверенность в голосе неожиданно пропала, пропустив заместо нее трусость.  — Отлично. Завтра, в шесть часов вечера, я жду вас у себя в кабинете. Надеюсь, все пройдет так, как было запланировано, президент Аюдзава, — на этом Игараши повесил трубку. Убрав мобильник в ящик тумбочки, Мисаки положила голову на мягкую подушку. Думали, она заснет? Нет, конечно. Вместо этого она предалась слезам, что скатывались у нее по щекам. Проблем слишком стало много именно после этого звонка. Именно от того, что она согласилась. Ведь раньше можно было все придумать, спросить мнения Усуи… Стоп, Усуи? Почему именно он? Ведь он против того, чтобы Мисаки шла к нему. Поняв, что другого выхода у нее не осталось, Аюдзава успокоилась лишь через несколько минут, когда увидела на тумбочке одну вещицу: цепочка, на которой висел стеклянный маленький дельфин. Взяв его в руки, Мисаки прижала к себе свой так называемый талисман, и лишь потом только уснула.