6205 дней спустя

Wanna fall into your super love / Я хочу ощутить сверх-любовь на двоих, Yeah my heart never wants it to stop, please save me / Да, моё сердце жаждет, чтобы это длилось вечно, спасите меня, Cause I never seem to get enough / Ведь мне, кажется, никогда не насытиться! Youʼre the bullet and youʼre making me drop, please save me / Ты — пуля, и ты сбиваешь меня с ног, прошу, спасите меня! So give me all of your super love / Так подари же мне всю свою сверх-любовь, Cause my body is so close to you, Iʼm waiting / Ведь наши тела близки, я жду, Dive here, and your arms falling there with you / Окунись с головой, и твои руки опустятся туда вместе с тобой. SuperLove (оригинал Charli XCX) (http://ahe.diary.ru/p204768751.htm)

Октябрь 2017 Тони с трудом удается договориться пообедать с Шерлоком в изысканном маленьком ресторанчике, расположенном в стороне от проезжих дорог и поэтому считавшимся эксклюзивным, но остаться наедине не получается, поскольку к их компании присоединяет Грег. — Ну и как же дела у нашего Эдвина? — спрашивает он, как только получает меню. Шерлок же внимательно изучает закуски, старательно делая вид, что ничего не слышит. Тони делает второй заход: — Как тебе твой эксперимент? Ты ведь, наверное, ничего подобного не совершал со времен учебы в университете. Или я не прав, и задача оказалась слишком сложной, даже для такого талантища, как ты? Наконец, Шерлок закрывает меню. — Совсем наоборот. — Он искренне улыбается собеседникам. — И у меня хватит мужества признать, что вы оба оказались правы. Я действительно могу научить их играть и даже уже заприметил тех, в ком особенно ярко выражены способности к актерской игре. — Я никогда не сомневался в тебе, любимый. — Тони дотрагивается до руки Шерлока. — Но что ты собираешься делать? В последнее время ты совсем ничего не сообщаешь мне о своих планах, да и Грегу, как продюсеру, хотелось бы узнать подробнее о твоей задумке. — Не люблю раньше времени говорить о постановке, сейчас единственное, что меня беспокоит, — это исполнитель главной роли. Уотсон совершенно не готов идти на уступки. — Где ты будешь искать другого Эдвина? — ликующе спрашивает Тони, пока Лестрейд с задумчивым видом крутит обручальное кольцо. — И когда ты собираешься преподнести эту новость ему? — Ты не понял, Тони, — чуть более холодно отвечает Шерлок. — Я вовсе не имею в виду его уход из постановки, напротив, я хочу наладить с ним отношения. Он настоящая находка. Невозможно было бы найти более подходящего исполнителя на эту роль. — Все актеры, без исключения, хорошо соответствуют образам, — старается закрыть эту тему разговора Грег. — Я уже определился с заказом. — Безусловно, мы сделали правильный выбор. — Шерлок кивает, игнорируя вторую часть фразы, но у обоих его собеседников складывается впечатление, что в эту минуту он продолжает думать о чём-то своем. — Я все еще не понимаю, чего особенного в этом коротышке? — Тони пытается вывернуть разговор в нужное ему русло. — Может, кто-нибудь из вас объяснит мне. Я давно сгораю от любопытства, так как, кроме его несносного характера и нескончаемого желания острить, ничего не вижу. Грег сглатывает, в то время как Шерлок задумчиво трет подбородок. — Только не говорите, что я единственный, кто не считает Джона Уотсона совершенством? — Тони тянется к бокалу с водой. — Или вам просто нечего сказать… — Эм-м… — начинает Грег, переводя взгляд с Шерлока на Тони, — Джон очень неплох, пожалуй… — В нём нет изъянов, — бесстрастно отвечает Шерлок, отложив меню в сторону. — Мне всегда нравился его темперамент, лицо, но особенно глаза. В них столько глубины, пожалуй, именно они делают его совершенством. — Даже так… — Тони заторможенно кивает, а после делает глоток воды, понимая, что аппетит и желание вести беседу пропали. — Многие из актеров жалуются на долгие репетиции. — Грег вновь берет на себя роль парламентёра. — Может, все же стоит отпускать их раньше полуночи? Знаешь, с такими темпами к премьере не будет ни одного одинокого актера, они все разобьются на парочки. — Я такого не потерплю. Мне не раз доводилось быть свидетелем того, как романы вне сцены между актерами приносили уйму проблем на работе. Это мешало им сконцентрироваться, не говоря про попытки некоторых актрис выцарапать глаза своим нерадивым любовникам, — сухо отвечает Холмс. — Но, Шерлок, жизнь не сводится к одной только работе, — возражает Грег. — Нет, только не в моей постановке, — резко отвечает он. — Если мы действительно хотим достичь успеха, то придется приложить все усилия к тому, чтобы не возникало подобных романов. Это самая большая ошибка, какую только начинающий актер может совершить. Это отберёт у него энергию. Либо он будет несчастным, либо неудачником. — Шерлок хмурится. — Конечно, это не касается моделей и актрис, снимающихся в рекламе. Хотя почему их так любит публика — для меня загадка. Но если ты действительно хочешь добиться успеха, то лучше вообще не пускать в свою жизнь любовь. — Он делает паузу. — Влюбленных постоянно мучает вопрос: «Что будет с нами дальше?» Вдобавок ко всему появляется стойкое ощущение, будто они на бешеной скорости несутся по шоссе, упрямо нажимая на акселератор, машина мчится все быстрее и быстрее, пока не появляется предчувствие, что все кончится очень плохо. Однако остановить эту сумасшедшую гонку будет уже невозможно, даже если в конце их будет ожидать самый жуткий финиш. Поверьте мне и моему опыту, это мешает сконцентрироваться, — повторяет он раздраженно. — Я, конечно, не имел в виду присутствующих, — добавляет он, заметив напряженный взгляд Тони. — Возможно, это даже неплохо — отказаться от служебных романов, — подает голос Грег. — Они действительно отдадут больше сил постановке, а не выяснениям отношений. — Именно, — Шерлок улыбается, — мы окажем им услугу, если заранее остановим подобное.

***

Сентябрь незаметно подходит к концу, и Джон теперь четко определяется в своих отношениях с актерами: одних он не воспринимает всерьёз, других считает забавными, кого-то — даже комичными, а некоторые ему по-настоящему нравятся. Тони Уилсон не вписывается ни в одну из категорий. Джон сам не может до конца понять, чем именно раздражает его парень. Вначале он пробовал держаться с ним прохладно, но, по крайней мере, вежливо. Но жених Холмса всегда умудряется найти какой-нибудь предлог для того, чтобы поддеть его. В последний раз дошло до того, что на очередное замечание относительно его низкого роста и непропорциональности фигуры Джон рассмеялся прямо ему в лицо, а после нахамил в ответ. Но, похоже, чем грубее он ведет себя, тем больше тот пристает к нему. Просто замкнутый круг. — Мне так нравится, как ты играешь, — говорит Тони, пока они наблюдают сцену в саду во время очередной затянувшейся репетиции. — У тебя свой особый стиль. Сразу видно дилетанта. Джон в ответ любезно улыбается, сделав вид, что не видит в этом издевки, принимая сказанное за комплимент. И его уловка быстро вознаграждается, так как глаза Тони аж щурятся от досады. Но как он преображается, когда Шерлок направляется из другого конца комнаты прямо в их сторону! Похоже, Тони инстинктивно чувствует, когда следует включаться в роль добродушного парня. За каких-то пятнадцать секунд взгляд его полностью меняется, становясь томным, он грациозно поворачивает голову в сторону Шерлока, демонстрируя безупречную линию шеи и подбородка, сделав это как раз в тот момент, когда взгляд Холмса направлен на них. Джон мысленно дает ему все кубки и награды киноакадемии. Ведь это действительно кажется ему потрясающим, потому как движения Тони точно рассчитаны, как в балете, вот только выходит одна-единственная неувязка. Шерлок смотрит сквозь Тони прямо на Джона, и в его взгляде читается хорошо знакомое отчуждение. — Ты что, опять не там поставил стул? — без намека на ссору произносит Тони, оглядываясь. — Боже, и как мне теперь жить после этого? — наигранно и слишком фальшиво вопрошает сам у себя Джон, в то время как взгляд Тони уже сверлит затылок Шерлока, остановившегося рядом с Майклом. — Почему ты не можешь оставлять его рядом со специальными метками на полу в глубине сцены справа, а не на авансцене слева? Неужели я один из немногих, которых по-настоящему волнуют такие вещи?! — И откуда у тебя взялась эта излишняя наблюдательность? — слишком расслабленно отвечает Джон. — Тебе же абсолютно все равно, — продолжает Тони таким тоном, будто делает замечание ребенку. — Здесь ты прав, — Джон садится на стул, — мне абсолютно все равно, куда его ставить. Это же чертов стул! Тони фыркает и уходит в другую часть сцены, где наверняка будет бесперебойно доказывать своим друзьям то, что Джон Уотсон нахамил ему. Конечно, Джон понимает, что этот парень совершенно неискренен, а единственная цель его жизни — заполучить Шерлока Холмса, урвав при этом свой кусок славы. Это даже забавно, однако прежде он никогда не задумывался о том, что такой типаж мог существовать среди мужчин. Он знает немало женщин, охотившихся на мужчин, которые заставляли «жертву» думать, что он ведет в их отношениях, но чтобы кто-нибудь из них мог похвастаться чем-то серьезнее роли любовницы — никогда. Хотя наблюдая сейчас за этой парочкой со стороны, Джон все больше и больше сомневается в том, что чары Тони хоть когда-то работали. Шерлок практически не замечает его, если он не рядом, и самое удивительное — редко дослушивает до конца. Джон хорошо знает выражение лица Холмса, и ему ничего не стоит понять, на каком месте тот «выключает» весь отвлекающий шум и концентрируется на чём-то другом. — Снова получил нагоняй от нашего маленького цербера? — Брайан подкрадывается к нему со спины и кладет руки на плечи. — Не удивлюсь, если он, так же, как и ты, хочет таскать по сцене стул… — Или хочет обратно эту роль, — вставляет Джон. — Не забывай, кто с самого начала был в фаворитах. — Видимо, ты. — Брайан мягко улыбается. — Да, раз именно мне приходится много работать с Холмсом, хотя он мало значит для меня, но зависть Тони придает некую пикантность нашим репетициям, ты не находишь? — Он слишком пристально наблюдает за вами, но дело не только в вашей с Холмсом надуманной антипатии. — Брайан встает к нему лицом. — Тони — совершенно посредственный актер. Каждое его движение, каким бы незначительным оно ни было, точно выверено. В нём много фальши: взмах ресниц, внезапный блеск глаз, нервное подрагивание красивого рта. Я ничуть не удивлен, что его сняли с роли в последний момент, хотя это не идет ни в какое сравнение с Отисом Грином, который играет дядю Эдвина! Наверное, у Шерлока было помрачение рассудка, когда он дал эту роль столь бездарному существу! — Согласен. От бревна можно добиться большего проникновения в роль, чем от него. — Джон наблюдает за тем, как Шерлок пытается заставить Отиса по-человечески нахмуриться, не говоря про то, чтобы тот четко и с выражением произнес свой текст. Но весь парадокс происходящего заключается в том, что, чем больше замечаний делает Шерлок, тем более зажатым становится Отис. Джон вообще впервые видит, чтобы режиссеру приходилось определять и показывать даже самые незначительные передвижения по сцене, но Отис является одним большим исключением из правил. Через полчаса, во время репетиции совместной сцены, Отис вновь застывает на месте, уставившись неподвижным взглядом в публику, состоявшую из Шерлока и еще нескольких актеров, готовящихся к выходу в этом же эпизоде. Отис с трудом разжимает челюсть и начинает практически шепотом произносить длинный монолог, обращенный к Джону, при этом ни разу даже не взглянув в его сторону. Во время этой речи Джон сначала в немом недоумении смотрит на Отиса, затем переводит взгляд на Шерлока, чуть слышно спрашивая: — Он точно говорит сейчас со мной, а не со своими воображаемыми друзьями? Это замечание вызывает смешок у Грега и Мэри, которые сидят в первом ряду, пытаясь совместными усилиями сделать первый набросок для статьи. — Хватит! — прерывает Шерлок успевшего уже вспотеть и побледнеть Отиса. — Я совершенно не понимаю, что происходит в твоей крошечной голове и как ты дожил до этого дня?! Тот застывает подобно каменному изваянию. Через минуту Отис находит в себе силы произнести бессвязное: «Хм-м… эм-м». — Я ведь уже говорил и показывал, что ты делаешь шаг вправо, Отис. — В голосе режиссера отчётливо слышится с трудом сдерживаемая ярость. — Вы гуляете в парке, где твой племянник впервые упоминает о том, что хотел бы избежать женитьбы на Розе Буттон, а ты сам питаешь к девушке нежные чувства и пытаешься защитить её. Бедный Отис, дрожа, делает шаг влево, полностью загородив собой Джона. — Мне придется еще учить тебя отличать право от лева? — ехидно уточняет Холмс, после чего Отис резко отскакивает вправо, чуть не споткнувшись о горшок с цветами, что является на сцене своего рода клумбой. В конце концов, после того как Шерлок зачитывает Оттису все ремарки из книги, в которых говорилось, где, как и когда тот должен двигаться в этой сцене (все бесполезно), он, смирившись, просит его стоять неподвижно, ведь ни на что другое Джон Джаспер в его исполнении все равно не способен. После очередного десятиминутного перерыва Отис возвращается на сцену вместе с Джоном, но Шерлок ловко поднимается к ним и грубо отодвигает Отиса в сторону, занимая его место. Перевоплощение в Джона Джаспера происходит мгновенно. Шерлок расправляет грудь, немного изменяя выражение лица, и вот уже весь его вид демонстрирует полное презрение к рядом стоящему племяннику. Он медленно обводит комнату взглядом так, что каждое движение его тела источает пренебрежение и скуку от нахождения здесь, а после с легким акцентом, говорящим о его принадлежности к высшему классу, он произносит: — Эта юная леди слишком хороша для тебя, мальчишка. — Шерлок пристально смотрит на Джона, который продолжает стоять на том же месте. — Прелестнейшая девушка в мире — твоя, волей завещания! Ты должен еженощно благодарить Господа и своего отца за это. — Тебе легко такое говорить, — с досадой и раздражением произносит Джон, сминая в руках бутон розы. — Твоя жизнь не была расписана за тебя. — Желваки на лице Джона заиграли, а во взгляде — настоящее презрение. — Работа. Брак. Все размеренно, расчерчено и отмечено, как какая-то дьявольская карта! Пойми! У тебя есть выбор! — Отлично, Джон, — ободряюще говорит Шерлок, заканчивая сцену. — Хорошее начало. — А я и не играл, — спокойно отвечает он, отворачиваясь. — А нужно было играть. Я никогда не даю бесплатные спектакли, а теперь вы, мистер Грин, постарайтесь повторить хотя бы это. Отис кивает, но выглядит при этом так, будто только что его приговорили к смертной казни. И играет он не лучше прежнего, но теперь Шерлок, казалось, совсем не замечает его промахов. В одиннадцать вечера Грег громко объявляет о том, что на сегодня всё, а после садится за стол рядом с Шерлоком, начиная увлеченно о чём-то с ним спорить. Следующим утром становится известно, что Шерлок сам будет исполнять роль Джона Джаспера…