Нить жизни

♪ Makoto Yoshimori - Kyuujitsu no Shifuku ♪ ♪ Makoto Yoshimori - Waraeru hodo hikyō na yatsu ♪ ♪ Makoto Yoshimori - Akogare no hi nichijō ♪ ♪ Makoto Yoshimori - Mata Hajimaru Nichijou e ♪ ♪ Makoto Yoshimori - Oisugaru Kako wo Mitsumete ♪ Двумя неделями ранее. В небольшой квартирке, осветлённой утренними солнечными лучами, стоит тишина. Только едва слышный стук пальцев по клавиатуре нарушает её. За стеклянными дверьми кабинета сидит парень в докторском халате, вбивая данные с бумаг в компьютер. Поглощённый своей работой, он не сразу обращает внимание на вибрирующий телефон. Лишь, когда входящий вызов повторяется в третий раз, он слышит его и кидает быстрый взгляд на экран. Увидев имя звонящего, он вздрагивает и сразу же берёт в руки телефон, нажимая кнопку ответа. — Изая! — неловко восклицает Шинра. — Снова Шизуо покалечил? — Он сам виноват, — слышится баритон в ответ. — А, Шизуо... — Кишитани чуть расслабляется и тут же выпрямляется на стуле. — Почему ты звонишь с телефона Изаи? — Он без сознания. Набрал твой номер и отрубился. — Если всё очень плохо — вези в больницу. — Он сказал, что не хочет туда. — Ладно, вези ко мне, — нехотя соглашается Шинра, прокручиваясь на стуле и поднимаясь. Слышатся гудки, и Шинра откладывает телефон на стол, устало опуская голову. Вечные игры Изаи и Шизуо уже порядком поднадоели ему. День через день, а то и несколько раз за сутки, кто-то из них приходит покалеченным. Конечно же, он всегда окажет всю помощь, которую сможет. Ведь как бы то ни было, Шизуо его друг, а Изая опасен, если недоволен, хотя тоже является кем-то вроде друга. Однако Шинра хочет иметь хоть каплю своей жизни, кроме как постоянно залечивать этих двоих. Пусть их стычки и кажутся серьёзными, но на самом деле это похоже на то, что они просто привыкли к такому раскладу. Один постоянно нарывается, чтобы повеселиться, а другой подыгрывает, оправдываясь срывом гнева из-за неудачного дня. Поток мыслей Шинры прерывается звонком в дверь. — За что ты его так? — удивляется Шинра. — Это не я, — недовольно отвечает Шизуо, держащий бессознательное тело Изаи. — А? Тогда кто? — ещё больше удивляется Шинра. — Мне-то откуда знать? — раздражается Хейваджима. — Впустишь или я так и буду стоять с блохой на руках? — А, точно, — Шинра отступает вбок, открывая дверь шире. — Клади его на диван, сейчас осмотрю. — Я пошёл, — уложив Изаю на диван, говорит Шизуо. — Может, останешься? Поможешь мне... — просит Шинра, слегка опасаясь реакции. — Я не обязан, — Хейваджима отворачивается, давая понять, что твёрдо намерен уйти. — Хотя бы подожди, пока он очнётся. Вдруг «спасибо» скажет. — Не надо мне его «спасибо», — шипит вышибала, оборачиваясь через плечо. — Ладно, но хороший спасатель должен убедиться, что спасённый будет жить. — Я не спасатель. — Но ты спас его. — Просто оказался рядом, — Хейваджима бросает взгляд на едва дышащего Изаю и прикрывает глаза. — Ладно. — Отлично. Возьми из тумбочки аптечку. Крайняя слева внизу. Обработка ран занимает не очень много времени. По части хирургии Шинра вполне неплох, поэтому достаёт пули без особого труда и довольно быстро зашивает раны. Работа проходит в полной тишине. В такие моменты Кишитани не очень любит разговаривать, предпочитая концентрироваться на работе. Особенно, если перед ним всемогущий информатор. После всего он временно подключает небольшой планшет с проводами и поднимается на ноги, удовлетворённо кивая самому себе. — Подождём, пока очнётся, — тихо говорит Шинра, направляясь в кабинет. — Тогда смогу лучше состояние оценить. Идём. В кабинете Шинра чувствует себя более расслабленно. Он долго молчит, внося в ноутбук оставшиеся данные с тетради, и создаёт новый раздел: «Орихара Изая». Туда он вписывает все известные на данный момент данные о его состоянии. Потом оборачивается, через стекло глядя на диван, что-то вспоминает и поворачивается обратно, дописывая: «Сотрясение мозга. Последствий пока нет». Шизуо всё это время тоже молчит, о чём-то напряжённо думая. Закончив работу, доктор поворачивается к нему и заводит разговор, чтобы развеять обстановку. Они долго говорят о всяких мелочах вроде работы Шизуо или жизни Шинры с Селти, а потом начинают спорить о видах сладостей до тех пор, пока не слышат грохот в гостиной. Шинра поднимается и практически подбегает к упавшему Изае, краем глаза следя за Шизуо. Тот стоит у спинки дивана с отстранённым видом, но Шинра знаком с ним слишком долго. Он видит в глазах Хейваджимы что-то, отдалённо напоминающее волнение. — Да ладно тебе, я ж не умру, ну, — усмехается Изая и, несмотря на все предупреждения Шинры, пытается подняться, а затем теряет сознание и падает на пол. — Вот идиот. У него же сотрясение. Теперь могут быть осложнения, — Шинра пытается поднять Орихару, но Шизуо сам подхватывает информатора на руки и возвращает на диван. Кишитани немного удивляется этому, но ничего не говорит. Когда он спрашивает Шизуо о причинах, по которым он всё же привёз к нему Изаю, и слышит в ответ: «Наверное, я буду чувствовать себя лучше, если убью его в достойной схватке», он ещё раз убеждается, что Хейваджима отнюдь не такой, каким может показаться. Да, он разносит в клочья Икебукуро, но лишь потому, что борется с человеком, чьи поступки считает аморальными. То же касается и должников. Ни один из них не получал дорожным знаком по голове просто так. В оправдывающей неимение денег истории каждого было что-то, что казалось Хейваджиме безнравственным или просто неправильным. Шинра понял это давно. Шизуо не монстр, каковым его считают люди. Он человек. Причём, человек высоких моральных принципов. Он человечней кого бы то ни было из живущих в Икебукуро. После перевозки и подключения аппаратуры Шинра снова погружается в работу, но теперь уже это поиск информации по поручению Шизуо. Вместе с Селти он долго копается в книгах и интернете, спрашивает каждого, кто хоть немного знает, и вспоминает всё, что сам когда-то слышал. Когда чуть-на-чуть у них получается полная картинка происходящего, он звонит Шизуо, чтобы сообщить об этом. Привычная ворчливость в ответ на объяснения не удивляет. Шинра знаком с ним достаточно долго, чтобы услышать нотки облегчения в его голосе. И даже так он понимает, что есть что-то ещё, что даже сам Хейваджима, возможно, пока не осознал. Кишитани решает не расспрашивать и вообще не вмешиваться. Он помогает, чем может, и этого должно быть достаточно. Ситуация становится всё более странной, когда состояние тела Изаи ухудшается. Шинра звонит Шизуо сразу, как только узнаёт об этом сам, и удивляется тому, как быстро приехал Шизуо. Кишитани возится с уколами, постоянно проверяя показания на мониторах. Боковым зрением он замечает, как Хейваджима переминается с ноги на ногу на пороге комнаты, и ему хочется усмехнуться от такого детского смущения и волнения. Закончив, он пересаживается за столик кухни, наблюдая, как Шизуо садится напротив дивана и взволнованно смотрит на едва живое тело. Шинра придвигает к себе тетрадь и начинает чертить всякий бред, делая вид, что записывает данные. Шизуо ведь откажется, если он захочет обсудить ситуацию, а тем более Изаю, поэтому и придётся сделать это под видом работы. — Он будет в порядке, я думаю, — слабое утешение, но всё же. — Он сейчас здесь? На каждый последующий вопрос Шизуо коротко отвечает «Да» или «Нет». Из этого разговор не слишком построишь. — Спроси у него о его самочувствии, — Кишитани надеется, что в этот раз Шизуо хоть немного оживится. — Меня интересует, насколько сейчас его тело близко с душой. — Он и так слышит. Эй, блоха, к тебе обращаются. Шизуо отворачивается влево. Видимо, там и находится Изая. Шинра шокировано смотрит на Хейваджиму, не узнавая его. Шизуо ещё никогда ни на кого не смотрел так. Это точно не ненависть, это — взгляд, полный нежности. Хейваджима молчит какое-то время, видимо, слушая ответ Изаи, а потом заговаривает снова. — Ему хреново. — Он так и сказал? — удивляется Шинра. Хейваджима вновь замолкает, прислушиваясь и еле сдерживается, чтобы не улыбнуться. Это удивляет Кишитани ещё больше. Он не раз видел Шизуо улыбающимся с кем-то, но ещё не было того дня, чтобы Изая заставил его улыбнуться. Только если это не кровожадный оскал. — Нет. Сказал, что чувствует себя слабее. Это всё? Но каким бы ни было его настроение, нормально поговорить об Изае всё же не выйдет. — Да, — Шинра немного расстраивается неудавшемуся разговору и решает уйти в кабинет. Говорить Шизуо не особо хочет, а просто понаблюдать можно и из кабинета. Следующие три дня проходят более-менее спокойно. Вызовов почти нет, поэтому вся работа заключается в основном в присмотре за Изаей. Шизуо не звонит и не появляется, что немного волнует Шинру. В какой-то момент он начинает думать, что эти двое уже поубивали друг друга, либо нашли способ привести всё в норму и работают над этим. Но, как оказалось, ни то ни то не было верным. Хотелось позвонить самому и просто спросить, как продвигаются дела, но Шизуо это не очень-то заинтересует. Лишь, когда Изая начинает поправляться, Шинра звонит Хейваджиме, считая это достойным поводом, чтобы поговорить. Озадаченность Шизуо по поводу пропажи духа Изаи ставит доктора в ступор. Когда меньше, чем через двадцать минут, вышибала показывается на пороге его квартиры, Кишитани просто впускает его и уходит в кабинет, дабы не мешаться. Через несколько минут Шинра вскакивает с кресла, увидев, что Шизуо взял Изаю за руку, а затем и уснул. Неизвестно, что сподвигло его, но со стороны это выглядит как минимум подозрительно. Именно в этот момент он впервые начал задумываться о том, что ситуация уходит в другую степь. Возможно, Изая это замечает, но ничего не делает, а вот Шизуо этого не понимает и неизвестно, когда поймёт. — Видел бы он себя со стороны, — улыбаясь уголками губ, шепчет Кишитани. — Так изменился всего за несколько дней. Но Хейваджима не был бы Хейваджимой, если бы не его непредсказуемость. Он просыпается в хорошем настроении, но уже через минуту бурчит, а потом ругается с информатором. Шинра решается выйти из кабинета только в конце ссоры, чтобы не попасться случайно под горячую руку. В ответ на вопросы о том, что происходит, внятного ответа он не получает и решает оставить его в покое. Потом лежащий на диване Изая начинает подавать признаки улучшения и даже что-то говорит, и Кишитани подбегает к нему оценить состояние. В этот момент Шизуо, по видимому, говорит с духом Изаи и раздосадовано выдыхает, когда тот пропадает. Затем снова слышится хриплый шёпот Орихары и Хейваджима переводит взволнованный взгляд на него. Шинра быстро проверяет его самочувствие и успокаивает Шизуо, сказав, что он поправится. Хейваджима в ответ утверждает, что ему всё равно, но перед уходом просит сообщить, если что-то изменится. Через несколько дней Изая приходит в себя, и просьба Шизуо помогает Шинре не слишком беспокоиться перед тем, как звонить, чтобы сообщить об этом. В этот раз он натыкается на отстранённый голос, показывающий незаинтересованность в этом. На всякий случай он всё равно предлагает ему приехать и кладёт трубку. Он почти уверен, что Хейваджима всё же приедет, но не сразу. Через несколько минут после того, как он закончил разговор, телефон снова вибрирует. Отвечая на звонок, он уже заранее знает, что должен будет выехать на вызов. Так и случается. Очередного якудза подстрелили, и нужен врач, не треплющий языком. Он быстро собирается, стараясь не мешать спящему, как он думал, Изае и выходит из квартиры, натыкаясь у дверей на Шизуо. «Что бы ни говорил, а тебе явно не всё равно» — думает Шинра, выбегая на площадку. В голову вдруг приходит идея оставить этих двоих наедине, чтобы разобрались, наконец, что между ними происходит. Поэтому он просит Шизуо присмотреть за Изаей, а сам быстренько уходит. Когда он возвращается поздно ночью, Шизуо уже нет, а Изая крепко спит и вроде как цел. Удовлетворённо выдохнув, он идёт спать, надеясь, что они-таки решили свои проблемы. Рано утром его будит вибрация телефона под подушкой и Шинра лениво поднимает трубку, сонно пробормотав что-то похожее на «Алло». — Ой, ты спал? — бодрый и немного виноватый голос Шизуо заставляет Кишитани вздрогнуть и сесть на кровати. — Да, но это не проблема. Я уже встаю, — сделав голос бодрее, отмахивается Шинра и меняет интонацию на волнение. — Что-то случилось? — Не то, чтобы... — Хейваджима молчит несколько секунду, решая, как сказать то, зачем звонит. — В общем, я уезжаю и... — Стоп, что? Серьёзно? — перебивает Шинра, шокированный таким заявлением. — Да, Каска согласился забронировать мне билет на самолёт. Поеду к нему в Лос-Анджелес, — монотонно говорит Шизуо, чем-то шурша на фоне. — Так ты не шутишь... — Я звоню не совсем поэтому. Нам нужно будет встретиться. Я отдам тебе два ключа. Один от квартиры, а второй — от кладовой. — А что в кладовой? — любопытствует Кишитани, не особо надеясь на внятный ответ. — Мои костюмы бармена. Они все изрезаны, но я почему-то не смог их выкинуть... — задумчиво протягивает Шизуо. — Ещё там были деньги и самые нужные вещи на случай отъезда, но я уже всё забрал, кроме костюмов. «Хранит костюмы, как память?» — проносится в голове доктора. Вспоминая об Изае, он начинает волноваться за него. — Почему ты вдруг решил уехать? — Достало. Я всё время мечтал о спокойной жизни, но в Икебукуро это невозможно. — Имеешь в виду Изаю? — Шинра говорит чуть тише, вспомнив, что совсем недалеко спит информатор. — И его тоже. — И что с ним будет? — Мне всё равно, — равнодушно отнекивается Шизуо. — Лжёшь, — опровергает Шинра. — Ты хоть подумал, что с ним будет, если ты уедешь? — Шинра чувствует, что начинает злиться. — Будет жить, как и раньше. Ничего не изменилось, — Хейваджима тоже раздражается, но всё ещё держит себя в руках. — В том-то и дело, что изменилось, — стараясь не кричать, злится Шинра. Не хватало ещё разбудить Орихару. — О чём ты? — Ты ещё не заметил? В один прекрасный день, ты спас Изаю, и это видели с десяток человек. Новость быстро разлетелась по Икебукуро. Потом ты стал реже появляться, а Изая и вовсе исчез. Пустили слухи о том, что вы как-то связаны или, что ещё хуже — любовники. Именно поэтому Орихару пока не трогают. Но, если ты уедешь, то на него навалится куча проблем и последствия могут быть плачевными. Подумай, что ты с ним сделаешь своим отъездом, Шизуо. — Я же сказал, мне плевать! — гневно выкрикивает Хейваджима. — Срать я хотел, что с ним будет, ясно? Шинра опускает голову, замолкая. На это ему нечего сказать, потому что он не знает, что случилось. Ясно только то, что между ними что-то произошло, из-за чего Шизуо так резко захотел уехать. — Я всегда ненавидел его и ненавижу до сих пор. А ты не встревай. Я позвонил, чтобы попросить о помощи. — Хорошо... — подавленно соглашается Шинра, уже чувствуя вину перед Изаей. Орихара не идеален, да, но он не заслуживает такого. — Я потом позвоню, чтобы встретиться. И ещё... — М? — Не рассказывай ему и постарайся, чтобы он до вторника остался у тебя. — Ладно, — Шинра заканчивает разговор и опускает голову на руки. Наши дни. Услышав долгий звонок в дверь, Шинра отвлекается от напряжённого размышления над возникшей ситуацией. Он обещал себе не лезть в это дело и дать им разобраться самим, но это даётся крайне тяжело. Со дня исчезновения Изаи из его квартиры, он не может думать ни о чём, кроме того, что происходит. Только сейчас, направляясь к двери, он может откинуть эти мысли и заинтересованно обдумывать, кто мог заявиться к нему глубокой ночью. Ещё и в понедельник. — Селти, что-то ты поздновато, — улыбается Шинра, отпирая входную дверь и сразу же замирает в ступоре, а улыбка медленно сползает. — Привет, Шинра, — дерзкий тон голоса, растягивающая губы ухмылка — ему не мерещится. Перед ним Изая. — А, привет-привет, — немного нервно выдаёт Шинра и невольно отступает назад. — Чем обязан? — Решил зайти, чтобы тебя успокоить, — Изая входит в квартиру и разворачивается лицом к Шинре. — Ты ведь волновался, не случилось ли со мной чего. Так что вот он я — живой и здоровый, — весело сообщает Орихара. — Ну, почти здоровый, — исправляется он чуть позже. — Ты пришёл в понедельник ночью, чтобы сказать мне это? — с подозрением уточняет Шинра. — Во вторник, если быть точным. Половина третьего уже, — говорит Орихара, глянув в телефон, затем возвращает взгляд на Шинру. — И нет, я пришёл не только за этим, — Изая идёт в гостиную, разваливаясь там на диване. — Я кое-как перебинтовывался сам эти дни, но сегодня днём у меня важная встреча и мне нужно, чтобы ты сменил повязки. Не могу пойти едва ли забинтованным. — Хорошо, — кивает Кишитани. Затем достаёт аптечку и идёт к дивану. — Что за встреча? — М, — задумчиво тянет Изая, ухмыляясь. — Я мог бы не сказать, но у меня хорошее настроение, так что скажу, — Орихара расслабляется и с умным видом начинает говорить, — Банда Цунахадзу. Из-за них я пострадал и хочу отомстить. Плюс ко всему, я убил их босса, так что и у них со мной счёты. Я уже пустил в ход свои связи, которые серьёзно подпортят им жизнь за эту ночь, а днём я с ними встречусь и уничтожу их окончательно. Не силой, конечно же. Это удел Шизу-тяна, — на последней фразе его глаза начинают светиться. Шинра нервно сглатывает, понимая, что у них, похоже, всё только наладилось. Полностью уверенным быть нельзя в том, что между ними происходит, но главное, что всё разрешилось. Однако Изая не знает об отъезде Шизуо, и этот факт заставляет искренне сочувствовать его положению. — Что такое? — посерьёзнел Изая, заметив во взгляде Шинры жалость. — Почему ты так смотришь на меня? — А, ну, твои раны заставляют волноваться за тебя, — на ходу придумывает Шинра, глупо улыбаясь.— Они уже достаточно зажили, чтобы не навредить, но, как доктор, я волнуюсь. — Не нужно, — Изая быстро оказывается за спиной Шинры, выуживая из кармана ножик и приставляя его к шее доктора. — Видишь? Я в отличной форме. Но тебя ведь не это заботит. — Что? — Кишитани испуганно дёрнулся. — Не думай, что я забыл тот взгляд, которым ты смотрел на меня в пятницу, — абсолютно серьёзно заговорил Изая. — Я сразу понял, что ты что-то скрываешь. У меня была парочка более важных дел, поэтому не спросил сразу. Теперь у меня есть пара часов, так что выкладывай. — Не понимаю о чём... — начинает оправдываться Шинра, но в этот момент лезвие ножа касается кожи, и он поднимает руки в защитном жесте. — Хорошо-хорошо, понял. Я расскажу. — Слушаю, — Изая убирает ножик, присаживаясь на один из кухонных стульев и ухмыляясь. Шинра становится с другой стороны, опираясь на тумбы локтями. — В ту пятницу рано утром мне позвонил Шизуо. — Шизу-тян? Зачем? — Чтобы предупредить, что он уезжает, — тихо отвечает Шинра, виновато отводя взгляд. — Я не рассказывал, потому что он попросил. — Надолго? И куда? — Он не в отпуск едет. Он собирается насовсем улететь в Лос-Анджелес к брату. — Что?! — Орихара резко поднимается, отчего стул, на котором он сидел, падает. — Не смешная шутка, Шинра. — Я не шучу. — Вот чёрт! — Изая бежит к двери, быстро обуваясь. — Ты куда собрался? — удивлённо кричит ему вслед Шинра. — Я его остановлю! — отзывается Изая. — Но на улице ночь! К тому же, у него самолёт через пару часов! — пытается вразумить Кишитани, но Орихара заканчивает обуваться и хватается за ручку двери. — Возьму такси или ещё что! Я придумаю, что делать, а ты узнай аэропорт, рейс и время. Все детали мне в смс и быстро! — кричит ему с коридора Изая, после чего за ним хлопает дверь. Шинра хватается руками за голову, пытаясь как можно быстрее что-то придумать. Жалеть о том, что не сдержал обещание, которое дал Шизуо, он будет потом, а сейчас он должен хоть как-то помочь. Дело не в том, что он жаждет помогать этой парочке. Дело в том, что он впутался в это ещё тогда, когда в ту субботу, две недели назад, впустил в свою квартиру Шизуо с раненым Изаей на руках. Он должен был уже тогда понять, во что вмешивается, но именно в то время инстинкт самосохранения отказал, и он позволил себе увязнуть в этом. Кишитани отгоняет ненужные мысли, вспоминая слова Изаи, и хватается за телефон в поисках информации, которую он попросил. Он может бесконечно корить себя за то, что не послушал голос разума, но не сейчас. Сейчас он должен сохранить чистую голову и сделать всё, что сможет, чтобы эта история не закончилась плохо.