Нить жизни

♪ Makoto Yoshimori - Mata Hajimaru Nichijou e ♪ ♪ Makoto Yoshimori - Kyuujitsu no Shifuku ♪ ♪ Makoto Yoshimori - Oisugaru Kako wo Mitsumete ♪ Субботнее утро будит Шизуо солнечными лучами. Хейваджима хмурится, просыпаясь, но глаза открывать не спешит, как и вообще шевелиться. Эта ночь выдалась одной из самый запоминающихся и тяжёлых одновременно. А всё потому, что вчера вечером он не смог отпустить Изаю и, соответственно, ночь они провели вместе. Сказать, что он чувствует себя выжатым до предела, значит не сказать ничего. Хейваджима вдруг подумал, каково сейчас информатору, раз даже он почти без сил, а потом быстро выбросил эту мысль из головы. Мысли об Орихаре ему сейчас не нужны. Они приводят к сомнениям, а сомнения — к срыву отъезда. Осталось всего два дня, за вычетом сегодняшнего, и ему не нужны никакие накладки в планах. Изая и так своим неожиданным визитом помешал Шизуо собрать нужные вещи. Он успел только затолкать дорожную сумку под кровать, что, кстати, было хорошей мыслью, учитывая, как всё сложилось. Если бы Орихара увидел её — точно не оставил бы этого просто так и попытался бы помешать. Хотя бы потому, что не любит, когда что-то происходит без его ведома. Только теперь у него есть проблема крупнее сумки под кроватью — сам Изая. Чтобы не сорвать намеченный отъезд, он должен как-то избавиться от него. Звучит жестоко и, конечно же, Орихара этого тоже не оценит, но как бы ни было сложно, это нужно сделать. Потому, что спокойная, тихая жизнь для него всегда была непостижимой мечтой, и упустить подвернувшуюся возможность было бы глупо. Жалеть он будет только о том, что ввязался в эту историю и позволил себе чувствовать что-то большее, чем привычную ненависть. Эмоции сделают этот важный момент его жизни более тяжёлым, но нужно всего лишь перетерпеть, а Шизуо не понаслышке знает, как сдерживать эмоции. Хейваджима переворачивается на другой бок, пытаясь скрыться от солнца, и приоткрывает глаза. Вторая половина кровати оказывается пуста, и он полностью открывает глаза, чтобы убедиться. Почувствовав лёгкое облегчение от того, что не придётся объясняться, Шизуо встаёт, чтобы одеться. На глаза попадается куртка Изаи висящая на стуле вместе с майкой и брюками. Хейваджима удивлённо смотрит на вещи, понимая, что информатор всё-таки здесь, если только он не ушёл голым. Думая об этом, он одевается и выходит из комнаты, пытаясь найти Орихару, который скорее всего голяком ходит по его квартире. Заворачивая на кухню, он сталкивается лицом к лицу с Изаей, только что вышедшим из душа. Из одежды на нём только нижнее бельё и рубашка Шизуо, которая слегка великовата и висит на нём почти, как ночнушка. — Ты какого мою рубашку нацепил? — И тебе доброе утро, Шизу-тян, — вздыхает Изая, вытирая голову маленьким полотенцем. — Моя одежда не в лучшем виде, поэтому я пока позаимствовал её, — абсолютно спокойно отвечает Орихара, медленно приближаясь к Шизуо. — Тебе не нравится, как я в ней выгляжу? Или, может, совсем наоборот? — игривым голосом добавляет он, прижимаясь к сильному телу. — Сними. Мне не нужен твой блошиный запах на одежде, — с малой долей неуверенности отговаривается Шизуо. — Как скажешь, — информатор ловкими движениями расстёгивает рубашку и скидывает её на пол, оставаясь в одних только трусах. — Так лучше? — Чёрт, — смущается Шизуо. — Я не об этом. Найди себе нормальную одежду. — Вся твоя одежда большая мне, — отнекивается Изая, прижимаясь сильнее. — Ещё вчера тебя устраивали и твои шмотки, — Шизуо отводит взгляд, стараясь игнорировать возникшее возбуждение. Он уже теряет нить разговора, начиная думать совсем о другом. — До тех пор, пока ты не разорвал мою майку, — Изая находится в таком же состоянии, но держит себя лучше Хейваджимы и даже умудряется вести себя непринуждённо. Хейваджима возвращает взгляд на обнимающего его информатора. Шрамы от недавних ран сейчас не скрыты под бинтами и повязками, и Шизуо чувствует лёгкий укол вины за то, что занимался с ним сексом, когда он в таком состоянии. Хейваджима оправдывает себя тем, что это была их последняя ночь. Поздний визит Орихары сильно удивил его, да и вообще он не думал, что пересечётся с ним до отъезда. Но когда тот появился на пороге его квартиры, Шизуо решил, что стоит оставить больше хороших воспоминаний прежде, чем навсегда распрощается с этим районом и с информатором. Остаётся надеяться, что это не создаст лишних сомнений и не помешает. Ведь если выбор стоит между Изаей и тихой спокойной жизнью — Хейваджима выбирает второе. Конечно же, выбор не из лёгких и ему однозначно будет тяжело, но решения это не должно менять. Орихара не чувствует себя уставшим или помятым. Только пара синяков и отметин вкупе с ноющим задом напоминают о том, что было. Хейваджима изо всех сил старался держать себя в руках, как и в первый раз, но возбуждение перекрывает его разум почти так же, как гнев, и контролировать себя ему становится крайне тяжело. От неприятных последствий информатора спасла его выносливость, да и уже то, что он парень, тоже сильно влияет на выдержку. Изая вдруг задумывается, каково было девушкам, с которыми Шизуо занимался сексом, если они, конечно, были. Взглянув на озадаченное лицо Шизуо, Изая решает развеять гнетущую обстановку и касается рукой его щеки, чтобы привлечь к себе внимание. Виноватый взгляд сильно удивляет информатора, но вместо того, чтобы что-то сказать, он чуть-чуть приподнимается на носочках и целует Хейваджиму. Сначала это просто несколько коротких прикосновений губ, а после — медленный, полный нежности поцелуй. Полотенце соскальзывает с плеч, падая на пол рядом с рубашкой, и Изая разрывает поцелуй. Подняв вещи с пола, он натягивает рубашку, а полотенце вешает на плечи Шизуо. — Пойду, поищу, что надеть, — тихо сообщает Изая и пружинистой походкой направляется в спальню. Хейваджима провожает его немного удивлённым взглядом и разворачивается, направляясь в душ. Трудно поверить, что информатор способен быть таким спокойным и даже в какой-то степени милым. Если это присутствие Шизуо так влияет на Изаю, то страшно подумать, что с ним будет, когда он уедет. Главное, чтобы он не начал впадать в крайности, иначе это обернётся фатальными последствиями для Икебукуро и для всего Токио. Хейваджима усмехается. Нет, Орихара не настолько привязался к нему, чтобы начать делать глупости из-за его отъезда. Скорее всего, он разозлится, а может и расстроится, но вряд ли это как-то скажется на окружающих. Он просто прикинется, что ему абсолютно всё равно и продолжит хладнокровно выполнять свою работу. Успокоив себя этим, Шизуо принимает душ и возвращается в комнату. Изая сидит на кровати, поджав под себя ноги, а на плечах висит всё так же расстёгнутая рубашка. Левой рукой он упирается в кровать, а в правой держит пульт, листая каналы в поисках чего-нибудь интересного. Бои мастеров рукопашного боя, например, были вполне неплохи, чтобы посмотреть, когда нечего делать. В какой-то мере он понимает дикое увлечение Шизуо ими. Вспоминая, как впервые посмотрел их вместе с ним, Орихара позволяет себе улыбнуться. Вскоре он находит нужную передачу и улыбается шире. В этот момент в комнату входит расслабившийся Шизуо и сразу же останавливается, шокировано глядя на информатора. — Т-ты же сказал, что пошёл одеться, — запинаясь то ли от шока, то ли от смущения, возмущается Шизуо. — Я ничего не нашёл, — невинно глядя на Хейваджиму, отвечает Изая. — Всё, что у тебя есть, большое мне. Кроме того, одежды у тебя почему-то очень мало... — задумчиво заканчивает он. «Потому, что большая часть её уже в сумке» — проносится в голове вышибалы. — Надень штаны хотя бы. Они у тебя целые, — Шизуо проходит к стулу и забирает оттуда брюки, бросая на кровать. — Почему ты так усердно рвёшься меня одеть? — Орихара бросает короткий взгляд на упавшие к нему в руки штаны и откладывает их в сторону. — Тебя смущает моё тело? — информатор поворачивается всем корпусом к Шизуо, зажав руки между ног и изображая невинность. — Заткнись и одевайся. — Не хочу, — отказывается Изая с серьёзным выражением лица. Он чувствует, что ещё немного и Хейваджима взбесится. — Ты меня выбесить пытаешься? — шипит Хейваджима, хватая информатора за края рубашки. — А что, получилось? — вопросом на вопрос отвечает Орихара с долей игривости в голосе. — Нет, — Шизуо вздыхает, успокаиваясь и отпуская информатора, но Изая успевает схватить его за руку и повалить на кровать, устраиваясь рядышком. — Ты что делаешь? — Хочу посмотреть с тобой телевизор. Ты же любишь бои, да? — Изая перекидывает руку через Хейваджиму и устраивает подбородок на груди, глядя в глаза. — Откуда ты... — собирается спросить Шизуо, но вспоминает, что смотрел их в то время, когда Изая блуждал рядом в виде призрака. — А, ну да. — Тогда будем смотреть, — Изая кладёт голову на ему на грудь и устремляет взгляд в телевизор. Шизуо честно пытается сосредоточиться на происходящем на экране, но в голову постоянно закрадываются мысли о лежащем под боком информаторе. Скажи ему кто-то две недели назад, что он будет заниматься сексом и смотреть телевизор с Изаей, Шизуо от души посмеялся бы, а после выбил бы всю дурь из этого человека. Только вот всё закрутилось, и в какой-то момент Шизуо потерял контроль над собой и своими чувствами. Он не может даже вспомнить время, когда успел смириться с таким положением вещей. Он, конечно, всё ещё в сильном замешательстве и даже немного зол из-за того, что позволяет себе такое, но это почему-то не мешает ему продолжать. Такое положение вещей только ещё раз доказывает, что нужно сваливать из этого района, города и из этой страны вообще. Очень удачно вышло, что у Каски сейчас съёмки нового фильма в Лос-Анджелесе, и он согласился принять к себе хотя бы на время, пока Шизуо не обустроится там самостоятельно. Хейваджима сильно сомневался, набирая номер брата вчера утром, потому что не любил просить о помощи и не хотел мешать брату, у которого всё складывается вполне неплохо. Однако он позволил себе переступить через это ради новой жизни. Сразу же после этого он позвонил Шинре, рассказав об отъезде, и взял с него обещание не рассказывать Изае и постараться не выпускать его из своего дома. Как видно, у Шинры не вышло, несмотря на то, что он прибавил два лишних дня, когда Орихара спросил, как долго должен быть у него. Но даже такое стечение обстоятельств не помешает Шизуо. Более того, он уверяет себя, что вообще ничто не способно помешать ему уехать. Ранним утром вторника он уже будет сидеть в самолёте, предвкушая своё спокойное будущее. Опустив взгляд на информатора, он тянется, чтобы погладить его по волосам, но одёргивает себя, смутившись. Это точно будет выглядеть глупо, они ведь не подростки, да и нужно сохранять хоть каплю отчуждённости. Вся эта ситуация раздражает уже потому, что он превращается в тряпку, а это противоречит его характеру, имиджу и репутации. Люди и так начали болтать лишнее из-за пропажи Изаи и чрезмерного спокойствия Шизуо. Если он позволит себе расслабиться ещё больше — точно будут проблемы, и тогда его отъезд вполне возможно взбудоражит Икебукуро сплетнями. В отличие от Изаи Шизуо не любит оказываться в центре событий и обсуждений, поэтому всеми силами постарается сдержать ситуацию под контролем до отъезда. Изая краем глаза обращает внимание на руку Шизуо, который, похоже, хотел прикоснуться к нему, но осёкся. Он немного расстраивается по этому поводу, но решает, что проблема в сдержанности его характера. Изая, как и Шизуо, ещё не слишком свыкся с таким положением вещей, но старается не загружать себя подобными размышлениями. Если так случилось, значит, так тому и быть. Плевать, какими будут последствия и чем всё закончится. С непредсказуемостью Хейваджимы и то и другое может быть как положительным, так и отрицательным. Но эта неуверенность в будущем дне только подогревает интерес. Изая не может сказать точно, насколько серьёзно он относится к происходящему. С одной стороны это кажется игрой, которая развлекает своей новизной и неизвестностью. Хочется продолжать это как можно дольше, чтобы на практике изучить эту сторону жизни обычных людей. С другой — это довольно сложно. Чувства и отношения изучены им вдоль и поперёк, благодаря наблюдениям за людьми, но испытывать это самому очень проблематично. Невозможность контролировать некоторые эмоциональные порывы немного пугает его. Да и неимение опыта искренних отношений не кажется странным для человека, причисляющего себя к «бесполому» типу людей. Орихара никогда не задавался целью найти спутницу или спутника жизни и прожить своё время в любви и мире, поэтому ему чуждо бесконечное стремление людей к этому. Да, он знает об отношениях всё и даже больше, но когда дело касается его самого, он не знает, что должен сказать или сделать, чтобы это было верным решением. Он говорит и действует по наитию, неосознанно показывая себя настоящего, и, похоже, Шизуо это устраивает. Огорчает тот факт, что план оставить их отношения прежними был сорван чувствами, но с этим ничего не сделаешь. Раз уж так распорядилась судьба, в этот раз он позволит событиям развиваться без его вмешательства. Изая поднимает голову, поворачиваясь к Шизуо, и видит, что тот спит. Кажется, не важно утро, обед или вечер за окном — он всё равно уснёт за просмотром рукопашного боя. Орихара складывает руки на груди Хейваджимы и устраивает голову на них, глядя на его спокойное лицо. Не то, чтобы он любовался или что-то подобное, он просто не может оторвать взгляда от умиротворённого Шизуо. Вышибала редко бывает таким в бодрствующем состоянии, а с Изаей и вовсе никогда, поэтому такие моменты он должен ценить и отпечатывать в памяти навсегда. — Вот бы ты всегда таким был, Шизу-тян, — шепчет Изая, искренне улыбаясь. На мгновение ему кажется, что слишком уж всё просто и быстро произошло, и от этого появляется плохое предчувствие, но он выбрасывает эту мысль, чтобы не портить себе мирное настроение. Орихара лежит так около получаса, начиная тоже засыпать, и в этот момент в памяти всплывает кое-что, что он должен сделать как можно быстрее, раз уж он встал на ноги. Он тихо поднимается, стараясь не разбудить Шизуо, и натягивает брюки. Рубашку он решает не снимать, застёгивая её на все пуговицы, кроме первой. Затем накидывает куртку, также застегнув её, чтобы по возможности скрыть чужую рубашку. Перекопав полупустые ящики, он находит листик и ручку. «Шизу-тян, у меня ещё много работы. Якудза, которые виноваты в том, что со мной случилось, должны заплатить за это. Я вернусь через день-два, обещаю» — гласит записка. — Только не уходи снова, Шизу-тян, — тихо говорит Изая, не найдя в себе мужества написать это в оставленную на столике записку. Орихара подходит к кровати и наклоняется к Шизуо, коротко поцеловав его. Он уходит сейчас, потому что хочет как можно быстрее справиться с незаконченными задачами, чтобы начать строить новую жизнь. Уже у дверей комнаты он оборачивается, последний раз взглянув на Хейваджиму, который переворачивается на бок и по обыкновению обнимает подушку. Когда Орихара покидает квартиру, плохое предчувствие возвращается. Ему кажется, что он что-то упускает, какую-то важную деталь, но решает подумать об этом позже, концентрируясь на том, как устранить Цунахадзу, лишившихся своего босса. Он мог бы приложить чуть больше усилий и попытаться связать между собой несколько непонятых мелочей. Тогда он быстро понял бы, в чём заключается загвоздка их с Шизуо ситуации. Но именно сейчас, когда как никогда важно не откладывать на потом, он именно это и делает. Решает отложить до лучших времён. Изая и предположить не может, насколько шатко его положение и как сильно он пожалеет, что не обдумал это сразу. Как пожалеет и о том, что слишком рано решил взяться за работу. Останься он с Шизуо всего на двое суток дольше — всё могло сложиться вполне неплохо. Но он уходит, упрощая Хейваджиме отъезд и неосознанно разрушая хрупкую временную идиллию.