Dangerous

— Ты сделал что? - запаниковал Диего, когда я отвел Штоссель в свою комнату и спустился, чтобы спросить, как отреагировал босс на новость, которая не должна была особо его порадовать. — Ты о чем? - я не понимал, что конкретно сделал не так. — Какого чёрта дочь Штоссель только что зашла в твою спальню? - раздражённо и с отвращением сказал тот. — Это мое дело. — Чёрт, парень, если ты захотел поразвлечься мог бы так и сказать, - ухмыляясь, сказал Факундо. — Да, парни, я хочу с ней поразвлечься, - спокойно произнес я, понимая, что начинать ссору из-за девушки не стоит, к тому же, если это девушка, которую мы похитили и вскоре, возможно, убьём. — Удачи, - не переставая улыбаться, сказали они в унисон. — Что сказал босс? — Он отреагировал, как и ожидалось – очень резко, но всё же дал нам ещё три дня, и за три этих дня мы должны собрать деньги. Если же нет – он выполнит все свои обещания и угрозы, а затем сольёт нас. — Нам нужно достать еще один миллион. Есть идеи? - спросил я, переваривая всю новую информацию. Странно, что босс отреагировал более менее спокойно. — Может, банк? - произнёс Руджеро и выключил телевизор, по которому все это время шёл бокс. — Нет. После того, как мы ограбили банк "Келпми" все остальные спохватились и установили лучшую сигнализацию в этой стране, мы не сможем ее обойти. К тому же, слишком много охраны, и мы не сможем воспользоваться оружием, - хмурясь сказал я. — Ювелирный магазин? — Не плохо, - ухмыльнулся Факундо в то время, как Диего уже шарил в интернете в поисках самой крупной сети, где покупают украшения такие люди, как президенты, актеры, певцы и звёздные адвокаты. — Значит, у нас есть три дня, поэтому завтра обсудим все действия, сделаем схему и план. Сегодня слишком поздно, чтобы обсуждать такие дела. Диего, найди ювелирный и сломай их систему безопасности, чтобы достать конструкцию магазина. — Мы всё сделаем, друг, а ты пойди и вымотай эту Штоссель так, чтобы она и слова сказать не могла. Уж слишком она крикливая, - смеясь, сказал Факундо, из-за чего мне стало немного не по себе. Хм, переспать с ней, конечно, хорошее предложение, но я, пожалуй, воздержусь. — Ещё бы. Сказав напоследок несколько слов, я вышел с гостиной и вошёл в свою спальню, где стояла Мартина, смотря на нормальных размеров кровать. На ней был надет тонкий кружевной топ, короткие шорты, которые открывали вид на её длинные, стройные ноги и на не менее привлекательную задницу, а на ногах были белые босоножки. — Ты можешь прилечь, - сказал я и она удивлённо повернулась ко мне, явно не заметив, как я зашёл в комнату. — Спасибо, - она присела на краюшек кровати и наклонилась, чтобы снять с себя обувь, а я в это время наблюдал за тем, как она красиво выглядит в таком ракурсе. Мартина стянула с себя сначала один босоножек, а затем и второй, оставляя их у подножья кровати. Затем она подняла весь корпус и поправила свои шорты, которые явно не хотела снимать точно так же, как и свой топ. Наверное, она думает, что я заставлю её раздеться, но сегодня я смогу обойтись и без этого. — У вас во всём доме так прохладно? - спросила она, поджимая под себя ноги, всё так же продолжая сидеть на кровати. — Да. Этот дом не новый, - сказал я, смотря на то, как она опускала свой взгляд в пол, чтобы не смотреть мне в глаза. — Ммм… — Вот, - сказал я и подошёл ближе к кровати, сразу заметив, как она сжалась от такой близости и моего общества, - ложись и спи, - я сбросил с кровати плед, снимая при этом с себя ботинки. — Хорошо. А ты, эм, ты ляжешь со мной? - заикаясь, спросила она. — Да, ты что, против? Детка, если хочешь, чтобы тебе было тепло, тебе нужно спать со мной в обнимку, а если хочешь мёрзнуть, я могу отвести тебя обратно. — Нет, - она быстро перелезла к подушкам и поджала под себя ноги, смотря на меня, точнее на то, как я снимаю с себя чёрные джинсы и толстовку. Оставшись лишь в одних боксерах, я сел возле неё и залез под холодное покрывало, прикосновения ткани которого делали кожу ледяной. Мартина не знала, что ей делать, и я решил взять всё в свои руки. Отодвинув от неё одеяло, я обхватил её колени руками, вытягивая их, чтобы Мартина оказалась в лежачем положении. Её голова лежала на подушке, и я придвинул её максимально близко к себе, обнимая и, полностью обхватывая её, чувствуя её горячее дыхание на своей шее. — Пора спать. — Я не хочу умирать. Я не готова. — Тебя ещё не убили. Спокойной ночи, Штоссель. Может, тебя и не убьют. — Спасибо.