Лакомка
11 февраля 2015 г., 00:25
Иван посмотрел на часы — до конца рабочего дня оставалось ещё много времени и он решил приступить к осуществлению своего плана. Перво-наперво собрал всех, кто был задействован в новом проекте, и сообщил о том, что нашёл специалиста, который будет отвечать за рекламу и оформление (о том, что сам специалист не знает об этом ни сном ни духом, он промолчал). Затем отдал приказ подготовить рабочее место для Петра, позаботившись при этом, чтобы оно было не очень далеко от его собственного кабинета (конечно же, для результативного рабочего процесса!). После, уладив все, что было первостепенно важно, занялся своими делами.
То, что Чучело будет только его чучелом, он не сомневался ни секунды. В самый первый момент, как только увидел его среди детворы в детском доме, в голове что-то щёлкнуло, а в груди растеклось тепло. А иначе и быть не могло, взгляд словно приклеился к весёлому рыжику и не отпускал его весь день. И Иван, человек без сантиментов, понял, что влюбился, как подросток, с первого взгляда, и чувство это совсем не вызывало раздражения, а наоборот, хотелось кричать на весь мир о том, как ему сейчас хорошо. Как он счастлив просто потому, что встретил это солнечное чудо, и как не хочет его отпускать, чтобы не потерять ненароком.
Масленица невольно заулыбался, вспоминая вчерашний вечер. Петино смущение вначале, его улыбку, чертиков в глазах, когда Петя рассказывал что-то весёлое о себе. После рассказа о семье Ивану очень захотелось познакомиться с мамой и сестрёнкой Пети. Он нисколько не сомневался, что обязательно найдёт с ними общий язык и, чем чёрт не шутит, может, они примут и его в свой круг и у него наконец-то тоже будут те, кому дорог он и кто дорог ему.
Ну что ж, воспоминания воспоминаниями, но пора возвращаться в реальность. Иван осмотрел кабинет, убрал документы в сейф, посмотрел ещё раз на часы и, кивнув каким-то своим мыслям и схватив куртку, бодро отправился в свободное плавание, туда, где ждало его личное солнце. Он уже предвкушал, чем они сегодня займутся. Вроде и не стоит торопиться, но Ваня чувствовал просто железобетонную уверенность в том, что Петька именно тот, кого он так долго ждал. И что он не испугается напора, а наоборот — сам побежит навстречу.
Он шёл и с лица не сходила глупая и мальчишеская улыбка, как будто долго искала, где бы ей поселиться, и наконец нашла того, кто ей нужен. А Ваня, как и накануне, не замечал ничего и никого вокруг, кому-то отвечал, с кем-то прощался до завтра, а сам мыслями был уже дома, с Петей.
Улыбка стала ещё шире, когда он вспомнил, как светился парнишка рассказывая о своей семье, о маме, о сестрёнке. И Ваня надеялся, что очень скоро и он будет вызывать такие же эмоции. Вдруг захотелось сделать что-то сумасшедшее для своего мальчишки, вот только придумать бы ещё — что. Что может понравиться Пете? Цветы отпадают сразу, даже думать про них не стоит. Конфеты? Ваня был уверен, что Петьке бы понравилось, но это так банально. Алкоголь? Тоже не то. Ну и что тогда? И тут вспомнилось, что на дворе вообще-то масленица. Нет, не Ваня Масленица, а та масленица, которая праздник. Мысль пришла моментально и быстро оформилась в навязчивую идею. Блины! Нет, у Ивана сегодня точно лицо порвётся от улыбки. Напевая что-то себе под нос, он повернул машину в сторону знакомого ресторанчика, где можно было разжиться самыми вкусными блинами в городе.
***
Петька проснулся просто в каком-то нереально хорошем настроении. Хотелось петь, танцевать, да просто выйти на улицу и громко закричать от переполняющих его чувств. Неужели ему повезло и он встретил СВОЕГО человека?! Вчера, когда они гуляли по городу, ему было так хорошо, так уютно рядом с Иваном. С одной стороны, от него так и веяло силой и уверенностью, а с другой — хотелось закрыть его ото всех, чтобы не приставали, чтобы в покое хотя бы на время оставили. Петя бы с радостью это сделал, но как к такому положению отнесётся сам Иван было не понятно. Приведя себя в порядок и покорчив у зеркала смешные рожицы (пусть и зеркалу будет весело), Петя задумался. Хотелось сделать что-нибудь эдакое, необычное, чтобы доставить радость. И обязательно сделать самому, чтобы вложить частичку себя. А что может быть лучше блинов на масленицу? Только блины! Петя с энтузиазмом кинулся искать в интернете рецепты. В своём успехе он даже не сомневался. Видел же, как мама их делает, ничего сложного. Так что у него обязательно всё получится. Найдя парочку несложных рецептов, отправился в магазин за продуктами, по дороге представляя, как удивит Ивана делом рук своих. Настроение поднялось ещё выше и спускаться совсем не собиралось. Вернувшись, сразу приступил к делу. Открыл закладку с рецептами, включил музыку погромче и начал творить… Творить оказалось не так просто, как представлялось. Первые проблемы начались, когда Петя стал взбивать яйца. Да, у него был миксер! Правда, откуда он взялся, Петя не знал совершенно. Миксер… Если бы Петя знал, что это за страшный зверь! Вот что надо носить женщинам для самозащиты, а не баллончики с газом — не один грабитель близко не подойдёт! Наигравшись, принялся за работу. М-да, почему-то у мамы это получалось несравнимо лучше… Стол, стены да и сам Петя покрылись яичными брызгами. Не обращая внимания на такие мелочи, Петя продолжал осваивать новые для него горизонты. — Так, чего там у нас дальше? Ага, муку смешать с молоком, чтобы не было комочков… А как? — Рыжик почесал нос, оставляя и на нём яичный след. — Ладно, поехали… И ведь поехали! По-другому и не скажешь. Вся кухня постепенно превращалась в поле военных действий, Петя мужественно бился с противными мучными комками, которые никак не сдавались. Сначала он взял в помощь миксер, правда, быстро отказался от этой идеи, когда над столом поднялись мучные тучи и пошёл молочный дождь. Тогда в ход пошли ложка, вилка, и уже в полном отчаянии он решил справляться с силами противника вручную. Было нелегко, но разве ж он не мужик, чтобы сдаться на милость какому-то там тесту! Решив, что уже победил все комочки, смешал яйца и молочно-мучное нечто, добавил положенные по рецепту соль и сахар и задумался, а как, собственно, блины вообще пекут? И почему «пекут», если их вроде как на сковороде жарят? — Ладно, оставим этот вопрос на потом, а сейчас — вперёд и с песней! Достал подходящую сковороду, ну как подходящую — единственную, которая у него была в доме, и приступил к самому главному…***
Накупив в ресторанчике блинов на любой вкус, с разнообразными начинками и без, Ваня решил ехать к Петьке сразу, не заезжая домой. Он очень надеялся, что его сюрприз придётся Рыжику по душе. И может, потом он получит хотя бы поцелуй в благодарность. Припарковавшись без проблем, он быстро взбежал по лестнице и нажал на звонок, не переставая улыбаться. Когда дверь открылась, улыбка исчезла, а глаза увеличились в размерах. Перед Иваном стоял… стояло… Учитывая, что Петя живёт один, скорее всего он и стоял. Но вид у него был непередаваемый. Сейчас его уже нельзя было назвать Рыжиком, с ног до головы он был покрыт чем-то белым, то тут, то там красовались непонятные разводы… Ваня очень старался сдержать смех, очень… Но смех сдерживаться не хотел и просился наружу, сначала в виде покашливаний, потом похрюкиваний, и в конце концов вырвался-таки конским ржанием. Иван смеялся до икоты, сказать что-либо он был не в силах. Стоило только взглянуть на сначала удивлённого, а потом и обиженного Петю, и его накрывало по-новой. — Чудо, что у тебя произошло? — кое-как удалось выдавить из себя несколько слов. — Сюрприз тебе хотел сделать, — буркнул Петька. — Блины готовил. Масленица же… — И как, получились? — Угу… Ну, я надеюсь, что получились. Только я их не пробовал, тебя ждал, — и почему-то виновато посмотрел на Ивана. — Давай, угощай, блинных дел мастер, — улыбка вернулась и уходить уже больше не собиралась точно. На кухне Ваню ждало ещё более захватывающее зрелище. Она выглядела, как после небольшого такого взрыва. Совсем небольшого. Но действенного. Чувствуя, что приступ смеха возвращается, Иван протянул Пете принесённые пакеты со «своими» блинами и, дождавшись, пока тот поставит их на чудом оставшийся чистым стул, потянул его за собой в сторону ванной: — Пойдём, мучной монстр, будем тебя отмывать и возвращать Петюню назад! А Петя что? А Петя ничего! Посмеиваясь, дал вести себя на поиски себя же, ему идея пришлась очень даже по душе. Может, Ваня ему ещё и спинку потрёт — там наверняка тоже есть мука — а потом кто знает, как всё обернётся, и не придётся ему позориться со своими тремя блинами… Иван помог Пете раздеться, чередуя каждую вещь с поцелуями, и это не казалось чем-то неправильным, внутри была чёткая уверенность, что так и должно быть, так верно, а потом просто сбежал, оправдываясь тем, что пока горе-повар моется, он уберёт последствия кухонного сражения. Когда Петя зашёл на кухню, там был полный порядок, а Ваня сидел за столом и взгляд у него был очень голодный. Правда, непонятно было, какого рода этот голод. — А мне можно принять душ? — не совсем то, что рыжий ожидал услышать, но вопрос давал надежду на приятный вечер. Ведь не поедет же Ваня после душа сразу домой? Петька всё ещё надеялся, что они обойдутся без дегустации его «шедевров». — Ну, а почему и нет? Воды в кране достаточно, и она даже тёплая. Прошу, моё «джакузи» в твоём полном распоряжении! Я сейчас полотенце принесу, — и убежал за обещанным. Ваня устало потёр лицо и отправился на водные процедуры. Домой уезжать не хотелось совершенно, даже если ничего сегодня и не будет. Рядом с Рыжиком он чувствовал себя удивительно уютно, а где при этом находиться — уже не важно. Петя как раз решал, где лучше сесть, чтобы было удобнее, когда со спины его заключили в крепкие объятия. — Ну что, Золушка, корми своего принца! — Конечно, конечно, Вашество! Присаживайтесь, не стесняйтесь, — Петя бы ещё и реверанс изобразил, но руки были предательски зажаты Ваней. — Вань, а ты чего с собой принёс? Если еду, может, с твоей начнём, а то я, как бы это сказать-то… Ну, в общем, у меня всего три блинчика получилось, маловато будет, — и смешно сморщил нос. — Не-не-не, начнём с твоих! Зря ты, что ли, полкухни разнёс? — Ваня со смехом поцеловал своё чудо в нос и уселся за стол. — Подавайте! Я готов! Ужин прошёл в тёплой и дружественной обстановке… Настолько тёплой, что казалось, от взглядов заполыхает всё вокруг. И настолько дружественной, что после одного лишь касания оба попрощались с разумными мыслями и дальнейшее происходило где-то за порогом реальности. Поцелуи, прикосновения, дыхание одно на двоих, тихие стоны и жаркий шепот — то, чем закончился вечер. А дальше началась сказка — сказка, которую они дарили друг другу. И уже на границе между сном и явью Петя услышал: — Золушек ты мой рыжий, ты же не исчезнешь, не убежишь? На что, собравшись с последними силами, ответил: — Мой хрустальный кроссовок стоит в коридоре, под вешалкой. Спрячь его. А меня просто держи крепче… — и провалился в сон, уже не услышав, сказал ли его Принц что в ответ или нет.
