Заигрыши
10 февраля 2015 г., 21:00
Присутствие детей отвлекало от всех бед и невзгод. Приготовления и сам праздник накрыли с головой, Петя потерял счет времени, очнулся только тогда, когда уже многие дети убежали смотреть на конкурс со столбом.
Оставшись в одиночестве, Петр снова вспомнил о своей несчастной судьбе и о забавном Масленице, которого он сам же и придумал. Воспоминания о смешном толстячке подняли настроение и немного отвлекли от грустных мыслей.
В один момент по коже Чучела пробежал табун мурашек и стойкое ощущение, что его прожигают взглядом, заставило вздрогнуть. Будучи воспитанным парнем, Петя не стал крутить головой во все стороны и вытягивать шею, аки жираф в поисках еды, а просто культурно проигнорировал сканирующий его взгляд.
Весь вечер бедный Петя не знал, куда себя деть, — казалось, этот взгляд преследовал его и не оставлял в покое даже в туалете, хотя тот был абсолютно пуст.
К концу дня нервы сдавали и хотелось УБИВАТЬ! Жестоко и бездушно! А начать Петя хотел с глаз!!! Если не вытащить их десертной ложечкой, то хотя бы просто выколоть.
Но сделать это было нельзя, и уйти тоже нельзя, опять же, воспитание не позволяло, да и приятно было наблюдать за счастливыми детьми.
Когда первый и безумно долгий день масленицы закончился, счастью Чучела не было предела, и буквально вприпрыжку Петя побежал домой. Это он так думал, что побежал. На самом деле пошёл, и очень медленно, потому что они с ребятами к концу дня решили отметить первый день масленицы. Так, по чуть-чуть. А потом ещё по чуть-чуть. А потом Сашка достал припрятанную бутылку и они как школьники распили её, прячась в какой-то подсобке и почти без закуски. Теперь в голове приятно шумело, в теле была лёгкость и Петя летел. Носом в снег…
Что что-то не так мозг несчастного парня отказывался принимать вот так сразу. Вчерашний коньяк, распитый втихую с Сашкой, давал о себе знать, а посему, понять, что конкретно «не так», юноша никак не мог. И лишь спустя минут двадцать осознал, что лежит в слишком уж чистой комнате и в квартире пахнет домашней едой. А такого быть не может хотя бы потому, что жил Петя один, а вся его семья жила в совершенно другом городе.
«Значит, в квартире есть кто-то еще», — выдал полусонный мозг.
«А то я сам не понял, КЭП!» — ехидно ответил сам себе Петя.
— Совсем с ума сошел, уже сам с собой разговариваю — произнес парень, удивляясь собственному охрипшему голосу. И сразу же вспоминая, как вчера он буквально орал песни о масленице, и вообще все песни, которые знал… Орал от души — с чувством, с толком, с расстановкой! Сначала орал с ребятами, потом — только с Сашкой, а потом… А потом вроде подходил Ибрагим Асланович, и вроде не один… А дальше — дыра, провал, и Петька мог вспомнить только глаза, очень красивые глаза. Ну, он так думал, потому что ни самих глаз, ни их хозяина вспомнить не получалось…
***
От Ивана весь день шарахались сотрудники. Видеть начальника таким довольным и в то же время задумчивым не удавалось еще никому, и это было странно, даже немного пугающе. Однако, девушки в офисе, завидев улыбку шефа, расцветали на глазах и разве что не раздевались прямо в коридорах, по которым проходил Ваня. Самому же Масленице было всё равно, что происходит вокруг, его мысли были далеко и упирались только в рыжее чудо, которое сейчас, наверное, очень удивится, обнаружив, что находится в чужой квартире. Из проверенных источников, а именно от Ибрагима, который рассказывал, как ему жаль мальчишку, который даже поесть толком не может, потому что всё его время занимают подработки и подготовка к собеседованию в известном рекламном агентстве, где никак не хотят принять парнишку, а ведь он уже в третий раз пытается устроиться туда на работу. У парня талант, но кому это интересно. Всё решают связи. А у Петьки связей-то как раз и не было. Зато эта солнечная голова была полна идей, и каких! Да его с руками должны рвать, но пока никто не разглядел этот самородок, и Ибрагим очень переживал за парня, за его будущее. Боялся, что мальчик сломается и пропадёт. Ваня впитывал всю информацию словно губка и отмечал для себя самое важное и то, с чего стоит начать.***
Звон ключей и открывающаяся дверь заставили Петю вскочить на ноги, ну, не совсем вскочить, а потихонечку сползти с кровати и маленькими шажочками отправиться в прихожую. То, что Петя находится не у себя в квартире, он убедился окончательно: встав с постели он не споткнулся о разбросанные вещи и не упал. Это радовало, ведь упади он сейчас в таком состоянии — не факт, что сможет снова подняться. Все болело, начиная с головы и заканчивая ногами! Горло саднило и плюс ко всему было очень любопытно, как и почему Петя оказался в чужой квартире? Что вчера произошло? Почему болит тело? Что-то было? Но с кем? Куча вопросов одолевали и без того больную голову. Однако, увиденное в прихожей выбило весь воздух из легких и все вопросы мгновенно забылись… Перед Петей стоял его идеал. Настоящий змей-искуситель. Яркие зеленые глаза с любопытством осматривали юношу, на котором из одежды были только обтягивающие боксеры. Ваня летел домой на всех парах. Мысли о его персональном солнышке поднимали настроение и заставляли спешить. И да, Ваня уже присвоил себе Петю, и не важно, хочет тот этого или нет! Уже около своего дома Иван внезапно понял, что волнуется. А вдруг мальчишка уже ушел? Хотя стоп! Седьмой этаж, дверь заперта, а ключи только у самого хозяина. В квартире было на удивление тихо, а затем, как в каком-то ужастике, из-за стены появились руки, послышались хриплые стоны и тяжелое дыхание, он даже вздрогнул, и наконец появилась сонная мордашка Пети, а затем и он сам в безумно сексуальных боксерах, которые так заинтересовали Ваню. — Привет! — как можно спокойнее произнес Иван, стараясь сохранить серьёзное выражение лица. — Привет… А ты кто? — Хозяин квартиры, кто ж еще. — Ммм, ну круто… А что Я тут делаю? — Пете хотелось поскорее со всем разобраться и уйти, потому что держать себя в руках рядом с таким горячим зеленоглазым брюнетом было очень тяжело! — Что? Ты не помнишь?! — А что я должен помнить? — Но ты был так хорош, такое сложно забыть. — В… В чем был хорош? — А так не понятно? — Н-Нет… — В пении, конечно же! Ох, как ты ор… то есть пел! — А чего пел-то? — Петя слегка напрягся. — Ну так песни! — Какие? — пропищал Петя и попытался слиться со стеной. И Ваня рассказал о том, какие Петя пел песни, как громко и как долго. Рассказал и том, что было после того, как Петя, допев, упал в сугроб и пытался вплавь отправиться домой, и как Ваня мужественно спас его от утопления в грязном снегу. К тому времени Петя уже практически ни на что не реагировал и Ване пришлось погрузить его на плечо и оттранспортировать к себе, потому как Петин адрес он не знал, а сонное тело отказывалось делиться сверхсекретной информацией. Пока Петя слушал рассказ о своих подвигах, он успел сменить все цвета радуги. Так стыдно ему ещё никогда не было. Он готов был уже провалиться сквозь все этажи и бежать домой прямо так, как есть. Это же надо так опозориться! И перед кем? Перед тем, кто ему понравился. А Ваня, так и не сняв уличную одежду, стоял прислонившись плечом к стене и с умилением смотрел на смущающегося парня, всё больше убеждаясь в том, что не отпустит его. — Ты хоть ел что-нибудь, чудо? — Да я как-то… Не хотелось… Проспал целый день, только проснулся… — Пойдём, будем тебя лечить и кормить, — Масленица наконец-то снял куртку и прошёл на кухню. Петя скромно последовал за хозяином его неожиданного пристанища. — Ну что, давай знакомиться, — проговорил Иван, доставая что-то из холодильника и передавая Пете воду. — Как тебя зовут я уже знаю. А я Иван, Иван Масленица. — Петя подавился водой, и с удивлением посмотрел на Ваню. — К-как? Масленица? — и захохотал, вспомнив свои недавние мысли. Ну совсем этот Масленица не был похож на того толстячка, которого он себе представлял. — П-прости, это я не с тебя, просто такое совпадение: встретить Масленицу в масленицу. — Не чудо ли? — Ваня поиграл бровями. — Какие планы на вечер? — План один, добраться до дома, — Ваня опять покраснел. — А может, прогуляемся немного, а потом я тебя отвезу куда скажешь. — Можно. Я не против… Эээ, Вань, а ты не знаешь, где моя одежда? Я не нашёл… — Знаю, конечно, пришлось её в стирку бросить после твоего марш-броска. Высохла уже, наверное. Поужинав, парни отправились на прогулку. Бродя по вечерним улицам, разговаривали обо всём подряд, общих тем нашлось достаточно много. Петя рассказывал о своей семье, о маме, о сестрёнке. Ваня вспоминал учёбу, рассказывал о своей работе, правда, умалчивая о своей должности. Время пронеслось незаметно. Довезя Петю до дома, Иван не знал, как бы предложить встретиться ещё, но спас его сам Рыжик. — Знаешь, если хочешь, можешь зайти, — и смущенно отвел глаза, — мы никого не потревожим — я один живу. — Давай завтра? Я заеду после работы и мы куда-нибудь сходим. — Тогда как подъедешь, поднимайся сразу в квартиру, я на третьем этаже живу, — и Петя назвал номер квартиры. На том и порешили и, пожав друг другу руки (хотя хотелось другого), распрощались до завтра.
