Иллюзия выбора

      Я не пытался забиться в угол, как это сделал мой инопланетный партнер по выживанию. Я остался на том же месте. Как мне показалось, давать отсрочку своей неминуемой гибели не имеет смысла. Больше ничего не имело смысла, кроме боли в голове.       Там, в недрах моего мозга, накопилось так много… недосказанного и не сделанного. Много лишнего как сказанного, так и сделанного.       Мона. Она узнала, что мне предложили контракт на десять лет в научно-исследовательском комплексе Black Mesa. Я счастлив, ведь мой ум и интеллект оценили действительно по достоинству. Она опечалена. Моника не хочет прожить десять лет где-то в горах, в тысячах миль от людей.       Я уже подписал контракт, ни с кем не посоветовавшись, потому что был уверен в том, что это отличная возможность показать себя, применить свои знания, оставить след в истории.       Мона беременна, она не хочет, чтобы ребенок рос под землей.       Охотник с разбегу врезался в дверной проем, который оказался слишком узким. Снова врезался. Бетонная пыль и деревянные щепки разлетелись в разные стороны, окутав проем сероватой дымкой.       Мне звонит Мона. Она плачет. У нее случился выкидыш из-за перенесенного нервного срыва. Моника уверена, что виноват в этом только я. Она права.       Я начинаю пить. Это было не так просто, как может показаться. Спиртных напитков в Black Mesa нет. Я разбавляю спирт водой и получаю омерзительное пойло, хуже которого только мое настроение. Мне не хочу спиться, я просто хочу, чтобы меня уволили из ненавистного мне места. Меня понижают и переводят в лабораторию, где нет доступа к растворителям.       Звонок. Мона. Она больше не ждет меня. Я все растерял, кроме отчаяния и ненависти. Ненависти ко всему, к чему касалась моя рука.       Стены все еще удерживали охотника за пределами комнаты. Поняв, что к чему, я, словно из болота, выбираюсь из вязких воспоминаний и трясущимися руками лезу в рюкзак за обоймой.       Охотник в очередной раз настигает дверного проема, как вдруг его буквально сносит огромная, леденящая душу, тварь, которую мне не удалось толком разглядеть.       – Страж муравьиных львов случайно помог нам. В другой раз он убьет нас. Нам нужно бежать, Томасбор!       Мне не захотелось рассмотреть повнимательнее нашего случайного спасителя, потому я сразу побежал к выходу.       На улице лежали сотни человеческих трупов в вперемешку с пришельцами. Вдалеке слышались удары о землю, похожие на топот какого-то мифического гиганта. Над цитаделью все так же висел портал, из которого прибывали войска инопланетного врага. На фоне красного неба истребители вступали в короткие баталии с противником. К башне тянулись белые полосы, оставленные ракетами, которым было не суждено достигнуть цели: летательные аппараты Альянса сбивали их на почтительном расстоянии от цели. Некоторые здания были обрушены до основания, в других были выбиты практически все окна. На землю медленно падали капли дождя вперемешку с серыми хлопьями пепла.Недалеко пролетели несколько менхеков, преследуя вопившую от ужаса дворняжку.       Шум ударов о землю становился громче, поэтому надо было найти транспорт как можно скорее и удрать отсюда сию же минуту.       Как и пару дней назад, я искал выход, которого не было.       В нескольких шагах от меня стоял военный автомобиль с открытой дверью, на которой повис боец HECU.       – Я укажу путь. Это сооружение, сделанное человеком. Там люди и вортигонты не находят общий язык.       В автомобиле работала рация, эфир которой захлебывался от града радиопередач.       – Отряд Дельта в торговом центре. Их зажали треноги!       – Вышлите им подкрепления, Чарли и Браво.       – Чарли, выйдите на связь!       – Чарли… Чарли… Остал… Один… Помогите мне! Нас порвали в клочья!       – Браво! Браво! Нужны люди! Они выживают нас из центра!       – Браво! Они сбивают наши ракеты… Черт знает как к ним подобраться! Стингеры бесполезная х...       – Эх… Эхо… Из под земли лезет какая-то херня! Они всех мочат! Всех!       – Здесь кромешный ад, мать вашу, заберите меня! Заб…те м...я!!       – Ч… пр… че… н… н… ну… п...щь…       – Глу… сигналы! Половина страны молчит! Меняй… диа…       – Есть к... в э...ре? От...тесь!       – От… н… ско…?       – …       Машина завелась сразу. Я тронулся, посмотрев перед этим в боковое зеркало. Там на зеркальной поверхности выросла огромная голова о трех ногах. У основания головы появился синий огонек, который скоро начал усиливать свечение.       Луч проскочил мимо, но попал в канализационный люк недалеко от которого ехал наш бронеавтомобиль. Крышка люка подлетела и упала на крышу. Раздался грохот, машину слегка подбросило, но я удержал управление.       На лбу выступила испарина, по телу пробежала дрожь, вызванная избыточным выбросом адреналина в кровь.       – Направо! Налево! Налево! Уже скоро, Томас Бор!       Было видно, что военные старались очистить дороги от транспорта, но тут и там на пути встречались заброшенные автомобили.       По пути во встречное здание опала шальная ракета, обрушив почти всю стену. Я увидел, как на третьем этаже, обезумевшая от ужаса пара в обнимку лежала под обеденным столом. Этажом выше лаяла задрав морду вверх овчарка, присев рядом со своим неподвижным хозяином. Почему эти люди не покинули город, когда была такая возможность?       – Вот здесь!       Торговый центр. Бывший торговый цент, скорее так, потому что в тот момент времени он напоминал скорее осажденную крепость: баррикады из опрокинутых автомобилей, трупы уже знакомых мне пришельцев, каких-то зеленоватого цвета жуков(?), воронки от взрывов гранат (или от лучей огромных треножников?), окровавленные тела как мирных жителей, так и солдат. Вокруг торгового центра сновали солдаты, попутно отстреливаясь от охотников, в сотне футов от здания прохаживался огромный черный треножник, высотой с семиэтажный дом. Под головой было подвешена внушительная пушка, из которой одним выстрелом он снес треть стены здания.       Исполинскую машину убийства окутало дымом, так что можно было понадеяться на то, что она нас не заметит.       Я вдавил педаль газа в пол. И закрыл глаза. Никакого другого способа подойти ближе к центру мне в голову не пришло. Машина на чем-то подскочила несколько раз, а затем резко остановилась, видимо, ударившись в стену.       В глазах засияли сотни маленьких искорок. Затем меня кто-то энергично потряс за плечо. Я открыл глаза.       Мы врезались в стену рядом со входом, попутно при этом задавив жука: сразу за капотом торчала пара дергающихся в предсмертной агонии ножек.       – Быстрее, Томасбор!       Я довольно быстро выбрался, не смотря на легкое головокружение. Пришелец с Моной на руках побежал ко входу, не пропустив меня вперед. Мы вбежали на второй этаж, обогнули пару коридоров. В здании царил хаос: все те же кровавые следы, разбросанные повсюду бесхозные вещи, разбитые мэнхеки. Трупы почти не встречались, оно и понятно: кто же пойдет за одеждой и подобным товаром, когда, во-первых, в центре города стоит черт знает откуда взявшаяся башня, а во-вторых, когда почти все продавцы попрятались по своим норкам.       Мы были где-то в глубине торгового центра. Было довольно тихо, хотя с улицы периодически доносились взрывы и очереди выстрелов. Вортигонт торопился и зря: нас встретили два недружелюбно настроенных парня.       – Э-э-э, стоять, нахрен, положь ее!       – Да, да, опусти девушку, людоед чертов!       – Ей нужна помощь, пустите меня к моим братьям!       – Твою мать, он говорит, он говорит!       Один высокий, другой - чуть меньше. Оба были одеты в обычную одежду, никаких военных примочек я у них не заметил. Однако у них были помповое ружье и револьвер.       – Э-э-э, смотри, тут еще один! Он что, с ним?       – Ты, эй, положи ствол-то на землю, окей?       – Когда ты успел с этим подружиться? Почему он тебя не убил? А? Тоже пришелец? А?       – Да, да, пришелец тоже? Принял облик человека, да? Положь ствол, понял?       Кто такие, откуда они здесь? Хотя если присмотреться и поразмыслить, на что времени у нас всех не было, то можно было кое-что понять: пара малолеток-беспризорников, пользуясь отсутствием персонала торгового центра, проникли внутрь, вдоволь насладились предоставленными, почти на блюдечке, благами, возомнили себя взрослыми и строят из себя теперь хозяев.       – Нам нужно идти, сородич…       – Какие, нахрен, мы тебе сородичи? Что за слово такое? Видишь, что там твориться? Это все из-за вас, из-за вас, а я умирать не хочу! Понял! Не хочу!       – Тише, тише, Боб, здесь мы в безопасности…       Идиоты есть всегда и везде, не зависимо от климатических условий, времени суток, политического устройства страны и даже независимо от того, что пришельцы где-то там, за толщей бетонных стен, превращают в фарш все живое.       – Я иду, ей нужна помощь!       – Никуда ты не пойдешь!       Высокий толкнул Урию, да так сильно, что тот не удержался и упал.       – Достал ты меня!       Он встал над головой вортигонта и направил в его огромный красный глаз дуло дробовика, в тов время как его напарник держал меня на мушке.       – Не надо, я не враг! Надо помочь! Надо помочь!       Я выстрелил. Раздалась короткая очередь из пяти патронов. Звук выстрелов и падающих гильз.       – А-а-а-а-а!       Я снова выстрелил.       Я убил их. Это оказалось слишком просто, что больше всего напугало меня.       Два мертвых подростка. Стоит ли жизнь хотя бы одной другой насильно прерванной жизни? Этот вопрос начал занимать все пространство в моей голове, словно злокачественная опухоль, отдавая метастазами во все участки мозга.       – Мы можем идти, Томасбор…       Это был вопрос?       Вортигонт как-то виновато-то посмотрел на меня. Я не ждал слов благодарности. За такое не благодарят.