Рок-н-Ролл и любовь на Тенерифе

Эмма все никак не могла найти Реджину, иногда поглядывая на Генри, который плелся позади. - Ладно, я звоню ей. – Такое решение приняла блондинка по истечению пятнадцати минут. Ответа не последовало. - Малыш! – Свон хотела прикрикнуть на Генри, но увидела, как тот опечалено сидит на скамейке, потому лишь подошла и села рядом. - Я не хотел, чтобы случилось подобное. – Парень даже не поднимал глаз, пялясь в землю. - Я знаю. – Эмма прикоснулась к плечу паренька, после чего добавила: - Мы должны найти твою маму. - Да, возможно, она вернулась в отель. У меня отдельный номер, потому логичнее всего искать ее в гостинице. – Предложил Генри. - Окей, пойдем туда. – Оба встали и отправились в сторону отеля. - Я повстречал здесь девушку, пока ждал вас. Она из моего города, - словно оправдываясь, начал юноша. - Оу, Сторибрук? - Да, откуда ты знаешь? - Твоя мама сказала мне. – Эмма улыбнулась и продолжила: - Вдруг я приеду туда и даже не буду знать, что вы там живете. - Ты это сделаешь? Даже после всего этого дня? – Генри посмотрел на девушку так, словно совсем не поверил ей. - Да, конечно. Этот день не прошел так уж гладко и люди думают, что мы с твоей мамой пара, а я совершенно не знаю, что она думает по этому поводу, но это все было довольно весело. – Подытожила Свон. - Она тебе нравится. – Генри не спрашивал, а утверждал. - Почему ты так думаешь? – спросив, Эмма подумала о другом: «Я только встретила эту женщину. Я не могу сказать, что ненавижу ее, но разве можно утверждать, что кто-то тебе нравится, исходя только из одного дня?» - Я вижу, как вы смотрите друг на друга. Никто не смотрел на маму ТАК. Ну, может разве что Сидни, но он ужасен. – Признался Генри и тут же воскликнул. – Отель! - «Best Tenerife» - Эмма прочла табличку с названием гостиницы. Они вошли внутрь и отправились к лифту. - Кто такой Сидни? – поинтересовалась Эмма. – «И почему он ужасен?» - Ну, это мужчина, который сделает все, если того попросит мама. Если она попросит его… убить кого-нибудь, он это сделает. И он всегда появляется из неоткуда, словно знает где и когда будет мама. В общем, он ужасен! – Парень и впрямь был под впечатлением. - Ого, серьезно. – Лифт наконец-то прибыл вниз и они вошли в кабину. - Ага. Генри нажал на кнопку с цифрой «6». Кабина была прозрачной, потому Свон рассматривала отель, а мысленно повторяла: «Реджина, пожалуйста, будь здесь». Когда они поднялись наверх, Эмма последовала за пареньком, и они остановились около двери «607». - Это мамин номер, а это мой, - он указал на дверь с другой стороны. – Я просто посижу у себя, обещаю, буду отвечать на телефонные звонки. Просто позвони, если вы или ты куда-нибудь соберетесь, ладно? – Генри вздохнул. – Или напиши смс. И прости, что день так закончился… - в глазах паренька было искреннее сожаление. - Генри, все в порядке, ладно? Послушай меня, я посмотрю здесь ли твоя мама и буду держать тебя в курсе. Если завтра вы не заняты или послезавтра, или до следующей недели, мы встретимся снова и проведем еще один день вместе. Не знаю как вам двоим, но мне понравился этот день! – Так Эмма обратилась к Генри. - Ты проведешь еще один день с нами? – переспросил юноша. - Да, конечно! - Это же круто! – Генри выглядел уже счастливее. – Просто держи меня в курсе того, как обстоят дела с мамой. - Обязательно. – Эмма легонько сжала плечо паренька. Тот подарил ей улыбку и скрылся за дверью своего номера, а Эмма повернулась лицом к другому. – «Пожалуйста, будь здесь», - как только она собралась постучать, дверь открыли. Это оказалась Реджина. Она была слегка растрепанной, но все о чем подумала Эмма: «Как кто-то может оставаться таким же красивым после истерики?». Женщина подарила Свон улыбку и впустила ее в свои апартаменты. Блондинка вошла и стала осматриваться. Комната была средних размером, а в ней: огромная кровать, столик, комод для вещей, а поодаль виднелась огромная ванная, как для отельного номера. Реджина присела на кровать, положив ладони на свои колени, глядя куда-то в пол. - Спасибо. – Произнесла женщина после недолгого молчания. - За что? – поинтересовалась Свон, подходя ближе к кровати. Она присела на край, не совсем понимая, как ей следует вести себя сейчас. - За то, что Вы сказали Генри. – Мягко ответила брюнетка, все еще не глядя на Эмму. - Ну, я сказала правду. - Вы проведете с нами еще один день? – теперь лицо женщины выражало удивление, и она наконец-то взглянула на Эмму. - Конечно. Реджина улыбнулась, а в комнате вновь воцарилась тишина. Миллс задавала себе вопрос: «почему она так заботиться о нас?» - Что ж, ну, я оставлю Вас наедине… - Эмма встала с кровати. Улыбка тут же покинула лицо брюнетки. - Не уходи. – Едва слышно произнесла Реджина, обращаясь к девушке на «ты». Сердце Миллс гулко забилось в груди, да так, что казалось и Эмма услышит это предательское биение. Последним, кому брюнетка говорила эти слова, был Робин, и он все же ушел. Ее сердце разрывалось на части даже при мысли об этом. Слова, обращенные к Эмме, были настолько тихими, что она едва не прослушала их. Повернувшись, она увидела, как Реджина все еще сидит на месте, и подошла к ней, совершенно не зная, как та отреагирует. Когда Миллс поняла, что Эмма останется, то ее лицо скрасила благодарная улыбка. С ней рядом никогда не оказывались те, в ком она так отчаянно нуждалась, не считая Генри, конечно же. Реджина всегда должна была заботиться о себе сама. Не то, чтобы она нуждалась в ком-то, но сейчас ей очень хотелось, чтобы Эмма оставалась рядом. К тому же, та почти ничего не знала о Миллс, что также непременно радовало. Не было жалости или чего-то вроде. Реджина подвинулась, приглашая девушку сесть. Увидев этот жест, Эмма недолго поколебалась, замечая, что брюнетка все так же избегает ее взгляда. И наконец-то она посмотрела на Свон. Блондинка не могла понять, что именно она видит во взгляде Реджины, но это очень напоминало отчаяние, да, отчаяние. Эмме оставалось только предполагать, что это не имеет никакого отношения к пропаже Генри немного ранее. Блондинка улыбнулась и присела рядом, обнимая женщину за плечи. Ощутив прикосновение Эммы, Реджина почувствовала, словно так и должно быть, словно это правильно. Миллс склонила голову к плечу Эммы и прикрыла глаза. Она тяжело дышала. Ее тело внезапно ощутило некую расслабленность, а блондинка свободной рукой привлекла женщину еще ближе. Это было так тепло, так приятно и нежно… «Реджина, остановись. Сейчас это все еще очень легко можно закончить», - думала Миллс. Эмма почувствовала сопротивление, которым веяло от Реджины, но лишь прижала ту еще ближе, опустив подбородок на ее голову, а после и вовсе оставляя легкий поцелуй на макушке. Блондинка взяла телефон, дабы написать Генри, как было обещано: «Нашла маму, она в комнате. Я с ней». – Отложив телефон на прикроватную тумбу, девушка вновь обвила тело Реджины руками, и прижала ту как можно ближе. Глаза обеих были закрыты в этот чуткий момент. Они даже не заметили, как… уснули на этой огромной кровати, вот так, в объятиях друг друга они крепко и мирно спали. Эмма проснулась первой и увидела, как женщина спит на ее груди, что выглядело до безумия мило. Она аккуратно дотянулась до телефона и проверила время, пора вставать. - Реджина… - тихо прошептала Свон, прикоснувшись к женской щеке. Брюнетка медленно открыла глаза, привыкая к свету. Она сделала глубокий вдох и не сразу поняла, что происходит. – «В отеле, верно», - убеждала женщина саму себя. Она подняла взгляд и заглянула в глаза Эммы. - Привет, - мило ответила та. Реджина испуганно шире распахнула свои шоколадные глаза. – «О, Боже! Что я сделала? Как мы заснули…» - она поспешила выбраться из объятий, ничего не говоря. - Ты в порядке? – Эмма нахмурилась и встала с кровати, подходя к женщине, взяв ее за руку. - Послушай, ничего не произошло. Мы просто поспали, сейчас два часа дня. – Свон говорила все это с мягкой улыбкой на губах, но думала совершенно иначе. Она боялась, что могла сделать что-то не так, испортить все. И взгляд Реджины только подтверждал ее догадки. «Этого не должно было происходить, даже этого», - подумала Миллс и молча скрылась в ванной комнате. - Реджина? – Эмма осторожно постучала в дверь. Прошло 10 минут, но женщина так и не вышла, потому Эмма решила написать ей записку и уйти. - Окей, я просто уйду. – Оповестила Свон и положила исписанную бумажку на стол. «Почему я всегда все порчу?!» - спрашивала Миллс саму себя. Она открыла дверь и вышла с сердитым выражением лица. - И Вы не ушли раньше потому что…? – вновь этот холодный и деловитый тон. - Реджина? Какого черта?! – Эмма была просто в шоке от неожиданных перемен в настроении Миллс. - Я не желаю Вашего присутствия здесь, мисс Свон. - Почему? Улыбка на устах брюнетки выглядела поистине злобной. - Потому что не желаю. - Какого черта! Вы сами просили меня остаться! – Эмма и сама разозлилась, не понимая, что происходит между ними. - Я хочу, чтобы Вы ушли, мисс Свон. Вы глуха или страдаете иным недугом? – Реджина подошла так близко, что блондинка ощутила, как ее личное пространство бесцеремонно нарушили. Сейчас эта близость выглядела уже не так чарующе, как прежде. - Вы сейчас серьезно? – обида отражалась на лице блондинки, когда она тихо задала свой вопрос. - Похоже, что я шучу, мисс Свон? – Реджина не сдавалась, становясь все холоднее. Эмма не смогла сказать ни слова, словно в ее горле застрял ком, потому она просто кивнула. Обида и боль застыли на ее лице, ведь она думала, что все происходившее что-то значило, но нет. Реджина ни разу не показала, что не хочет прикосновений, объятий, она даже заснула на груди Эммы! А теперь повела себя так. В последний раз заглянув в глаза брюнетки, Эмма ушла прочь. Миллс видела всю ту боль в глазах Эммы, но что она могла поделать? Она в любом случае все разрушила бы, потому лучше сделать это сейчас. Женщина услышала, как захлопнулась дверь. Повернувшись, она увидела, что Эммы больше нет. Тяжело вздохнув, Реджина опустилась на кровать, замечая записку. Почерк не был знаком, но она поняла, кто написал это, сглатывая тяжелый ком в горле, когда взяла письмо в руки.

Дорогая Реджина, Мне действительно очень жаль, если я сделала что-то не так. Я не хотела обидеть тебя и, если это случилось, прости меня. Я все еще хочу провести день вместе с тобой и Генри. Пожалуйста, позвони мне… Эмма.

Реджина перечитала эту записку трижды. Слезы потекли по ее щекам, и она свернулась «калачиком» на своей постели. С запиской в руках и обсохшими на щеках слезами, женщина почувствовала, как ее тело сковывает слабость и отчаяние. Ей просто нужно уснуть… уснуть и забыть, но в голове все время звучал вопрос: - «Что я наделала?».