Мёртв или всё-таки жив?

POV. Майкл. В дальнейшем жизнь в санатории протекала куда интереснее. Мы довольно часто нарушали режим, вместе сбегали с территории, находя всё новые и новые занятия на день. Мы были в местном небольшом зоопарке, катались на лошадях (на которых я отбил себе всю задницу и едва не навернулся!), гуляли по лесу, собирая различные ягоды, однажды даже напросились с местным клубом скалолазания в горы, где я проявил удивительную ловкость, удивив этим своего отца. Он даже купил мне новый телефон, ничуть не хуже предыдущего. Правда, пока без сим-карты, ведь её надо будет восстанавливать уже в Нью-Йорке. В общем и целом, оставшаяся неделя пролетела довольно быстро. Мы вернулись домой, отец вышел на работу, а вот на меня навалилась куча упражнений, которые я пропустил, а также летнее домашнее задание. Да-да, лето подходило к концу, и родители решили, что лучше мне будет пойти снова в школу, чем оставаться на домашнем обучении совершенно без присмотра (к тому моменту они уже успели просечь, что учиться я рвался куда меньше, чем до попадания в кому). Началась ещё одна череда до жути унылых дней, тянувшихся друг за другом. Мне позволялось выходить на улицу, но даже там я не знал чем заняться. Без карманных денег, без памяти, без друзей, иногда я просто шатался по улицам, заново вспоминая место, где я прожил почти всю свою жизнь. Многое было знакомым, смутно, словно на старых нечётких фотографиях, которые я видел когда-то давно и запомнил очень плохо. Но мне было приятно, что я вспоминал больше, узнавал магазины, улицы. Иногда я напрашивался погонять мяч с местными мальчишками лет десяти, поражая их своими умениями. Я и сам не знаю, откуда это умею, просто есть чувство, что я всегда это умел. Конечно, гонять мяч было очень весело, но с наступлением вечера стоило поспешить домой, там снова ждали уроки. Многое оказывалось очень сложным, я не понимал даже того, что, по сути, должен был уже знать, от чего неприятная тяжесть оседала на душе. Но иногда появлялись и проблески, словно в голове в один момент всё вставало по полочкам, и очередной пример оказывался не таким сложным, как это казалось минуту назад. Родители списывали всё на не до конца восстановившиеся воспоминания после травмы, но почему-то мне всегда казалось, что дело в чём-то другом. Так пролетели дни, и наступила осень. Если честно, в первый день я очень не хотел идти в школу, ведь меня записали на два класса младше моего реального возраста. Мне придётся учиться среди малолеток и коротышек. И почему-то я не думаю, что они примут меня с распростёртыми объятьями. В последний раз жалобно глянув на подвозившую меня до школы маму, я получил лишь очередной щелбан и хмурый выговор, с просьбой не валять дурака. Она верила, что с моими бывшими способностями я быстро нагоню программу и вскоре смогу присоединиться к своему классу, вот только во мне от чего-то витали жуткие сомнения по этому поводу… - Ну всё, давай, будь хорошим мальчиком! - Я подумаю, - с обречённым вздохом буркнул я, покидая машину и захлопывая дверь. Пути назад не было. Я должен преодолеть это препятствие! Настроившись на войну со школой и нахмурив брови, я сделал несколько шагов вперёд, как вдруг чья-то тёплая рука упала на моё плечо. Рефлексы сработали сами собой, и я снова едва не повалил кого-то на землю. Благо, вовремя остановился с чужой рукой в захвате. - М..м..м..Майкл?! Ты чего! – заикаясь, произнёс какой-то странный с виду паренёк, глядя на меня ошарашенным взглядом. Чуть ниже меня, светлая кожа, растрёпанные брюнетистые волосы, яркие браслеты… Он мне казался смутно знакомым. По крайней мере, в его присутствии мои ноги не дрожали, как во время землетрясения. Из этого я сделал вывод, что он не опасен, и тут же выпустил из захвата под удивлённые взгляды проходивших мимо учеников. - А.. прости, я не специально, иногда это само происходит… рефлексы, ха-ха, - попытался отшутиться я, пошерудив в своих волосах. Собеседника, кажется, такой ответ удивил, но все же успокоил. Он нервно сглотнул и, наконец, выпрямился, оглядывая меня со всех сторон. - Ты так изменился! Так вырос! А откуда ты знаешь все эти приёмчики? Занимался боевыми искусствами? У тебя новая причёска? Вау, крутые значки на рюкзаке! Ты тоже слушаешь эту группу?! Эй, эй, эй, постой, ты точно тот Майкл, которого я знал?! А где твои очки? Паренёк был явно хорошо со мной знаком, он не затыкался ни на минуту, обходя меня со всех сторон и смущая таким своим поведением. Я даже не успевал и слова вставить! Давно со мной не разговаривал никто из сверстников. Это так... странно. - Эм… я… - Аааа. Я понял, ты решил носить линзы! Хорошая идея, тебе так идёт, и с этой причёской ты даже стал походить на человека. Нет! Даже стал настоящим красавчиком! Ха-ха-ха, теперь все девчонки точно будут твои, так не честно, братан! - Эй, да постой ты, в конце-то концов! – не выдержав, я схватил его за руку, останавливая этот поток словестного поноса и его постоянные перемещения вокруг. Сделав глубокий вдох, я, наконец, начал говорить сам. - Послушай, чувак, если честно, я не помню, как тебя зовут, наверное, мы дружили раньше, это, конечно, очень круто, но не мог бы ты быть поспокойнее? Я не успеваю и слова вставить! Может быть, ты не слышал, но у меня была довольно страшная болезнь все три года, что я отсутствовал, и я многое из-за неё не помню. Не мог бы ты войти в положение и для начала всё объяснить?.. Я поднял на него измученный взгляд и выдохнул, ловя на лице собеседника заметные нотки удивления. Может, он не знает про болезнь? Но мама сказала, что она оповестила преподавателей в школе и попросила их рассказать моим бывшим и нынешним одноклассникам об этом. Правда, было решено скрыть факт комы, чтобы люди не задавали лишних вопросов… Кстати. Внезапно я осознал, что таки не спросил, как я оказался в больнице и почему. Что стало причиной комы? Они говорили, что это была травма, но какая? Почему эта тема так ни разу и не поднялась? - А ты… не был таким разговорчивым. Ты и правда изменился, - уже более спокойно выдал собеседник, но его речь оказалась прервана школьным звонком на первый урок. - Ааа! Чёрт, звонок! – засуетился парень, переступая с ноги на ногу, - Ещё увидимся! – уже удаляясь, выкрикнул он, - Кстати, меня зовут Сэм! На этом он исчез из моего поля зрения, и я, наконец, смог спокойно выдохнуть. Да сколько же в этой школе странных личностей?! Надеюсь, та троица из торгового центра мне не повстречается. -А! – внезапно осознал я, - чёрт, звонок же! – на этом я сорвался с места и влетел в школу на всех парах, едва не сбив с ног какую-то девчонку. Она странно на меня глянула и покраснела, но разбираться с этим не было времени, поэтому я просто извинился на ходу, исчезая на втором этаже здания. *** Что ж, встреча с классом оказалась практически такой, как я и ожидал. Впрочем, от чего-то я чувствовал себя крайне уверенно и ничуть не смущался чужих взглядов и смешков местных мальчишек. Они были на два года меня младше, как минимум на голову ниже, и начать запугивать уж точно не должны были. Однако беспокоило меня больше не это, а сам процесс учёбы. Почти на каждом уроке я сидел с округлившимися глазами, втыкая в доску и совершенно не осознавая, какого дьявола они вызывают всеми этими иероглифами! Панцирь вам в рот, я на такое не подписывался! Ой, откуда я знаю это ругательство? Хотя ладно, не важно, лучше объясните мне, где те прекрасные школьные будни, о которых говорят в различных фильмах? Где толпы девочек, вешающихся мне на шею и разговоры по душам с самыми крутыми пацанами? Игры с мячом на перемене и поиск привидений в подвале?! Кажется, я попал в какую-то неправильную школу… Ааах, мой мозг сейчас окончательно расплавится! Под конец пятого урока падаю на парту лицом и провожу так и еще часа три, пока основные занятия не заканчиваются, и не настаёт время обеда. С уже куда более счастливой миной несусь в столовую, накладывая себе как можно больше вкусностей, если школьную еду вообще можно назвать вкусной. С уже полным подносом я ищу взглядом местечко, чтобы присесть, пока до боли знакомый паренёк по имени Артур резким движением руки не переворачивает поднос прямо на меня. Ошпарившись чаем, я резко стягиваю с себя толстовку и хватаюсь за покрасневшую руку, подняв недовольный взгляд на своего обидчика. Да уж, вот это прямо как в фильмах… про лузеров и ботаников. Столовая затихает. - Ой, а кто это у нас тут такой злой? Чем не доволен, очкарик? Хм, ты сегодня без очков? Жаль, жаль, мне так нравилось это прозвище! – после этой до жути тупой фразы он заливается громким смехом вместе со своими дружками и ещё несколькими людьми поблизости, скромно хихикающими над произошедшим. Меня же переполняет злость, то ли от испорченной еды и испачканной рыжей толстовки, то ли от его гадкой морды, по которой хочется прописать как следует. - Ути мой маленький, ты и правда забыл, что столовая твоя запретная зона? – он с гнусной мордой наклонился чуть ниже ко мне, желая ещё что-то добавить, вот только я не собирался терпеть такого отношения, и с разворота зарядил ему по ноге, заставляя покачнуться вперёд и упасть прямо в кучу разваленной недавно еды. Столовая затихла ещё больше, вскоре разразившись громким смехом. «Да я… Охрененски крут! Прям как в кино! Нет, я прям супер-пупер-мега крут!» - вертелось в голове, заставляя широкую улыбку во все тридцать два отразиться на моем лице. Вот только этой радости не разделяли как и сам Артур, в шоке барахтающийся в отходах, так и его друзья, коллективно идущие в мою сторону. Не растерявшись, я схватил чью-то вилку и направил в их сторону, глянув так сурово, насколько вообще мог. - Лучше не походите, если не хотите получить так же, как он, - ноги в этот момент предательски тряслись, болезненные воспоминания мелькнули в голове: боль, синяки, крики, я многое вытерпел от этих подонков и проходить через это снова не собирался. К моему счастью, подоспели учителя, разрядив обстановку и растащив подростков по разным углам. Меня отправили в медпункт, приложить лёд к ожогу, а остальных – на допрос к директору. Судя по словам очевидцев, я всё же оказался жертвой и не получил даже выговора, кроме выговора от медсестры - быть в следующий раз аккуратнее. Чёрт, и что за день такой! Уже стоя за дверью, я опёрся о стену и со скрипом сжал зубы, прокручивая в голове те воспоминания, что успел получить. Я... не хочу снова так жить!

***

За окном вечерело, и дополнительные занятия, на которые меня записали родители, подходили к концу. Я уже заметно успокоился, стараясь сосредоточиться на обучении, но… лишь в очередной раз подпалил свои мозги. Из школы я выходил ужасно уставшим и опустошённым, словно из тела выкачали всю энергии на пару недель вперёд. - И так будет каждый день?.. – обреченно бормочу я, поднимая голову к небу и потирая затёкшую шею. Тогда уж лучше сидеть дома в одиночестве. И куда делся весь мой положительный настрой? Вздыхаю, и, медленно переставляя ноги, бреду к выходу из школы. Домой придётся идти пешком, ведь родители ещё на работе, да и живу я, по сути, не далеко, почему не прогуляться и не размять за день задубевшее тело? Вот только за первым поворотом в какой-то переулок меня ждёт очередной сюрприз в виде уже знакомой мне троицы. Нет, ну они точно хотят получить по первое число! Пусть я и не знаю, откуда умею драться, но справиться с этими тремя точно смогу. - Снова захотели получить? – с довольной ухмылкой бросаю я, спрятав руки в карманы штанов и всем видом показывая безразличие ко всему происходящему. - Ахаха! Вы слышали? Когда это он успел стать таким борзым? – С ядовитой ухмылкой произносит Артур, щёлкнув пальцами, - Да, парни? На этих словах за моей спиной и за спиной Артура появляется в общем счёте человек десять-двенадцать, и я понимаю, что точно не смогу справиться со всеми в одиночку. Я надеялся лишь на свои инстинкты и рефлексы, но этого явно будет мало для такой толпы! - Ха-ха, чуваки, ну вы чё, это же была просто шутка! – выдаю я, стараясь разрядить атмосферу взаимной ненависти, вот только… Сердце знакомо сбивает свой ход, и я хмурюсь, сжимая руки в кулаки и роняя взгляд в землю. Нет, только не сейчас, пожалуйста, мне нужно уносить отсюда ноги. Но они не желают сдвинуться с места, предательски дрожа и подкашиваясь. - Ооо, да наш герой уже сдался? Выглядишь довольно жалко, Майкл. Куда растерялась вся твоя храбрость и новые трюки, что ты успел выучить за три года? Я глубоко вдыхаю несколько раз, прислушиваясь к своему сердцебиению. Чувствую, как неровно бьётся сердце, постепенно возвращаясь к привычному ритму. В этот раз это длилось дольше, может быть… мне всё же стоит рассказать об этом родителям? Но так не хочется снова загреметь в больницу! Но не время думать об этом сейчас. Я разворачиваюсь и срываюсь с места без предупреждения, обходя сначала одного, затем ловко проскальзывая около ног второго и подставляя подножку третьему, чтобы задержать остальных. К счастью, мне удаётся вырваться из окружения - теперь самое время оторваться. Солнце уже садиться, и окрашенное в розовый небо постепенно синеет, сгущая над городом тьму. А я со странной лёгкостью огибаю различные препятствия: заборы, бордюры, клумбы, ловко перемахивая через них, постоянно ставя визжащее негодованием преследование в очередной тупик. Вскоре мне всё же удаётся скрыться из виду в каком-то тёмном переулке между домами. Облокачиваюсь о стену, каждой клеточкой тела ощущаю, что уже нахожусь на пределе своих сил. Дыхание сбивается, в горле горит, и голова кружится от усталости. Я всегда был таким слабым? - Да найдите же этого ублюдка, черт возьми! – слышится неподалёку, и я взволновано шарю взглядом по округе, ища место, где можно укрыться. Единственное, что попадается мне на глаза – огороженный открытый канализационный люк. Подхожу чуть ближе, переступая через ленточку ограждения, и сильно морщусь от исходящего из глубин этой чёрной дыры запаха. Решение спуститься вниз приходит спонтанно - из-за угла выбегает один из шайки, не давая времени на раздумья. Нырнув вниз, хватаюсь за старую сырую лестницу, не без отвращения спускаясь по ней вниз. Крепления к стене предательски скрипят, но я лишь надеюсь, что эти парни не додумаются искать меня в канализации. Оказавшись на дне, осматриваюсь в кромешной тьме и отхожу на несколько метров от люка, чтобы меня невозможно было увидеть в свете загоревшихся по всему Нью-Йорку фонарей. Прикрываю рукой рот, чтобы скрыть учащённое дыхание, и вслушиваюсь в тишину, иногда прерывающуюся топотом над самой головой и знакомыми криками заметно разъярённого Артура. Когда сверху всё затихает, наконец даю волю дыханию и с шумным выдохом прижимаюсь к стене, сползая на неприятно влажный пол. Впрочем, сейчас это уже не важно, ведь усталость накатывает с новой силой. - Вот чёрт, и как я умудрился вляпаться в эту историю, аааа! – я обоими руками хватаюсь за голову, превращая причёску в тихий ужас, и на пару минут утыкаюсь головой в колени, переваривая произошедшее за весь день. Пока... странный шорох и тихий лязг в паре метров прямо передо мной не заставляют снова вскочить на ноги. Едва различимая огромная тёмная фигура со сверкающими зелёными глазами стоит неподвижно у противоположной стены, неотрывно наблюдая за мной. Мы переглядываемся около минуты, пока я в очередной раз не срываюсь с места в сторону люка, но уже через несколько секунд чувствую, как меня хватают за капюшон. Соображая буквально на ходу - расстёгиваю молнию и выворачиваюсь из куртки, оставляя её в руках незнакомца, а сам тем временем запрыгиваю на лестницу, из последних сил забираясь по ней наверх. Ещё маньяков мне для полного счастья не хватало!