Мёртв или всё-таки жив?

POV. Леонардо Я такой наивный. Всю свою недолгую жизнь был уверен в том, что мы всегда будем вместе: вместе жить, вместе завтракать, вместе смотреть телевизор, сражаться за кусок пиццы, вместе отнимать жизни у своих врагов. Это было бы действительно прекрасно, не правда ли? Такая уютная домашняя идиллия, я, братья, отец, наши друзья Эйприл и Кейси, и наши враги, чьи имена называть будет слишком долго. Да, пожалуй, такая жизнь мне была бы по душе. И не надо никакой любви, никакой школы, никакой работы, никакой славы и никаких денег. Только мы, все вместе, как всегда плечом к плечу. Я, Рафаэль, Донателло и Микеланджело. Четвёрка ниндзя черепашек-мутантов, патрулирующих ночной город, следящих за порядком на улицах любимого Нью-Йорка. Сколько бы раз я об этом не думал – всегда прихожу к одному и тому же выводу. Я действительно наивен, словно маленький ребёнок, берущий конфетку из рук рослого дяденьки в тёмном плаще и шляпе, закрывающей половину лица. Я, как этот мальчишка, плыву по течению и соглашаюсь принять сладость, испытывая минутное наслаждение. И это минутное наслаждение ничто по сравнению с тем ужасом, который придётся пережить позже. И слава богу, если пережить… Я совсем ещё ребёнок. Маленький и глупый ребёнок, играющий в лидера.

***

- Уааааа! Я уже устал ждать! Сколько можно тут сидеть? Давайте просто выпрыгнем отсюда и надаём этим Футам по заднице! Знакомый звонкий голосок обладателя оранжевой банданы разнёсся по временному убежищу черепах (одной из крыш Нью-Йорка), заставляя всех вздрогнуть. Майки же это ничуть не смущает, он лишь наигранно улыбается, принимая свою любимую победоносную стойку, будто уже отделал парочку элитных отрядов ниндзя. Этот непоседа как всегда в своём репертуаре – совершенно не умеет ждать и не имеет в своём лексиконе слова «затаиться». Проблематичная личность, но мы с братьями уже привыкли, хоть до сих пор и поражаемся тому, насколько притуплено у этого паренька чувство самосохранения. - Майки, заткнись и сядь на место, это опасно! - приглушённо выдавливаю я, стараясь не отрываться от своего прежнего занятия – наблюдения за тем, что происходит внизу. Ещё не хватало из-за этого оболтуса пропустить что-нибудь важное. Уже третий час мы продолжаем слежку, а никто из этих уродов так и не показал своего носа из ангара. Чёрт, как же всё-таки это подозрительно, скорее всего, придётся отступить сегодня и прийти в следующий раз. Майки уже на взводе, но идти туда прямо сейчас слишком опасно. За всё это время пейзаж практически не изменился. После того, как в здание ангара въехал очень подозрительный грузовик, практически ничего не произошло, разве что один из охранников эпично упал, запнувшись о камушек. Рафаэля это особенно повеселило, успокоить его нервный смех и не выдать нас стоило больших трудов. Это же Раф. Но я заметил, что в последние полчаса братья начинали сомневаться в целесообразности подобной слежки, однако, не решались подать голоса. Даже Майки упорно старался держать себя в руках, но в итоге не выдержал, побудив и других начать протестовать. Сейчас будет сложно убедить их в том, что лучше отступить, чёрт. - Действительно, Лео, ты уверен, что нам стоит быть настолько осторожными? Ничего не происходит, из здания ангара не исходят звуки, никто не входит и не выходит. Даже свет выключен. По моему мнению, стоит зайти уже и посмотреть, это было бы логичнее всего. Иногда ты бываешь слишком подозри… - Да что ты с ним разговариваешь, Донни! Этот твердолобый всё равно будет стоять на своём. - Раф, это ради вашей же безопасности, я чувствую, что что-то здесь не так! Нам надо отсту… - Чувствуешь? Так значит, мы это из-за твоих грёбаных чувств сидим тут уже битый час?! Какого хрена, Лео! Мы столько раз сражались с этими бесполезными Футами, что пора бы уже понять, что наших сил хватит, чтобы с ними справится. Всё, надоело, я пойду и осмотрю этот ангар сам, а ты, чувствительный наш, можешь продолжать сидеть здесь. Или вовсе пойти домой. - Стой! Это опасно, Рафаэль! Мастер Сплинтер не случайно назначил меня лидером! Я знаю, что здесь что-то не так! Пытаюсь его остановить, но, как и ожидалось, это совершенно бесполезно. Его не переубедить. Теперь уже поздно. Чёрт, Рафаэль, ты всё испортил, да ещё и Майки потянулся за тобой следом, обрадовавшись тому, что больше не надо сидеть на месте. Что же делать, нужно вернуть их, это же действительно опасно! Так, ладно, Лео, будь спокойнее. Нужно что-нибудь придумать, чтобы их вернуть, к тому же Донни ещё здесь, он точно поможет мне. Поднимаю глаза и вижу, как последний брат, на которого я возлагал большие надежды, делает несколько шагов у бортику крыши и встаёт на него одной ногой, виновато оглядываясь. Донни..? - Я думаю… нам тоже стоит пойти, иначе они натворят глупостей, ты же знаешь. Твою мать. Всё как всегда пошло не по плану. Эти братья… когда же они начнут хоть немного прислушиваться к моим словам? Я же волнуюсь за них, моё предчувствие ещё никогда меня не подводило. Что делать, если самые страшные опасения сбудутся? Что, если всё это ловушка? Мне страшно туда идти. Но я не вижу другого выхода. Убедить этого упрямого осла Рафаэля отступить будет просто нереально, так же, как и нереально оттащить от ангара Майки, да и Донни на их стороне. Я сдамся в последний раз, только сегодня я позволю совершить им эту глупость, но не более того. Медленно поднимаюсь на ноги и с обречённым видом следую за Донни. Ловко спрыгиваю с крыши старой заброшенной трёхэтажки на землю, скрываясь в тени и прячась за дремлющими машинами и старыми деревянными ящиками, бесшумно приближаясь к своей цели – насквозь проржавевшему ангару с выбитыми стёклами, напоминающему прямоугольную консервную банку со шпротами. Это определение ещё в самом начале дал ангару Майки, вот и приелось. Давать всему характеристику – в его репертуаре. Но сейчас не в этом дело. Стоит поторопиться, эти двое уже пробрались внутрь.

***

Я же говорил! Я предупреждал! Я знал, что здесь будет ловушка. А вы не послушали меня, и теперь мы в таком неприглядном положении. Кажется, на территории этого заброшенного склада собрались все силы клана Фут, непрерывной волной наступая на нас, стараясь разделить и прикончить поодиночке. Сегодня они как никогда серьёзны, мы срочно должны выбираться. - Донни! Слышу обеспокоенный голос Рафа, резко оборачиваюсь и вижу, как умника со всей силы припечатал к стене один из ниндзя. Необычный ниндзя, слишком крупный и сильный, но не менее ловкий, чем его более мелкие соратники. И именно от такого я получаю удар в челюсть, поплатившись за то, что отвлёкся от противника. Чёрт, нужно срочно отступать, нельзя продолжать в том же духе, мы не можем, у нас не хватит сил. - Раф, хватай Дона и валите отсюда, я позабочусь о Майки! Сейчас он совсем не против выполнить мои указания, его тоже нехило потрепали, кажется, даже сломали руку. Насколько я могу судить с этого расстояния – серьёзно так сломали, на восстановление уйдёт немало времени. Это я виноват, если бы настоял на своём, если бы был немного жёстче… Майки. Где Майки? Отбиваюсь от нескольких Футов, медленно отступаю, запрыгиваю на какой-то ящик и вдруг слышу позади пронзительный вопль. Он бьёт по моей голове, словно отбойным молотком, заставляя резко развернуться и сфокусировать глаза на источнике звука. Майки. Лежит на холодной земле, весь в мелких ссадинах, порезах и синяках, пытается подняться из всех сил и дотянуться до нунчак, отлетевших в сторону. Но на его руки тут же наступают, заставляя снова громко вскрикнуть. Он один, беспомощен и очень далеко от любого из нас. Срываюсь с места, расталкивая одного ниндзя за другим, не отводя взгляда от младшего брата. Машу своим оружием направо и налево, борюсь, пытаюсь, но уже знаю, что не успею. С уст срывается животный вопль, когда я вижу, как один из футов заносит катану над головой, а затем со всей силы пробивает ей пластрон Микеланджело, заставляя того распахнуть глаза от боли. В этот момент мне словно сносит крышу. Адреналин плещется по венам, заполняя каждую клеточку тела... Я не помню, как выбрался оттуда и как вынес оттуда Майки, ведь прихожу в себя только спустя несколько минут, на безлюдной улице, наедине с ним. Дышит. Ещё дышит. Он жив, хоть и сильно ранен, хоть и перемазан в собственной крови с головы до пят. Пожалуйста, не уходи, потерпи ещё немножко, скоро мы будем дома, скоро с тобой всё будет хорошо. Чувствую, как что-то горячее льётся из моих глаз, крупным градом падая на лицо младшего. Он приоткрывает глаза и улыбается, как всегда весело и беззаботно. - Лео, я никогда не видел, чтобы ты плакал. Я смотрю на его рану и не могу выдавить и слова, я уже знаю, что он не выкарабкается, я уже знаю, что не смогу его спасти, и оттого сердце сжимается, и оттого страшная гримаса боли проступает на лице. Как же я хочу, чтобы всё это оказалось сном, и как же я сейчас хочу проснуться. - Хей, братишка, ну ты чего. Всё же хорошо, мы выбрались. Только… Только что-то я хочу спать, разбуди, когда доставят пиццу… - Нет, Майки, не закрывай глаза! Майки, не засыпай! Кричу что есть силы, напрочь позабыв обо всякой безопасности. Да и какая, к чёрту, безопасность, когда на моих глазах веки брата медленно опускается и его сердце прекращает свой ход. Больно, как же мне больно. Я не могу дышать, не могу реветь, не могу кричать. В мгновенье все силы выбивают из меня, словно пыль из старого ковра, доставляя при этом огромную боль. Душевную, физическую – не важно. Мне больно, мне очень больно. Микеланджело, Майки, Майк, весельчак, оболтус, болван, не уходи, пожалуйста, останься, нет, не надо, не… не умирай! Майки!