Каким будет твое желание?

Повар из Томаса был, чего уж от греха таить, крайне дерьмовый. Его высшим кулинарным шедевром были переваренные макароны, поэтому, достав из шкафа турку, он заранее насупился, представляя, как будет плеваться Ньют, пробуя на вкус ту бадягу, которую Томас сварит. Он сыпанул в турку две ложки молотого кофе. Потом подумал и добавил еще две. И уже когда начал наливать в турку воду, запоздало сообразил, что у Ньюта и так шило в жопе размером с бейсбольную биту, а крепкий кофе только добавит трагики картине. Сварив две кружки кофе, он бухнул их на стол и принялся рыться в одном из самых верхних кухонных шкафов. Выудив откуда-то из закромов пачку шоколадного печенья, он бухнул на стол и ее. Ньют тем временем молча наблюдал за его телодвижениями, водя глазами то туда, то сюда. Что-то вспомнив, Томас заглянул в холодильник, достал оттуда упаковку сливок, открыл и щедро плеснул в одну из кружек, после чего пододвинул ее к Ньюту. Тот, осторожно понюхав содержимое поставленной перед ним чашки и довольно кивнув, отпил маленький глоток. Томас напрягся. — Я подумал, что тебе больше нравится, когда с молоком, — в оправдание сказал он, наблюдая за вытянувшимся лицом Ньюта. — Спасибо, Томми. Мне нравится, — Ньют широко улыбнулся, показывая белые зубы, и теперь вытянулось уже лицо Томаса. Он даже не знал, чему больше удивляться — тому, что кому-то понравилась его бадяга, или тому, что Ньют вдруг стал всем таким из себя милым и пушистым. — Не обольщайся, — добавил Ньют, сверкнув глазами, — просто мне правда понравился этот ваш кофе. Я раньше не пробовал ничего подобного. — Пейте на здоровье, Ваше Высочество, — пробухтел Томас, открывая упаковку печенья и тут же накидываясь на ни в чем не повинную печеньку. Следующие несколько часов Томас безуспешно пытался подготовить комментарий к одной из тех политических статей, что им совали в руки на каждом занятии. Политик из него выйдет хуевенький — это Томас понял еще на первом курсе. У него и раньше были проблемы с написанием публицистических текстов, но сейчас, под внимательным взглядом Ньюта, эта задача и вовсе казалась невыполнимой. — Если ты не перестанешь так на меня смотреть, глаза выну — в кармане носить будешь, — не выдержал Томас. — Сосредоточиться не даешь. Сходи погуляй. — А может, мне нравится на тебя смотреть, — с невозмутимым видом сказал Ньют таким тоном, каким объявляют прогноз погоды. — Что, раздражает? А ты загадай желание, и я сразу исчезну из твоей жизни. Томас наградил Ньюта мрачным взглядом. Таким мрачным, словно в нем собрались все тучи из соседних штатов. — Обойдешься. — Тогда не жалуйся. К вечеру Томасу начало казаться, что он медленно сходит с ума. Ньют преследовал его повсюду, ходил по пятам из комнаты в комнату, один раз Томасу даже пришлось вытолкать того из ванной. Ни минуты покоя, ни минуты тишины, ибо как бы он ни старался, он все равно слышал размеренное дыхание Ньюта, даже если тот находился в противоположном конце комнаты и дышал, вообще-то, совсем неслышно. Но Томас слышал. И это сводило его с ума. Сколько Томас себя помнил, он всегда предпочитал быть один. Не то чтобы он совсем не любил общество других людей, напротив — ему нравилось встречаться с друзьями, гулять в шумных компаниях, заваливаться к Минхо в гости. По крайней мере, несколько месяцев назад так и было. Но когда дело касалось его личного пространства, тут Томас превращался в маленького монстра. Он с семнадцати лет жил один и настолько привык, что «мой дом — моя крепость», что сейчас просто не знал, куда себя деть. Он никак не мог смириться с мыслью, что в своем собственном доме больше не сможет побыть один. Казалось бы, все просто — загадал желание, получил пряник, помахал ручкой демону, и живи себе дальше в свое удовольствие. Но. Бесконечные и уже надоевшие «но». — Так, все, — Томас захлопнул ноутбук, снял очки и потер переносицу. — Ты мне объясни, зачем стоять позади меня и заглядывать мне через плечо? Сядь на кресло хотя бы. Или я сейчас позвоню Минхо и попрошу тебя выгулять. Мне эту работу завтра сдавать, имей совесть. — Совесть? У меня? Шутки шутишь, — усмехнулся Ньют, но все же сел на кресло у окна. Томас молча встал, снял с крючка на двери кофту и надел ее, накидывая капюшон себе на голову. — Куда-то собрался? — Туда, где нет тебя. И не надо ходить за мной хотя бы в этот раз, я тебя очень прошу. Вопреки ожиданиям Томаса, Ньют не последовал за ним. Он вышел на улицу и облегченно выдохнул, наблюдая за тем, как из его рта выходит пар. Несмотря на то, что на дворе стоял ранний сентябрь, по вечерам становилось дико холодно. Наверное, стоило надеть ветровку. А может, все дело было в том, что Томас был мерзляк и при температуре чуть ниже двадцати градусов уже начинал тосковать по солнечному Лос-Анджелесу, в котором вырос. Застегнув кофту до самого подбородка и поглубже засунув руки в карманы, Томас пошел вперед по дороге. Просто так, куда глаза глядят. На самом деле, глядели они то вниз, на асфальт, то вверх, на вечернее небо, которое уже было усыпано звездами. Томас не помнил, который был час, когда он выскочил из дома, не помнил, сколько времени брел вот так вперед по улице. В голове была полнейшая каша, и это не казалось ему удивительным. Интересно, чем сейчас занят Ньют? Томас встал посреди тротуара и хлопнул себя ладонью по лбу. Вот так, значит. Он наконец-то остался один, но его мысли почему-то неизменно возвращаются к этому блондинистому демону. Давай же, Томас, наслаждайся своим любимым одиночеством, думай о чем-нибудь светлом и прекрасном. Ну, он и думал. О светлом. И прекрасном. — Блять, — Томас опять остановился. Он мог заняться сейчас чем угодно: завернуть в гости к Минхо, продолжить гулять, залезть на фонарный столб, покормить лебедей, станцевать ламбаду. Что угодно, мать его, но он почему-то продолжает думать про Ньюта, от которого, вообще-то, сам и сбежал. Он же демон, Томас. Большой и страшный демон, который высосет из тебя душу, отправит в Ад, сварит в котле с остальными грешниками. Для него все это — игра, он издевается над тобой и получает от этого искреннее удовольствие. В голове невольно всплыло утреннее «спасибо, Томми». Томас мгновенно вспыхнул. Здрасьте, приехали. Он на секунду прикрыл глаза и продолжил свой путь. Пожалуй, стоит ответить согласием на предложение Минхо сходить в клуб и познакомиться с какой-то там подругой какой-то там Сони. Почему бы и нет, спрашивается. Быстро вышагивая вперед по дороге и злясь на самого себя, Томас не сразу услышал чей-то громкий крик. Он остановился и огляделся. И когда он успел забрести в этот район? Вопль повторился, и Томас напрягся. Насилуют кого-то что ли? Он сделал несколько шагов по направлению к ближайшему переулку и осторожно выглянул из-за угла. Метрах в двадцати от него он увидел невысокую девушку со слегка растрепанными волосами и двоих парней, которые что-то настойчиво ей втирали. Один из них крепко держал девушку за руку и тянул на себя. Девчонка упиралась, брыкалась и всячески пыталась извернуться, выскочить, вырваться. Томас обреченно вздохнул. Он понимал, что сейчас не самое время играть в принца на белом коне. Какой из него принц? Конь — может быть. Понимая, что очень, очень пожалеет об этом позже, Томас вышел из-за угла и пошел по направлению к троице. Мужчина он или кто в конце концов. — Эй, вы! — крикнул он, и парни обернулись. — Да-да, вы. Томас остановился перед ними, наградив тех взглядом, полным вызова. Наверное, видок у него был воинственный, но вот внутри все поджилки тряслись. Ему совсем не хотелось ввязываться в драку из-за какой-то незнакомой девчонки, но просто пройти мимо ему не позволяла совесть. — Чего тебе? — грубо поинтересовался один из парней — тот, что держал девушку за руку. Та вся сжалась и глядела куда-то себе под ноги. — Отпустите ее. Вам что, заняться больше нечем? Если так хочется трахнуть кого-то, то трахните друг друга, — бросил Томас и тут же пожалел об этом. Ой как пожалел. Ой сейчас кому-то глаза натянут на задницу. Ой пора делать ноги. — Ты охренел? — парень, первый заговоривший с Томасом, настолько опешил, что выпустил девушку, а та поспешила воспользоваться появившейся возможностью и дать деру. Смотря ей вслед, Томас огорченно подумал про себя, что больше он никого спасать не будет. Себе дороже. Пока парни пытались сориентироваться в ситуации и сообразить, что сделать — броситься за девушкой или навалять Томасу, тот решил ловить момент и делать ноги. Но едва он развернулся, как на его плечо легла тяжелая рука. Приехали. Ему с размаху заехали кулаком по лицу. Да так сильно, что Томас отступил назад на несколько шагов. На языке тут же почувствовался металлический привкус, и Томас сплюнул на землю. Замечательно. Просто замечательно. Молодец, Томас, нашел очередные приключения на свою задницу. Второго удара не последовало. Когда парень замахнулся во второй раз, перед Томасом возникла сизая дымка, которую он, кажется, где-то уже видел. Ньют появился из пустоты, точно так же, как и всего пару дней назад. Появился и встал точно перед Томасом. Оба парня застыли. — Ты откуда взялся? — Развлекаешься? — Ньют оглянулся на Томаса, игнорируя незнакомцев перед ним. — Вроде того, — брюнет облизнул разбитую нижнюю губу. — Я же сказал не ходить за мной. Ньют не успел ответить, так как двум несостоявшимся насильникам перед ним явно не терпелось влезть в драку. Он перехватил руку одного из парней точно перед своим лицом, так сильно сжав его кулак своими тонкими пальцами, что Томас отсюда услышал, как хрустят чужие кости. Парень заорал и отступил, хватаясь за ладонь, которая угрожающе покраснела. — Я же тебя прибью, малявка, — процедил сквозь зубы второй. — Валяй, — Ньют лишь со скучающим видом пожал плечами и засунул руки в карманы. Он ловко уворачивался от каждого удара, не вынимая рук из карманов, легко, почти грациозно, звонко смеясь и явно получая удовольствие. Увернувшись в очередной раз, Ньют зашел за спину громилам и щелкнул пальцами. Парни мгновенно повалились на землю, а Томас, который все это время стоял и хлопал глазами, по-настоящему перепугался. — Ты совсем страх потерял? — заголосил он. — Ну что опять не так? — обернулся Ньют, вскидывая брови. — Ты их убил? Ты же их не убил, правда? — Томас подлетел к двум, как ему казалось, бездыханным телам, лихорадочно размышляя о том, куда деть трупы и что случается с молодыми симпатичными парнями, которые попадают в тюрьму. — Расслабься, они просто в отключке. — А сразу так сделать нельзя было? Решил для начала покрасоваться? — Томас кипел. — Может, я хотел произвести на тебя впечатление, — Ньют расплылся в улыбке. — Ты свое впечатление уже давно произвел, так что прекращай эти фокусы, — брюнет поднял руку одного из парней и отпустил. Та безвольно шлепнулась обратно. — И что с ними делать теперь? — Да пусть валяются. Томас засопел. — Пошли, — Ньют поднял его с земли, — только не возмущайся, ладно? До твоего дома слишком долго топать. Он обхватил Томаса своими тонкими руками, и у того сперло дыхание. Пахло шоколадом, корицей и совсем чуть-чуть — кофе. Разве парни могут так приятно пахнуть? Ньют обнял его еще крепче, и Томас почувствовал, как чужое ухо касается его щеки. В следующее мгновение все, что было перед его взглядом, заволокло темно-серой дымкой.