Магия любви.

Лавка Голда. Место, представляющие собой, кладезь всевозможных предметов, как магических, так и не очень. Каждый здесь сможет найти что-то свое, когда-то отданное за сделку с Румпельштильцхеным. Все вещицы, несут за собой тайну, покрытую мраком, многие пугают, а многие и притягивают своим внешним видом. Наверняка сам хозяин гордиться этим, так-как ничего не было утеряно после злосчастного проклятья. Пожалуй, он один из немногих, чьи вещи остались со своим хозяином. Сохранилось и волшебство. В материальном виде. Его можно потрогать и даже выпить. Оно имело особую ценность и хранилось у хозяина лавки в строжайшем секрете, спрятанное в надежном месте. Ожидая своего часа. И этот час настал. Мужчина стоял у полки со склянками, в которых всеми цветами радуги переливалась сильнейшая магия. Голд задумчиво водил пальцами по витиеватым, вычерченным по дереву, знакам располагавшимися под каждой колбой. На одной из них он задержал свой взгляд. Емкость, единственная, была пустой. Но видимо, не сильно расстроившись этим фактом, Румпельштильцхен загадочно усмехнулся, и эта усмешка не предвещала ничего хорошего. Колокольчик, висевший над дверью, приветливо звякнул, оповещая этим звуком о посетителе. Не прошло и минуты, как царившая в помещении тишина, была бесцеремонно нарушена, обеспокоенным, но сохраняющим холодность, громким голосом: - Голд! Выходи, старый черт, я знаю, что ты здесь. Мне нужно с тобой поговорить. - Не нужно так кричать, дорогуша, - в привычной для него манере, растягивая слова и гаденько улыбаясь, появился мужчина. Он вышел из подсобки, тяжело опираясь на трость, но при этом, продолжая выглядеть безукоризненно, как и подобает Темному Магу. Гостьей оказалась никто иная, как сама Реджина Миллс. Нужно быть дураком, чтобы не заметить подавленного состояния женщины, пусть та и пыталась, так старательно его скрыть. - Заклятие скрывающие Сторибрук, разрушено. Не буду ходить вокруг да около, я уверена, что ты узнал об этом еще раньше меня. - И что же Вы от меня хотите, мадам мэр? – в голосе старьевщика можно было заметить неприкрытые нотки злорадства. Раздражение, так легко читаемое, отразилось на безупречном лице брюнетки, а на дне ее карих глаз, блеснул недобрый огонек. Она была не в том состоянии, чтобы играть в надуманные игры Голда, и уж тем более, терпеть издевку, направленную в ее сторону. - Ты прекрасно знаешь что! Нужно создать защитный барьер, но все ингредиенты для этого остались в моем замке, в Зачарованном лесу. - Хотите заключить со мной сделку? Реджина вся напряглась. Ее не прельщала данная перспектива, но иного выхода она, к сожалению, не видела. В воздухе повисло тяжелое молчание, во время которого, королева взвешивала все «за» и «против». И наконец, придя, как ей казалось, к верному решению, сквозь зубы выдавила: - Я согласна. Твоя цена и чем именно ты мне поможешь? Не скрывая своего ликования, Румпельштильцхен жестом попросил ожидать, скрываясь в одной из своих многочисленных комнат. Вернулся он уже не с пустыми руками, вызывая у Миллс удивленный вздох. - Откуда она у тебя? - Не все вещи, не подлежат реставрации, милочка. Я приберег ее, как раз для такого случая, - с этими словами, мужчина водрузил на стол шляпу Джефферсона. - Надеюсь, ты понимаешь, для чего она нужна. Тебе придется отправиться в родные края. И сделаешь ты это не одна, прихвати с собой мисс Свон. – деловой тон, как по взмаху волшебной палочки, исчез из речи Голда. - Что?! Ты в своем уме, зачем мне брать с собой какого-то Спасителя. Я справлюсь сама! – казалось, что от холода, который источал тон Королевы, стены в лавке могут покрыться тонкой корочкой льда. Она негодовала! Совершенно не понимая, что мог задумать этот прохвост. И это пугало ее, заставляя неприятной дрожи пробежать вдоль позвоночника. - Это часть сделки, – твердо и лаконично ответил Темный Маг. Еще некоторое время, Реджина сверлила мужчину тяжелым взглядом, ее верхняя губа, чуть заметно подрагивала – признак усилившегося гнева, он буквально сочился через кожу, обволакивая все вокруг. Наконец, не говоря ни слова, мадам мэр резко схватила корзину, в которой, хранилась злополучная шляпа, и надменно вздернув подбородок, грациозным движением, развернулась к старьевщику спиной, покидая помещение. Она уже не видела того ликования на лице Голда, ведь скоро пустующая колба заполнится самой чистейшей и сильной магией. Магией любви.