Инетная любовь

      Моросил дождь. Снова холодная весна, наверное и лето будет таким же, как и прошлый год, когда мы днем в зимних свитерах гуляли. Бррр... Однако меня грели мысли о моих группах. С одной стороны: это наш Инстрайх, а с другой Зона теней. Да еще и Мэрлин прилетает из Кельна. Что-то он зачастил в Германию, неужели решил покинуть наши российские просторы и вернуться к себе на Родину, к своим корням? Набираю ему, а мне в ответ автоответчик механическим голосом бормочет: абонент вне зоны доступа сети..., не дослушав до конца отключаюсь. Меня всегда бесило то, когда я не могу поговорить с человеком именно тогда, когда он мне нужен. Я уже готов был шмякнуть ни в чем неповинный телефон, как возле уха раздался до боли знакомый голос: - Verpasst? (примеч. автора: соскучился? перевод с немецкого)       - Aha!- в тон ему отвечаю я на чисто немецком, расплываясь в своей широчайшей улыбке.- Dich drei Wochen lang war? hatten wir aufgegeben, und mich darunter. (прим.авт. Ага! Тебя же три недели не было. Совсем нас забросил, и меня в том числе.)- Я надул свои губки, замечая его улыбку и в душе радуясь его приезду. - Не куксись, тебе не идет,- шепнул он мне ухо на русском без малейшего акцента. Собственно так у нас проходит каждая наша встреча после его прилета. А затем обнимашки, смех и расспросы на двух языках, то на русском, то на немецком.        Я всегда гордился своим произношением на Великом Германском, и вообще меня восхищала эта страна. Хотя я не по менталитету, больно уж немцы педантичны и пунктуальны, а я свободу люблю. Таков уж мой медвежий дух... А вот Мэрлин как-то умел совмещать два гражданства в себе одном и не выделяться из толпы. Хотя тут можно и поспорить: по поведению он конечно не отличался, а вот по внешности - это уже другой вопрос. Как ни как, а неформалы выделяются везде.       Как у любого неформала есть свои не доброжелатели, которые стараются уколоть по-больнее. У нас такие тоже были, при чем в немалых количествах. Мы уже привыкли парировать все колкости с высоко поднятой головой и не удивлялись ни чему. Вот и сейчас приехав в Конаково, тихий маленький городок на берегу матушки - Волги, мы встретили Андропенко. Лимон всегда предвзято относился к Мэру, на что Мэра с улыбкой отвечал на все его каверзы и достойно выходил из любой ситуации, а ситуаций было много. И все же порой гаденышу удавалась задеть альфу за больное. Мэрлин бесился когда его приравнивали к нацистам или фашистам, его дед хоть и был немцем, но воевал на стороне СССР, после войны пустил свои корни здесь, в ста двадцати километрах от Москвы. Поэтому его выводило из себя то сравнение, коим его описывал Лимон. Напыщенный альфа умел трепать нервы не только Мэрлину, но и мне. Вот и сейчас он встретился на нашем пути. - Какие люди,- протянул он, окидывая меня хищным взглядом и уставившись глаза альфе, выдал,- ну и как на русской земле живется, фашистская морда,- конечно Мэрлин сделал вид, что не заметил оскорбления в свой адрес, а мне так и хотелось вмазать уроду.- Не долго же ваши фашики у власти были,- снова съязвил он, развязывая мне язык. - Я всегда знал, что ты умом не блещешь, но чтобы настолько,- от же придурок, блин. - Скажи, что я еще в чем-то не прав?- с видом победителя произнес он. - В главном,- прошипел Мэрлин и отвернулся, чтобы не попасть на пятнадцать суток за избиение одного ублюдка, однако тот увязавшись за нами продолжал гнуть свою линию, играя на нервах у Мэры свои последние аккорды. Не желая доводить дело до греха, я снова влез со своей историей. - Фашисты никогда не были у власти,- прошипел я в ответ. - Да? А как-же Кенингсберг?- с гордостью произнес Лимон. - У власти были национал-патриоты Германии, а не фашисты, а что касается Кенингсберга, то наши Санкт-Петербург у немцев отбили за девять дней!- с гордостью изрек я, на что Мэрлин удовлетворительно кивнул, а Лим рассмеялся. - Ой, да какая разница, националы или фашисты? Один хрен русских в лагеря сгоняли,- в чем-то конечно он был прав, но уступать я не собирался. - Фашисты в Италии у власти стояли, а националы никогда не преследовали евреев,- ввернул ему я, на что он открыл рот и похлопал глазами, закрыл его обратно, а мы уже спокойно отправились дальше.       Меня всегда бесили те, кто всех под одну гребенку мел, да еще при этом используя нашу боевую историю. Тоже мне знаток нашелся. Я ему еще про анти-гитлеровскую Германия не сказал, думаю, что со скудным умишком он бы легкой походкой ушел в полное отупение и засел в библиотеке надолго. Эх, я такой момент упустил, аж жалко... Мэрлин же был поглощен своими не радужными мыслями, что меня совсем не радовало. Он только прилетел и его сразу же грязью облили. По побелевшим костяшкам пальцев, в которых он сжимал ремни от спортивной сумки, я понял, что Мэр держится из последних сил. - А мне по боку кто ты,- улыбнулся я, вышагивая на тонкой линии бордюра, подгоняемый холодным ветром,- хоть немец, хоть румын, я горжусь тем, что с тобою знаком.       От моих слов друг заметно расслабился и успокоившись покосился на меня. - Мне плевать, что и кто обо мне думает. Мне важно, чтобы самые родные люди не поменяли в отношении меня свое мнение,- вот эта откровенность! А я столько лет гадал почему Мэрлина так напрягает история его семьи. - Глупый гот,- хихикнул я,- мое мнение о тебе ни что и никто не изменит.       Со смехом, в разрядившейся атмосфере мы дошли до его дома. Там нас встречало три добермана: Виктория, Цезарь и Зевс - трижды чемпионы Германии, шесть раз чемпионы России и дважды чемпионы Америки. Да, этих псов Мэра любит, души не чает и возит их по различным выставкам, снова и снова привозя грамоты. дипломы и медали. У каждого из его псов стояло клеймо в паху, и на каждого четвероногого друга у него был паспорт. Доберманы - маленькое счастье моего друга, которыми он безумно дорожил.       На его столе, как обычно аккуратно лежала стопка бумаг, исписанная аккуратным прямым почерком. Аристократ, блин. Всегда мечтал быть на него похожим, кроме Драу. Пожалуй пример я брал лишь с двух людей в этом мире: Это Мэрлин фон Генрих Стренс и Михаэль Драу. Если первый был моим другом, то второй вокалистом готической российской дарквэйв группы.       Позже к нам добавился еще и Гордон, с воплем: ну что смертники, дождались? Я вот я пришел. На что я съязвил, как всегда не в аристократической форме, как сделал бы это Стренс: - Выразился так, словно ты пиздец, который подкрался незаметно,- Мэр от такого замечания прыснул в кулак, а я потянулся за пакетом сгущенки, извлекая тот из верхнего шкафчика друга.       Блядь, вот пока ты не хочешь сгущенки - ее никто не хочет, как только ты захотел сгущенку - ее захотели все. Ну точно закон подлости. Вы когда-нибудь видели трех готов, которые носятся по всему дому друг за другом, пытаясь отнять сгущенку? А после перейдя все границы, валятся на диван, передавая пакет друг другу, выдавливая молоко себе в рот и щелкая пультом каналы в поиске чего-нибудь интересного, к примеру "Сверхъественного" или же "Битвы Экстрасенсов", благополучно забыв о валяющейся в прихожке у порога сумке с вещами? Нет? Тогда познакомьтесь с нами. Мы так поступаем довольно часто, когда ахренев от разлуки, просто сносим друг другу башню, рассказывая на перебой, что произошло в нашей жизни на момент небольшого перерыва в общении, подшучивая друг над другом, а после чуть поутихнув, то бишь, когда по дому перестают летать подушки и заканчивается сгущенка, мы мирно смотрим телек, благодарные этому дню. А после один из них меня отвозит домой, не забыв сказать привет моему ангелочку, всучив большую шоколадку в маленькую ручку. А на завтра я уже дома жду гостей.