***
- Ты в порядке? - американец положил руку на плечо брата и слегка сжал его, выражая своё беспокойство. Он наконец-таки соизволил заметить странное поведение брата. - Больно, - тихо прошептал канадец. Америка оторопел и поспешил убрать руку, но Канада среагировал быстрее и накрыл руку брата своей. - спасибо. Америка кивнул и решил поговорить с братом по-душам. - Что случилось? Ты сам не свой. - Альфред был встревожен не на шутку. Он прижал кисти рук ко рту и выглядел совершенно серьёзным. В таком Альфреде практически невозможно было разглядеть безумного любителя колы и гамбургеров. - Всё..нормально. - еле выговорил канадец, под пристальным взглядом собеседника. Америку этот ответ явно не устроил, и он нахмурился, показывая брату недовольство его словами. Через пару секунд Канада сдался под напором голубых, словно небо, глаз. - Помнишь ту статую? - неуверенно начал Мэттью. - Ту, около которой стояли Россия и Англия? - Америка с интересом в глазах смотрел на канадца. - Да, помню. Канада изменился в лице и помрачнел. Руки начали трястись, а голос - дрожать. Он начал судорожно вдыхать воздух, словно это были его последние вдохи. Альфред напрягся, ожидая ответа. - В последнюю секунду, когда я собирался снять очки, - он сжал ткань свитера. - статуя изменила выражение лица. Джонса как током прошибло, а по спине пробежал табун мурашек. Где такое видано, чтобы каменные статуи выражение лица меняли? Или не каменные? Американец не знал как успокоить брата, поэтому просто крепко обнял его, сказав «Держись! Я с тобой». Мэттью всхлипнул и обнял брата в ответ. Раздалась весёлая и ободряющая мелодия, и телефон завибрировал в кармане канадца. - Не бери. - А вдруг это что-то важное? Канада достал телефон. На дисплее высветилось имя звонящего, которое Мэттью прекрасно знал. Да и звонили ему не так часто, как того бы хотелось. Он прижал палец к губам. Америка понял намёк и кивнул. Он поднял трубку и поднёс к уху. - Алло? - Нет. - коротко ответил он звонящему. - Да, я видел их, но через пару минут они скрылись из виду. - Не видел ли я чего-нибудь странного? Да, наверное. - Что значит пропали?! Америка сгорал от желания узнать имя звонящего и его цель. - Хорошо, я приеду. Канадец положил трубку и устало вздохнул. Заметив на себе заинтересованный взгляд брата, он покачал головой. Не нужно объявлять ему о новости, если он и сам не догадается. - Колись, Мэтт! - он легонько ткнул парня в бок. - Я же вижу, что произошло что-то очень важное. - Тут такое дело. Россия и Англия бесследно пропали! - он пожал плечами и стал ожидать безудержного хохота братца. Однако тот лишь сказал. - Ладно Англия. Наверняка его на некоторое время в чёрную дыру затянуло, но куда, чёрт возьми, могло затянуть Россию?! - он почесал затылок и изрёк. - Мда, задачка не из лёгких! Америка вновь поднёс кисти рук ко рту и задумался. Наконец заметив, как брат застегнул молнию на куртке и накинул капюшон, он спросил. - И куда ты? - На встречу с Беларусью.***
- Германия, - позвал немца итальянец. - Можно я тебе помогу? - протянул он, откладывая нож в сторону. Он начал громко вздыхать, пытаясь привлечь внимание друга. - Чисти картошку! - гневно прикрикнул на него Людвиг. Он не мог долго сердиться на Италию, хотя тот его изрядно задолбал. - Но это не то, что я хотел делать! - заскулил Феличиано, печально косясь на нож для чистки картошки. - Почему мы не можем просто приготовить пасту или пиццу? - Потому что у меня от твоих блюд скоро гастрит образуется! - зло ответил тот, нарезая сосиски. Он вовсе не хотел оскорбить, или обидеть Италию, но вспомнив какой тот сентиментальный, решил извиниться за свою грубость, однако итальянец опередил его. - По крайней мере - это вкусно! Не то, что твои сосиски! - пробурчал Варгас и скривив рожицу, закатил глаза и высунул язык. - Чисти. Картошку! - выделяя каждое слово, зло произнёс Германия и запустил луковицу в не ожидающего этого Феличиано. Италия успел увернуться и облегчённо вздохнул. Немец улыбнулся и изрёк. - Теряю сноровку! - он продолжил нарезку овощей, начав петь песню на немецком. Италия смирился с поражением в «Кухонном споре» и взяв нож, продолжил чистку картошки. Италия присоединился к песенному баттлу, не желая хоть здесь проиграть Крауцу. Внезапно Германия задумался. Он вспомнил статую, из-за которой чуть ли не поругался с Англией и Россией. Или же поругался? Немцы так странно разговаривают. Невозможно понять: когда они оскорбляют, а когда нормально общаются. Германия так же заметил, что находиться рядом с каменным творением было как-то не комфортно. Он искренне надеялся, что Англия тоже почуял опасность исходящую от этой статуи, и предупредил об этом Ивана. Однако что-то всё равно не давало немцу покоя. - О чём задумался? - спросил Италия. Немец перепугался и порезал палец. Прошипев что-то на немецком, Людвиг повернулся к Феличиано и увидел мордашку кота из «Шрэка». Этой мордашкой итальянец хотел сказать «Не бей меня, Дойцу». Он вздохнул и достал аптечку из кухонного шкафа. Завершив медицинскую обработку раны, немец отложил нож и сказал. - Я должен позвонить кое-кому. Италия кивнул и сопроводил немца взглядом, пока тот не вышел через дверь. Германия шёл мимо спальни и заметил краем глаза, как что-то мелькнуло, но он не придал этому никакого значения. А зря..