Иной мир

Свист, словно кто-то свистел в свисток, еле касался ушей Германии. Это было очень странно, ведь никаких митингов, концертов и прочей дребедени не намечалось. Сзади послышался какой-то шорох, и что-то упало на пол. По спине немца пробежал холодок, а затылок отчётливо почувствовал дыхание. Людвиг хотел резко повернуться, и отчитать надоедливого итальянца за то, что тот чуть рассудка не лишился, но в последнюю секунду немца осенило. Италия был ниже ростом, чем «нечто» стоящее за спиной и уж никак не мог дышать Крауцу прямо в затылок. Собрав всю волю в кулак, он обернулся..и не заметил ничего. Предметом, из-за которого Германия действительно чуть не лишился рассудка, была маска. Странная маска, покупку которой, немец, как ни старался, никак не мог вспомнить. Он присел на корточки и взял маску. Она состояла из пластмассы, но была на удивление тяжеловатой, что было очень странно. Германия взглянул на лицевую сторону предмета, и отметил, что улыбка у этой маски не самая приятная. «Наверное Италия приобрёл эту штуковину на каком-нибудь из немецких фестивалей» - он действительно был самым легкомысленным из стран, и эта мысль - была единственной, с коей ассоциировался этот предмет. Он примерил маску на лицо и удивился. Она подходила точно ко всем выемкам и пропорциям его лица. Положив маску на столик, немец пообещал себе, что обязательно разберётся и с происхождением предмета, и со странным выбором итальянца. Второй странной находкой стала книга. Она лежала в тени столика и даже внимательному человеку было бы трудно её заметить. Людвиг взял старую книгу и прочёл заголовок страницы, на которой та открылась. «Беги что есть сил!» - гласила глава. Немец закрыл книгу и посмотрел на обложку. Это был обычный приключенческий роман, но глава, которая открылась Крауцу - действительно напрягала. Под столом что-то блеснуло и заставило немца обратить на себя внимание. Он залез под столик и стал искать вещицу. Пыльный старый медальон теперь располагался в руках Германии. Он никак не мог понять: откуда эти вещи у него в доме? Положив вещицу на тот же столик, он с ужасом заметил, что маски больше нет. «Что за чертовщина?» - страх постепенно овладевал его разумом, но благо Германия умел контролировать свои эмоции и быстро успокоился. Оставив предметы покоиться на столе, он вспомнил о ранней цели, выполнению которой, ему помешали три странных предмета. До комнаты он уже добрался без сверхъестественных приключений. Толкнув дверь во внутрь, он переступил размашистым шагом порог, и захлопнул её, предварительно закрыв на замок, дабы надоедливый итальянец больше не подслушивал его разговоров и не задавал таких каверзных вопросов. Идя мимо зеркала, которое было исписано мелкими записями маркером, он остановился. Людвиг присмотрелся к одной из них - к самой старой, которая потихоньку исчезала, но всё равно была годной к прочтению. «Deutschland und Italien - Frаunde für immer!» - гласила надпись. Он никогда не забудет, как ругал Феличиано за ошибку в слове «Freunde», как итальянец пищал, при виде толстого словаря немецкого языка, который немец собирался ему торжественно вручить. А уж тем более того, как Италия заорал «Англия на бегемоте!» и, воспользовавшись тем, что немец отвернулся - сбежал. Германия перевёл свой взгляд на своё отражение и заметил, что улыбается. Это была искренняя, вез всякой фальши, улыбка. Глаза, цвета океана, изменились. Теперь в них не было привычной всем усталости и напряжённости. Теперь в них читались: добродушие и спокойствие. Немец взял из подставки маркер, и дорисовал исчезающие буквы, дабы подтвердить написанные слова. Закончив с этим «делом», он был горд собой. Он вспомнил, что отвлёкся и пошагал прямиком к стеллажу, на верхней полке которого, он всегда оставлял телефон и не менее важные, мелкие вещицы, во избежание беспорядка. Достав телефон, он пролистал телефонную книжку и нашёл «Нервного чаелюба» по крайней мере, так он был записан. Никто не отвечал на протяжении всех двух минут. Пара нажатий, и вот, он ожидает ответа от русского. Поудобнее усевшись на пушистый диван и откинувшись на подушки, он поднёс телефон к правому уху. Трубку взяли, но вместо привычного весёлого и немного пугающего голоса, он услышал гнусный хохот и слова, которые произносились чуть ли не со скоростью света на непонятном языке. После минутного «Диалога» этот «Некто» закричал прямо в трубку, да так, что из уха бедного немца потекла кровь. Людвиг словно прирос к телефону и не мог убрать его от истощённого уха, как ни старался. После того, как оппонент нажал «Отбой» Германия смог отцепить телефон. Когда он взглянул на экран телефона, что бы убедиться, что попал именно туда, он удивился. Звонок был адресован точно тому, кому и задумывался. Быть может, Англия и Россия решили пошутить над несчастным немцем за недоверие? Найдя на одной из полок платок, он вытер кровь и заткнул им кровоточащее ухо. Он решился позвонить Беларуси, дабы разобраться со странным поведением её братца. Шли гудки, никто не отвечал. Однако сейчас Людвиг сдаваться не собирался. Немцы настойчивые ребята! После третьего звонка, девушка, видимо, сдалась. - Алло, - раздражённо начал Германия. - Что надо? - не менее злобно ответила девушка. Она, наверное, метнула бы сейчас парочку ножей в «Друга» из Евросоюза, лишь бы тот не докучал ей своими звонками. - Что за шуточки устроил твой брат? - проворчал он, шикнув на отозвавшуюся в пострадавшем ухе боль. - О чём ты? - раздражение и замешательство слышались в голосе славянки. Она прокашлялась. - Я звонил ему. - Беларусь хмыкнула. - Ты не мог этого сделать. - спокойно произнесла она, удалив всю злость из голоса. - Невозможно. - Почему? - в его голосе было больше безразличия, нежели удивления. - Сегодня утром, - вновь кашель. - Он оставил свой телефон на столе и отправился на саммит. - кашель стал слишком сильным. - Ты в порядке? - тревожно спросил он. - Да. - она снова закашлялась и, кажется, упала. Телефон, по звуку всплеска воды, погрузился в лужу. В эту самую секунду, телефон отключился. Обеспокоенный и испуганный происходящим немец, погряз в раздумьях, пока не услышал истошный крик. Кричал Италия. Людвиг бросился к источнику крика, и, в безуспешных попытках открыть дверь - проломил её. Он бежал что есть сил и наконец достиг той самой двери, за которой скрывался итальянец. Ворвавшись в комнату, он ужаснулся. Феличиано забился в угол комнаты и держался за что-то окровавленное. Рядом лежал большой кухонный нож. Он так же был в крови. Осколки стекла разлетелись по всей комнате. Кровавые следы от человеческих ступней вели к итальянцу, который вжался в тёмный уголок, не желая покидать этого места. Людвиг осторожно начал продвигаться к Италии, стараясь не спугнуть его. - Что здесь произошло? - обеспокоенно поинтересовался немец, аккуратно перешагивая через осколки стекла. - П-пёс! Большой чёрный пёс! - закричал итальянец и начал усердно мотать головой. - Я не хотел его убивать, но он грозился перегрызть мне глотку! Людвиг осмотрел разгромленную комнату ещё раз, ища окровавленное тело собаки. Не найдя ничего похожего на тело пса, он нахмурился. - Италия, здесь ничего нет, успокойся. - он говорил сдержанно и спокойно, словно мать, которая пытается утешить ребёнка. - Тогда что это по твоему? - Варгас сорвался на крик и указал на ногу, на которой виднелся укус. Из раны безостановочно текла кровь. Похоже пёс прокусил подколенную артерию. Он прижимал её руками, словно жгутом, но это мало чем помогало. Германия кинулся к другу и подхватил того на руки. Италия начал бить кулаками грудь немца. «Мне больно! Отпусти!» - охрипшим голосом кричал он. Через пару секунд он затих. Руки, которые недавно так усердно старались причинить боль - теперь болтались в воздухе. Лицо постепенно приобретало бледный оттенок, а грудная клетка и то практически не поднималась. Если так пойдёт и дальше - он умрёт. Вы никогда не задумывались, что будет, если страна передаст свою кровь другой стране? Вот, он сидит в палате Италии, склонив голову. Феличиано приходит в себя и охрипшим тихим голосом просит подойти немца к больничной койке. - Германия.. Людвиг смотрел на него с тревогой в глазах и с раздирающей болью внутри. Он вложил руку итальянца в свою и некрепко сжал её. - Спасибо. Увидеть лицо любимого человека перед смертью - большего мне и не надо. Италия что, признался ему в любви? Только сейчас? Германия погрузился в раздумья и продолжал сжимать его руку. Очнувшись от дурных мыслей о смерти итальянца, он сказал. - Не неси чепухи! - пригрозил он. - Ты поправишься! Мы с тобой объединимся, и станем самой сильной и процветающей державой! Не Россию, не Америку, а нас - вот кого будет бояться весь мир! - ах сколько грандиозных планов строил немец! Он обладал таким упорством, что вполне мог осуществить сказанные им слова, однако этот случай был провальным. И проблема заключалась в том, что все его мечты были тесно связаны с Италией. Феличиано улыбался самой искренней улыбкой на свете. Он был рад, что такой хилый и слабый мальчишка как он, был действительно кому-то нужен. Но, как говорят, не всем мечтам суждено сбываться! Через пару минут Италия умер. Остановка сердца. В глазах немца потемнело, а сердце ёкнуло. Дышать стало слишком тяжело, да и держать равновесие тоже. Надо было идти звать медсестёр, но ноги категорически отказывались слушать его. Из глаз хлынули горькие слёзы, а руки начали дрожать. Надо идти. Пошатываясь, он побрёл к докторам, которые опекали его друга. Он не стал говорить им о том, что было до того, как он скончался. Он вообще был не многословен. Просто сообщил им о смерти, и удалился восвояси. Германия так же не заметил Канаду, который кричал ему и просил подойти. Лишь когда тот насильно остановил его, схватив за рукав, Людвиг обернулся. - Чего тебе? - холодно и безразлично спросил он, глядя на не менее угнетённого канадца. - Наталья мертва.