Другой

      – Артур, почему вы не идете к себе? – тихий голос графа де Реньяр вывел Артура из задумчивости. Юноша стоял перед камином с бокалом вина в руке и отрешенно смотрел в огонь.       – Что? – рассеянно переспросил он, оборачиваясь к Гийому, который вместе с Ксавье де Трези подходил к нему.       – Я спросил, почему вы не идете к себе, – повторил Гийом с улыбкой.       – Действительно, Артур, – весело подхватил Ксавье, с которым они за последний год крепко сдружились. Барон Ксавье де Трези оказался замечательным другом. Его неистребимая жизнерадостность покорила Артура. У Ксавье всегда было хорошее настроение, и он частенько смешил Артура до слез. Но не теперь. – Бал закончен, его величество с супругой удалились в свои покои, и гости уже расходятся по домам.       – Я заметил, – сухо отозвался Артур, вновь оборачиваясь к камину и устремив в огонь застывший взгляд. Хорошее настроение его друзей никак не вязалось с его собственным. Он был подавлен и разбит, хотя именно ему пришлось приложить наибольшие усилия, чтобы король дал согласие на женитьбу. Анри и слышать ничего не хотел ни о какой супруге и наследнике. И тогда граф де Гиньи вместе с Гийомом упросили Артура помочь им убедить короля в необходимости этого шага.       – В Бельгайе зреет возмущение. Народ хочет видеть своего государя женатым и имеющим наследника, – убедительно втолковывал Готье юноше, с сочувствием глядя на него. – Вы же понимаете, Артур, наследник престола – гарантия покоя и стабильности.       – Но при чем тут я? – поинтересовался Артур, и в самом деле не понимая, почему на столь деликатную тему Готье беседует именно с ним. – Почему вы не говорите это его величеству?       – Потому что его величество категорически отказывается жениться, – признался Готье с усмешкой. – Он и думать не хочет ни о ком, кроме вас. И только вы можете…       – …заставить его жениться, – подхватил Гийом весело.       – Я? – возмутился Артур. – Вы считаете после того урока, что преподнесла мне жизнь, я соглашусь отдать Анри еще кому-то? Мне наплевать, что это нужно для Бельгайи, я не хочу потерять его!       – Артур, как вы можете потерять его, если для него существуете только вы? – улыбнулся Готье. – Я ведь не говорю, что он должен непременно полюбить свою супругу. Но, к несчастью, детей не находят в капусте, их рожают женщины.       Конечно, Готье не напрасно на протяжении многих лет был советником короля, он умел убеждать людей, разве что в этот раз ему не удалось убедить короля, но на то были свои причины, а вот юношу, не без помощи собственного сына, он все же сумел склонить на свою сторону, в результате чего Артур и согласился поговорить с королем.       Правда, едва услышав от Артура «Не пора ли тебе подумать о наследнике?», король расхохотался.       – Почему ты смеешься? – удивился юноша. Анри прижал его к себе и жарко поцеловал.       – Я не думаю, что у нас с тобой может родиться ребенок, – отозвался он ласково.       – Что за чушь! – возмутился Артур, не сумев сдержать улыбку, хотя ему в тот момент было совсем не до смеха. – Я имею в виду твой брак с женщиной.       – О нет! Никогда! – категорически воскликнул Анри, но старый придворный лис граф де Гиньи оказался прав, Артуру и впрямь удалось уговорить Анри жениться.       Все это и привело Артура сюда, в эту уютную комнату, где он в абсолютном одиночестве потягивал вино и смотрел в огонь. А король… Как там сказал Ксавье? «Его величество с супругой удалились в свои покои». Это было больно. Это было еще больнее, чем с Патриком. Тот был хотя бы его братом, нежно любимым братом, которому Артур желал только счастья. И только вина Артура была в том, что Патрик не смог испытать счастье в полной мере. Пытаясь обмануть судьбу, Артур обманул только самого себя и едва не лишился жизни. Но как бы то ни было, пребывание в монастыре пошло младшему брату на пользу. Правда, память к Патрику так и не вернулась, однако добрые монахи хорошо заботились о несчастном юноше, и тот стал помощником брата Гибера, неожиданно проявив необыкновенные способности к целительству. Брат Гибер, когда они с Анри навещали Патрика в последний раз, очень лестно отзывался о его успехах и надеялся передать талантливому юноше все свои знания и умения.       Артур так и не позволил королю наказать Патрика за покушение на его жизнь, хотя Анри страшно беспокоился о том, что будет, если к мальчишке вернется память. Старуха Софани отделалась не так легко. После расследования, проведенного графом де Реньяр, ее лишили возможности заниматься своим черным делом, посадив в тюрьму, вопреки просьбам Артура оставить старуху в покое. Однако король, несмотря на всю свою нерешительность перед тем, кого любил больше собственной жизни, настоял на своем. «Она не только участвовала в покушении на твою жизнь, любовь моя, – тихим голосом возражал Анри, – на ее совести множество других жизней». На это Артур ничего не мог возразить. Барон Морис Д’Эттоль и маркиз Поль Л’Амарк тоже получили свое как соучастники преступления. Карающая рука правосудия настигла каждого из них в своем имении и привела в тюремные казематы.       Была во всем этом только одна светлая сторона. Проводивший расследование Гийом узнал от старухи Софани все подробности рождения Артура и рассказал юноше о судьбе его несчастной матери, умершей при его рождении, а графиня де Суйи торжествующе заявила, что всегда была уверена, что в жилах ее внука нет ни капли этой поганой рогорской крови…       – Почему вы грустите, Артур? – подойдя ближе, тихо спросил Ксавье.       – У меня нет особенных поводов для веселья, Ксавье, – отозвался Артур с печальной усмешкой. – Мой любимый женился сегодня и в данный момент выполняет свой супружеский долг. Хотел бы я взглянуть на вас, мой друг, когда Гийом женится.       Гийом засмеялся, а Ксавье в то же мгновение сунул ему под нос свой кулак.       – Хотел бы я взглянуть на него, если он осмелится жениться! – грозно проговорил Ксавье.       – Что ты, любимый! – с деланным испугом замахал руками Гийом. – Никогда в жизни, клянусь тебе… А вы, Артур, сами виноваты, – лукаво заметил он. – Ведь это вы заставили Анри жениться.       Артур не удержался от смешка.       – Какой же вы коварный человек, Гийом! Настоящий придворный и подлинный сын своего отца! Разве вы не помните, что именно вы с графом де Гиньи убедили меня в необходимости этого шага?!       – Но этот шаг действительно был необходим, – серьезно заметил граф де Реньяр. – Вся Бельгайя сегодня ликует благодаря вам. Вы должны гордиться собой, граф Д’Артуа.       – Я горжусь, – отозвался юноша, пряча печальную усмешку в бокале вина. Собственный титул все еще звучал для Артура непривычно и ново, несмотря на то, что был возвращен ему указом короля почти год назад.       – Вы устали, – категорическим тоном заявил Гийом, отнимая у него полупустой бокал и увлекая юношу за собой. – Вам пора отдохнуть. Король убьет меня, если узнает, что я не позаботился о вас, бросил на произвол судьбы.       Артур невесело засмеялся.       – Вы думаете, его заботит сейчас что-то, кроме его супруги?       – Вы ревнуете его, Артур? – оживился Ксавье.       – А это так смешно? – огрызнулся Артур под дружный смех Ксавье и Гийома, потом вздохнул и признался: – Да, я ревную его к этой девушке. Она ужасно мила и, насколько я сумел понять, достаточна умна, чтобы очаровать его.       Это было правдой. Тулиарская принцесса Лиела была обворожительна и отнюдь не глупа, хотя и была выбрана в супруги могущественного Бельгайского монарха совершенно случайно, но об этом ей знать не следовало. Однако и Гийом, и Ксавье были осведомлены обо всех подробностях этой истории, а потому их смех стал еще веселей.       – Пощадите меня, Артур! – мотая головой, попросил Ксавье. – Не смешите меня больше, ради всего святого!       – Действительно, Артур, – присоединился к любовнику граф де Реньяр, – вам ли ревновать Анри к ней, если именно из-под вашей попы был вытащен портрет будущей королевы Бельгайи?..       Артур почувствовал, что краснеет. Гийом ничуть не погрешил против истины. Действительно, после того, как они с Анри, лениво вытянувшись на постели, весь вечер перебирали портреты лучших красавиц Бельгайи и близлежащих государств и не сумели придти ни к какому решению, они, убрав с постели все бумаги, занялись друг другом. Но как только Анри набросился на Артура с поцелуями, вдруг что-то острое впилось юноше в ягодицу, и он вскрикнул, правда, больше от неожиданности, чем от боли. Обеспокоенный Анри перевернул возлюбленного на живот и стал губами и языком исследовать пострадавшую часть Артура, а юноша тем временем разглядывал вытащенный из-под него портрет миловидной особы лет восемнадцати, очевидно, не замеченный ими, когда они убирали бумаги.       – Послушай, если уж эта девица оказалась третьей в нашей постели, – серьезно сказал Артур, плавясь от наслаждения под нежными прикосновениями короля, – может быть, сам бог назначил тебе ее в супруги? Может быть, тебе следует остановить свой выбор на ней?       – Мне все равно, – безразлично отозвался король, продолжая целовать любимую золотистую попку, – как скажешь, моя радость, так и будет.       Когда наутро они поинтересовались у Гийома, с кем делили постель прошедшей ночью, тот долго хохотал.       – Это самый оригинальный способ выбора невесты, о котором я когда-либо слышал, – заметил он, утирая слезы, выступившие у него на глазах от смеха, однако, успокоившись, поведал, что Анри и Артур занимались любовью на портрете младшей из пяти дочерей короля Тулиары – Лиелы. Конечно, Гийом не мог не рассказать об этом своему любовнику, и вот теперь они со смехом наблюдали, как лицо Артура заливает краска смущения.       – Гийом, вы просто… – возмущенно начал Артур, но тот лишь покачал головой, продолжая посмеиваться.       – У вас нет ни малейшего повода для ревности, – мягко заметил он, останавливаясь перед дверью в покои Артура, которые занимал Анри, будучи наследным принцем. После того, как Артур стал его фаворитом, король переселил юношу в эти покои, да и сам проводил здесь все ночи, в то время как официальные королевские апартаменты пустовали. Хотя теперь в них будет обретаться королева Бельгайи. – Он ваш и душой, и телом, – продолжил граф де Реньяр с ласковой усмешкой.       – Душой – может быть, – согласился Артур, стараясь сохранять спокойствие. – А вот насчет тела я очень сильно сомневаюсь.       – Напрасно, – заверил его Гийом, качая головой. – Он только ваш, – он открыл дверь и, легонько подтолкнув юношу вперед, сказал: – Идите спать, Артур, иначе завтра у вас будет усталый вид. Приятных вам сновидений! – они с Ксавье переглянулись с довольными усмешками, и юноша только вздохнул.       Он вошел в свои покои и запер за собой дверь. Не зажигая света, он прошел в спальню, разделся и бросился в постель, чтобы тут же испуганно вскрикнуть. В его постели… кто-то был.       – Кто здесь? – осторожно спросил он, медленно отодвигаясь на самый край.       – А кто может быть в твоей постели, кроме меня, любимый? – раздался в ответ до боли знакомый ласковый голос.       – Анри?! – изумился Артур. – Что ты здесь делаешь?       – Очень странный вопрос, любовь моя, – отвечал Анри, и в его голосе Артуру послышалось веселье. – Что я могу делать здесь один? Ждать тебя, разумеется.       Артур зажег свечу, и в ее слабом свете увидел довольное лицо своего любовника.       – Это, действительно, ты? – растерянно произнес юноша. – Но ты должен быть сейчас совсем в другой постели.       Анри привлек юношу к себе и жадно поцеловал в губы.       – Нет, – хрипло сказал он. – Для меня не существует другой постели, Артур. Только та, в которой спишь ты.       – Анри, ты сумасшедший, – обвивая его шею руками, прошептал Артур. – Ты же должен был выполнить свой супружеский долг.       – А я его и выполняю, – приникнув к шее любовника, пробормотал Анри. – Я целый день ждал, когда наконец смогу обнять моего единственного, моего ненаглядного супруга.       Артур тихонько фыркнул, тая от удовольствия, пока язык Анри выписывал узоры на его чувствительной коже.       – Супруга… – его скептический шепот звучал как клятва верности, и юноша сам чувствовал это. – Жаль только, этот супруг не может родить тебе ребенка.       – Очень жаль, – подтвердил король, продолжая покрывать поцелуями лицо и шею любимого. – Но для меня гораздо важнее знать, что ты любишь меня, – он перевернулся на спину, не разжимая объятий, и юноша оказался на нем. – Это наполняет мою жизнь смыслом, а меня самого – уверенностью в себе. Это – единственное, что имеет для меня значение.       – Я очень люблю тебя, – проговорил Артур прямо в губы короля, и тот приник к ним, пытаясь выразить всю свою благодарность за это непередаваемое чудо, которым одарила его жизнь – за Артура. С того мгновения, как он услышал от юноши три заветных слова, с того мгновения, как он впервые познал всю сладость обладания этим ангелом, с того мгновения, как он впервые проснулся в объятиях своего белокурого любовника – с этих чудесных мгновений его жизнь совершенно переменилась. Он почувствовал себя так, словно обрел крылья, которых у него прежде не было, но которые дали ему возможность воспарить над землей и увидеть свою жизнь такой, какой она должна быть. Ушли все его страхи и сомнения, оставив только безграничную нежность и трепетный восторг.       И это все дарил ему этот белокурый ангел с серебристыми глазами, который лежал в его объятиях и смотрел на него с ласковой улыбкой, и губы которого манили к себе с невероятной силой. И Анри приник к ним, и почти неуловимый оттенок вина на любимых губах придавал их жадному поцелую легкий дурманящий привкус.       – Единственный мой… – простонал Анри, покрывая лицо Артура поцелуями. – Я весь день мечтал об этом…       – Анри, – слегка отстранившись, серьезно сказал юноша, – но ведь ты ушел со своей супругой… Что ты сказал ей? Ведь это ее первая брачная ночь…       – Артур, я не могу… Это выше меня, – качая головой, проговорил Анри. – Я сказал ей, что не буду с ней спать.       – Анри, но это непорядочно по отношению к ней, – с ласковым упреком произнес Артур.       – Любовь моя, она с самого начала знала, – отозвался король, с усмешкой пожимая плечами, – что нужна мне только для одного – для рождения наследника.       – Интересно, как ей удастся сделать это одной? – насмешливо поинтересовался Артур. – Мне всегда казалось, что для этого нужны двое. Причем разного пола.       – Артур, пожалуйста, не будем говорить о ней сейчас, – взмолился Анри, обнимая юношу и припадая губами к изящной голубой жилке на шее Артура. – Я даже думать не хочу о ней.       – Но тебе придется думать о ней, – возразил Артур. – И потом, что значит «она с самого начала знала»? – юноша подозрительно покосился на любовника.       – Нуу… – протянул Анри с виноватой усмешкой. – Я написал ей письмо и рассказал ей правду о себе… – он потянулся к припухшим губам Артура за новым поцелуем, – о нас с тобой… прежде чем она дала свое согласие на наш брак… Но Лиела не отказалась от возможности стать королевой одного из самых могущественных государств в мире.       – Не могу винить ее за это, – вздохнул Артур. – Учитывая, что наличие четырех старших сестер, у нее наверняка не очень богатый выбор женихов.       – Лиела так и ответила мне, – улыбнулся Анри, – что она пятая дочь короля и у нее слишком мало шансов вообще выйти замуж, чтобы отказываться от короны. А сейчас мы с ней поговорили, и я… – Анри весело рассмеялся, – узнал, что Лиела с тринадцати лет предпочитает девушек…       – Не может быть, – ахнул Артур.       – Очень даже может быть, – прижимая Артура к себе покрепче, ответил Анри. – Вот познакомишься с ней поближе и поймешь, какая она умница. Так что, мой ангел, кроме тебя, я никому не нужен…       – Это просто… возмутительно… – засмеялся Артур. – Ты перехитрил всех, да?       – Ну да, – согласился Анри с самодовольным видом. – А как иначе я мог выполнить твое желание, любимый?..       – Ты самый коварный человек на свете, – ласково вздохнул Артур. Ему было приятно сознавать, что Анри с ним, а не с королевой, хотя его и беспокоила эта ситуация. Все же наследник не мог появиться из воздуха…       – А наследник… – словно читая мысли любимого, заметил король, – появится у нее в срок.       – Что? – удивился Артур. – Как это может быть?       – Лиела рассказала мне о забавном способе зачатия, уже несколько веков использующемся в Тулиаре, – король улыбнулся. – Оказывается, их женщины частенько используют мужское семя без самого мужчины… – изумленный вид Артура заставил его расхохотаться. – Нам ужасно повезло, что именно ее портрет попал под твою божественную попку, – отсмеявшись, заметил Анри. – И позволь мне уже, наконец, насладиться тобой. Я так долго ждал этого мгновения.       – Один день, – усмехнулся Артур, не совсем понявший, о каком способе толковал ему Анри, но успокоенный тем, что король будет с ним. И только с ним.       – Целую вечность, любовь моя, – прошептал Анри, жарко целуя юношу. – Целую вечность…

***

      Той ночью – первой «брачной» ночью короля – они не знали еще очень многого.       Они еще не знали, что проживут еще тридцать девять лет, не поссорившись серьезно ни разу за эти годы и не проведя порознь ни одной ночи из отпущенных им четырнадцати с половиной тысяч.       Они еще не знали, что Анри II станет одним из самых могущественных и уважаемых монархов в мире и укрепит свою власть, неизменно побеждая в навязанных ему войнах и добавляя к своим владениям новые земли. Сам он ни разу не начнет войну первым, но ни разу не проиграет ни одну битву, войдя в историю Бельгайи под именем Анри II Непобедимый. И только один человек раз за разом будет одерживать над ним победы с легкостью, которой могли бы позавидовать правители самых могущественных государств. Но о том история скромно умолчит, только в сердцах людей оставив память о том, как изящный граф Д’Артуа одной улыбкой заставлял всемогущего монарха сдаться на милость своего очаровательного победителя.       Они еще не знали, что слова короля о том, что он не сможет жить без Артура, станут пророческими для самого Артура, и после смерти короля от сердечного приступа граф Д’Артуа проживет всего одиннадцать дней, успев только похоронить и оплакать любимого.       Они еще не знали, что королева Лиела станет их верным другом, надежно хранящим тайну зачатия наследного принца. Получившая неплохое для своего времени образование и обладающая художественными способностями, она откроет школу для одаренных детей и посвятит себя заботе о юных талантах. Многие из ее питомцев станут известны не только в Бельгайе, но и далеко за ее пределами. А одна из девочек – очаровательная рыжеволосая красавица, обладающая глубоким и сильным голосом, станет ее верной спутницей на долгие-долгие годы.       Они еще не знали, что сын короля Себастьян возьмет все самое лучшее от своих предков Д’Армильи, умевших любить только один раз в жизни, и вырастет мудрым и справедливым монархом, царствовавшим после смерти отца еще двадцать семь лет. В отличие от отца, женившегося в двадцать шесть лет, Себастьян женится в возрасте восемнадцати лет на прелестной белокурой девушке по имени Руанна, дочери одного небогатого бельгайского князя, и та родит ему трех очаровательных мальчуганов-погодков.       Они еще не знали, что граф Гийом до Реньяр, ставший после смерти своего отца первым советником короля, переживет своего лучшего друга на пять лет, а его обожаемый Ксавье покинет его за девять лет до этого, и все оставшиеся дни Гийом будет оплакивать своего любимого, храня ему верность. Его спокойная рассудительность будет прекрасно дополнять прозорливость Анри, а его преданность другу войдет в легенды и исторические хроники.       Они еще не знали, что в возрасте сорока трех лет барон Винсент Д’Оренси падет смертью храбрых в битве за Трюйер, когда король Нагурии развяжет войну против Бельгайи, желая отхватить от одной из самых богатых и влиятельных держав лакомый кусочек. Винсент так и не сумеет забыть Артура и станет самым преданным его другом, готовым ради него на все, и со дня их первой встречи до самой смерти Винсента ни один человек не разделит с ним ложе, потому что барон Д’Оренси так и не сможет представить рядом с собой никого другого, кроме Артура.       Они еще не знали, что Патрик Шайенн под именем отца Пенье войдет в историю Бельгайи, став самым известным целителем в стране и не раз спасет жизнь даже самым безнадежным больным, возвращая то, что однажды едва не отнял. Он так и не вспомнит ничего из своей жизни до того момента, как очнулся в келье отца Гибера, но к человеку, о котором ему скажут, что это его брат, он будет относиться с теплотой и уважением.       Они еще не знали, что графиня Эрика де Суйи проживет еще семь лет, в течение которых будет видеться с Артуром настолько часто, насколько ей позволит здоровье и обстоятельства, в результате чего посвятит своего внука во все семейные тайны и легенды, а после ее смерти Артур Шайенн граф Д’Артуа унаследует одно из самых внушительных состояний Бельгайи, немалую часть которого молодой человек передаст в монастырь Сен-Лималь, давший приют его брату.       Они еще не знали, что барон Каспар де Люссаль и Вивиана Д’Онги, поженившиеся несколько месяцев назад, к удивлению многих проживут достаточно долгую и счастливую жизнь, и избалованная роскошной жизнью кузина короля найдет свое счастье в заурядном провинциале и шести их детях.       Они еще не знали, что несколько столетий спустя старинный тулиарский способ, использованный Анри и Лиелой для зачатия наследного принца, будет широко использоваться в медицине для искусственного оплодотворения.       И только одно они твердо знали – они любят друг друга и будут счастливы до тех пор, пока будут вместе.