Return (Madness 2)

Есть только три понятия, и только они: вожделение, симпатия и надежность. И все они преходящи. Быстрее всего уходит страсть, за ней следует симпатия и, к несчастью, чувство, что тебе с кем-то хорошо и надежно, тоже когда-то разбивается. (Паскаль Мерсье. «Ночной поезд на Лиссабон») Меня накрыли нежные руки мужа, разворачивая к себе. Он с любовью всматривался в мои черты лица, убирая пальцами волосы со лба. - Доброе утро, любимая, - я ещё больше завернулась в теплое одеяло. Для кого-то подобное утро покажется идеальным: проснуться в кровати с красивым любимым мужем и так далее. Но я не хочу вставать, ибо мне на работу идти. Встретиться с боссом…посмотреть ему в глаза…это…волнующе. Внутри все сворачивается от одних мыслей о предстоящей встрече с ним. Сакура, Сакура, даже в постели ты думаешь о другом. И как мне не стыдно? - Дай ещё пять минут, - хрипло произнесла я. После тех событий прошло всего лишь несколько дней. Говоря более точно, то неделя. Когда я вернулась от психолога, то увидела Сасори, который сидел на кухне и попивал чаек вместе с радостным Майком. Плюс ко всему он привез Гангстера, успевшего нагадить в квартире. Если честно, то я была очень удивлена тому, что он так рано вернулся. Первая моя реакция – скрытый шок. После этого наступил страх за свое поведение. В каждом слове, жесте, движении и эмоции я старалась держать контроль. Чувства вырвались только тогда, когда я заперлась в ванной комнате. Беззвучные рыдания слышала только вторая Я, которая подкидывала мне вновь и вновь порцию болезненных воспоминаний. Но потом я стала привыкать к её лицу. Мне не было уже так страшно, и я не содрогалась от её голоса, звучащего в голове. В общем, я смогла боле менее переступить через себя и забыть про ту ночь. Никто меня не заподозрит, по крайней мере я надеюсь на это. Кстати говоря, мы в тот же день переехали в особняк. Пока я там наводила порядок, а Майк раскладывал вещи в своей комнате, Сасори уехал покупать машину. Причем он выбрал такую дорогую, что даже для меня, любительницы красивой жизни, это слишком. Да, я люблю красивую жизнь. Спросите лучше тех, кто этого не любит. Хм…Пожалуй те, кто предпочитают бедность достатку – это священники, подчинившиеся Богу. Нет…не Богу – церкви. Ладно, религию обсуждать – на себя беду кликать. - Вставай, любимая. Ты опоздаешь, - я, походу, слишком сильно задумалась. Его шёпот разбудил меня снова. Я скинула с себя одеяло, в котором я так пригрелась и встала. Ох, пол просто ледяной. Да уж. Дорогой дом с ледяным полом. Ковер что ли сюда постелить. - Слушай, Сакура. Я все хотел у тебя спросить, но как-то времени не было, - что-то серьёзное? - И о чем же ты хотел меня спросить? Я повернулась к нему. Он сидел на кровати, оперевшись на руки, и строго поглядывал на меня. Стальной блеск отдался в серых глазах, отчего я непроизвольно сглотнула. Он точно взбешен. Почему? Он же пару секунд назад был так спокоен и нежен. Что могло случиться? Сасори скрестил руки на груди, и, не прерывая зрительного контакта, заговорил: - Это ты брала бутылку виски со стеллажа пару дней назад? Я вздрогнула. Черт! Как же я могла забыть купить новую бутылку! Глупая! Глупая! Возьми себя в руки, Сакура, ты ничего не знаешь. - Н-нет, Сасори, с чего ты взял? Там же все на месте, - его брови сомкнулись в переносице. Потом он глубоко вздохнул, видимо, понимая, что от меня ничего не добьется, и потянулся к прикроватному столику, что-то достав из полки. После протянул мне. Это оказалась вчерашняя газета. И что? Что он хочет мне этим сказать? Долго рассуждать над ответом мне не пришлось, так как ответ пришел незамедлительно. - Я не дурак, Сакура. Я всегда замечал, когда ты у меня крадешь бутылки с алкоголем. Я ждал, пока ты остановишься сама, но прошло уже столько лет, а бросать пить ты не хочешь. – я знала! Я знала, что когда-нибудь он раскроет меня! – Вот возьми. Прочитай здесь, - Сасори указал на первую колонку. Похоже на объявление. Я пригляделась и тут же впала в ступор: «Вы не можете бросить пить, и из-за этого ваша жизнь катится ко дну? Вылечить алкоголизм реально! Мы поможем вам! Наш реабилитационный центр отличается от других тем, что он включает в себя медико-психологические обследования, который позволяет точно определить причину болезни и разработать максимально эффективную персональную программу. Мы работаем как индивидуально, так и в группах. Приходите и вы не пожалеете! «Клуб анонимных алкоголиков» готов помочь вам!» Это…шутка? Катится ко дну? Болезнь? Что за нахер?! - Сакура, я хочу, чтобы сегодня вечером ты туда пошла, - добавил он с уже спокойным выражением лица. «Что?» Что? - Что? – воскликнули мы.– Какой к черту клуб анонимных алкоголиков! Что ты несешь нахер? Я яростно воскликнула на весь дом, отшвырнув от себя газету. Буря эмоций, которая сейчас бушевала во мне, была готова вырваться наружу. Хочет меня на лечение отправить? Это шутка! Чтобы родной муж так со мной поступил! - Послушай, - он поднял руку в знак успокаивающего жеста, произнося каждое слово так же спокойно, но четко, чтобы я поняла, что перечить ему не стоит. Складывалось впечатление, что он уже принял решение, и я ничего не смогу изменить, - тебе нужно вылечиться от этой зависимости. Я хочу, чтобы моя жена бросила пить и курить. Ты должна пойти в этот клуб и точка! Это не обсуждается! Я, мягко говоря, офигела от его слов. В это невозможно поверить. Он серьёзно намерен меня отправить туда, чтобы я не решила. Я ничего не ответила и вышла из комнаты, с силой захлопнув дверь. Как он может разговаривать со мной в таком тоне? Избавиться от зависимости? Я ударила кулаком о стену, плотно сжав губы. Глаза озлобленно сверкнули, направленные вдаль.

***

Работа! Не хочу работать! Не хочу смотреть ему в глаза. Я стояла перед большой дверью и не решалась открыть её, впав в задумчивость. Моя рука повисла в воздухе, веки чуть прикрылись. Войти или нет. - Простите, Сакура-сан, - окликнула меня секретарша, но я не удосужилась бросить на неё даже мимолетный взгляд, продолжая стоять в той же позе. – Почему вы не заходите? Что ей от меня надо? Эти секретарши вечно лезут не в свое дело. Спрашивают о том, что нужно и не нужно. Их «любезность» меня просто выводит из себя. Да уж, если так подумать, то сколько же я людей ненавижу. - Я размышляю. - Размышляете? О чем? – вот же приставучая! - О смысле дверей в этом бренном мире, - просто ответила я, распахнув решительно глаза. Была не была! Мне интересно, я всегда настолько незаметная, что на меня не обращают ни малейшего внимания? Сколько бы я не заходила к Саске, он ни разу не повернулся ко мне, чтобы поприветствовать. Сейчас я наблюдала за тем, как он сидел за столом, усердно уткнувшись в бумаги. Черные пряди спадали на бледное лицо, прикрывая лоб. Темный пиджак и рубашка, расстегнутая на пару пуговиц, резко контрастировала с слегка спущенным бежевым галстуком. Полусогнутый, он аккуратно что-то писал на бумаге изящными кистями. - Ты рано. Партнеры ещё не пришли, - не отрываясь от документов, бормотал он нежным голосом. - Просто встала раньше положенного и решила заехать на работу. Он оторвался от своего дела и оценивающе оглядел меня с ног до головы. Под его взором я неосознанно прошла к столу. Что я делаю? А хотя…я облокотилась на него руками и приблизилась к Саске. - Надо бы кое-что выяснить, - он сложил руки в замок и оперся на них подбородком с застывшей ухмылкой. - Что тебя интересует? Что меня интересует? О чем его спросить? Сакура, думай! Я сжала пальцами край стола. - Наши отношения. - Какие отношения? – что ж, раз это непроизвольно вырвалось из меня, то делать нечего. Внесем ясность в нашей «любви». - Ну чмоки там всякие, обнимашки. - А что с ними не так? – невинно спросил он. - Это просто так что ли? Он склонил голову на бок с той же пугающей гипсовой ухмылкой. В его глазах читается смех или мне кажется? Моя серьёзность веселит его? - Кто знает. Я нахмурилась. Это все, что он может сказать в ответ? - Кто знает? - Ага. Я некоторое время пристально смотрела на него, пытаясь найти хоть какой-то ответ на свои вопросы, но тщетно. Этот человек невероятно умело умеет скрывать свои эмоции. Он лишь позволяет «читать» себя, наблюдая за тем, как другой победно улыбается. Что поделать, он игрок. - Если ты пришла пораньше только из-за этого, то зря, - он опустил взгляд, взял ручку и снова начал что-то писать, всем видом показывая, что я мешаю. В его голосе ни тени злости. Абсолютный ноль. А с ним то что происходит? Знаете, в такие моменты мне хочется провалиться сквозь землю. Мне не стыдно, нет. Мне обидно оттого, что он вот так просто к этому относится. Мне обидно потому, что он «молча» намекает мне на то, чтобы я ушла. - Хорошо, - я решила не терять и минуты здесь и поспешила удалиться. Приду только тогда, когда будет работа. – Скинь мне вызов, как придет время. Кивок. Мда. Походу сегодня все решили меня проучить. Только почему он так себя ведет? «Жена?» Как-будто бы он любил её. «Ты меняешься, Сакура…» Лучше помалкивай!

***

Я облокотилась на стену, докуривая сигарету. Это и есть реабилитационный центр? Больше похоже на многоэтажный пентхаус. С мрачным видом я наблюдала, как проходили мимо люди, косо поглядывая в мою сторону. Я как-то не так выгляжу или что? Ладно, не буду обращать внимания. Я посмотрела на часы. 19:00. Время. Выкинув окурок, я вошла в помещение. Слава Богу, это находится на первом этаже и мне не придется долго тут бродить. Это помещение уже наводит на меня отвращение. Спросите, почему же я пришла сюда? Да потому что мы с мужем потом весь завтрак ссорились. Благо Майк ушел в школу пораньше. В общем, мы пришли к компромиссу. Если первый день мне ничего не даст, тогда я ходить не буду. Посмотрим. Я подошла к двери. «Клуб анонимных алкоголиков». Хм, наверное, это и есть тот кабинет. «Какая проницательность» Спасибо. О своем совершенстве я в курсе и сама. Я вошла в большой просторный зал, напоминавший мне малый театр. Уютно обитые стулья, расставленные в несколько рядов, трибуна, находящаяся впереди, за которой говорила болезненно худая женщина с маленькими черными глазами и длинным носом. Пышные кудри спадали на лицо, а костлявые руки то и дело поправляли так называемую прическу. Я заметила аккуратный бейджик на блузке. Наверное, она врач. Что ж. Постараюсь не светиться. Я сняла с себя пальто, под которым было надето обтягивающее черное платье с длинными рукавами, предварительно заправленные мной, и присела на мягкий стул в заднем ряду. Взяв в руки длинные волосы, я начала заплетать косу, наблюдая за «представлением». - А теперь давайте познакомимся, - слащаво проговорила она и подозвала к себе полного мужчину с детской кепкой на голове, где изображен мишка Тедди. Самое важное, что головной убор не сочетался с его солидным стилем одежды, а именно костюму. Мило. Я попала на сборище чудаков. Он что-то лепетал, потом она звала других. Я старалась сидеть как можно тише, чтобы меня не заставляли вставать возле трибуны и плакать про свою жизнь, как делают это они. Надев наушники, я ещё раз посмотрела на людей. Практически все мужчины. Прошло уже достаточно много времени и мне наскучило сидеть здесь. Я как раз собиралась встать, но не тут то было. На меня указала женщина. Я сняла наушники. Что ей надо? - Вот вы, - я? – да, да, вы. Подходите. Расскажите свою историю. Теперь моя очередь нудить о своей жизни? О Боже. Я встала, поправив платье, и прошла на трибуну, цокая каблуками, под взглядом неудовлетворенных мужиков, похотливых и мерзких. И что мне говорить? Ладно. Сначала, наверное, нужно представиться. - Всем привет, меня зовут Сакура. - Привет, Сакура, - дружно поприветствовала публика. Мило. Продолжаем. - Мне 28 лет и я алкоголик, - раздались хлопки. Кто-то грустно вздохнул, кто-то прокричал какие-то успокаивающие слова. Ааа…я поняла. Мне должно быть грустно. – 12 лет как я употребляю алкоголь и курю. – снова вздохи, ахи и разглагольствования. Надоело. Если они хотят правды, тогда пусть послушают мое мнение. - Но знаете что, - пойдем против системы? – я не хочу бросать. Мне нравится курить и пить. Тут же повисла тишина. Хм, здесь ещё не хватает звук сверчков. Ко мне подошла недоумевавшая женщина. - Тогда зачем же вы сюда пришли? - Послушайте, - я не обратила внимания на вопрос доктора, - зачем бросать то, что вас лечит? Да, всякое лекарство имеет побочные эффекты и оно не исключение. Благодаря алкоголю ты можешь забыться ненадолго. Ты можешь уйти от проблем. Уйти из этой серой жизни на некоторое время. Оно лечит. И лечит очень хорошо. Вы все хотите бросить? – я злобно ухмыльнулась. – Не смешите меня. Человек, который чего-то хочет – обязательно сделает это. Если я захочу, - я ткнула себя в грудь, - то я брошу в ту же минуту. Я выдумала себе зависимость. Мое сознание само это сделало и мне нравится. Удивленные взгляды и перешептывание тут же взорвало всю публику. Кто-то с задних рядов похлопал. Хм, может мне в политики пойти? «Вряд ли кто-то пойдет за шизофреником!» - Отвечая на ваш вопрос, - я повернулась к ней. – Почему я пришла сюда? – я снова посмотрела на аудиторию. - Хм, мне хотелось посмотреть на людей, которые нагло врут сами себе. Я мимолетно взглянула на часы. Полчаса. Потеряно слишком много времени. Я молча вышла из-за трибуны и направилась к выходу, попутно забирая вещи. Бесит! Выйдя на улицу, я сразу же достала сигарету. Это и есть лечение? Мда. И за это я ещё и заплатила. Черт. Я начала рыться в сумке в поисках зажигалки. И где она? Меня это уже раздражает! Сначала Саске, потом похотливые алкоголики. Теперь что? Послышался звук чиркнувшей зажигалки. Я повернулась в сторону и увидела слабо улыбающегося мужчину, который галантно предлагал подкуриться, наклонившись ко мне. - Спасибо, - я оценивающе на него посмотрела. Хм... Либо я помешана на Саске, либо этот незнакомец и вправду похож на него: такой же взгляд черных глаз, темные волосы, правда они длинные и, по - видимому, собраны в низкий хвост. Сию картину завершала аристократическая бледность лица, как у Саске. Его отличали разве что линии под глазами, похожие на шрамы. Я глубоко затянулась, выдыхая дым. - Мне понравилась ваша речь. Необычный взгляд. – Он был там? Странно. Я не заметила. - Простите, как вас зовут? - Ах да, я же забыл представиться, - он протянул руку в знак знакомства. – Меня зовут Учиха Итачи. А вы Сакура Харуно. Я сразу вас узнал, - он одобряюще смотрел на меня, все так же вежливо улыбаясь. - Это ведь вы десять лет назад убили наших родителей?