Предчувствие любви

Спустя три недели Гарри Поттер сидел напротив хозяина Малфой-менора и с удовлетворением взирал на результат своих стараний. Люциус, преодолев барьер между странным портретным существованием и реальностью, теперь с вальяжным видом развалился на постели и задумчиво рассматривал потолок. - Наше соглашение подходит к концу, Люциус, - наконец, сказал Гарри. - Да. И мне действительно очень жаль. Гарри, мое предложение в силе - я хотел бы согреть твое сердце. Поттер вздохнул и снова замолчал. Когда Малфой смог выходить из холста, их роли поменялись. Люциус занимал доминирующую позицию, и был готов пойти дальше, если бы не предупреждение Гарри: - Никакого проникновения, у нас договор, не забывай. И лорд не нарушал обещания, доводя молодого человека до иступленного оргазма лишь касаниями, петтингом и фроттажем. Гарри казалось, что его тело до сих пор горит от поцелуев и чувственных прикосновений, кожа помнит влажный язык - вылизывающий, дразнящий, обводящий соски, ласкающий копчик и впадинку между ягодиц, длинные платиновые волосы, щекочущие, добавляющие пикантности к их странному союзу. Гарри покраснел, между тем понимая, что это простая физиология - возбуждение от умелых ласк сексуального и страстного мужчины. В конце концов, Поттер обещал, что сделает все, что сможет. Люциус подошел к юноше и ласково убрал с лица темную прядь. - Любовь... ты так сильно его любишь? - Да. Но он меня - нет. Он даже не знает, что я чувствую. - Так скажи ему об этом. Поттер насупился. - Гарри, если ты будешь молчать, ничего не случится - ни хорошего, ни плохого. - Люциус, он просто вышвырнет меня из своего кабинета, скажет, что это фантазии глупого мальчишки. Несмотря на свою любовь, я четко осознаю, что у Северуса отвратительный характер, - фыркнул Гарри. - Ну, в этом я с тобой соглашусь. Характер у Сева - не сахар. Но он тоже... - Что? Что?!! Малфой закусил губу, погладив юношу по щеке, и подумал: "Один взрослый, желчный зануда и мальчишка - хороша парочка. И все-таки Северусу повезло, зря он так тщательно прячет свои чувства". - Ты собираешься вернуться к учебе? - спросил Люциус, переводя разговор в другое русло. - Да, многие возвращаются. Гермиона уже предвкушает, как снова будет скрипеть пером и писать горы эссе. Ей даже нравятся уроки зельеварения, - чуть усмехнувшись, ответил Гарри. "А я, кажется, моральный мазохист. Буду молча сидеть у Снейпа на уроках, а потом тоскливо дрочить по ночам", - додумал юноша. На следующий день Поттер прощался с Люциусом. Гарри болезненно и мучительно тянуло в школу, туда, к нему... - Хогвартс уже восстановлен, я поживу там. Будет время вспомнить подзабытые знания. А через месяц начнется новый учебный год, - как-то смущенно оправдывался Гарри. Малфой понимающе улыбнулся и шепнул юноше на ухо: - Ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь и... и покровительство, Гарри. - После того, как умер, ты стал похож на человека, Малфой. Думаю, тебе будет очень приятно видеть ошарашенные лица недругов, когда они узнают о твоем воскрешении, - хихикнул Поттер. Прошло полторы недели с тех пор, как Гарри вернулся в Хогвартс. Иногда, мучимый бессонницей, он подолгу смотрел на звезды, погружаясь в свои мечты. Бывали ночи, когда Гарри снился Волдеморт - склизкий, почему-то разваливающийся на куски. И были другие сны: мокрые, запретные... После последнего такого видения Гарри проснулся с почти реальным вкусом поцелуев на губах и едва уловимым привкусом спермы на языке. Он старался не попадаться на глаза Снейпу, разумно полагая, что за целый учебный год еще успеет наслушаться колкостей и замечаний. Найдя тайный лаз, Гарри пользовался находкой, чтобы выбираться из школы и резвиться в своей анимагической форме. Несколько дней назад Поттер приметил странный силуэт, крадущийся в темноте. Любопытный юноша установил слежку за интересным объектом. Северус Снейп сидел в своем кабинете, устало откинувшись на спинку стула. Скоро начнется новый учебный год. Снова будут бестолковые ученики и взрывающиеся котлы. Несмотря ни на что Северус любил свой предмет: запах зелий, осознание того, что можешь разлить по флаконам забвение, смерть, вожделение. Наука зельеварения с самой юности привлекала Снейпа, он четко понимал, что в умелых руках эти знания превращаются в силу и дают определенную власть. Наступила ночь, и можно было предаться своему любимому развлечению. Тень скользнула по подземелью Хогвартса - Северус быстро шел к тайному выходу из школы. Вдохнув теплый ночной воздух полной грудью, он еще немного постоял, а потом... Снейп обожал эти моменты - все тело напрягалось, бедра подрагивали, предвкушение разливалось по каждой мышце... Да, вот так, еще немного, уже совсем близко... О, этот сладостный миг! Сильное тело сгруппировалось и... мышка, пронзительно пискнув, исчезла в пасти огромного черного кота. Сидя под деревом, кот повел ушами, настороженно прислуживаясь. Ветки хрустнули, раздался приглушенный вскрик, ворох листвы посыпался на шкуру, а затем что-то шлепнулось на спину. Хищник громко мяукнул, извернулся, и в одно мгновение его лапа, вооруженная острыми когтями, зависла над упавшим существом. Всмотревшись, кот раздраженно фыркнул: несуразное создание явно не представляло угрозы. Разглядев его внимательнее, он сердито зашипел, словно прогоняя зверька. Малыш попробовал встать на все четыре конечности, и тишину огласил жалкий писк - лапка оказалась подвернута. Кот развернулся, сделал пару шагов прочь, но потом, утробно рыча, подхватил за шкирку несчастье, свалившееся на его голову, и поспешил скрыться за стенами Хогвартса.