aftercare

Maggie Eckford – Tell Me How To Feel

— Я думаю, что это просто показуха. Парень всегда любил работать на публику и данный случай - не исключение. Он просто хочет выглядеть героем в глазах своих фанаток. — О, я с тобой не соглашусь. Мне кажется, что он действительно любит его. — Да, любит, только у него всегда была не самая лучшая репутация.

Гарри не стал дослушивать программу до конца и просто выключил телевизор, стараясь не думать о том, что про него говорят. Репутация... откуда вообще взялась его "не самая лучшая репутация"? Ведь за всю его недолгую жизнь у него было лишь две девушки и один парень, коим является Луи. И все. Откуда она могла взяться, только одному Богу известно. Гарри всегда старался не казаться таким, ведь это действительно не так. Гарри любит общаться с людьми и именно общаться, а это значит болтать, смеяться и все в этом духе, но никак не секс или же просто поцелуи. Все это только спустя время, пока он не узнает человека как нужно и поймет, что действительно влюблен. Да, Гарри всегда был довольно аккуратным в отношениях. Это осознал даже Луи, который, до встречи с кудрявым не одобрял этого, ведь в жизни нужно попробовать все и вся. Зачем осторожничать? Мы живем лишь один раз, и будь что будет — именно так всегда думал и говорил Луи. В принципе, так думают практически все парни его возраста, если закрывать глаза на Гарри, который выделялся именно тем, что думает иначе. Луи всегда был уверен в том, что он сможет показать Гарри, что его излишняя аккуратность в отношениях — это не правильно. Но в итоге он понял, что так и должно быть и сам попытался стать таким. Он считал Гарри идеалом, в то время как Гарри считал идеалом его. Почему? А ведь вся эта аккуратность несет за собой последствия. Малое количество друзей, странные отзывы от общественности — одни из самых заметных. По идее, все это не страшно, а первое даже хорошо. Хорошо, когда тебя окружают только те, на которых действительно можно положиться, а не те, которые убегут при твоей первой неудаче. А общественное мнение — на него вообще должно быть немного плевать, ведь всем не угодишь. Но Гарри и Луи не из таких людей (одна из немногих сходств в их характерах). Им никогда не плевать на чужое мнение и всегда воспринимают негатив, который может литься из уст других людей, довольно близко к сердцу. Они понимают, что это не правильно, но ничего не могут сделать. Им бы очень хотелось быть безразличными к этому, но не могут. Но может это хорошо и значит, что они живые люди, у которых тоже есть чувства?

***

В комнату въехал Луи и притормозил у полок, где стояли они... его награды. Их было множество, и всегда вызывали радость и легкую гордость, но сейчас все иначе. Видеть их невероятно тяжело, потому что они напоминают о том чудесном времени, которое пришло и уже вряд ли возможно вернуть. Луи берет одну статуэтку с полки и пристально рассматривает ее, не замечая Гарри, который пристально наблюдает за ним. Это одно из приятных заданий Гарри — наблюдать за Луи. Он сам не знает, почему это доставляет ему такое огромное удовольствие. просто он очень любит его — Это наша с тобой награда, помнишь? — приподымая ее, спрашивает Луи, и Гарри невольно улыбается. Конечно он помнит. Как такое вообще можно забыть? Как можно забыть ту заветную гонку, которая сплела их судьбы воедино? Тот день невозможно забыть, даже если сильно этого захочешь. Гарри встает с дивана и медленно подходит к Луи, беря статуэтку в руки. — Тогда было очень холодно, и шел дождь,— начал кудрявый. — Ты был на открытой трибуне и забыл дома зонтик. Точнее, ты никогда не носишь с собой зонтик, и в тот день судьба наказала тебя за это,— продолжил Луи. — Да, что есть - то есть. А ты тогда проигрывал, я хорошо помню, но в самым последний момент опередил Зейна, сто процентов, чтобы выпендриться перед своими друзьями после, возможно, и передо мной — сказал Гарри, моментально окутываясь в атмосферу того дня. Тогда действительно было холодно, и кудрявый промок до ниточки и лишь чудом не заболел. — Спустись с небес на землю, я сделал это ради болельщиков, — отмахнулся Луи и Гарри усмехнулся,— ты вообще не особо понравился мне в нашу первую встречу! — Да, но почему-то сам проявил инициативу подвезти меня.— Луи ничего не ответил, а Гарри лишь продолжил:— А вот ты мне понравился сразу. Такой безбашенный, энергичный и такой красивый,— сказал Гарри, присев на коленки, чтобы быть наравне с Луи. — Ты слишком романтик, Стайлс,— сказал Луи и Гарри улыбнулся. — И это не изменить,— тихо сказал Гарри, смотря в небесно-голубые глаза Луи, утопая в них снова и снова. Они еще несколько минут обсуждали тот холодный, но чудесный день. День, когда они познакомились. Они еще не знали, что влюбятся так сильно друг в друга, что один захочет чуть ли не покончить со своей карьерой ради него, а другой несколько раз попытается подтолкнуть своего любимого к тому, чтобы тот не шел на такие жертвы и покончил со всем этим. Но тут дело даже не в таком характере или чувства обязанности, как можно подумать. Как бы Гарри просто обязан помочь Луи, потому что неправильно бросать его в таком состоянии. Нет. Тут действительно чувства. Тут действительно любовь, со всеми своими легкостями и трудностями. Со всей своей красотой и уродством, в какой-то степени. В настоящей любви без всех ее мелочей никак. Все это необходимо для того, чтобы она крепла, как и сами влюбленные. Луи становится хуже. С каждым днем приступы боли в спине становятся чаще. Такое чувство, будто тебя поставили на раскаленную сковороду, и вся нижняя часть просто полыхает. Спасают только обезболивающее, на котором Луи приходится жить каждый день. Все это пугает обоих парней, ведь раньше такого не было. Такого вообще не было и не ожидалось, что случиться. Но, это случилось, и с этим нужно что-то делать. Об этом уже сообщили, и было решено, что медлить тут опасно. Сердце уже начали обследовать и врачи все больше и больше убеждаются, что операцию стоит вернуть на прежнее число.

***

— Гарри, помоги мне,— тихо сказал Луи, прижимаясь сильнее к своему парню. Гарри обеспокоено посмотрел на него. — Что-то случилось? Тебе плохо, Луи? — Мне страшно,— он сказал это шепотом, будто боясь, что их услышат. Гарри облегченно выдохнул, потому что он уже успел немного испугаться, думаю, что очередной приступ нагрянул. — Да, возможно это глупо звучит, но я боюсь,— продолжил Томлинсон. Луи не из тех людей, кто чего-то боится, точнее, он боится, но всегда старается прятать его глубоко в себе, чтобы даже Гарри не видел этого отвратительного чувства в голубых глазах Луи. — Это нормально, Лу, все мы чего-то боимся, — спокойно сказал Гарри, целуя Луи в щеку. — Я не хочу умирать, Гарри,— складывалось такое впечатление, что Томмо вот-вот заплачет. Этот парень никогда не плачет, и видеть его таким немного странно даже для Гарри. Не смотря на то, что знает его лучше, чем кто-либо на этом свете. — Ты не умрешь, что за глупости,— ответил Гарри. — Откуда тебе знать? Ты же не ясновидящий, в конце концов,— довольно грубо сказал Луи, после чего Гарри встал с кровати, на которой они вместе лежали. Он подошел к окну и посмотрел на то, что творится на улице — там идет дождь, который старательно стучит по окну с обратной стороны. Гарри не особо любит осень из-за огромного количества осадков. Он любит теплую и сухую погоду, а не мокрую и холодную. — Я просто надеюсь на лучший поворот событий, что в этом плохого? — немного возмущенно спросил Гарри. — Ничего, просто нужно не исключать тот факт, что я вообще не проснусь. — Господи, ты хоть сам себя слышишь? Нам нужно верить только в лучшее и исключать этот пессимизм из своей жизни! — голос кудрявого звучал гораздо громче. Настолько громко, что собака встала и ушла прочь с этой комнаты, немного испугавшись рассерженного хозяина. — Это не пессимизм, Гарри, это — реальность. Реальность, от которой ты отказываешься.— Гарри очень удивляется таким словам своего парня. Это болезнь изменила его до самого основания,— Нужно быть готовым ко всему, Хаз,— тихо продолжил Луи. А что если Гарри не хочет быть готовым к этому. Да и тем более, разве можно подготовиться к смерти любимого человека? Несомненно, нельзя, особенно, когда есть не маленькая надежда на выздоровление. Но, частично, Луи прав. Исход операции может быть абсолютно не такой, какого бы хотелось. Но Гарри напрочь выбрасывает это из головы. Он даже не может представить как это — существовать без такого удивительного человека как Луи. — Перестань такое говорить Луи.— тихо попросил Гарри.— Я боюсь этого не меньше чем ты (а может даже и больше). После повисла мертвая тишина. Слов было не нужно — они выдавали себя сами. Страх выдавал их. Времени до операции остается все меньше и меньше, напряжения и страха становится все больше и больше. Но это ведь действительно нормально — боятся чего-то. Нет в мире человека, который не боялся бы совершенно ничего : высоты, насекомых, темноты или смерти. Но если вы все же нашли такого человека или же считаете себя таковым, то с твердостью можно сказать, что это ложь. Он вам врет, либо вы сами врете, а ведь смысла в этом нет. Абсолютно нет. Если человек боится чего-то — значит, он все еще жив. — Прости меня, Гарри,— сказал Луи, разрушаю пустоту между ними. Но Гарри не стал отвечать ему, а лишь снова присел на кровать и, притянув Луи к себе, обнял его. Томлинсон обвил свои руки вокруг шеи Гарри и вздохнул. Как же тяжело будет, если все полетит к чертям. Как же тяжело будет без этого зеленоглазого парня, который дорожит каждой секундой, проведенной с Луи. Боже, как Томмо любит его. Как они любят друг друга. — Нужно всерьез перестать думать о смерти, — подумал Луи, уже в миллионный раз, за все это время.