aftercare

One Direction – Love You Goodbye

— Отличная работа, Стайлс, публика даже не заметила твоего отсутствия! — Рэн был просто счастлив. Он уже несколько дней подряд твердит Гарри о том, как он рад, что все позади и парень одумался. Он даже не догадывался, что Гарри вернулся немного раньше только для того, чтобы не сидеть целыми днями в пустом доме, погружаясь в мысли о еще совсем недавно крепких отношениях, которые закончились огромным провалом. Он хочет полностью уйти в работу только потому, чтобы не замечать как же быстро умирает его душа без того, кто сделал ему больно. Никто так и не узнал, что Гарри и Луи расстались. Любопытные репортеры пытались, что-либо разузнать, но ни Стайлс, ни уж тем более Томлинсон, не говорили ровным счетом ничего. Абсолютно ничего. Единственным человеком, кто знал об этом, был их общий друг Лиам, который пытался помочь Гарри разобраться в мыслях Луи. Он друг для них обоих, но сейчас они оба отталкивают его. Один полностью погружен в работу, а другой уже в больнице и проходит различные процедуры перед операцией, которая через два дня должна начаться. Лиам пытается уговорить Гарри навестить Луи перед таким важным событием, но парень даже разговаривать об этом не хочет. Если Лиам не успокаивается с разговорами про Луи, то Гарри просто уходит в другую комнату, в очередной раз сдерживая свои эмоции. С Луи все еще сложнее. Лиам был у него, спрашивал о его здоровье, о моральном состоянии, и Луи каждый день говорил, что все в порядке. Но Пейн видел, что все далеко не так. Он видел, как оба парня страдали и понимал, что Луи не особо-то хотел бросать Гарри. Что-то вынудило его сделать это (или даже кто-то), но Луи молчит. Он не хочет говорить об этом. Всегда, когда Ли начинает свою балладу, Луи говорит, что устал и хочет отдохнуть. Точно так же, как и сейчас. — Луи, я не отстану. Позвони ему. — И что я ему скажу? Прости, Гарри, я тут резко решил передумать. Забудем, что я сказал тебе "Я тебя не люблю", — грубо протараторил Луи, заставив Лиама немного зажмуриться и томно вздохнуть. Да, возможно, это немного не его дело. Возможно, он не должен лезть в их отношения, но Пейну кажется, что Гарри и Луи нуждаются в хорошем пинке для шага к примирению. — Можешь начать с простого "привет", — негромко сказал кареглазый. — Ему будет намного лучше без меня, Лиам. Я сделал это только ради блага Гарри. — Луи, зачем ты закрываешь глаза на ваши чувства? Тем более спустя такое долгое время нахождения в отношениях с ним. Я бы поверил тебе, если бы вы встречались пару месяцев. Но за вашими плечами пять лучших лет в вашей жизни. Я никогда не видел Гарри таким, каким вижу сейчас. Луи, ему плохо, как было тогда... когда говорили, что ты можешь вообще не выжить. — Но если я позвоню ему, то не сделаю ситуацию лучше. — Луи... — Лиам, поверь, так будет лучше. Я, конечно, благодарю тебя за твой энтузиазм помочь нам, но прошу тебя не лезть. Не делай Гарри хуже, прошу. Лучше помоги ему идти дальше, — к последним слова, голос Луи стал намного тише, чем буквально несколько минут назад. Меньше всего хотелось просить Лиама о такой помощи, но больше всего хочется, чтобы Гарри был счастлив. Даже если воспоминания и тоска по Гарри будет причинять боль, Луи не будет замечать всего этого, только если его любимый будет счастлив.Даже без него. Эти дни были тяжелыми для Луи, и он молится Богу, чтобы они не были такими же тяжелыми для Гарри. Он хочет, чтобы тот был счастлив. Он хочет, чтобы Гарри был известен еще больше, но при этом оставался таким же Гарри, с которым он когда-то познакомился. Он хочет, чтобы Гарри был все тем же парнем, который поет в барах, радуется снегу и шоколадному печенью, которые он так любит. Луи будет намного проще, если он будет слышать, что Гарри улыбается, радуется, и с ним все в порядке. И он даже не думает о том, что Луи станет только хуже, когда Гарри действительно начнет жить дальше. Все кругом твердили Луи о хорошем исходе операции. Родители постоянно навещали его и уже спрашивали о планах на будущее. Луи лишь усмехался и говорил, что глупо сейчас думать о будущем, ведь его даже еще не прооперировали. Но всей этой пустой (как считал Луи) болтовней, они пытались хоть на мгновение отвлечь Луи от его мыслей. Он закрылся в себе после разрыва с Гарри и ни с кем не разговаривал об этом. Даже со своей матерью, которая всегда могла поддержать отличным советом по поводу отношений. Она всегда помогала ему, но сейчас Луи думает, что не должен что-либо говорить. Он думает, что не должен вообще что-либо делать, кроме как заснуть на операционном столе и не проснуться.

***

Проведя весь свой день в студии, Гарри посмотрел на часы и решил идти домой. Было уже поздно, а еще необходимо накормить Сэм и побыть немного с ней, ведь она и так сейчас страдала от недостатка внимания и потребности в своем втором хозяине. Когда Гарри приходит домой, то она несомненно радуется, но ждет, что в дом зайдет кто-то еще. Однако Гарри приходит домой в одиночестве, и это расстраивает не только его собаку. И когда Гарри видит этот грустный взгляд одного из его любимых созданий на этом свете, то сердце разбивается снова, только с большей высоты и на более мелкие кусочки. Гарри сел в машину и направился в путь. В салоне играла медленная, но просто чудесная песня Адель, певицы, которую Гарри просто обожает, но сейчас он явно не желает слушать ее. Она навевает ему еще большую грусть, от которой парень стал просто-напросто уставать. Хочется выбраться из этой пропасти грусти и тоски, снова начав улыбаться и радоваться каждой мелочи. Но он просто не может. Гарри впервые за пять лет один. Странно, непривычно и грустно осознавать все это. Он скучал. И тоска по Луи сводила его с ума. Гарри свернул с дороги, которая вела к его дому и направился в совершенно противоположную сторону. Что-то внутри щелкнуло, он подумал, что все не должно вот так просто закончиться. Им надо поговорить, и хоть Гарри понятия не имеет, о чем они будут разговаривать, он решил для себя одно: надо ехать к Луи прямо сейчас. Вроде бы к больным еще пускают, и Гарри сделал все, чтобы доехать в больницу как можно быстрее. Приехав к нужному месту, он заглушил мотор и вышел из машины, направляясь в больницу. Он шел быстро, но с каждым шагом волнение в его груди росло подобно снежному кому. Ему эта встреча казалась более волнующей, чем их первое свидание с Луи. От воспоминаний он улыбнулся, но сразу же вернулся в нужно русло, обдумывая варианты их разговора, пока его не остановила медсестра. — Вы к кому? — К Луи Томлинсону. Можно к нему? — Да, он в триста пятой палате, и я рекомендую вам поторапливаться. Время посещений заканчивается через тридцать минут. Гарри поблагодарил женщину и направился к лестнице. Стайлс не любитель лифтов, тем более, когда речь идет о третьем этаже. Да и к тому же, у него будет время снова продумать свои слова. Еще совсем недавно он ужасно сильно волновался, а теперь на смену волнению пришло сомнение. Стоит ли вообще идти туда? С каждой ступенькой он думал о том, что все может оказаться бессмысленным. Ему казалось, что Луи не хочет разговоров, и все будет так же, как и было несколько дней назад. Парень остановился у нужной ему двери и посмотрел в окошко палаты, в которой лежал его Луи. Парень мирно спал в кровати, даже не подозревая, что почти рядом стоит тот, кого он мечтал увидеть снова эти несколько дней. Они оба хотели этого, но оба считали, что не должны этого делать. Но на мгновение Гарри подумал иначе, и теперь он здесь, наблюдает за тем, как очаровательное создание, чье имя Гарри любит больше всего на свете, спит, возможно, видит сон, где они сейчас рядом, наслаждаются обществом друг друга, мечтают о совместном будущем с кольцами на пальцах и спорят об имени их первого ребенка. Луи сейчас в снах, а Гарри в суровой реальности, от которой хочется бежать и не оглядываться. Стайлс перевел свой взгляд на ручку двери и думал: действительно ли он должен туда входить? Он взялся за ручку и хотел уже открыть дверь, как дежурная медсестра помешала ему это сделать. Время посещений окончено и никого не волнует, что вы там не успели. Кажется, мир действительно против того, чтобы они были вместе. — Прощай, Лу,— тихо сказал Гарри, перед тем как послушать медсестру и уйти прочь из больницы, в которую он больше не рискнет прийти.