Лучший из людей, худший из храмовников

Он достиг своего кабинета быстро, и никто из подчинённых, видя состояние своего капитана, не рисковал встать у того на пути. Захлопнув за собой тяжелую деревянную дверь, обвитую железным плющом, он громовой тучей обрушился на неповинный книжный шкаф. После пары молниеносных ударов, отозвавшихся острым хрустом пальцев, полки разошлись длинными трещинами, а сам шкаф отчаянно скрипнул, да накренился набок. Бессильная злоба мигренью ударилась в виски, а горечь обиды заливала лицо густой краской стыда. Дверь позади скрипнула. -Что еще?! – взревел храмовник. Травельян стояла в дверях, и в её глазах не было страха, но глубокая печать тревоги застыла на лице. Самсон прикусил язык и ему тут же захотелось провалиться сквозь землю. Отвернувшись, дабы скрыть бурю эмоций, он бросил тихое «прости». Вестница кошачьим шагом подошла и обняла храмовника со спины, прижимаясь всем телом и пытаясь забрать хотя бы часть того урагана, что бушевал в душе возлюбленного. Капитан развернулся и прижался к её губам – таким сладких и желанным – запуская руку в золотистые волосы и утягивая девушку в долгий поцелуй. Насытившись чужим теплом, он провёл рукой по её щеке и заглянул в томно-прикрытые глаза. -Прости меня. Магичка вновь прижалась к своему дорогому командиру. -Лелиана мне всё рассказала. -Вот как, - храмовник отрывисто выдохнул. Травельян взяла его за руки, и расстроенно ахнула, глядя на разбитые руки. Мгновение – и колкие, разноцветные искры заскользили по коже, затягивая ссадины и залечивая раны. -Скорее ты меня прости, - она закусила губу, - Я совершила ошибку, отправив тебя к нему. Он лучше многих других знает, как причинить тебе боль. Самсону казалось, что Травельян имеет безраздельную власть над его жизнью, и только она может короткой фразой ввергнуть его в самые адские муки или подарить самое безграничное наслаждение. -Я недостоин того, чтобы просто стоять рядом, - он говорил тихо, и в то же время крепко сжимал Вестницу – свою Вестницу – в крепких объятиях, - Я позволил чувствам взять над собой верх. Он был прав – я вправду трус. Я не могу открыто встретить то, кем я раньше был. А я был ужасным человеком. И ты это знаешь. Застенчивые розовые лучи осторожно заглянули в комнату, длинными линиями пересекая её, и постепенно заполнили собой всё пространство вокруг. Парочка воронов с по-щегольски вскинутыми красными хохолками сорвались с дальней башни Скайхолда в долгий полёт к востоку Ферелдена. -Самсон, ты один из храбрейших и ответственейших людей, в которых я черпаю силу, чтобы двигаться вперед. И для меня ты один из лучших людей, которых мне когда-либо доводилось встречать, - немного погодя, с кокетливой улыбкой Травельян добавила, - Хотя, учитывая твоё отношение к магам, ты ужасный храмовник! Впервые за последний месяц, командир рассмеялся, чувствуя себя бесконечно счастливым, и даже приближавшаяся битва с Корефеем не омрачала этот прекрасный вечер, который принадлежал только им двоим.