Близнецы — Паранормальные Детективы

      У тех немногих, которые, как я, испытывают удовольствие, прикасаясь к тайнам вселенной (а также вкушая шоколадный торт с послеобеденным чаем), тема смерти вызывает глубокий интерес. И действительно — нет на земле ничего, что щекотало бы наше воображение больше, особенно в нынешние времена.       Волшебницы и волшебники, которые при жизни были слишком привязаны к вещам земным, после смерти возвращаются к своим любимым местам, к своим близким друзьям и возлюбленным. То же самое касается и магглов, хотя эти бедные души не содержат в себе ни капли магии, которая помогла бы им держать под контролем собственным посмертный отпечаток, потому такие духи отличаются диким, своенравным характером и склонностью к хаосу.       Несмотря на все усилия, наши знания о смерти довольно скудны. Но кое-что нам известно точно: ходячие мертвецы хотят лишь одного — вернуться к жизни.       Потому они и остаются. — Эдвард Бальтазар Макрозен, «Смерть и его собака», 1977

***

Дерзай, дерзай, но не слишком дерзай, а не то узнаешь горя непочатый край.       Фред поморщился, не в силах разлепить веки. Вокруг раздавалась тихая протяжная мелодия. Скрипка. Её называли инструментом Смерти, хотя любой, кто знаком со Смертью лично, скорее всего скажет, что это не так. Уж что-что, а в музыке он ничего не смыслил.       Фред знал, что это сон. Он помнил, как заснул в старом потрёпанном кресле на кухне, пока Джордж приглядывал за ним; произошедшее в отеле «Ангел» явно его обеспокоило. Он также знал, что призраки не видят сны. Спать они, конечно, при этом могли — некоторые засыпали на месяца или даже на целые годы. Фред вспомнил, как ещё на первом курсе их с Джорджем и Ли разбудил храп Толстого Монаха, похожий на грохот грома в бочке.       Он огляделся.       Нет… определённо сон.       На недостроенной западной стене Хогвартса, болтая ногами, сидел Джек Фрост. Смычок в его правой руке плавно скользил по струнам скрипки, издавая ту самую мелодию.       — Будто кота душат, — отметил Фред, поковыряв пальцем в ухе. — И ты называешь это музыкой?       Фрост бросил на него недовольный взгляд.       — Это Бах!       — Бах по моим ушам — это точно.       — Думаешь, ты такой остроумный? — эльф отложил смычок, ворча. — В Григхейме ты так не улыбался, засранец.       — Да, бывали у меня каникулы и получше. Погода была отвратительная.       В глазах Фроста сверкнул маниакальный огонёк.       — Хотел зайти в меченное здание, как ни в чём ни бывало. Совсем ничего не знаешь о том, как быть мёртвым?       Фред небрежно пожал плечами.       — А что тут знать? Лежишь себе, кормишь червей, изредка пугаешь соседку-маггла до полусмерти. Никакого удовольствия, иначе все бы давно хотели ими стать.       — Все и становятся, — сказал Фрост, — рано или поздно, — он замолчал и подозрительно посмотрел на призрака, слегка склонив голову набок, будто птица. — Что ты здесь делаешь?       — Пришёл пригласить тебя на свидание, — произнёс Фред с долей сарказма. — Я сплю, непонятно что ли?       Фрост искренне удивился его ответу. Он понурил плечи и протяжно вздохнул, выпуская из ноздрей облачка морозного воздуха.       — Странные вы ребята. Маггл, который видит магических существ, призрак, который видит сны, проклятие семи грехов… Какие же вы все невозможные.       Фред просиял от гордости.       — Благодарю.       Худощавый эльф быстро и ловко перекинул ноги через стену и спрыгнул вниз.       — Чего ты хочешь?       Фред не задумывался об этом, но теперь он не хотел упускать возможность узнать у Джека Фроста что-нибудь полезное. К сожалению, он не мог найти слов, чтобы спросить о том, что действительно его интересовало: видение в магазинчике Сточной Нэм. Там он узнал, что Джек был Паком, младшим братом Хельги Хаффлпафф, и совершил преступление, отняв сердце своего друга, чтобы спасти собственную жизнь. Говорить об этом будет сложно. Может, Джек и не помнит своего прошлого. В конце концов, Джек — Пак — умер более тысячи лет назад.       — Ты уже упоминал Григхейм, — наконец сказал он. — В отличие от тебя, я не сильно разбираюсь в адских безднах. Не расскажешь подробнее?       Фрост ухмыльнулся.       — Как я уже говорил, это Город потерянных, место по ту сторону могилы, «где не горят даже погребальные костры». Туда есть вход с каждого кладбища, хотя сомневаюсь, что ты захочешь вернуться, — ухмылка эльфа стала язвительной. — Туда попадают призраки после особо жестокого экзорцизма.       — Можно было догадаться, — сухо сказал Фред. — А что тогда ты? Решил изобразить доброго самаритянина и спасти мою задницу? Не то чтобы я возражал. Правда, ты опоздал со спасением лет так на пять.       Фрост отвернулся.       — Ничего личного. Просто немного уравнял шансы.       — Звучит очень даже лично, когда ты решил достать мою душу из этого, как его там…       — Григхейма!       — Я это и хотел… — Фред запнулся, прислушиваясь. — Тихо… Слушай. Вот оно снова… Что это такое?       Они замерли в тишине. Недостроенные стены Хогвартса растаяли. В темноте раздавались голоса. Их пение было настолько тихим, что его можно было принять за ветер. Дерзай, дерзай, но не слишком дерзай…       Джек Фрост хихикнул и ковырнул пальцем в носу.       — Это? Ха. Это ваш сосед, старый добрый «Ангел».       — Похоже на детскую песенку, — Фред невольно вздрогнул. — Не похоже на те, что пела мама…       На мгновение Фреду привиделся силуэт, окружённый тусклым светом: фигура в длинном черном плаще и шляпе, из-под которой торчал длинный загнутый клюв. В руках у неё был чемодан. Дерзал, дерзал, он слишком дерзал. Узнал он, узнал, горя непочатый край!       Фред распахнул глаза. Джордж сидел, ссутулившись, в кресле напротив. Зогбоб Луны сладко посапывал у него на коленях, из чешуйчатых ноздрей дракончика вырывались маленькие искры. Он слышал тихое журчание кухонного фонтана и ритмичное тиканье напольных часов в коридоре. Фред вздохнул, но облегчение на его лице быстро сменилось озадаченностью.       В воздухе витал липкий запах железа и чабреца.

***

      Тедди Люпин любил слушать истории. По какой-то причине его привлекали сказки, где чудовища и призраки выскакивали из щелей и унитазов и утаскивали глупых детишек во тьму. Нокс предположила, что для детей волшебников эти истории были ещё более страшными, ведь они правда верят, что такое может случиться. Довольно эффективно; правда, в случае Фреда и Джорджа на них не действовали никакие обычные методы запугивания (если вы, конечно, не Чарли Уизли с куклой из носка по имени Гордж).       — …А потом лесник отрубил голову бедному волку, чья вина была лишь в том, что хотел разорвать на кусочки самодовольную маленькую всезнайку. Таким образом, Красная Шапочка осталась безнаказанной, несмотря на обвинения в экологическом вандализме и опосредованное убийство представителя вымирающего вида, тем самым доказывая, что герой, каким бы легковерным и тупым он ни был, в сказках всегда выживает, — она захлопнула книгу. — Конец.       Тедди бросил на неё взгляд исподлобья.       — В сказке было не так.       — Есть много версий, — пожала плечами Нокс. — Какую из них ты знаешь?       — Там, где все подохли, — сказал Тедди, улыбаясь во весь рот.       Она усмехнулась.       — Ах, если бы у всех сказок был счастливый конец. Ладно, давай засыпай, — сказала она, поправляя одеяло.       Нокс вообще мало что знала о детях, за исключением того, что большинство из них были слишком самоуверенными и знали об окружающем мире больше, чем взрослые хотели бы признать. Однако Тедди был довольно приятным ребенком. Она могла догадываться, какими были его родители при жизни.       — Расскажи ещё одну, — попросил Тедди с умилительно слащавым выражением лица. — Давай! Я хочу послушать про Нежданного принца! — продолжил он, не обращая внимания на её испепеляющий взгляд, — И о девушке с козьим лицом. О! Может, про Кричащий череп…       — Даже не пытайся, Тед. От Нокс не услышишь нормальной сказки, — сказал Фред. Он стоял, прислонившись к дверному проему комнаты Джорджа, где они поставили вторую кровать для Тедди. — Ни капли воображения, как в пересохшем колодце. Жалость-то какая.       Нокс перевела взгляд на него.       — Вижу, ты проснулся и ведёшь себя, как прежде. Очаровательно, — пробубнила она, хотя в душе почувствовала облегчение. — Что касается моего таланта рассказчика, он непревзойдённый.       — Безусловно, ты прекрасный рассказчик, — сказал Фред, — по сравнению с глухонемым.       — Ну-ну, — она решительно подошла к Фреду и ткнула пальцем в его ледяную грудь. — Давай послушаем, какой из тебя рассказчик, призрачный надоеда.       Фред сверкнул глазами.       — Я смиренно принимаю твой вызов. Для этого мне не понадобится помощь каких-то жалких книг, — он подлетел к кровати Тедди. Мальчик сел, закутавшись в одеяло, и с нетерпением ждал, что будет. — Та-ак, посмотрим… — Фред щелкнул пальцами. — Ага! Эта история навеяна моим дорогим безухим братцем. «Гринсенс из Гронотолиса».       Нокс приподняла бровь.       — Что-что?       — Ш-ш-ш! — шикнул на неё Тедди.       — Не мешай, Нокс! Итак, как я уже говорил до того, как меня так грубо прервали… — начал Фред со свойственным ему драматизмом. — Гринсенс из Гронотолиса — существо, которого все должны бояться! У него нет ни ног, ни рук. На самом деле… это просто ухо, — в этот момент Нокс громко поперхнулась. Он проигнорировал её. — Но одно известно наверняка, а именно то, как жестоко он убивает своих жертв. Гринсенс выскакивает из темноты и топит свою добычу в ушной сере!       — Это просто бред какой-то.       — Легко попутать гениальность с бредом сумасшедшего, — сказал Фред.       — А у него есть зубы? — пискнул Тедди из-под одеяла, которым он накрылся с головой. В полумраке комнаты видны были лишь его глаза, они быстро меняли цвет с красного на зелёный и на жёлтый, как светофор.       — У ушей не бывает зубов, глупый, — возразил Фред.       — Ну да, конечно не бывает. А топить людей в ушной сере по-твоему вполне нормально, — прокомментировала Нокс, хрюкнув от смеха. — Вот Джордж обрадуется, узнав о такой персонификации его недостающего уха.       — Упокой Боже его крошечную душу, — сказал Фред, положив руку на сердце.       Нокс вышла в коридор, чтобы ответить на звонок, невольно выдавая клишированное «Кто может звонить, а такой поздний час?» и тут же пожалела, когда на другом конце линии раздался полузадушенный вопль управляющего банком Ангуса Постлетуэйта.

***

      — Похоже, им нужна наша экспертная оценка в этом деле, — сказала она близнецам за завтраком, уплетая что-то, напоминающее кашу (и надеясь, что это всё-таки каша).       — Неужели мы наконец-то получили заслуженное признание? — Джордж поставил перед собой тарелку с яичницей. — Тебе нужна моя помощь?       — Сомневаюсь. Звучит довольно просто, — сказала она. — Призраки, которые шалят по ночам, или что-то вроде того.       Фред мечтательно вздохнул.       — Вот бы со мной кто шалил по ночам.       — Типа подрался подушками? — спросил Тедди. Его голову сегодня украшала копна ярко-розовых волос. Вокруг его шеи свернулся Зогбоб, изображая красочный шарф.       На кухне повисла неловкая тишина.       Джордж кашлянул в кулак, с трудом скрывая улыбку.       — Э-э-э. Да… В любом случае, ты знаешь, что, согласно закону подлости, дело не может быть простым, если оно таковым кажется. Ты говорила, что видела, как из окна выпрыгнула женщина? Если это мстительный дух жертвы самоубийства, то это та ещё головная боль. Я слышал, они не очень сговорчивые. Чтобы избавиться от него недостаточно просто знать их день рождения, имя и дату смерти.       — Всё под контролем, — сказала она, жестикулируя вилкой, на которую был наколот кусок сосиски. — Ты лучше присмотри за Тедди и магазином.       — Не надо за мной присматривать! — надулся Тедди. — Я хочу с вами! Я никогда не видел настоящего призрака!       Фред хмыкнул.       — А я по-твоему кто?       — Ты не считаешься, — угрюмо пробубнил Тедди.       Джордж вздохнул. Он понимал, что Нокс на самом деле имела в виду. Присмотри за Фредом. Самое ужасное, что она права. Его не покидало необъяснимое чувство, что Фреда нельзя оставлять одного. Что-то страшное произошло вчера, когда его брат попытался войти в отель «Ангел». После этого Фред выглядел бледнее обычного и проспал большую часть вечера вплоть до утра. Кроме того, его близнец явно что-то скрывал. Фред никогда ничего от него не скрывал. От Билла, Перси, Рона, Джинни, родителей, да даже от Чарли. Но не от него. Джордж чувствовал некоторую обиду.       — Может, это как-то связано с сегодняшней датой? — предложил Фред, хитро ухмыльнувшись.       Нокс приподняла бровь.       — В смысле? О чём ты?       — Какой-то негодяй разбил ей сердце, и бедняжка решила покончить с собой в День святого Валентина.       — Если он появляется только в эти дни, тогда понятно, почему мы до сих пор не знали о мстительном духе у нас по соседству, — согласился Джордж.       — Ненавижу сопливую романтику, — простонала Нокс, поглядывая на внушительных размеров форт, который Тедди соорудил из своего завтрака.       Фред качнулся на стуле, закинув ноги на стол.       — Кстати, Нокси… У тебя же сегодня в планах есть свидание?       Джордж покосился на брата.       Нокс рассмеялась.       — Ты шутишь, да? Уж чего-чего, а свидания у меня и в мыслях не было.       Фред вздохнул.       — Видишь ли, в этом вся разница между нами. В твоей голове нет ни одной романтической мысли. Гляди — даже у Тедди сегодня свидание! Своими руками сделал открытку для Виктуар и всё такое.       Щеки Тедди надулись, как у иглобрюха. Он нахмуренно зыркнул на близнецов.       — Неправда!       — А-а-а, ему всего шесть, а он уже влюблен в нашу прекрасную племянницу. Скоро станет полноценным членом семьи, — сказал Джордж, хлопая ресницами. — Честно говоря, я в ужасе.       — В полном! — поддакнул Фред. — Но всё же лучше, чем быть всю жизнь одинокой и брюзгливой.       Нокс улыбнулась в ответ.       — Уж простите, но ни один из вас, бесхребетных моллюсков, не заставит меня признать, что быть одинокой это плохо, — она подперла подбородок кулаком. — В моём мире, постоянные контакты с потусторонним не гарантируют свидание. Учитывая, сколько дел у нас было за последние месяцы, от меня вечно разит кладбищем. Кому это надо? Я вовсе не жалуюсь, всё-таки деньги есть деньги. Да и в любом случае, День святого Валентина — это часть заговора капиталистов, направленного на то, чтобы опустошить карманы глупых людишек.       — А, ну значит это тебе без надобности, — сказал Джордж и помахал двумя конвертами над огнём.       Нокс покраснела.       — Дай сюда!       — Не спеши так, Нокс.       Фред изобразил серьёзное лицо.       — У тебя есть свои стандарты, и мы их уважаем, верно, Джордж?       Джордж усмехнулся.       — Верно! У нас их нет.       — Ты словно лучик феминизма в этой непроглядной тьме, — произнёс Фред.       — Отдай или попрощайся с селезёнкой! — прорычала Нокс, размахивая ножом для масла.       — Ой, ой! Осторожнее! Не порань масло… — Джордж небрежно взмахнул палочкой. Письма послушно подлетели к Нокс. — Ты узнала что-нибудь про отель?       Нокс кивнула и торопливо схватила письма.       — Ага. Здание было построено ещё в XVII веке, но оно далеко не такое старое, как этот дом, — сказала она, махнув рукой на стены Поместья. — До 1921 года там находился постоялый двор, после чего Лионс и Ко выкупили его и открыли кафе. На первый взгляд ничего особенного. В 1767 один из гостей покончил с жизнью прямо у себя в номере, но за его смертью не последовало никаких странных происшествий. Отель пережил чуму и Великий лондонский пожар. Сейчас в этом здании находится Кооперативный банк во главе с Ангусом Постлетуэйтом.       — Это он звонил вчера вечером? — спросил Джордж. Он заставил сосиски на своей тарелке танцевать канкан, что необычайно повеселило Тедди.       — Он звучал напугано, — призналась Нокс. — Сказал, что сотрудники банка теперь отказываются работать в позднее время. Просил, чтобы я зашла к ним в одиннадцать, — она глянула сквозь дверной проём на напольные часы в коридоре, которые упрямо показывали неправильное время, несмотря на то, что она регулярно их подводила. — Вот бы починить эту бесполезную штуковину.       — Дядя Фред, можно мы с Зогбобом пойдём поиграем? — спросил Тедди, слезая со стула. Незаметно для остальных, он разделил свой завтрак с довольным дракончиком.       — Да, конечно. Только не делай того, чего бы мы не делали.       — И не щекочи людоеда, — мрачно крикнул ему вслед Джордж. — Лучше бы мы этого не делали, — когда дверь за мальчиком закрылась, он резко посерьёзнел и повернулся к Нокс. — Не суйся туда в одиночку. Духи самоубийц довольно опасны. Может, возьмешь с собой Луну? Она хорошо разбирается в сглазах, если что — сможет защитить.       Нокс покачала головой.       — Она вернётся только вечером. Сказала что-то про ворчестерских вуззлов.       — Уизли прав, — сказал суровый голос. У двери стоял Кайтион с грозным выражением на бледном лице. — Тебе нельзя идти туда одной.       — Я буду не одна, — сказала она. — Судя по всему, там соберется куча всяких шарлатанов, ясновидящих и охотников за привидениями.       Фред хихикнул.       — Ох уж эти магглы.       — Они тебе не помешают? — поинтересовался Джордж.       — Не особо. Я слышала о них, — сказала Нокс, листая страницы своей красной записной книжечки. — Способностей к расследованию у них как у веника, но по крайней мере они будут рядом.       Кайтион закрыл глаза и устало вздохнул, будто слегка обеспокоенный тем, что тратит драгоценное время на споры, которые можно было бы куда плодотворнее потратить на чтение или курение. Желательно последнее.       — Милая моя, ты не расслышала. Должно быть, забыла почистить уши. Но я сегодня милосерден, и буду рад повторить. Я сказал, — его глаза холодно сверкнули за квадратными очками, — тебе нельзя идти туда одной.       — Оставь свои сердитые взгляды для кого-то другого. У меня есть работа, и за неё мне обещали неплохо заплатить, — невозмутимо ответила она. — Если не хочешь пойти со мной, можешь и дальше зыркать мне вслед.       В камине вспыхнуло зелёное пламя, за которым последовал удивленный вскрик. На кухне появился Перси, тут же споткнулся о ногу Джорджа (который, как он позже заявил, был всего лишь невинным свидетелем) и в один миг перешёл из вертикального положения в горизонтальное. Взгляды присутствующих обратились к волшебнику, растянувшемуся на каменном полу.       Фред и Джордж скептически посмотрели на ведро с оборудованием для уборки, которое выпало из камина вслед за их братом.       — Что это, Перси? — спросил Фред. — Орудия пыток?       — Право, не стоило, — хохотнул Джордж.       Перси торопливо поправил очки и поднялся на ноги, отряхивая пыль с колен.       — Я пришёл помочь убрать весь этот бардак.       — Нет, правда, Перси, не стоило.       — А вообще, — Фред похлопал брата по плечу. — Думаю, у нас найдется для тебя работёнка.

***

      — Я надеюсь, этот ваш секретарь не заметил моё… необычное появление. Если бы я знал, то вошёл бы через дверь, — Перси неуклюже потёр шею и поднял взгляд на стены отеля. — Значит, вот чем вы занимаетесь; агентство паранормальных детективов. Странно, что Министерство разрешило тебе работать с волшебниками.       Нокс смущённо улыбнулась.       — Всё немного сложнее, но по сути, да.       Перси задумчиво кивнул и потянул за ручку двери.       — А это, выходит, ваше следующее дело. Любопытное здание.       — Фундаменту около четырехсот лет, но здание много раз реконструировали, — сказала она, проходя за ним внутрь. — Купол добавили относительно недавно.       — А. Ой! Что это ещё за красный крест на двери? Краска ещё даже не высохла! — проворчал он, глядя на ладонь, испачканную чем-то красным. — Мерлинова борода, что за безответственность. Хоть бы табличку повесили…       Перси замолчал на полуслове. Стоило им войти внутрь, как их охватило неприятное чувство. Несмотря на чистоту в банке, современную мебель и пластиковые растения в горшках вдоль окон, это место казалось сырым, мрачным и холодным, словно давно заброшенное кладбище. Нокс оглянулась на дверь, через которую они зашли. Обычная застеклённая дверь. Снаружи на ней виднелся красный крест. Она бегло окинула взглядом людей, ждущих в очереди к стойкам. Похоже, кроме них к кресту больше никто не прикоснулся.       Что-то промелькнуло в её памяти. Она решила вернуться к этой мысли позже.       Дверь в дальней части банка приоткрылась, и к ним навстречу выбежал нервный мужчина с редеющими волосами. Его глаза-бусинки остановились на мантии Перси, после чего лицо его озарило облегчение.       — Это же вы? — он понизил голос. — Те самые?       Перси важно выпрямился.       — У нас есть имена, мистер, — он протянул руку. — Перси Уизли.       — Да, да. Об этом позже, — сказал мужчина и повёл их в комнату, из которой он только что вышел, будто опасаясь, что клиенты заметят его со странными людьми.       Они попали в небольшой зал, в котором, судя по всему, проходили деловые встречи. За большим столом сидели двое мужчин, женщина довольно сурового вида и девушка лет восемнадцати. Две женщины были одеты в разноцветные узорчатые шали и увешаны амулетами, которые звенели при каждом движении. Один из мужчин, напротив, был одет в строгий чёрный костюм, а на его помощнике была бейсболка, напяленная задом наперёд, и футболка с надписью «I C Dead Pixels». Его прыщеватое лицо выражало крайнюю скуку. Вдобавок к этому Нокс заметила рядом несколько инфракрасных камер и незнакомое ей оборудование. Они с Перси мимолётно переглянулись и сели напротив собравшихся.       — Что ж, тогда приступим? Меня зовут Ангус Постлетуэйт, я менеджер этого заведения. Рад с вами познакомиться, — начал было нервный мужчина, хотя по его тону сложно было сказать, что он так уж рад. — Вы все знаете, зачем я пригласил вас сюда, но прежде, чем мы перейдем к деталям, пожалуй, нужно представить вас друг другу, — он глянул в свои бумаги, затем перевёл взгляд на двух женщин. — Мисс Мафусаил Уиттл и мисс Ариадна Эльфинстон из «Тайн потустороннего»?       — Всё верно, — сухо отозвалась старшая из них, мисс Уиттл.       — Хорошо, хорошо. Интересные имена. А мужчины справа от вас…       Мисс Уиттл вздохнула.       — Они не с нами. Я придерживаюсь мнения, что души умерших нельзя так просто измерить какой-то техникой.       — Ваше мнение никого не волнует, — молодой человек усмехнулся и нежно погладил инфракрасную камеру. — Техника никогда не лжёт. А вот люди очень даже.       Нокс поняла, на что он намекал. Как и две ясновидящие, которые тут же закашлялись от возмущения.       Мужчина постарше вежливо кивнул.       — Прошу прощения за грубость моего помощника. Мы ничуть не хотели оскорбить вашу профессию, мисс Уиттл. Я Израиль Дарквуд из агентства «Искатели душ». Это мой ассистент, Эйдан Финниган, — сказал он, указывая на парня в кепке.       Постлетуэйт отметил что-то у себя на листке.       — Отлично. А теперь… Пенелопа Уэзерби?       — Перси. Уизли.       — Я так и сказал, — он перевёл взгляд на Нокс. — Гертруда Вульф?       — Нокс.       — Здесь сказано «Гертруда».       — Зовите меня Нокс.       Постлетуэйт недоверчиво глянул на неё, затем вычеркнул её имя из своего списка. Он достал из кармана пиджака платок, промокнул вспотевший лоб и начал:       — Вам, вероятно, известно, что в 20-х годах в этом здании находилось кафе. Какое-то время оно даже имело успех, однако… — он сглотнул, теребя платок в руках. — …когда в здании начался ремонт, пошли слухи об исчезающих рабочих. Хотя никаких, э-э, необычных явлений замечено не было, посетители регулярно жаловались на плохое самочувствие в стенах кафе и вскоре перестали приходить.       Нокс вполне их понимала. Даже воздух в «Ангеле» казался густым и тяжёлым.       Постлетуэйт продолжил:       — Бизнес пришел в упадок, и в итоге здание пришлось сдать в аренду. Долгое время верхние этажи оставались пустыми. Раньше проблем никаких не было, но недавно… — мужчина поёжился. — Начались странные шумы. И шаги наверху. Две недели назад даже был пожар. Сотрудники в ужасе, — он глубоко вздохнул и сложил руки на столе, пытаясь придать себе уравновешенный вид. — Эти слухи могут негативно сказаться на репутации банка, и поэтому я собрал вас всех здесь.       Эйдан задумчиво почесал подбородок.       — Я читал, что кафе не было особо популярным, но о привидениях ничего не слышал.       Юная ясновидящая Ариадна бросила на него презрительный взгляд.       — Очевидно, что ваши методы не дают никаких результатов. Всем известно, что по четвертому этажу этого дома бродит призрак мужчины, покончившего с собой в 1767.       Нокс нахмурилась. Если бы возникли серьёзные проблемы с призраками или упырями, Министерство бы вмешалось. К тому же, в тот день она определённо видела не мужчину, а женщину.       — Да хоть призрак варёного яйца! — воскликнул Постлетуэйт. — Буду откровенен, мне плевать, сколько там призраков. Просто займитесь своим техно-вуду или что там у вас и избавьтесь от них. Я обещаю щедрое вознаграждение!       — Я сильно сомневаюсь, что в этом здании есть призраки, — заявил Перси и шепнул Нокс: — Учитывая, сколько вреда они якобы причинили, их давно бы уже устранили.       — Может быть, — согласилась Нокс, сложив руки на столе. — В мире полно всяких духов и нежити. Привидения, полтергейсты, ёкаи, упыри, таннасги*, мстительные… Некоторых обнаружить сложнее, чем других, даже… специалистам. В 1902 Джон Грегорсон Кемпбелл, гэльский ученый, первым классифицировал и описал видения, которые помогает видеть жителям шотландского высокогорья дар ясновиденья. К примеру, тамхасг — это видение ещё живого существа. Таслах — невидимый призрак или видение, которое можно узнать только по издаваемому шуму, — она ​​бросила быстрый взгляд на менеджера, — например, шагам или крикам. Таран — это гэльское имя, которым называли мёртвого ребенка, похороненного в фундаменте старых зданий, чтобы отогнать призраков и злых духов. Я подозреваю, что в этом здании находится Таран.       — А-А-А, мёртвого кого?! На чём основано это нелепое предположение? — мистер Постлетуэйт пристально посмотрел на неё. Мысль о том, в стенах его банка захоронено такое явно его встревожила.       — Предчувствие, — её голос стал жестче; она вспомнила вчерашнее столкновение Фреда с Тараном. — У меня есть номер группы археологов, которых это весьма заинтересует. Конечно, вы понимаете, что если при раскопках обнаружится тело, полиция начнёт расследование. Я слышала, они часто затягиваются. На месяцы. Или даже годы.       Постлетуэйт выглядел взволнованным.       — Хорошо, хорошо! Я понял. Так в чём же заключается ваша теория, мисс Вульф?       Нокс вздохнула и, скрестив пальцы, положила на них подбородок.       — Даже если в этом доме есть Таран, это не объясняет пожары и подозрительный шум наверху. Таран никак не относится к верхним этажам, которые были построены относительно недавно по сравнению с нижними.       Израиль Дарквуд важно кивнул.       — Скорее всего, дух бродит по нижним этажам, ближе к старому фундаменту, — он повернулся к менеджеру. — Вы ведь не всё нам рассказали, правда?       — Н-нет, с чего вы в-взяли? — но его слабая улыбочка исчезла под тяжёлым взглядом мисс Уиттл.       — Мистер Постлетуэйт, если вы думаете, что мы с Ариадной будем и дальше терпеть вашу ложь, вы сильно ошибаетесь, — резко сказала она и поднялась из-за стола. — Ваша аура обмана негативно влияет на наше хрупкое духовное поле.       — Нет-нет! Пожалуйста, не уходите! — завопил он. — Я не вру. Это просто совпадение. Частный детектив уже занялся делами пропавших без вести. Да и вообще, они были все молодые. В наше время молодым людям совершенно нельзя доверять. Никакой ответственности, приходят на работу, когда им вздумается, уходят, когда захотят…       — Мистер Постлетуэйт, — прервал его Перси. — Я настоятельно прошу вас поделиться любой информацией, которая касается этого дела. Даже мельчайшие подробности могут изменить ход нашего расследования.       Настойчивость Перси вызвала у Нокс довольную улыбку. Порой даже трудно было поверить, что он в родстве с близнецами.       Видя, что у него нет другого выбора, Постлетуэйт неохотно сказал:       — Из моего отдела пропал лишь один человек. Младший бухгалтер. Это было уже под конец его смены. У нас есть комната отдыха, куда мы уходим на перерыв. Мусорка была переполнена. Грязь. Бардак. Я сказал ему перед уходом оставить мусор у чёрного хода, где у нас стоят мусорные баки. С тех пор я его не видел, — его взгляд потускнел. — Хороший был парень. Прилежный. Это было больше месяца назад. Все думают, что он покончил с собой, бедняга. Мол, сказался стресс.       — При чем тут… таслах, которого слышали ваши сотрудники? — спросил Перси.       — Ни при чём, — сказал Постлетуэйт. — По крайней мере, так думала полиция, но две недели назад женский клуб из какого-то университета снимал зал наверху для своей вечеринки. В ту ночь исчезли двое официантов и один из гостей; мужчина и две женщины, — он махнул рукой, изображая невозмутимость. — Ничего необычного. В моё время женские клубы и не таким занимались.       Щёки Перси покраснели.       — Проводился ли обыск? Возможно, нашли куски тел или подозрительные предметы, — предположил Эйдан. Двое ясновидящих бросили на него хмурые взгляды.       — Конечно проводился! — сказал Постлетуэйт. — Детектив Сикли тщательно всё обыскал.       — Сикли? — переспросила Нокс. — Аргус Сикли?       Постлетуэйт удивленно поднял брови.       — Да. А что, вы знакомы?       Нокс с несчастным видом уставилась в пол. Аргус Сикли был занозой в её боку еще со времен Роузвуда, и с тех пор при каждой возможности порочил репутацию их агентства в газетах. Такое чувство, будто вся его семья состояла из твердолобых полицейских и частных сыщиков, которые терпеть не могли расследователей паранормального. Если в деле и правда замешан Сикли, им придется не сладко.

***

      Фред видел сон. Он точно знал, что это сон — он пребывал в смутном сером пространстве между сном и бодрствованием, где время замирает. Билл когда-то сказал, что призраки всегда пребывают в этом состоянии. Фред ему поверил. Теперь же он не знал, что и думать.       Снова этот запах: грязи, железа и чабреца. Он услышал тревожное пение и, наконец, увидел красный крест, нарисованный на двери.       Он открыл глаза. Красный крест проступил чётче и превратился в силуэт девушки с тёмной кожей, длинными вьющимися волосами и красивой фигурой. Она стояла, прислонившись к кухонной плите, и хмуро на него смотрела. На губах Фреда проступила улыбка.       — Привет.       — Только не надо заигрывать, Фред, — сказала Анджелина.       Фред невинно повёл плечами.       — Я просто поздоровался.       — Не таким тоном.       — Ну сегодня же День святого Валентина.       Он беззастенчиво улыбнулся, и Анджелина ответила тем же.       — А, уже проснулся, — Джордж зашёл на кухню на кухню в своей пурпурной рабочей мантии. Следом за ним семенил Тедди; кажется перспектива оказаться за кулисами «Всевозможных волшебных вредилок» вскружила ему голову. — Мы тогда на работу. Вернёмся в пять.       — В пять? — протянул Фред. — Засранец ленивый, прекрати закрывать мой магазин раньше положенного! Даже Рон так себя не вёл!       — Твой магазин? — фыркнул Джордж. — Мне ещё нужно сходить закупиться — для следующей партии навозных пончиков надо раздобыть лягушачью слюну, душащий газ, три зубчика чеснока и скрепку. А! И труселя Перси, но их я уже достал. Да и вообще, я хотя бы работаю, а не отлыниваю весь день во имя страстного сосания и обжимания, — многозначительно сказал он. Тедди за его спиной громко зачмокал губами в сторону Фреда и Анджелины.       Анджелине хватило совести покраснеть.       — На что ты намекаешь?       — На то, что Слизняка никто и за сикль не поцелует, — парировал Фред, игнорируя грубый жест близнеца в его сторону. — Ладушки! Мы — гулять!       — Уходишь? — спросил Джордж неуверенно. — Уверен, что стоит?       — Почему бы и нет? Насколько мне известно, призраки — не вампиры, на солнце не горят, — с этими словами Фред вышел из кухни.       Анджелина последовала за ним, негромко бросив через плечо «Я прослежу за ним». То странное чувство не покидало Джорджа. Когда входная дверь закрылась, он повернулся к камину, чтобы помочь Тедди забраться внутрь. После того, как Тедди исчез в зелёном огне, он взял пригоршню порошка; за секунду до перемещения он мог поклясться, что из «Ангела» раздавалось пение.

***

      Перси деликатно прикрыл рукой рот и нос.       — Меня сейчас стошнит.       — Что такое? Боишься высоты? — спросила Нокс, выглядывая из окна. Они были на пятом этаже, и высота была довольно серьёзная. У неё самой немного кружилась голова. Это то самое окно, из которого прыгнула женщина.       — Дело не в этом, — сказал он, хотя к окну подходить не стал. — Этот дом пропитан каким-то ужасным запахом. Пахнет словно… железом и грязью. Будто здесь всё насквозь прогнило, — он взмахнул палочкой и пробормотал: — Перфьюмум! — но безрезультатно. Запах никуда не делся.       Нокс ненадолго замолчала.       — Я тоже его чувствую, но слабо. Это может что-то значить.       — Что, например?       — Ты волшебник, а я маггл, — объяснила она. — Наверное, это то, что могут обнаружить только те, кто владеет магией. Что тебе напоминает этот запах железа?       Перси поморщился.       — Кровь, — Перси посмотрел на неё искоса, и его взгляд смягчился. Он нервно поправил галстук. Затем сказал: — Ты, наверное, не помнишь ме…       — У меня такое чувство, что в этом деле замешана не одна история, — пробормотала Нокс про себя, глядя в окно. — Может, Джордж и прав. Всё не так-то просто. Извини, ты что-то сказал?       — Н-нет, ничего.       — А, — она улыбнулась. — Не волнуйся, Перси, монстры не такие уж и тихие существа. Если кто-то захочет напасть, ты услышишь.       — Меня не это волнует, — он рос в одном доме с Фредом и Джорджем, в конце концов. Хотя, стоило признать, даже близнецы не пугали его настолько, как этот отель.       — Ага, — она поднялась и отряхнула руки. — Фишка в том, чтобы не бояться. Надо разозлиться.       — А если это мстительный дух?       Она пожала плечами.       — Очень разозлиться.       Они направились дальше по путаным коридорам, которые когда-то были частью старого отеля. Чем выше они поднимались, тем уже становились проходы. Тусклый свет, проникавший через грязные окна, придавал комнатам атмосферу заброшенности. Вскоре Нокс заметила, что тени на стенах были не от мебели. Они напоминали силуэты каких-то существ… может, животных. И они преследовали их. Дерзай, дерзай, но не слишком дерзай…       — Ты слышал? — спросила она, резко останавливаясь.       Впереди по коридору тянулось что-то тяжёлое и мокрое. Перси медленно потянулся за палочкой.       — Что слышал? — из соседней спальни выглянул парень в бейсболке. — Нашли своего тасла-как там его?       Перси и Нокс с удивлением посмотрели на оборудование у него в руках.       — Что это? — спросила она.       Эйдан просиял от гордости.       — Круто, правда? Новейшие технологии охоты за привидениями. Компактные высокочастотные системы обнаружения, цифровые измерители ЭДС, портативные устройства записи. Я расставил этих крошек по всему отелю — они синхронизируются с моим ноутбуком, поэтому я сразу узнаю о любых подозрительных перепадах температуры. Тогда мы хотя бы будем понимать, с чего начать.       — Здорово. Я бы не знала, с чего начать, — призналась Нокс. — Техника не мой конёк.       — Нет? — Эйдан разочарованно понурил голову. — Эх, а я-то думал. Ну да ладно. Ничего не поделаешь. Если хочешь, могу научиться тебя ими пользоваться.       — В этом нет необходимости, — слегка раздраженно сказал Перси. — У нас свои методы. Идём, мы и так уже потратили много времени, — он решительно пошёл вперёд.       Когда Перси скрылся за углом, Эйдан смущенно улыбнулся.       — Что-то я не понравился твоему парню.       — Он мой коллега, — сказала Нокс. — А где твой начальник?       — Пошёл поговорить с этим Постлетуэйтом, — он задумчиво почесал нос. — Большего труса я в жизни не видел.       — Да, есть такое, — Нокс усмехнулась. — Знаешь, на твоём месте я бы не стала бродить здесь одна.       Он засмеялся.       — Да ладно, ты же не думаешь, что из-за угла сейчас вылетит белая простыня и унесёт меня? Если честно, я просто искал повод опробовать всю эту прелесть, — он нежно погладил ноутбук. — Я и в призраков-то не верю. Видел я много так называемых охотников за привидениями — большинство из них видят то, что хотят видеть.       Нокс слегка улыбнулась.       — Просто дружеское предупреждение. Смотри в оба.       Эйдан нахально усмехнулся в ответ.       — Для этого у меня есть инфракрасные камеры.       — Хм, — Нокс вежливо кивнула и направилась дальше по коридору.       Пройдя несколько минут в одиночестве, она удивилась, что до сих пор не наткнулась на Перси. Теперь в обоих концах коридора её ждала темнота. Нокс выругалась про себя. Она хотела позвать его, но что-то подсказывало ей, что толку будем мало. Почему-то ей казалось, что Перси не услышит, даже стой он в нескольких футах от неё. Она зашагала осторожнее, внимательно прислушиваясь. Постепенно коридор помрачнел и сменился каким-то туннелем. Обстановка вселяла страх, что само по себе было смешно. Каждое утро она завтракала с призраком и волшебником, после чего пила чай с портретом покойного сэра Гектора Странного. Казалось бы, чего ей бояться?       По полу что-то зашуршало. Она остановилась и оглянулась. Перед ней была обычная дверь с номером тридцать семь. Нокс поморщилась. Это была комната, в которой покончил с собой тот мужчина. И снова шорох, на этот раз тише. Затаив дыхание, она прижалась ухом к двери. Внезапно что-то с грохотом ударилось о стену комнаты. Какая-то незримая сила отбросила Нокс к противоположной стене коридора, приложив её головой о твёрдую штукатурку. Вокруг нее раздались голоса — воющий, рыдающий хор. Дверь задрожала в петлях.       Потирая ноющий затылок, Нокс принялась лихорадочно листать свой записник в поисках имени жертвы самоубийства, даты рождения и смерти, необходимых для изгнания мстительного духа. Только вот ей никогда раньше не доводилось иметь дело с самоубийцей.       — Эльфред… Нет-нет, Эдгар Мелвилл! — крикнула она, пытаясь звучать уверенно. — Рождённый в 1728 году. Умерший 31 октября 1767 года. Э-э… уходи с миром.       Наступила тишина. Нокс схватилась за грудь и прислонилась к стене, тяжело дыша. Дрожащей рукой, она закрыла блокнот.       И тут она поняла, что опасность не миновала.       Пол под дверью раскололся со звонким треском. Из дыры появились две бледные скользкие руки, отчаянно царапающие дверь. Нокс метнулась подальше оттуда, с ужасом наблюдая, как из-под двери возникла голова и посмотрела на неё пустыми глазницами без век. Будучи призраком маггла и не имея в себе магии, чтобы сохранить свой прежний облик, существо напоминало раздутую тень. Оно корчилось, скребло длинными пальцами пол, оставляя длинные следы. Голоса вернулись, и весь «Ангел» начал скрипеть и стонать, словно от боли. В этот момент Нокс заметила кое-что ещё — на стенах чёрными царапинами начали возникать слова: Абракадабра, Абракадабра, Абракадабра       Существо уже наполовину вылезло из дыры, когда из другой комнаты раздался мерзкий сосущий звук; звук, сочащийся, как серая слизь. Мстительный потянулся к Нокс, будто умоляя, и на мгновение у неё возникло желание схватить его за руку и вытащить, ведь в глубине души она знала, что за той дверью скрывалось нечто намного более страшное. Она оттолкнулась от стены и потянулась к рукам. Её собственные ладони были испачканы ещё тёплой кровью. Она стекала по стенам и текла по полу коридора, который, казалось, сузился ещё сильнее.       Где-то неподалёку раздался крик. Секунду спустя мимо неё промчался Эйдан, роняя по пути свои приспособления для охоты на привидений. Его шею и руки покрывали чёрные пятна. Страх лишил Нокс дара речи. Она медленно повернулась в сторону прохода, из которого он только что выбежал.       Из другого конца коридора к ней направлялась высокая фигура, одетая в чёрный плащ, шляпу и маску с длинным загнутым клювом. Запах железа и чабреца стал просто невыносимым. Нокс потёрла слезящиеся глаза и чуть не пропустила тянущуюся к ней руку. Она вовремя отпрянула, зная наверняка, что прикосновение этой руки сулит верную смерть.       Нокс бросилась к первой незапертой двери, которую смогла найти.

***

      История никогда не волновала Фреда, как и Фред, наверняка, не волновал её, и потому Фред совершенно точно не тот, к кому стоило обращаться за подробной историей Лондона. Конечно, ему знакомы были типичные вещи, которые интересовали мальчиков в детстве, вроде Великого пожара, сожжения ведьм, Джека-Потрошителя и того дня, когда город закрыл все ворота в попытке удержать чуму.       Он точно не смог бы рассказать, что две тысячи лет назад на месте Лондона была крошечная кельтская деревушка, в которой обосновались римляне. Не мог рассказать и о войнах, которые происходили здесь, обычных и магических, хотя нигде во всей Британии не бывало войн страннее. Но Фред мог с уверенностью сказать, что Лондон — прекрасный город; город контрастов, парков и небоскребов, современных технологий и древнего волшебства.       Они доехали до Гайд-парка на метро — ужасный вид транспорта в обычной ситуации, и ещё хуже, когда ты призрак — поток пассажиров непрерывно снуёт сквозь тебя, и с этим ничего не поделаешь. Теперь же они шли по пустынным дорожкам к замёрзшему озеру Серпентин.       Разговор начался как обычно. Они вспомнили былые времена, поболтали о мотивационных речах Оливера и диктатуре Амбридж. Как бы Фред ни подтрунивал, Анджелина всегда его восхищала. Красивая, уверенная в себе и наверняка многого добьётся. Они были словно на одной волне. За то недолгое время, что они провели вместе, они успели стать хорошими друзьями и не только. Фред всегда как-то подсознательно ожидал, что всё обернётся чем-то большим, даже когда официально между ними не было ничего кроме флирта. Их отношения никогда не затмевали собой всю остальную жизнь. Они просто… были. Не похожие на роман Рона и Гермионы, которому суждено было случится, или страстное «люблю тебя, несмотря ни на что» Билла и Флёр. И всё же приятно, что их отношения сохранились. Особенно сейчас. И вообще, Фред далеко не романтик. Конечно, он всегда хотел большую семью, но, в отличие от Джорджа, он никогда особо не задумывался о любовной истории, которая бы ей предшествовала.       Фред погряз в своих мыслях и не заметил, что его спутница молчала уже минут пять. Теперь, когда он это осознал, тишина стала неприятной.       Он поймал на себе критический взгляд Анджелины, который настолько напомнил ему Оливера, что на секунду он даже удивился, почему эти двое никогда не встречались; мгновение спустя он вздрогнул от этой мысли.       — В последнее время ты нас как будто избегаешь. Даже когда Оливер приехал на день рождения Кэти. А ты знаешь, какой он неуловимый, — она опустила взгляд. — Он правда хотел тебя видеть. Мог хотя бы…       — Мы были заняты, Анджи, — перебил её Фред. — И вовсе я никого не избегаю. Просто, знаешь, последние несколько месяцев пролетели как вонючий шептун.       Она фыркнула.       — Значит, это так называется?       — Что называется?       — То, что ты не хочешь нас видеть, — сказала она и тише добавила: — Не хочешь меня видеть.       Озорная искра, блестевшая в его глазах, погасла.       — Послушай, всё сложно…       — Сложно? — повторила она, ошеломлённо моргая. — Фред, вы с Джорджем пропадаете днями напролёт, шатаетесь по стране, работая на какую-то девушку-маггла, которую вы до прошлого лета и знать не знали. Вы были замешаны во всей этой кутерьме в Блэкуотер-холле и даже не связались с нами после этого. Мерлина ради, Фред, мы думали, что Джордж и Перси мертвы!       — Умирать не так уж и плохо, — попытался отшутиться он.       — Не шути так, — отрезала Анджелина. — Это не смешно. Знаешь, Фред, я много чего о тебе знала, но никогда не думала, что ты такой эгоист. Тебе есть до нас хоть какое-то дело? Ты хоть представляешь, как сильно Ли скучает по тебе? Как скучает твоя семья? Я? Как я… — Анджелина замолчала и глубоко вздохнула. — Я даже не знаю, зачем я тут распинаюсь. Как будто ты и до… — она осеклась и виновато опустила взгляд.       — Анджелина, — он осторожно коснулся её руки и увидел, как она невольно вздрогнула и отпрянула. Слова застыли комом в горле. Наконец он набрался решимости. — Я знаю свои недостатки. Я не смогу тебе дать всё, что когда-то мог, но могу пообещать, что мы будем вместе. Ведь я люблю тебя, — и теперь, когда он, наконец, это сказал, Фред был уверен, что это правда.       Её лицо приняло выражение, которого он никогда раньше не видел. Нервное и озадаченное.       — Фред, — медленно начала она дрожащим голосом, — мы никогда-то и не были вместе. И… будем мыслить здраво, никогда и не сможем быть, — её голос звучал сдавленно. Она подняла на него взгляд тёмных глаз. — Правда?       — Сможем, если достаточно этого хотеть, — горько сказал он.       Анджелина пристально посмотрела на него.       — Ты хочешь меня в этом убедить или себя?       Фред смотрел на неё, пытаясь прочесть её лицо, но тщетно. Порой нужно признать, что ты бессилен что-либо изменить. Он понял это. И ушёл.

***

      Нокс не помнила, как упала, и не имела ни малейшего представления о том, как далеко вниз она при этом пролетела. В стенах отеля блуждало нечто ужасное, и она просто бежала вперёд, выискивая Перси, пока в полу прямо по неё ногами на распахнулся люк, в который она тут же провалилась. Она очутилась в каком-то подвале. В полумраке она разглядела печь, старую скамью, заваленную пустыми бутылочками из-под ртути, и всяким хламом, который уместнее смотрелся бы в старой аптеке.       Нокс села у стены, прислонившись щекой к шероховатому кирпичу. Она переживала за Перси. Он, конечно, волшебник, да ещё и Уизли, но что-то в его характере одновременно привлекало Нокс и вызывало у неё тревогу. Она попыталась подняться, но тут снова растянулась на полу. Правая нога онемела, старая рана снова вспыхнула болью.       В темноте внезапно зажёгся свет, и прозвучал голос:       — А чтоб тебя! Руку обжёг!       Нокс открыла глаза и прищурилась от яркого света свечи в темноте. У печи сидел мужчина. Она сразу узнала в нём бродягу, игравшего на гармошке на улице. Позади него лежала чёрно-белая собака, которая всюду его сопровождала. Бродяга выглядел ничуть не привлекательно. Вблизи его борода оказалась желтовато-серой, а глаза запавшими, но пугающе яркими.       Он усмехнулся ей, обнажив жёлтые зубы.       — Как твоё имя?       — Нокс.       — Настоящее имя.       — Нок… Гертруда, — сказала она. — Гертруда Вульф.       — Должно быть, хватка у тебя волчья, — хихикнул бродяга. — Наверное, ты и моё имя хочешь узнать?       — Э-э-э…       — Гарт, — сказал он, доставая наполовину съеденную куриную голень из своей грязной куртки. Он покрутил её в руке, внимательно наблюдая за Нокс. — Но это не моё настоящее имя…       — Какое ваше настоящее имя? — спросила она, гадая, сможет ли она вытерпеть боль в ноге достаточно долго, чтобы убежать. От этого типа у неё мурашки шли по коже.       Он наклонился к ней, загадочно улыбаясь.       — Мерлин.       — Как волшебник?       Его улыбка помрачнела.       — Не просто как.       — Получается, вы… жутко старый… — протянула она.       В глазах Мерлина вспыхнула гордость.       — Можно сказать, древний — он хохотнул, довольный собой. — Ничего, никто не вечен. Когда-нибудь Костлявый доберется и до меня, хоть и не скоро. СЛЫШАЛА, ВЕТОШЬ? — он внезапно повернулся и злобно швырнул голень в собаку. — Знаю я, кто твой хозяин! ВЕДЬМА! СУЧКА ПОГАНАЯ!       Собака лишь моргнула, глядя на него мягкими карими глазами, зевнула и снова улеглась.       Мерлин смерил её сердитым взглядом.       — То-то же.       Дверь в комнате наверху открылась и тут же закрылась. Раздался шелест подошв о каменный пол, чьё-то хриплое дыхание. Нокс замерла.       — Не волнуйся, — сказал Мерлин и похлопал рукой по стене. — Он нас здесь не найдёт. Я не позволю. Но он тот ещё тип. Хуже, чем простой мстительный дух.       — Вы знаете, кто он? — спросила Нокс.       — Да. Он чумной доктор. Как и мстительные духи, он представляет собой сгусток страха и ужаса, который люди чувствовали во время чумного года. Но он намного хуже обычных духов, — Мерлин пристально посмотрел на неё. — Когда-то он был человеком. Великим волшебником. Потом он сотворил отвратительные вещи с жильцами этого отеля. Теперь он самодельный инфернал — чудовище.       Нокс прокрутила у себя в голове голове недавние события.       — Перед тем, как он появился, я слышала голоса и видела, как на стене появляются надписи. Абракадабра, снова и снова, — размышляла она вслух. — Абракадабра не всегда было «заклинанием», которое использовали фокусники на сцене. Эта формула походит от арамейской фразы «авра кедавра». Люди носили её на шее как амулет, чтобы защититься от чумы…       Бродяга хмыкнул.       — Авра кедавра, или Авада Кедавра, как её сейчас называют, — это убивающее заклятие, — сказал он. — Его назвали так в честь врачевателей чумы, которые раздавали такие амулеты заболевшим, тем самым давая им ложную надежду, — шаги сверху приближались. Взгляд Мерлина взметнулся к потолку. — Наш чумной доктор был худшим из них. Он не принёс ничего похожего на надежду. Одну лишь смерть.       — Почему Министерство до сих пор его не остановило? — недоверчиво спросила Нокс.       — Потому что это место, это здание, спало много лет. Что-то разбудило его, и всех духов, которые здесь обитали, в придачу, — он взглянул на неё. — Быть может, это то, что вы ищете… То, чьи осколки вы недавно нашли в Шварцвальде.       Нокс прищурилась.       — Откуда вы об этом знаете?       Прежде чем она успела моргнуть, его сморщенные руки вцепились в её плечи, а острые ногти впились в кожу.       — Я знаю всё, что у тебя на уме, милая моя, даже если ты сама этого не знаешь, — его зловонное дыхание находилось всего в нескольких дюймах от её лица. — Вы ищете чёртов Грааль.