Близнецы — Паранормальные Детективы

      — Из «Сказок барда Бидля», — с выражением прочитал Перси, нетерпеливо переворачивая пожелтевшую страницу.       Эта история стара, как Луна, и мрачна, как ночь; история о голой и бесплодной земле далеко на Севере. Прежде всего, эта история о том, как страх побеждает робких. Но это — всего лишь сказка, и начинается она со Снежной королевы, а заканчивается, как и должны все истории, со Смертью.       Есть множество сказок о Снежной королеве, но лишь одна из них — правда. Говорят, что её волосы белы, как снег, её глаза черны, как угольки, а кожа бледнее самой смерти. Правда, что её лицо выглядит пустым и отрешенным, а щель, где должен быть рот, похожа на пасть хищного цветка. Правда, что она стара, как горы, и молода, как цветок; что у нее столько имен, сколько звезд на небе, но, в тоже время, у нее нет имени; что её плечи покрывает белый кроличий плащ, и она же совершенно не носит одежды.       Единственное, что известно наверняка — это её змееподобное зеркало, Уроборос, бесконечная серебряная змея. Зеркала никогда не врут, но ни одному нельзя доверять, ведь зеркала — самые коварные из всех магических предметов.       Это зеркало было выковано искусными руками Ногга Гнусного, гоблина, ненавидящего магглов и проводившего ночи напролет за изобретением новых опасных проклятий и артефактов. Среди его творений был меч Блэкбар, который имел привычку тяжелеть в пылу битвы так, что его владелец больше не мог его держать и погибал от руки врага; серебряный колокольчик Исиль, чей сладкий звон сводил людей с ума, заставляя их слышать крики и стоны умирающих; кольцо Сторге, чей носитель везде будет видеть лишь ложь и предательство и, в конце концов, тоже неизбежно сойдет с ума.       Но величайшим сокровищем Ногга был Уроборос. Его серебряная оправа выглядела как змея, кусающая свой хвост. Зеркало имело большую магическую силу, а Ногг не смог изучить и малой доли его возможностей. Он был всего лишь глупым существом, играющим с огнем.       Зеркало держит в себе детей, тех, кто погнался за мерцающими огоньками из снов; заблудившиеся в лесу, они нашли в чаще Королеву, встретили её пустой взгляд. За стеклом остались их имена и сердца, а души поглотила сама Снежная королева. Благодаря этому время над ней не властно, ведь души детей сильнее, чем у взрослых.       Королева родила двух сыновей: Сола и Салазара. Один был ярок и светел, как день, другой — мрачен и черен, как ночь. Она любила их обоих, но холодный зимний ветер затуманил её сердце и она пожертвовала свое солнце на растерзание ночи под кровавой луной.       Помните про предательство Салазара, когда смотрите в зеркало. Помните и тех потерянных за стеклом, принадлежащим тьме и Снежной королеве. Где прольется кровь этих жертв вырастет высокая трава и цветы с лицами спящих детей.       Перси Уизли закрыл потрепанные «Сказки барда Бидля» и посмотрел на лица своих слушателей, гордо улыбаясь. Близнецы явно не были впечатлены рассказом.       — Погоди минутку, Перси…       — И это — твоя сказка на ночь? Братья презрительно фыркнули.       — Это лажа, Перси, — сказал Фред, и Джордж согласно кивнул.       — Тролль и то рассказал бы лучше. Перси отложил книгу в сторону. Он выглядел обиженным.       — Я не понимаю, чем вы двое недовольны? Я читал эту историю Джинни много раз и она никогда не жаловалась.       — Да, но Джинни ведь девочка.       — Разве ты видишь бантики у нас на головах, Перси?       — Мы любим сражения…       — …и великанов…       — …и оборотней…       — …и тёмных волшебников!       — Снежная королева тоже тёмная волшебница, — возразил Перси, но близнецы проигнорировали его, вынырнули из под одеял и принялись скакать на кроватях.       — Расскажи нам нормальную сказку, Перси!       — Историю про Пака Хаффлпаффа!       — Байки хитрого Лиса!       — Про Кота-вампира из Йорка!       — Про Руку Славы!       — Вы уже получили свою сказку, повесы неблагодарные! — отрезал Перси, вскакивая на ноги. — А теперь вы прекратите гарцевать по кроватям, иначе я позову маму. А она уж точно уложит вас двоих спать!       Не сказав больше ни слова, Перси вышел из комнаты с угрюмейшим выражением лица. Близнецы тут же сели напротив друг друга, скрестив ноги.       — Мерлин, Перси безнадежно отстал от реальности, — мрачно сказал Фред. — Нам придется взять его перевоспитание на себя.       — Согласен, Фред. Думаю, парочка садовых гномов ему за шиворот исправят положение.       — Разве они не кусаются?       — В этом-то и суть.       Хихикая, братья скользнули под свои одеяла и закрыли глаза, собираясь заснуть.       Но покой длился недолго. Вскоре, холодная ночь и снегопад за окном заставили Джорджа вспомнить Снежную королеву и её жуткое зеркало. За дверью промелькнула чья-то тень и из темноты донесся сдавленный всхлип.       — …Джордж? Это ты там хнычешь, как маленькая девчонка? — судя по голосу, Фреда это слегка забавляло.       — Заткнись, — пробормотал Джордж уныло и осторожно подполз к своему брату под одеялом. — Думаешь, это всё правда, Фред?       — Что правда? Что Перси — болван и полнейшая задница?       — Не, это и так очевидно, — сказал Джордж, — я говорю про Снежную королеву.       — Не знаю. Вряд ли, — Фред пожал плечами. — Есть куча историй про нее. Наверняка откуда-то они всё же взялись.       — Чарли говорил, что она ездит на колеснице, запряженной семеркой белых оленей. Фред засмеялся.       — Ты перепутал её с Санта Клаусом.       — Нет, это правда! — Джордж был непреклонен. — А еще она крадет детей прямо из их постелей. Наверное она скармливает их своему жуткому зеркалу. Как думаешь, - он запнулся, а потом тихо спросил, - как оно их съедает?       — Фиг его знает, — Фред призадумался. — Может у этой стекляшки есть огромные острые зубы, которыми она разорвет тебя в клочья, если подойдешь слишком близко.       — Смеешься, да? — Джордж вздохнул и поежился, представив клыкастое, плотоядное зеркало. Темнота в их комнате внезапно стала какой-то удушающей. Он натянул одеяло на подбородок и зажмурил глаза, чтобы не видеть снегопад за окном.       — Ой, ну ты же не испугался, Фордж? — насмешливо спросил Фред.       — Конечно нет, — отрезал Джордж, совсем неубедительно. Он повернулся к своему близнецу. Фред лежал, положив руки под голову и смотрел на падающий снег. Брови слегка нахмурены, словно он задумался. Фред редко выглядел таким серьезным, но Джордж обожал наблюдать за увлеченным лицом брата.       — Я надеру её ледяную задницу, если она попробует похитить тебя, — резко сказал Фред. Джордж посмотрел на своего брата с удивленным восхищением. Его губы медленно расплылись в улыбку.       — Хорошо. А иначе я вернусь и буду преследовать тебя, пока ты не постареешь, не зарастешь бородой и не станешь пахнуть нафталином, как тетя Мюриэль.       — Что ж, это лучше, чем ничего, верно? — серьезно сказал Фред. — В смысле, я не могу без тебя. «Мы — близнецы» и прочая лабуда…       Джордж на мгновение задумался, но идея быть одним близнецом, а не двумя оставляла неприятный привкус во рту (как в тот раз, когда он упал лицом в кучу гномьего дерьма в саду). Он решил отбросить эту мысль, вместе с историей про Снежную королеву и её зеркало. Лучше отбросить эти мысли до тех времен, когда они оба постареют, обрастут бородами и будут пахнуть нафталином, как тетя Мюриэль.       — Люблю тебя, Дред. — тихо сказал Джордж, зевая. Небольшая пауза, затем из темноты раздался смешок, и Джордж мог поклясться, что Фред закатил глаза.       — Спокойной ночи, Фордж.

***

      Тела лежали на полу в Большом зале, пятьдесят или даже больше. Безучастные под зачарованным потолком. На камнях все еще виднелись пятна крови там, где пали защитники замка.       Если вы бродили по старым кладбищам, где вороны, сидя на надгробиях, увитых плющом, наблюдают за тобой; где черепа и кости — главные украшения, а могильные эпитафии выглядят торжественно и одновременно пугающе мрачно; то вы наверняка заметите, насколько чуждой кажется смерть на новом, ухоженном кладбище, где каждый могильный камень отливает черным или аспидно-серым, а земля на могилах еще свежая.       Здесь, словно на старом кладбище, в воздухе висит запах смерти, смешанный с едким дымом, пропитывающим каждый камешек стен Хогвартса. Джордж Уизли с пустым лицом перебирает волосы на голове своего брата, каждая прядь такая знакомая. Он ушел, без шанса вернуться.       И сам Джордж всё равно уже мертв.       После, он будет пожимать плечами, улыбаться и даже шутить, потому что все этого хотят. Он не сможет вернуть его из могилы, даже если от горя готов разорваться на части. Пляска смерти, безразличная к тому, кого забирать, уносить под свой вечный ритм, и часто отрывает кусочек сердца прежде, чем забирает тебя самого. А иногда хоронит улыбку прежде, чем тело.

***

Не надо звезд. Не нужно ни черта. Луну — в чехол, и солнце — на чердак. Допейте океан, сметите лес Все потеряло всякий интерес.