Девять Хвостов

Прочитав донесение шпиона из Суны, Орочимару мечтательно облизнулся. Мальчишка-Девятихвостый оказался не так прост. Что же побудило Итачи рисковать жизнью ради него? Проанализировав факты, мужчина так и не смог прийти к какому-либо выводу – слишком мало информации. «А раз не хватает информации, надо ее собрать», - мысленно заключил он и отложил свиток в сторону. - И лучше об этом спросить у самого мальчишки. Орочимару очень сомневался, что любовник – это достаточная причина для Итачи, чтобы пойти против всего. Его семья – лишнее тому доказательство. А вот если сам Узумаки сумел сделать что-то… или предложить… силу, например… Тонкие губы Змеиного Саннина расплылись в жадной улыбке. Он должен заполучить мальчишку! … Наруто недовольно тащился по узкой лесной тропе и вполголоса костерил начальство в лице Пятой и любовника в лице Ютсури. По глубокому убеждению парня именно эти двое были повинны в его плохом самочувствии. Недзи официально приняли в главную семью и объявили наследником. Однако, возможность отпраздновать это событие у друзей появилось лишь через несколько дней, когда со своих миссий вернулись большинство из них. Накануне вечеринки Кьюби пришло в голову проверить, как долго он может находиться в материальной форме в связи с приобретением нового Хвоста. Оказалось, что три дня. Наутро после праздника Наруто был беспощадно разбужен Сакурой. К счастью, к ее приходу Ютсури развоплотился и отправился отсыпаться в родную клетку в сознании своего носителя. По опыту Наруто знал, что Лис в ближайшие сутки даже признаков жизни не подаст. К сожалению, парень не обладал таким полезным свойством исчезать, так что на миссию его все же потащили – с большой похмелюги и вдрызг затраханого, что, естественно, никак не улучшало его настроения. - Боже, Наруто, ты только посмотри на себя, - упрекала товарища Сакура. Помимо нее на задание был отправлен и Чоудзи. - Сакура-тян, знаешь, какой твой самый большой плюс? - выдохнул страдалец, не зная, за что держаться в первую очередь – за зад или все-таки за голову. - Какой? - Несмотря на все противоречия, ты все-таки девушка, - как самую большую тайну сообщил Наруто. - Я тебя сейчас стукну! Наруто глубоко сомневался, что от этого ему станет хуже, так что особо угрозе подруги не внял. - И почему вместо тебя нельзя было взять Ютсури-куна? - вопрошала Сакура уныло. Наруто вопрос проигнорировал. Чоудзи всего себя посвятил чипсам. - Нэ, Наруто, - вдруг голос Сакуры стал нежным, - а у вас с Ютсури-куном все… серьезно? Узумаки искренно пожалел, что не может занять рот чипсами как Акимичи. - Ч-что т-ты имеешь в виду, С-Сакура-тян? - Ну… вы… влюблены друг в друга? - Ааааа?! - Ну, что ты орешь? - Н-но, Сакура-тян… - Так трудно ответить? - Вы – любовники, да? - вдруг бросил Чоудзи. Ребята в немом ужасе воззрились на товарища. Тот продолжал есть, как ни в чем не бывало. Разговор как-то сам по себе сошел на нет. Наруто задумался. Ему нравился Ютсури – нравилось с ним болтать, тренироваться, спать. С ним все время приходилось быть начеку, но именно это делало Наруто сильнее. Кьюби не давал ему расслабиться, заставлял совершенствоваться. Это было странно, но все же очень приятно. Но любви не было. Наруто в этом не сомневался – он не влюблен. И, откровенно говоря, влюбляться не хотел. Не только в Кьюби, но и в кого-либо другого. Как сказал бы Шикамару, это слишком проблематично. Миссия, на которую снарядили ребят, была до противного простой: сопровождение богатого человека из одной точки в другую. Однако до первой точки нужно было еще идти и идти. Бежать не позволяло все то же плохое самочувствие Наруто. И это была третья причина, почему он был недоволен этим утром и миром в целом. Четвертая причина не заставила себя долго ждать. Когда команда все же добралась до своего клиента, оказалось, что тот передумал. Объяснив свое решение внезапно появившимися делами, мужчина заплатил неустойку и с извинениями поспешил выпроводить несостоявшихся телохранителей. Наруто как никогда испытывал жажду убийства. К счастью для всех, Кьюби дрых и подлить масла в огонь не мог. Посовещавшись, утомленные дорогой ребята решили заночевать в городе своего клиента, а на утро отправиться домой. - Давайте пройдемся по магазинам, - предложила Сакура, которой такой поворот событий нравился. - Я слышала, здесь самые лучшие ювелирные изделия! - Угу, и еда неплохая, - поддакнул ей Акимичи. - Гуляйте, - махнув на друзей рукой, Наруто завалился на кровать гостиничного номера. - Купите мне на обратном пути рамен. - Ну, уж нет! Идем с нами! - Возмутилась Сакура. - Сакура-тян, - простонал парень, - мне плохо. Очень. - Пить надо меньше! - Меня тошни-ит… - Да ладно, пусть отдыхает, - вступился за друга Чоудзи. - Пошли лучше пообедаем. Оценив бледно-зеленое лицо Наруто, Сакура вздохнула и кивнула. Перед тем, как уйти, она немного подлечила своего горе-друга и пообещала купить ему что-нибудь от похмелья. Спустя четыре часа, когда усталые, но довольные друзья вернулись в номер, постель Наруто была пуста. … С тех пор, как Печать Четвертого исчезла, место заточения Кьюби мало как изменилось. Все те же коридоры, та же вода, та же клетка. Вот только теперь Лис в ней сам запирался, объясняя это тем, что, засыпая, он может не удержать мощь своей чакры, и та повредит Наруто. Ну, и еще он находил это забавным – запираться в собственной клетке от собственного тюремщика по собственной воле. Наруто подошел к металлическим прутьям и попытался вглядеться в темноту за ними. Кьюби видно не было. - Наруто-кун. Парень вздрогнул. Обернувшись, он обнаружил за спиной Итачи. - О? Привет, - нервно рассмеявшись, он отступил на шаг в сторону, чтобы не быть прижатым к клетке Учихой. - А что ты тут делаешь? Ты… опять в моей комнате, что ли? Губы Акацки дрогнули в намеке на улыбку. - Нет, я не рядом с твоим телом. - Знаешь, - хмыкнул Наруто, отойдя от испуга, - это прозвучало пошло. Итачи неопределенно качнул головой и перевел взгляд на клетку. Отметил отсутствие Печати. - Наруто-кун, где ты сейчас находишься? - А тебе зачем? - насторожился парень. - Не в Конохе, полагаю, - проигнорировал тот встречный вопрос. - С тобой есть кто-то рядом? - Я опять спрашиваю: зачем тебе это знать? - … Наруто раздраженно мотнул головой. Стыдливо опустил глаза. - Я… в городе. - В каком? - … - В каком городе, Наруто-кун? - Да не помню я! - взорвался Наруто, злой, что его все-таки заставили признать это вслух. - Тупое название какое-то! Не знаю! Сакура-тян говорила, что он назван в честь какой-то горы. Итачи хотел было сказать, что половина городов в Стране Огня названа в честь гор, но передумал. Какие-либо комментарии были излишни. - Что, думаешь, я дурак? - буркнул смущенный мальчишка и уселся на пол, спрятав от собеседника пылающее лицо. На макушку опустилась рука. Не поглаживая, не взъерошивая. Простое прикосновение. Будь это кто-то из друзей, Наруто решил бы, что его хотят успокоить. - А ты теперь мой Хвост, - неожиданно для самого себя вдруг выдавил он. - Знаю, - равнодушно отозвался Итачи. Его вечное отрешенно-спокойное состояние раздражало Наруто. И рука, которая по-прежнему покоилась на макушке, тоже была раздражающе… успокаивающей. - Ты не убивал свою семью, - заявил Наруто, не зная, что еще сказать. Он, правда, долго думал об этом. Вроде бы все факты были на лицо, но Наруто… нравился Итачи. А человек, который ему нравился, просто не мог сделать что-то настолько ужасное. Вот такая у Наруто была логика. И к черту факты! Итачи отстранился. Рука со светлых волос соскользнула. - Не заблуждайся, Наруто-кун. - Ты говорил, что даже семья может предать. Что ты имел в виду? - … - Нэ, так что? - не отставал Наруто. - Мне укоротить тебе язык? Наруто открыл, было, рот заявить, что у Итачи это не получится, но тут окружающий мир померк – он проснулся. … Сквозь ресницы пробивался мутный белый свет, который загораживало темное пятно. Наруто открыл глаза, но зрение не улучшилось. В пятне он с трудом смог опознать чье-то лицо. - Орочимару-сама, он пришел в себя. Второе темное пятно обозначило еще одного склонившегося над ним человека. - Ты называешь это сознанием, Кабуто? - Не рассчитал дозу. Моя ошибка. - По крайней мере чакра ему не доступна. - Мне последить за ним? - У тебя есть дела поважнее. Впрочем, передай его Саске-куну. Наркотическое действие продлится еще несколько часов. Пусть пообщается со своим другом. - Как прикажете, Орочимару-сама. … Наруто окружала темнота. Тело казалось легким, почти воздушным. В ушах стоял гул – какофония из голосов и фраз, звуков и собственного дыхания. Сознание возвращалось урывками, отдельными яркими образами, воспоминаниями. Сначала пришло обоняние. Сухой, спертый воздух. Тяжелый. Без каких-либо запахов. Потом ощущения – жесткая ровная поверхность. Холодная. Под ним. Наруто зашевелился. С губ сорвался хрип. Собственное тело представлялось ненастоящим, чуждым. Глаза слезились, но все-таки он разглядел лицо человека, подошедшего к нему. - Итачи? Человек застыл. Внезапный удар по ребрам заставил Наруто усомниться в правильности догадки. Его отбросило на пару метров. Парень едва смог прикрыть лицо руками – реакция была заторможенной. - А ты изменился, Наруто. Целых полминуты требовалось одурманенному наркотиком сознанию на то, чтобы узнать этот голос. - …Саске? Закашлявшись, Наруто поднялся на четвереньки. Вскинул голову, чтобы лучше разглядеть неподвижно стоявшего над ним Учиху. - Саске, - уже увереннее повторил он. По щекам катились слезы, но парень их не замечал, жадно всматриваясь в возмужавшего и от того все больше походившего на брата друга. - Саске. - Я, Наруто, - хмыкнул тот и, склонившись над ним, намотал на руку длинные золотисто-рыжие пряди. Потянул. - Боишься снова перепутать? Наруто непонимающе нахмурился. Смысл слов до него не доходил. И Саске это злило. Злило, что в синих глазах не было страха, не было вины перед ним. Слова Гаары не давали покоя. «Учиху Итачи засекли в тот самый момент, когда он… целовал Наруто». «Твой брат спас Наруто…» «Спас, рискуя всем. Не правда ли, иронично?» Вернувшись от Казекаге, Саске попытался рассуждать здраво. В конце концов, зная Наруто и брата, парень пришел к выводу, что такое невозможно. Узумаки ненавидел и боялся Итачи, Итачи рассматривал Наруто как объект для целей Акацки. Но вот, очнувшись, Наруто в первую очередь называет ненавистное имя. Он произносит его без страха и ненависти, обыденно. И слои хладнокровия с бешеной скоростью стала сжигать темная ярость. - Учиха Итачи – что тебя с ним связывает? - Саске резко дернул Наруто за волосы, собранные в хвост, заставив того перевернуться на спину. - Говори. Хвост. Совсем как у Итачи. Какого черта Наруто отрастил себе волосы? - Саске… - Кончай трепать мое имя. Где Итачи?! «Сорвался», - понял Саске. Сделав глубокий вдох, он развернул к себе одурманенное лицо, используя волосы как рычаг. - Итачи. Говори. - Итачи, - послушно выдохнул Наруто, и Саске едва поборол в себе желание вбить бывшего друга в пол. - Как я мог вас перепутать… Итачи… у него… руки нежнее. Слова как пощечина. Синие глаза как яд. Саске перестал сдерживаться. Новый удар отбросил Наруто в другой конец зала, вбив его в стену. Почти сразу Узумаки отключился, но Учихе было плевать. Когда Кабуто пришел проверить пленника, тот был едва жив. Сломанной куклой Наруто лежал у стены в луже собственной крови. Только при беглом осмотре медик насчитал пять переломов – в двух местах на правой руке, один на левой, в кисти, и, как минимум, по одному на каждой ноге. Рядом с едва дышавшим мальчишкой сидел Саске. Хмыкнув, мужчина нервным жестом поправил очки. - Он что-нибудь сказал? - … - Саске, мне все равно, но… разве я не говорил, что Наруто под действием сильных препаратов, вызывающих галлюцинации? Чем бы он тебя ни разозлил, его слова были… - Заткнись. Решив не ввязываться с Учихой в бесполезный спор, Якуши склонился над пострадавшим. - На нем все равно все заживает как на собаке, - вдруг бросил Саске апатично. «Совесть проснулась, наконец», - отметил медик, проводя руками над телом Узумаки. - Зажило бы, если бы мы не заблокировали его чакру, - поправил он сухо. - А так… Замолчав, Кабуто принялся за спасение жизни мальчишки. Разрыв селезенки, внутреннее кровотечение, сотрясение мозга, сломанные ребра и, как результат, порванные легкие – целый букет. - Проклятье, Саске! Орочимару-сама он был нужен живым! - … Он еще жив. Кабуто некогда было смотреть на Саске. О чем тот думал, мужчина даже не представлял. - Да, пока что жив. А Саске был растерян. Противный голосок нашептывал, что он знал обо всем. И что чакра в Наруто запечатана, и что он под действием наркоты, и что просто не отвечает за свои слова. Узумаки даже стоять не мог – какое там защищаться. А Саске его просто избил. Избил беспомощного, звавшего его по имени, наверно, даже не осознававшего, что с ним делают. И Саске стало противно от самого себя. От своей ненависти. Стало противно от запаха крови Наруто, от зелени чакры Кабуто, от этой комнаты под землей, от всей этой поганой жизни. Но Саске не был бы Саске, если бы он просто сдался. Не говоря ничего Якуши, он проник в сознание Наруто, чтобы пробудить чакру Лиса. Но когда оказался в просторном помещении с гигантской клеткой, то увидел там… Итачи.