Amis ou presque, или Больше чем друзья

Наступил октябрь, а количество заданий осталось неизменным. Мы с Ремусом всю неделю не вылезали из библиотеки и даже на выходных занимались уроками, которые оставляли нам до слез мало свободного времени. Джеймс и Сириус, который вначале были как всегда беспечны, потом все же взяли с нас пример. Но все равно они часто уходили первыми, спеша совершить очередную шалость или же поиграть в Квиддич. - Я и так вынужден каждый вечер проводить в библиотеке, делать это и в воскресение я не собираюсь! - Сириус, ты всю субботу пробездельничал, не забывай, - пробормотала я, не отрывая глаз от пергамента. И этот разговор имел место каждые выходные, став своеобразным воскресным послеполуденным ритуалом. Очередным пятничным вечером, позволив себе сделать перерыв, я спокойно устроилась в парке недалеко от замка, чтобы почитать книгу. Через некоторое время я увидела Ноа, который двигался ко мне. Причиной, я просто уверена в этом, были мои друзья, которые опять что-то натворили. Я улыбнулась. В отличие от остальных парней он их не боялся, но все равно предоставлял мне сомнительное удовольствие устраивать им выговоры. Должно быть, он верил, хотя это была полная чушь, что мои слова имели достаточный вес, чтобы остановить их. - Лили, Мародеры. - Ну, и что они натворили на этот раз? – скептически поинтересовалась я. - Все мантии Снейпа теперь розового цвета. Я вздохнула. Меня ждал целый час попыток внушить двум мальчишкам, что менее глобальные шутки все же были лучше. Раз я не могла заставить их прекратить, надо было попробовать свести ущерб к минимуму. Хотя и это мне вряд ли удастся. Даже те два месяца, которые я провела в детской больнице, были менее утомительными. Я замечаю, как Ноа слегка заметно улыбнулся, прежде чем спросить: - Интересная книга? - Да, и если бы я не была вынуждена огромное количество раз прерываться из-за своих так называемых друзей, то я бы её уже давно дочитала и наконец-то узнала, кто убийца. - Ой, прости, что помешал тебе. - Ничего страшного. Ты, по крайней мере, не столкнул меня в воду... - В озеро? - Точно. - Она же ужасно холодная! - Так и есть, - подтвердила я, поднимаясь. – Ладно, пойду читать нотацию Мародерам, которые, я боюсь, все равно не остановятся... По пути к замку мы продолжали болтать. В течение прошедшего месяца мы очень много времени проводили вместе, и я его действительно начала ценить. Он был мил, забавен и умен. Однако в нем чего-то не хватало, но я не знала чего именно... Когда мы подошли к лестнице, он развернулся ко мне лицом. - Лили, я узнал, что на этой неделе будет поход в Хогсмид... - Да... – протянула я, побуждая его продолжить. - Что ты скажешь о том, чтобы пойти туда со мной? - Я скажу, что буду очень рада. Откровенно говоря, я с нетерпением ожидала того, что он пригласит меня. Ладно, хорошо, желание с ним пойти было сугубо меркантильным. Я знала, что Джеймс и Сириус пойдут со своими возлюбленными, а Ремус под предлогом поездки к дедушке с бабушкой будет из-за своей ликантропии лежать в больничном крыле. Таким образом, я вновь останусь одна... Погруженная в мечты, я отправилась в Гриффиндорскую Башню, чтобы найти мальчиков. Я обнаружила двух из них за игрой в шахматы, но третьего с ними не было. Он, наверное, опять гулял где-то с Мэрилин. Я удобно развалилась в кресле. Вот нас и осталось только трое... Я дожидалась Джеймса, чтобы произнести свою небольшую речь, заготовленную заранее. Внезапно в гостиной раздался голос Полной Дамы. Она спорила с учеником, после чего с яростью распахнулась, чтобы пропустить раздраженного Джеймса. Мальчики, которые тоже, естественно, заметили его шумное появление, многозначительно на меня посмотрели. Отлично, я все поняла, именно мне принадлежало право идти его утешать... В конечном счете, понадобился только месяц, чтобы все встало на свои места, и Мэрилин оттолкнула Джеймса. Я никогда не понимала, почему она не хочет быть с ним. Он был красивым, умным, веселым... просто очаровательным. Так в чем дело? Я поднялась и направилась к дортуару мальчиков. Дико, но произошедшее меня совершенно не трогало. Мне не было жалко Джеймса из-за его ссоры с Мэрилин. Пока у них все было нормально, он уделял ей все своё время, отдалившись от меня, хотя именно я целых два года до этого утешала его. Как мило он выглядел, когда пел дифирамбы её сверкающим глазам и патетически страдал от неразделенной любви... Действительно, любовь превращает нас в глупцов. Почему он не уподоблялся остальным парням, которые после одного или двух отказов переключались на следующую девушку? Я открыла дверь в их спальню и тут же обратила внимание на ужасный беспорядок: одежда, пергаменты и другие предметы были раскиданы по всей комнате. Они даже немного не были знакомы с аккуратностью и практически не пользовались шкафом. А когда кто-либо из них приводил сюда своих поклонниц, все вещи отправлялись под кровати. Разумеется, я была единственной студенткой Хогвартса, которая знала, какие они на самом деле поросята. Полог на кровати Джеймса был опущен, впрочем, как и всегда, на тот случай если кто-то войдет без стука: это делалось, чтобы случайный визитер не увидел, чем занимается хозяин. Я беззвучно прикрыла за собой дверь, тихо зовя своего друга по имени. Ответа не было, но я отлично знала, что Джеймс был там. Я обошла кровать: он сидел на самом краю, бесцельно крутя в руках свой снитч... Обычно в таком состоянии он укладывался на спину, утыкаясь взглядом в потолок, и мне порой требовался целый час, чтобы вытянуть из него хотя бы слово и... - Я полагал, что в этот раз она сдалась. - Я тоже так думала. - Месяц... Я целый месяц терпел, не приглашая её даже на настоящее свидание. Мы каждый день разговаривали. Этим вечером, уже в третий раз с начала года, мы гуляли в парке... У меня заболело сердце. Она подарила ему надежду, а потом ударила, отобрав её одним словом. Может быть, я должна с ней поговорить? Но что я могла бы ей сказать? Обычно я садилась на кровать, которая стояла рядом с его постелью, и терпеливо ждала, пока он выйдет из ступора. Но что делать, если он сразу же заговорил, и я не успела придумать ни одной обнадеживающей фразы? Я обняла его за шею, даря ему ласку, надеясь таким образом облегчить его горе... По крайней мере, немного. - Я не знаю, что сказать тебе, Джеймс, - прошептала я печально. – Ты все делал ради неё. Любая другая девушка уступила бы. - Даже ты? О, этот вопрос не стоило задавать. Почему? Потому что если я отвечу ‘да’, то совру. Я бы не снесла непрерывных приставаний в течение двух лет. Но если я отвечу ‘нет’, то это не поможет поднять ему настроение. - Да. - Лгунья! - Тоже... да. Джеймс, о преследовании, которому ты её подвергал целых два года, мечтают только твои обожательницы! Но в начале этого года я видела тебя с ней, и на этот раз ты показал ей настоящего Джеймса, и... я бы уступила. Вау! Я смогла это сказать, не запнувшись и не покраснев! Определенно, я стала менее робкой, чем раньше. К тому же я почувствовала огромное удовлетворение, увидев улыбку Джеймса. - Это значит, что ты сдалась бы на волю победителя – на мою волю, Малышка? Вот теперь я почувствовала, что мои щеки сравнялись по цвету с моими волосами. Я опустила глаза и отодвинулась от него. В конечном счете, моя застенчивость все же не улетучилась окончательно. - Идиот! - Я обожаю смотреть, как ты краснеешь, - проговорил он. - Я не раз отмечала, что мне трудно говорить на подобные темы! – процедила я сквозь зубы, рассматривая пол. Два пальца нежно обхватили мой подбородок, вынуждая меня поднять лицо, которое оказалось всего в нескольких сантиметрах от лица Джеймса. Сердце взволнованно трепетало у меня в груди. Я сотни раз лежала в его объятиях, но то, как он держал мой подбородок сейчас, заставило меня замереть в предвестии чего-то необычного. Мир перевернулся. И вот уже его губы прикоснулись к моим! И тут же исчезли... Я широко распахнула глаза, шокированная этим неожиданным, практически ирреальным жестом. Он похитил мой поцелуй... мне было сложно справиться с этой правдой. Сколько раз мы также смотрели друг другу в глаза, но никогда ни один из нас, казалось, не хотел слиться в поцелуе. А сейчас я ощущала, что мои губы горели, отчаянно желая продолжения. Ради Мерлина! Речь же шла о моем лучшем друге! Больше времени на размышления у меня не было, так как его губы отозвались на немую мольбу моих губ и снова накрыли их, трепетно лаская. По моему телу прошла теплая волна, а сердце замедлило свой ритм, пропуская удар, когда я почувствовала, что его язык настойчиво просит разрешения погрузиться в мой рот. Застонав, я сдалась под его напором, приоткрывая рот, позволяя ему углубить поцелуй. Мое сознание будто заволокло густым туманом, и я, уже практически не соображая, руками обвила его шею, притягивая ближе к себе. И в эту же секунду ощутила, как сильная рука легла мне на спину, приближая меня к мужской груди. - Джеймс! Мы подскочили, отрываясь друг от друга за мгновение до того, как голова Сириуса появилась между шторами с другой стороны кровати. Я осела на противоположную кровать, все больше и больше осознавая ужас положения. С настоящего времени я стала девушкой, которая уступила одному из Мародеров... Как теперь я посмею взглянуть ему в лицо?! - Что-то случилось, Сири? Его голос заставил меня сжаться. Он демонстрировал спокойную уверенность в себе, в то время как я дрожала словно осиновый лист, неспособная соединить воедино двух слов. У меня не было ни одного человека, с кем бы я могла обсудить случившееся, я не знала, что обозначал этот поцелуй... Внезапно я похолодела. После каждого отказа Мэрилин Джеймс взял за правило искать утешения в объятиях первой попавшейся девушки... На этот раз, по-видимому, настала моя очередь. Какая я дура! - Эй, Капитан, ты же попросил парней сегодня собраться для обсуждения стратегии... Вспомнил? - Ой, точно. Лили... - Иди, мы закончим этот разговор позже, - выпалила я на одном дыхании. Он встал и вышел из спальни, ни разу не оглянувшись. Я растянулась на постели, чувствуя, что мои глаза стали стремительно наполняться слезами. Все мое существо охватило понимание того, что он просто воспользовался мной, чтобы забыть свою любимую. К несчастью для себя я поддалась... как и многие другие до меня.