Найди меня...

Боль прожигала тело, каждая его клеточка ныла. По пустому подземелью раздался душераздирающий крик. Запахло паленым мясом. Слезы крупными каплями катились из глаз. От напряжения и обуявшей ее агонии Люси прикусила губу. Щека пульсировала множеством игл, раскаленный металл прожигал до кости. Люси шипела сквозь зубы, озлобленно глядя на безмятежного Ангела, стоявшего напротив нее. Хочется сорваться с места и бежать, бежать без оглядки. Бежать от страха и боли. От назойливо-звонкой тишины, нарушаемой сейчас лишь тихим хмыканьем со стороны парня. Полуразмытые в повисшей тьме очертания прутьев решётки и раскаленный докрасна кончик старого меча, могильная затхлость и ледяные, царапающие спину до крови, сдирающие кожу вместе с мясом камни, уже едва ли помогают понять, что всё это происходит с ней на самом деле. Сознание ускользает, но настырный мучитель вечно возвращает его, выливая на на голову ведро холодной воды. Каждый вздох, сделанный с великим трудом, отдаётся в голове стократным эхом — настолько оглушительным, что хочется лишь безвольно сползти вниз по стенке и изо всех сил зажать ладонями уши, чтобы внутрь не просочилось ни единого звука. Закрыть глаза, чтобы не видеть перед собой нагло ухмыляющейся рожи члена Орасион Сейс. Однако прочные железные кандалы, вмурованные в стену и поддерживаемые магией, держат крепко, не позволяя лишний раз шелохнуться. Проклятые дьявольские силки, а Люси в них, как в бабочка в паутине. Каждый день она ждет лишь смерти, уже не ожидая спасения. Шероховатый холодный металл стирает запястья, впиваясь в нежную кожу, и жутко скрипит от малейшего движения. Неумолимо страшно. - Хочешь увидеть своих духов? - Ангел интересуется, слегка растягивая гласные, вкрадчиво, будто бы вколачивает каждое слово в сердце стальным гвоздем. Бьет по самому больному месту, мечтая увидеть то, как девушка сломается. Парень трясет золотыми ключами, изредка подкидывая их в воздух, издеваясь. - Хотя...- протянул он, хитро сверкнув глазами в темноте, - Я передумал, - темный волшебник убирает магические предметы обратно, в карман. Ненависть разгорается в груди с новой силой. Онемевшие без движения запястья начинают нервно трястись, а внутри всё обугливается от безысходности и злости. Самовозгорается. Сейчас, Люси бы отдала все, лишь бы разорвать удерживающие ее цепи и выплюнуть ему прямо в лицо всё то, что она сейчас думает о нём, лишь бы на мгновение вырваться — и тогда она своего не упустит. Заберет ключи и убежит. Не важно какой ценой, но убежит. Но отчаяние настолько сильно овладевает Хартфилией, что она всего лишь безуспешно мечется на месте, гремя цепями, похожая на призрака, и тем самым ещё сильнее забавляя Ангела. От ее действий заклинатель долго смеется. Громко, хрипло, надрывно. Так, что девушка невольно замирает, сжавшись в комок. "Хвостатая" поспешно скрывает свои карие глаза за челкой. Новая порция слез уже готова вырваться наружу. - Подними голову, - приказывает маг, вдоволь насмеявшись. Но Люси не подчиняется. Хлесткая пощечина заставила голову девушки дернуться в сторону. Она словно сломанный манекен. Новая боль обжигает лицо, еще один крик. Ангел не поскупился на одном только мече. Острый нож слегка надрезает нижнюю губу, выступают алые капли крови. Темный маг хватает Люси грубыми пальцами за подбородок, разворачивая к себе и приподнимая. - Смотри на меня, - чужое дыхание опалило ухо. Держательница дернулась в сторону, но была остановлена стальной хваткой парня. - Я сказал, подними глаза, - озлобленно прошептал Ангел, дернув пленницу за вывернутое плечо второй рукой. И она медленно поднимает тяжелый взгляд на мучителя, видя довольную ухмылку. Из груди вырывается глухой стон. Парень слишком сильно сжал плечо. - Почему же ты прячешь лицо? - спросил Ангел, на этот раз терпеливо ожидая ответа. Он покрутил голову Люси в разные стороны, разглядывая новые отметины, оставленные им сегодня. Затянувшееся молчание начинает действовать на и без того натянутые до предела нервы обоих. Люси чувствует, что в который раз за этот день начинает слабеть. Еще мгновение и она потеряет сознание. О Боже, пусть Ангел не заметит этого, еще одной пытки она не выдержит. Последние струны рвутся и фальшивят на последних нотах, разрезая своим звонким плачем абсолютную тишину. Волшебница все же нашла, что ответить. Слабым, еле ворочавшимся языком она что-то неразборчиво шепчет. Слишком тихо. Ангел качает головой, глубоко вздохнув, наклоняется ниже, дабы расслышать. - Ты не достоин его видеть, - хлестко, на грани слышимости, но уверено. В голосе — только презрение и вызов, такая холодная ярость, что парень невольно замирает в восторге, склонившись над ней. Губы расползаются в лукавой улыбке. А Люси видит перед собой очередную маску. Все его лица уже смешались. - Как интересно, - хмыкает он, резко отпуская лицо девушки, и встает с холодного пола, отходя на несколько шагов назад. Меч в руке неуверенно застывает. Ударить разок али на сегодня хватит? Медленно крутит лезвие в руках, осматривая его. Явно издевается, мучая теперь уже ожиданием. Меч на мгновение замирает. Парень, словно сомневаясь, стоит ли оставить прощальный "подарок", задумчиво хмурится, наблюдая за окаменелым лицом пленницы. Гнев. Люси содрогнулась, встретившись с взглядом Ангела. В них плескался гнев, самый, что ни наесть, настоящий. Люси не понимает только одного, на кого направлен этот гнев? На нее ли, или что-то еще послужило причиной? Хотя, что в ее пустой камере, кроме нее самой могло послужить причиной столько сильного раздражения. Казалось, тьма, поселившаяся в сердце мага, сейчас вылезет наружу. Девушка уже приготовилась к худшему, крепко зажмурившись, как услышала мягкий шепот парня и удивленно распахнула глаза. - Люси. Парень смотрел на нее, склонив голову немного в бок и накручивая на палец прядь белых волос. Заклинательница едва ощутимо вздрогнула. Он выглядел точь в точь так же, как когда они впервые встретились. Он... неприкрыто изучал ее. Меч со звоном упал на пол. Вернее, сам Ангел его отбросил. Волшебник, хищно улыбаясь, стал приближаться к жертве, словно охотник. Его взгляд скользил по еле прикрытому одеждой израненному телу. Хартфилия снова спрятала глаза за челкой, понимая, что парень хочет сделать. Через мгновение он проводит кончиками пальцев по щеке Люси, медленно спускается по шее, ключицам и замирает на груди, как ни странно, в районе сердце. Хартфилия боится вздохнуть, опасливо поднимая взгляд на Ангела. Его ладонь уже полностью легка на левую грудь и слегка прижала. Адреналин зашкаливал в крови, сердце стучало как бешеное. Слишком быстро. - Боишься? - насмешливо спросил парень, начиная вести рукой вниз чуть ли не до самого лобка, что прикрывался жалким подобием ткани. Девушка шумно сглотнула, а член Орасион Сейс плавно перешел на бедро, опять же скользя вниз. При том лицо его оставалось безучастным. В коридоре послышался какой-то шорох. Ангел недовольно цокнул языком, убрал руку и резко выпрямился. В камеру тяжелой поступью вошел Миднайт, оглядывая пленницу с открытым пренебрежением. - Тебя все ждут, - лениво сообщил он. Ангел иронично выгнул бровь, якобы намекая: не много ли чести для сына мастера ходить за ним. Парень, будто прочитав его мысли, небрежно бросил: - Просто интересно, кого ты себе на этот раз прикарманил. Пойдем уже. Пара двинулась к выходу. Ангел напоследок щелкнул пальцами, и кандалы заметно ослабли. Девушка без сил повалилась на пол, с удивлением отмечая, что у нее ничего не болит. Аккуратно прикоснувшись рукой к щеке, держательница застыла в нерешительности. Ожога не было. С усилием перевернувшись на спину, блондинка провела руками по груди. Ни царапины. Исцелил, значит. Люси хмыкнула. Не надо обольщаться. Завтра все начнется сначала. А сейчас, надо поспать, пока ей дали эту возможность. "Хвостатая" прикрыла глаза, мгновенно проваливаясь в царство Морфея. Снилась ей ее дружная гильдия и, почему-то, Ангел с длинными волосами, стоявший далеко позади.