Попробуй меня

      Пусть Робин был страхом жителей столичного Каракаса и не последним человеком во всей Венесуэле, однако и в его душе ещё оставалось место добру. - Ты сделал все, что я просил? - приказным тоном поинтересовался мужчина, переступив порог кабинета. Собеседник утвердительно кивнул. - Что стряслось, Джон? Какие такие внезапные проблемы? Я поручил тебе дело, в котором ты далеко не новичок, а ты строчишь сообщение, отрывая меня от… - того, что так и не смог до конца сформулировать сам Локсли.       Мужчина, занимавший просторный кабинет на 3 этаже, был чрезмерно спокоен, он видел ярость друга уже много раз и приспособился к общению с ним в любом настроении. - Смена власти, – серьезно произнес Джон, не вставая со стула и постукивая карандашом по столу. - А это значит… - …в приюте Святой Канделарии сменился директор. Боюсь, нам придется заново налаживать связи и объяснять важность сохранения твоей анонимности.       Детский приют Святой Канделарии как раз и был тем, что подпитывало это добро внутри него. Впервые Локсли столкнулся с ним еще 10 лет назад, когда оплатил операцию одному из тяжелобольных детей этого приюта.       Приют содержал под своей крышей несколько сотен детей. Их родители были живы, но либо сидели в тюрьме, либо были лишены родительских прав по причине алкоголизма или наркомании. Разбогатевшей Робин Локсли счел своим долгом взяться за столь светлое дело. Изначально мужчина финансировал одежду и продукты питания, строго контролируя весь процесс, дабы убедиться, что дети получают все, во что он вкладывает средства. И каждый раз ему докладывали, что дети одеты, сыты и не испытывают нужды ни в чем. Позже мужчина оплатил ремонт помещения и основал фонд для финансирования одаренных детей приюта.       Однако помощь несчастным, лишенным родительской ласки детям, шла в разрез с образом жёсткого и бессердечного бизнесмена, потому эта деятельность долгие годы была призвана оставаться в тайне. - Сделаем так, - предложил Робин, – ты сам нанесешь им визит. Мне, как обычно, не стоит светиться. Объяснишь ситуацию, предложишь оплатить любые дополнительные расходы. Хм...поход в кино для всех детей, отдых на природе, бассейн, танцы, спорт, музыку, да хоть лепку глиной - все, что дети пожелают. Оставишь свой номер телефона, пусть звонят, как только что-то понадобится. С этим разобрались, Робин собирался уже уйти, когда Джон окликнул его: - Как прошло с той женщиной? - Какой женщиной? - Ради которой ты поднял меня в два часа ночи, немедленно требуя найти тебе адрес. Так ты был у нее? - Да, все в порядке. Кстати, спасибо за адрес,– Робин, отнюдь, не хотел признаваться в том, что его отвергли. - Я знаю тебя много лет, и поверь, ты выглядишь как раз не в порядке. Что стряслось с твоей рукой?       Только сейчас Робин вспомнил, что всю дорогу кисть руки надсадно болела. Костяшки пальцев слегка кровоточили, кожа местами покраснела, а то и вовсе была содрана от удара о зеркало. - Ах, это, да ничего особенного. А женщина оказалась наглой особой, слишком высокого о себе мнения. Отказала мне, представляешь? Мне! И…она сбежала! Я не знаю, где она может быть. И просто не могу поверить, что какая-то проститутка практически обвела меня вокруг пальца. - Ты влюбился в проститутку?- присвистнул Джон, и тут же рассмеялся. - Я не влюбился! Это ничего не значит. Всего лишь дело принципа, если хочешь, даже чести и моего имени. Мало того, что отшила, так еще и нос воротит, она пожалеет об этом. Работает в эскорте, почти то - же самое, что проститутка, Джон! - Там работают не только проститутки, просто ты уже давно позабыл, что такое получать отказ. Похоже, ты встретил женщину не похожую на других. Признай, как сильно она тебя зацепила. - Зацепила? Что ты несешь, еще и друг называется! Вместо того чтобы придумывать небылицы, лучше бы помог мне ее отыскать. - Обижаешь, Локсли! Я всегда был, есть и буду на твоей стороне, и тебе об этом прекрасно известно. Разумеется, она найдется, в этом не может быть сомнений. Завтра же поговоришь с начальником, выяснишь, с кем она общалась. Подключим полицию, в конце концов, если понадобится! Не волнуйся, эта женщина не спрячется от тебя в Каракасе или где- либо еще. **       Партнеры, пожалуй, так можно было охарактеризовать союз этих людей. Два принципиальных, не уступающих ни в чем мужчины были знакомы со времен, когда Робин Локсли только- только поднимал свое дело на ноги. И Голд был не самым последним человеком в стране, который вдоль и поперек знал черный рынок по сбыту оружия, медикаментов и всего остального, что любезно предоставляет современная торговая индустрия. - Оставь ее, она не для тебя. - Уж не для себя ли ты ее бережешь, старый ловелас?- усмехнулся Локсли. - Но и не для таких, как ты. Она тебе не по зубам! Мужчину покоробило дерзкое заявление. Не бывать такому, что кто- то окажется не по зубам сеньору Локсли. - Я правильно понял, помощи в этом деле ждать не следует? - Все верно. - Я заставлю ее быть моей, с тобой или без тебя. - Ты можешь заполучить ее без согласия, грубо и грязно, как привык. Получить безвольное тело, несколько часов рядом, только рядом, но не с ней, понимаешь разницу? Ты будешь спать с пустой марионеткой, от которой взамен услышишь лишь проклятья. А после, всего за одну ночь, она возненавидит тебя настолько, что ты и сам постепенно начнешь себя презирать. **       За чередой рабочих дней Реджина успевала напрочь забыть, что значит общение с друзьями. А уж о том, чтобы несколько дней спать в свое удовольствие, практически не покидая комнаты, и преспокойно предаваться лени, можно было лишь мечтать. Хоть эта женщина и была для нее единственной подругой, но со своей непоседливостью могла с лихвой заменить десяток шумных разговорчивых друзей. - Тебе стоит развеяться! Жизнерадостно заявила Фиби, едва переступив порог квартиры. Она обладала удивительной энергией, позволяющей наслаждаться жизнью все 24 часа напролет, не зная усталости. На третий день безуспешных уговоров, ей удалось убедить брюнетку пройтись по магазинам и посетить кафе, чтобы побаловать себя вкусненьким. В конце концов, такая терапия благотворно сказывается на любой женщине. - Мы и так собирались в торговый центр. Для тебя я согласна пожертвовать целый день ради бестолкового хождения по магазинам с тряпками, - тепло улыбнулась Реджина. - Не понимаю, как я позволила привести себя сюда, - уже позже недовольно бурчала Миллс, вставая вслед за Фиби на эскалатор. - Тебе нужно расслабиться, ну же! Совсем плохи дела. - С чего ты решила, что я не в порядке? - Ты провела три дня практически взаперти. Понимаю, что для тебя это непривычно, Редж, но когда ты решила съесть в два часа ночи хлопья с молоком, а после устроила уборку в шкафу – тут уж я забила тревогу. Это будет весело, доверься мне! - Будто у меня есть выбор. Для веселья нужен определенный настрой, а для покупок в этом торговом центре - деньги, и не маленькие. Должно быть, всему виной высокая арендная плата и месторасположение в престижном районе в самом центре города. - Какая ты скучная! Нужно было захватить твоего нового caballero*? Уж он бы не поскупился на покупки для прекрасной сеньориты, - смеясь, заметила подруга. - Не смешно, – язвительно бросила брюнетка, слегка подтолкнув Фиби под локоть.       В будний день роскошный комплекс Sambil представлял собой место, где можно на несколько часов отвлечься от происходящего на улице: аварии, ограбления, плохая погода или изнуряющая жара. Именно поэтому этот центр обладал большой популярностью среди местных жителей. Обилие ресторанов, кинотеатр, игровые комнаты для детей, филиалы крупнейших банков страны, супермаркет и многоуровневая парковка. Вещи из последних коллекций естественно можно приобрести тут же: самые громкие торговые марки мира теснят друг друга за сияющими витринами бутиков. caballero* (кабальЕро) кавалер