Wolfhound

Эванджелина-Розали (или Розали-Эванджелина - Крис так и не запомнил за три года), приверженка расписанного по часам рабочего дня, обычно в три часа ночи начинает сверлить Криса мрачным взглядом, намекающим на то, что лучше бы ему погасить в квартире свет и не мешать ей спать. Таким же взглядом сиамка встречала его, когда охотник возвращался домой слишком поздно. Хорошо, хоть молчала - просто молчала, раз в неделю Крис мог услышать её недовольное мяуканье, если забывал книгу на одном из её любимых мест для сиденья, но не более того. Сейчас она своим привычкам не изменяет - забирается на спинку дивана и вперивает в Криса строгий взгляд голубых глаз, оглядывая его самого и лежащий у него на животе ноутбук, явно прикидывая, как бы одним прыжком нанести побольше ущерба. - Я понял, маленькое чудовище, - Арджент откладывает ноут на тумбочку, неохотно вставая на ноги. Есть желание уснуть прямо здесь, на диване посреди гостиной, но Крис себе этого не позволяет. Все должно быть по правилам. По плану. Это единственное, что удерживает его жизнь в порядке, в пределах нормы. То, что делает его тем, кто он есть. Сейчас и всегда. Пять лет назад, переехав в Нью Йорк, Крис не видел в себе сил для того, чтобы по вечерам добредать до кровати, а по утрам не имел ни малейшего желания покидать её или любое другое место, где он проваливался в сон. Он даже сорвался на пару месяцев: не выходил из квартиры, пил вискарь, заказывая доставку на дом, почти не ел и изредка трахал приходящую горничную, доплачивая ей по двести баксов за раз. Пожалуй это был самый омерзительный период в его жизни. Крису так казалось. А может быть, самый омерзительный период в его жизни только начинается. Почему нет? Он собирается честно выполнить желание Джесси, сходить с ней в этот чертов клуб, посмотреть на BDSMные игрища в исполнении двадцатипятилетнего пацана, поговорить с ним, как этого хочет Джес. Все это уже тревожный знак, потому что не вызывает никаких эмоций - ни отвращения, ни неприязни, ни даже предвкушения или любопытства, которые были бы неожиданны, но вполне понятны. Хотя, Крису, пожалуй, казалось, что во время разговора с этим парнем какие-то эмоции, определенно положительные, он все-таки чувствовал, несмотря на то, что не любил разговоров в которых не имел возможности видеть собеседника. Было что-то успокаивающее в смешливом голосе, но что-то ненавязчивое, этот голос явно был не из той породы, что беспрестанно шепчут "все будет хорошо". Последнее, что Крис делает перед сном - отправляет Джессике сообщение. Суббота послезавтра, и навряд ли у Арджента будет время встретиться с подругой лично. Оружейный бизнес действительно предполагает чуть большую жестокость и большую занятость - в этом, как и во многом другом, юноша с улыбчивым голосом был прав. Уже засыпая, Крис думает, что именно эта улыбчивость и подкупает. Первые ассоциации со словами Доминант и Мастер даже у Арджента возникают вполне определенные, связанные с тестостероновой брутальностью или, на крайний случай, с напускной важностью. Никак не с улыбкой, какой-то немного дурацкой искренностью и отсутствием пафосно-пошлых оборотов в речи. Джесси присылает в ответ танцующий смайл; Анна, которую телефон Джес по всей видимости разбудил, присылает ему сделанную в потемках спальни фотографию своего кулака. Эти две девицы всегда могли заставить Арджента улыбнуться - кривовато и слабо, но искренне.

***

- Разве приходить к началу шоу - не дурной тон? - Крис под строгим взглядом Джесси оглядывает себя в зеркале. - Нет, не дурной, - Джес придирчиво оглядывает друга, но не находит ни единого повода для возмущения. На взгляд Криса, если быть объективным, выглядит для своих лет он хорошо, только глаза портят все к чертям, оставляют впечатление, что только что сквозь призрака глянул. Не спасает ни красивое тело, ни стильная одежонка, ни кривоватая ухмылка, от которой девицы млеют ровно до тех пор, пока не посмотрят предполагаемому объекту охоты в глаза. Крис моргает, отгораживаясь от мира черными очками. - Прекращай, - Джесси стягивает "авиаторы" с его переносицы. - А он тебе сказал, что за шоу будет? Потому что кроме него, я так понимаю, никто не знает. - Нет, - Крис хмурится, пару секунд пытаясь отобрать у Джес очки, но терпит неудачу. - Сказал только, что это подарок на день рождения то ли другу, то ли бывшему клиенту, то ли бывшему любовнику. Странные у парня взгляды на жизнь. - Ну, обычная шлюха тебя бы не заинтересовала, даже если бы у нее Гарвард за плечами был, - уверенно парирует Джес. - Как вообще впечатление, расскажешь? - Нет у меня никаких впечатлений, - Крис отмахивается. - Ты хотела, чтобы я пошел сегодня с тобой, я все для этого сделал. Джессика скептично приподнимает бровь, перекидывая копну платиновых волос через плечо. - Ну-ну, Арджент. Ты лучше оборотням лги, а не мне. Джесси дуется не всерьез, но очень упорно, не произнося ни слова ровно до первого бокала виски со льдом, который приносит безукоризненно выглядящий официант в смокинге и белых шелковых перчатках. Крис только одобрительно хмыкает, получив свой напиток, а Джесси наконец-то устает молчать. - И как тебе здесь? - Откуда ты вообще знаешь это место? Не мое дело, конечно, но я не думал, что... - Я здесь работала официанткой, - Джессика прерывает поток неизвестно куда могущих завести размышлений. - Ничего такого, Крис. Арджент еще раз оглядывает небольшой зал, достаточно просторный для полудюжины занятых столиков, тенями проскальзывающих по нему официантов, отмечает про себя всякие мелочи, типа бархатных стен и резных деревянных решеток вместо окон - помещение подвальное, без доступа света. Тихая музыка, ненавязчивая, что-то классическое. - Здесь неплохо, - Крис, с легкой неприязнью ожидавший чего-то более... извращенного, в некоторой степени успокоен. - Это же не диско-бар для любителей публичной порки, - Джесси усмехается, откидываясь на спинку удобного резного кресла. - Не имею понятия, как выглядят подобные заведения, - Крис стучит кончиками пальцев по гладкому холодному стеклу бокала. - И не имею понятия, как должны выглядеть. Но здесь... Завораживающе. Пожалуй, это точное определение. Глаз скользит по черному бархату стен, черному атласу официантских смокингов, по темному полированному дереву столешниц, не цепляясь, не останавливаясь. Бар-леди мягко улыбается сидящему за стойкой клиенту, но лица посетителей разглядеть невозможно - только персонал, находящийся на своих местах или подходящих к столу официантов. Свет мягкий, похожий на живой огонь, чуть трепещущий, но источников не видно, несмотря на то, что Крис сосредотачивается на пару минут, чтобы их найти. Охотничьи инстинкты всегда берут верх. - Расслабься, Крис, - голос Джесси заставляет Криса оторваться от изучения обстановки. Крис поворачивается к ней, а затем, проследив направление её взгляда, к сцене. Момент, когда там появилось высокое кресло того же типа, что стояли в зале, Крис как-то пропустил, и сейчас наблюдал за идущим вдоль края сцены молодым парнем в черной маске, закрывающей большую часть лица, но оставляющей на виду большой пухлый рот, из тех, что принято называть "минетными" и огромные карие глаза. Такие называют "оленьими". Парень вообще состоял из эпитетов и прилагательных, двигался плавно и уверенно, свободно чувствуя себя в одних только низко сидящих джинсах, даже без обуви и, как Крис почему-то подозревал, без белья. - Доброго Вам вечера, господа и дамы, - сегодня в голосе парня почти не слышится хрипотцы, сегодня он звучит мягко и искушающе, проникает в организм и течет по венам. - Меня зовут Стейгвилас и сегодня, как я и обещал в прошлый раз, я сделаю подарок для моего друга. Майки, поздоровайся. Майки - блондинистый крепкий мужик лет тридцати пяти - сорока, лицо которого так же скрыто маской, аккуратно, повинуясь безмолвному приказу, опускается на колени, наклоняя голову. - Желаю вам хорошего вечера, - Стейгвилас небрежно на первый взгляд проводит ладонью по взъерошенным светлым волосам стоящего на коленях мужчины, но Крис привык подмечать детали в поведении других людей - и нелюдей - и сейчас, пока что, он не видит ни в одном из парней на сцене наигранности или небрежности. Стейгвилас плавно, с изяществом, присущим профессиональным стрип-танцорам, поворачивается к залу спиной, отходя к стоящему полубоком к залу креслу, садясь, вальяжно раскидывая руки по подлокотникам и вытягивая перед собой длинные ноги. Несколько минут он рассматривает стоящего у края сцены, смотрящего в пол мужчину, затем, судя по шевелению губ, подзывая его к себе. Блондин двигается с грацией дикой кошки, не поднимаясь с колен, подбираясь к ногам Доминанта гибкой, мощной пантерой, замирая между его ступней, выученным движением скрестив руки за спиной. В зале не слышно того, что говорит Дом, только видно, как пухлые губы шевелятся, произнося слово за словом, и Крису почему-то кажется это правильным - в том смысле, что так происходящее меньше похоже на публичное представление, это похоже на что-то в действительности интимное, не предназначенное для чужих глаз, но, тем не менее, выставленное на всеобщее обозрение. Джесси не отводит взгляда от сцены, не всегда донося бокал до губ, несмотря на то, что ничего особенно активного там не происходит - Майкл, бережно удерживая ступню Дома в ладонях, касается губами кожи, иногда трется щекой, заглядывая в глаза спокойно улыбающегося юноши. Целует тонкие щиколотки, одной рукой задирая тонкую джинсу чуть повыше, медленно, не сводя с Доминанта глаз, тянется ближе к нему, опуская его ступню на пол, плавно вклинивается между широко раздвинутых ног, с надеждой глядя на партнера. Крису даже оборотнем быть не нужно, чтобы почувствовать повисший в маленьком зале тяжелый, пряный запах возбуждения. Даже Джесси дышит чуть чаще обычного, не спуская глаз с сидящего в кресле парня, который лениво и медленно облизывает губы, скользя пальцами по обнаженным плечам саба, но не смотрит на него, вообще не смотрит ни на кого конкретно, внезапно обхватывая голову Майкла обеими руками, заставляя наклониться и вжимая его лицом в свой пах. Сильные широкие плечи мужчины на мгновение вздрагивают напрягаясь, и даже Крис невольно любуется рельефом четко очерченных под кожей мышц, но тут же расслабляются - саб замирает, скользнув ладонями по бедрам Стейгвиласа, а тот упирается ладонями в его затылок, взъерошивая волосы, наклоняясь чуть вперед, чтобы провести ладонью по загривку и спине мужчины. Дом перебирает светлые волосы саба, пропуская их сквозь пальцы, сильнее давит на затылок, и Крис не сразу понимает - не сразу верит - зачем, убеждаясь в своей догадке только когда юноша отпускает Майкла, давая ему чуть больше воли, и тот размеренно ровно скользит губами по крепко стоящему члену до самой головки, замирая в этом положении, посасывая и мгновенно вновь насаживаясь глоткой на член, когда на его макушку опускаются длинные пальцы. Крис сам невольно сглатывает от увиденного, а откуда-то слышится тихий несдержанный полустон, шумный выдох, судорожный вдох - с разных сторон. Джессика принимает из рук незаметно скользнувшего ближе официанта еще один бокал и медленно облизывает раскрасневшиеся губы. Стейгвилас не закрывает глаз - видно по блестящему отблеску в прорезях маски, - смотрит то на Майка, то на зал, то чуть опуская, то приподнимая голову, сжимает пальцы в волосах саба, направляя его с такой нежностью и сталью, сквозящими в каждом движении, что оторвать от него взгляда невозможно - столько силы, желания и безумной отдачи чувствуется в нем. Вот пальцы сжимаются сильнее, надавливая, и саб опускает голову ниже, замирая, слабо вздрагивая под рукой своего Мастера. Это длится достаточно долго - Крису кажется, что сам он даже при желании не продержался бы так долго, - а потом хватка ослабляется, сменяется легким поглаживанием, и Майк снова поднимает голову, оставляя между губ только головку члена. Но Стейгвилас тянет его за волосы выше и Майкл понятливо поддается, выпрямляется, прикрывая своим телом наготу Дома, и сталкивается с его губами в медленном, чувственном поцелуе - Стейгвилас разворачивает их обоих так, чтобы залу были лучше видны мельчайшие подробности - то, как несмело Майкл касается его губ, как нежно и осторожно целует нижнюю, несмело лаская языком, как Стейгвилас, действуя напористее и жестче, буквально берет его рот, трахает языком, вылизывая, заставляя мужчину стонать так, что это практически слышно в зале, а затем отпускает - не отталкивает и не делает резких движений, просто отпускает и Майкл снова насаживается ртом на член, порывисто выгнувшись всем телом, вскинув крепкие бедра. Зал тихо охает вслед за чувственно выгнувшимся Домом, Крис снова скашивает взгляд на Джессику - та замирает, не донеся бокала до губ. Крис пытается собраться с мыслями, которые внезапно стали напоминать желейных змей, делает глоток из нового бокала, стараясь не смотреть на сцену и не слышать тягучей нежной музыки, но проигрывает этот бой - снова возвращается взглядом к происходящему. Как раз вовремя - кресло уже развернуто так, что вновь одетый Стейгвилас сидит ровно лицом к залу, между его ног, на коленях стоит Майкл, чьи замутненные голубые глаза бездумно скользят взглядом по залу. Дом что-то говорит ему, и мужчина медленно начинает наклоняться, в конце концов ложась щекой и грудью на пол, вытягивая перед собой руки и высоко вскидывая бедра, с которых плавно сползают расстегнутые джинсы. Доминант откидывается в кресле, опуская босую ступню на крепкую ягодицу, поглаживая ногой, проходясь по округлости, опуская ногу ниже - Крис старается об этом не думать, но воображение само дорисовывает аккуратные розовые пальцы, касающиеся тугой мошонки и внутренней стороны бедер. Эта ласка продолжается недолго, несколько минут, затем Дом снова что-то говорит партнеру, и он поворачивает голову так, чтобы видеть зал, видеть обращенные на него взгляды. Джесси бормочет "господи, я сейчас кончу", когда Стейгвилас после короткого замаха хлестко опускает на зад мужчины плетку, наверняка оставляя ярко-алые следы на коже. Еще и еще раз, иногда проезжаясь плетью по пояснице, по бокам, по самим ягодицам и между ними. В движениях парня не чувствуется азарта или горячности - все четко выверено, но не наиграно, он сам тяжело дышит - видно по вздымающейся грудной клетке, сам возбужден и на грани - по молочно-белой коже стекают капли пота, впитываясь в кромку светлых джинс. Майкл широко открывает рот от каждого шлепка, дрожа и выгибаясь, но не двигаясь с места, жадно впитывая обращенные на него взгляды. Кусает губы, дышит все тяжелее и чаще, но через несколько минут, нарушаемых звуками шлепков, его стонами и шумом зала, затихает, взгляд его чуть стекленеет, а ладонь, то сжимающаяся в кулак, то царапающая пол, расслабляется. Удары прекращаются почти сразу - Стейгвилас наклоняется, почти без труда заставляя мужчину подняться, несмотря на то, что тот явно не соображает, что происходит, а если и соображает, то ему происходящее нравится настолько, что ни малейшего желания двигаться он не имеет. Но Мастер тянет его к себе, заставляя сесть, откинувшись спиной назад, медленно гладит по лицу, не глядя на зал, не обращая внимания на нарастающий шепот. Юноша будто чувствует, что женщина, сидящая справа от сцены - слишком экзальтированная для подобных заведений, на взгляд Криса, - вот-вот разразится аплодисментами - вскидывает руку с вытянутым вверх указательным пальцем и качает кистью из стороны в сторону, одновременно касаясь губами щеки Майкла, на лице которого застывает блаженная полуулыбка. Крис не уверен, слышит ли он это в наступившей тишине или читает по подвижным пухлым губам, но именно то, что сейчас говорит Стейгвилас действует на Криса сильнее, чем все прошедшее шоу. Юноша целует партнера, гладит, и не прекращая шепчет с абсолютной, какой-то кристальной искренностью: - Ты молодец, Майкл. Боже, милый, ты такой молодец. Ты справился, мой хороший. Свет на сцене гаснет буквально через несколько мгновений, а вслед по-театральному опускается занавес. - Ух, - Джесси делает большой глоток, по-прежнему не сводя взгляда со сцены. - Что с ним было? - Крис чуть хмурится, понимая, начиная понимать, насколько странным и, по большей части, морально неприемлемым было то, что он сейчас видел. - Сабспейс, - поясняет Джесси, глубоко и размеренно дыша. - Эмоциональный аналог оргазма. Вот это я понимаю подарок на день рождения, ух. Как тебе? - Не знаю, - честно и немного растерянно отвечает Крис. Действительно, если задумываться, то ничего, что могло бы его заинтересовать настолько, чтобы попробовать на себе, он точно не увидел. - Не думай обо всем этом как о чем-то отвлеченном, да даже как о BDSM-сессии не думай. Как тебе этот парень? Здесь Крис ничего не может сказать против - мальчишка завораживающ, как и сам клуб. Дымка распространяемой им отдачи понемногу рассеивается, но если вспомнить его движения, его мельчайшие жесты, касания, переполненные заботой, силой, странной нежностью, то от эмоций становится почти дурно, особенно порядком отвыкшему от них Крису. Джесси больше не спрашивает ничего, подзывая официанта, который вежливо сообщает, что господину Хантеру, увы, придется подождать полчаса, пока Мастер Стейгвилас приведет себя в порядок после сессии. Полчаса это совершенно точно не так уж много.