Скрась мое одиночество

Таким образом, прошло 2 месяца. Джаспер так и не вернулся к нам после той вспышки гнева на поляне, от Элис тоже никаких вестей. И мы решили, что настало время уезжать. Карлайл давно ушел из больницы, его дети из школы, и будет странно, если кто-то заметит их в городе. Логичней было бы, если бы они уехали, а не сидели тут без работы и без учебы. Но Эсми не хотела уезжать без Джаспера. Он был ее сыном, и она надеялась на его возращение. Хоть и понимала, что без Элис он навряд ли вернется. И вот когда в доме стоял спор о том, стоит ли нам уезжать, Эдвард вернулся с охоты, на которую решил сходить один. Это было странно, но я не стала его отговаривать, а решила собрать вещи. Он сказал, что встретил Джаспера. Сначала он попытался убедить его вернуться, но потом понял, что Джаспер не может. Он сказал, что мы — это сплошное напоминание об Элис, и что он не может пока смириться с ее уходом. Когда ему станет легче, он вернется. Но Эдвард сомневался, что ему когда-нибудь станет легче. Он сам помнил, как ему было тяжело, когда ушла я. И так как вампиры могут думать о нескольких вещах одновременно, он не мог забыть обо мне, так же как и Джаспер не может забыть об Элис. Как бы он не пытался выбросить ее из головы, у него это не получится. Мы решили не возвращаться в Америку. Все-таки Элис в Европе, и так мы хоть как-то будем ближе к ней. Мы остановились в городе Вупперталь на севере Германии. Население города составляет чуть более 350 тысяч человек. Но самое главное, этот город считается одним из самых пасмурных городов в мире. Потихоньку мы начали жить, как прежде, мирно и без проблем. Конечно же, никто не мог до конца привыкнуть к отсутствию Элис и Джаспера в нашей семье. Мы как обычно пошли в школу, а Карлайл устроился на работу в больницу. У нас тут был огромный дом. У каждого было по своей комнате и еще осталось несколько. Все-таки мы надеялись на возвращение Джаспера и Элис. Эсми настояла на том, что бы и их комнату обустроить, а не оставлять как гостевую. Никто не стал ей перечить, так как видели, что для нее это просто необходимо. Ведь вера и надежда, это единственное, что нам остается. И Эсми единственная продолжала больше всех верить, что Элис когда-нибудь вернется. Когда мы более или менее освоились на новом месте, Эдвард позвал меня погулять по ночному городу. Это была наша первая вылазка куда-то без всей семьи. Только мы и больше никого. — Ты знала, что в этом городе родился Гонсало Кастро? — спросил он. — Футболист? — Ага, тебе он тоже нравится? — удивился он. — Нет, — усмехнулась я. — Просто слышала, все-таки мне уже было несколько сотен лет, когда он родился, а потом стал знаменитым в определенных кругах. Но то, что он красавчик, я отрицать не буду, — улыбнулась я. — Красавчик? То есть ты западаешь на молоденьких футболистов? — Ну, вообще-то, по человеческим меркам, он старше меня почти на 10 лет, — засмеялась я, зная, что его возмущение ненастоящее. — Ну, хорошо… — загадочно проговорил Эдвард. — Что? Я надеюсь, ты не съешь его за это? — снова засмеялась я. — Больно надо, — фыркнул Эдвард. — Я знаю, что ты моя! — он прижал меня к себе и впился в меня своими губами. — Эдвард, мы же на улице! — Европа — это свободная страна. Почему геям тут можно целоваться, а нормальным людям нет? — Так ты гомофоб? — Белла, не говори ерунды, — ухмыльнулся он. Примерно через полчаса, когда наша шуточная перепалка по поводу футболиста закончилась, пришла моя очередь задавать вопросы. — А ты знал, что тут родился Энгельс? — Кто? — не понял Эдвард. — Боже, Эдвард, ты знаешь, где родился какой-то футболист, а про знаменитого философа не знаешь? Да… правильно делаешь, что ходишь в школу! — снова засмеялась я, легонечко толкнув его в плечо. — Смешно, Белла, ха-ха! Знаю я, кто это! — Да, и кто же это? — Один из основоположников марксизма. — Эй, ты там незаметно загуглил что-ли? Как это ты так быстро узнал, кто это! — Белла, Белла, — хитро сказал он. — Ты знала, что нельзя быть лучше мужчин? — Боже, Эдвард Каллен, что за сексизм? — Это не сексизм, а факт! Нельзя задевать мужское самолюбие! — Какое самолюбие, Эдвард, — все еще смеялась я. — Я думала, что ТВОЕ самолюбие задеть невозможно! — Ох, Белла, Белла! Доиграешься ты у меня! — Да, и что ты сделаешь? — подначивала я его. — Или не сделаю… — Эдвард, ты так никогда не научишься пугать! Обычно людям… нормальным людям, страшно, когда с ними что-то сделают, а никогда им обещают ничего с ними не делать в наказание! — Ну-ну… — Ладно, Эдвард, — закатила я глаза, — говори уже, что ты там не сделаешь! — Я не смогу не сделать, слишком долго я этого ждал… — загадочно сказал он, а до меня начало доходить. — Что? — А то ты не догадываешься? — хитро улыбнулся он. — Нет, Эдвард. Ты же говорил, нельзя быть лучше мужчин, вот, ты доказал, что ты — лучше! Я не знаю, что ты хотел сделать… — Идешь на попятную, Белла. Нехорошо… — я нахмурилась, а он продолжил. — Ладно… я хотел предложить тебе… — начал Эдвард, засовывая руки в карман. А у меня даже, наверное, забилось, никогда не бьющееся, сердце. — Сходить на колесо обозрения! Смотри, какое большое! — Да уж… идем. — Что, Белла, что-то не так? Ты ожидала чего-то другого? — Я ничего не ожидала, Эдвард. Ты же знаешь, я ни о чем не догадывалась… — Ладно, идем, — усмехнулся он и потащил меня к этому дурацкому колесу. Я пыталась вести себя как обычно, но все равно в душе зародилась обида. И мне захотелось, как маленькой девочке, скрестить руки и надуть губы. — Белла, хватит дуться! — Я? Со мной все хорошо, тебе показалось, — немного грубо ответила я и поняла, что если я сейчас же не успокоюсь, то я точно выдам себя с потрохами. — Как бы я хотел знать, о чем ты сейчас думаешь… — прошептал он мне, заводя в кабинку. — О тебе, Эдвард. Я всегда думаю о тебе, — также тихо прошептала я, прикусив свою нижнюю губу. Я знала, ему это всегда нравилось. Через несколько минут я и на самом деле забыла и забила на все обиды. Колесо медленно крутилось, и мы тихо поднимались наверх. Город был в огнях, будто бы люди праздновали какой-то праздник. Мы с Эдвардом сидели рядом. Он нежно приобнял меня за талию, и я положила голову ему на плечо. — Я люблю тебя, Эдвард, — сказала я, на что он ничего не ответил. Но на этот раз я не стала обижаться. Я знала о его чувствах ко мне, и для меня было не обязательно, что бы он постоянно говорил о них. Но тут он убрал свою руку с моей талии и убрал мою голову с его плеча. — Эй, ты чего? Не порти такой замечательный момент. — Я не хотел делать это там, внизу, где все смотрят. Тут, как по мне, намного лучше и романтичнее… — Ты о чем? — недоуменно спросила я, хотя сама прекрасно догадывалась, о чем он. Эдвард усмехнулся. — Ты хорошая актриса, Белла. Но, несмотря на это, я знаю, что ты любишь меня, тем более ты только что сказала мне об этом, и ты ждешь этого… — Чего? — Белла, — Эдвард встал на одно колено и протянул мне в руке маленькую коробочку. — Ты станешь моей женой? — на одном дыхании проговорил он и улыбнулся самой обворожительной из самых обворожительных улыбок. — Ну, конечно, — улыбнулась я, а улыбка Эдварда стала еще шире. Но я не собиралась так быстро сдаваться. — Конечно, я обо всем догадывалась. Лицо Эдварда ни на каплю не изменилось, но я почувствовала, как он напрягся. — И что? — спросил он. — Ты еще спрашиваешь? — тихонько рассмеялась я и села рядом с ним на колени. — Мне без разницы сделал бы ты это там внизу или тут. Стоя на одном колене или на двух ногах. Без разницы. Я хочу быть с тобой наравне, в чем-то тебя опережать, в чем-то проигрывать. Главное, что бы ты был рядом, Эдвард. Я ведь так люблю тебя! — И я люблю тебя, Белла, — прошептал он и впился в меня своими нежными губами. Да, это был один из самых нежных наших поцелуев. Странно было приходить домой с новостями, о которых никто не знал. Раньше, я бы что угодно сделала бы, чтобы заткнуть Элис рот, но сейчас… я бы что угодно отдала, что бы вернуть ее, и даже согласна была зайти в этот дом, где все уже все знают и готовятся нас поздравлять. Но… все вели себя как обычно, никто ни о чем не знал. — О, Эдвард, — обрадовалась Эсми нашему приходу. — Где были? — В парке, — нежно улыбнулся Эдвард и покрепче прижал меня к себе. — Смотри! — вдруг сказал он и поднял мою руку, кольцом вверх к Эсми, чтобы она посмотрела. — О, Боже, Эдвард! Я так рада за вас, поздравляю! — запрыгала Эсми как маленькая, чем-то напоминая мне Элис. На ее поздравления собралась вся семья, и через минуту уже все знали, что Эдвард сделал мне предложение. — Белла, я так рада за тебя! — щебетала Бри, — Нам надо посплетничать, а то давно мы этого не делали, — подмигнула она мне, а я лишь закатила глаза. Ренесми услышала эту фразу и жестами показала, что она с нами. Но… зря Бри надеялась на тихие посиделки в лесу и разговоры о мальчиках. Розали возмутилась, что ее не позвали, и предложила устроить девичник, на что Эммет тут же предложил моему будущему мужу мальчишник. Мы с Эдвардом лишь пожали плечами. Лично мне не нужен был никакой девичник, также как и ему мальчишник. Никто из нас не был опечален замужеством, наоборот, мы ждали этого много лет, поэтому провожать нас, как в последний путь, нужды не было. Где-то через час, когда восторг от нашей новости поутих, на телефон Эдварда пришла смс с незнакомого номера: «Поздравляю!». Конечно же, все догадались от кого это. Все обрадовались, но все же понимали, что это формальность. Она рада за нас, желает всего самого наилучшего, но вернуться все равно не может. А вот Эсми… надежда в ее глазах загорелась новым пламенем. И я увидела в глазах Эдварда тревогу, как бы она не обожглась этим «пламенем». Свадьбу мы решили сделать через 2 месяца. Тогда уже будет готово платье, которое Розали и Эсми решили шить на заказ, и будет уже ТОЧНО известно сколько гостей придет на праздник. Хоть я и была уверена, что их будет немного. Опять мне казалась странным подготовка к свадьбе без вечного жужжания Элис над ухом. Мы выбрали модель платья через интернет (без кучи примерок), написали дизайнеру об изменениях, которые мы хотим совершить над этим платьем (снова без кучи примерок) и отослали ему мои размеры. Я даже на секунду подумала, что это слишком скучно. Бри занималась рассылкой пригласительных. Оказалось, Эсми планирует пригласить намного больше народу, чем я изначально себе представляла. — Мой сын жениться! — с воодушевлением говорила она. — О таком счастливом событии должны знать все!!! — И никто ее не останавливал, понимая, что ТАК она хоть чем-то может отвлечь себя.

***

И вот настал день девичника и мальчишника. Мы в последний раз попытались уговорить наших родственников отказаться от этой затеи. Ведь свадьба через 4 дня, и мы с ним до нее больше не увидимся, потому что наши родственнички пленники устаревших традиций. — Вы не должны видеться до свадьбы! — в один голос кричали они, не понимая, что для нас с Эдвардом это будет настоящей мукой. Девушки останутся дома и после девичника будут готовить меня к свадьбе, а мальчики сначала пойдут в горы на охоту, а затем будут жить в гостинице, совершенно в другом городе и будут охранять Эдварда, чтобы он не сбежал ко мне. Ладно, хоть по телефону общаться разрешили… — Белла, да ладно тебе! Будет весело! — скакала вокруг меня Бри. — Я не сомневаюсь, просто… во-первых, я не увижу Эдварда несколько дней… — Ой, да ладно тебе, — сказала только что вошедшая в комнату Ренесми, — Ты без него прожила несколько лет. — Это было по собственной воле и при колоссальном желании вернуться, а теперь нас разлучили насильно, и это желание усилилось вдвойне. — Зато, какой будет первая брачная ночь! — прокричала Эсми снизу. Честное слово, была бы человеком, раскраснелась бы как помидор. Я ее считала мамой, и хоть все здесь были взрослыми людьми, было ужасно неловко с ней об этом разговаривать. — Даа, Белла! — присоединилась к нам Розали. — Ты не представляешь, какая у нас была с Эмметом первая брачная ночь! И это отчасти благодаря тому, что нас тоже мучали тем, что не давали встретиться! Наверное, теперь он мстит Эдварду за это… — засмеялась она. Кстати, с Розали мы хорошо подружились. Конечно, не так, как с ней подружилась Бри, но все же мы стали довольно близкими подругами. Она также, как и все понимала, что пусть Бри и взрослый человек в душе, но по факту она ребенок, а тем более для самой Роуз с этим маниакальным желанием иметь детей, следовательно с ней не о всем можно поговорить. И пару раз мы даже иногда ходили вдвоем на охоту. Мне кажется она намоем месте представляла Элис… А я на ее. Как же я по ней скучала. — Розали, — сказала Эсми, которая все-таки тоже решила прийти ко мне в комнату. Да уж, собрались все… — у вас была не ночь, а неделя… если не месяц. К вам было невозможно подойти на километр, были слышны твои крики. Все засмеялись, а Розали теперь кажется поняла меня. Оны стыдливо опустила глаза, от чего все девочки засмеялись еще больше. — Ну, — начала я после этой истерии по поводу неловких тем, — так вы мне скажете, что меня сегодня ожидает? — Нет! — закричали все хором. — Это сюрприз! — А, во-вторых? — шепнула Бри только для меня. И я ей также тихо ответила. — Там не будет Элис… После этого все будто опомнились и стали собираться. Так как мы с девочками были на охоте вчера, для того чтобы не встретиться с мальчиками сегодня, этот вариант отпал сам собой. Да и по нарядам моих сестер и матери было понятно, что мы идем в какое-то приличное место. — Давай, Белла, — поторапливала меня Ренесми. — Я знаю, ты можешь одеться за 5 секунд. Надевай то, что мы тебе приготовили! И я надела. Это было шикарное платье насыщенного синего цвета в пол. Тут не были предусмотрены бретели, но сам лиф платья прекрасно подчеркивал и держал мою грудь. На плечи они накинули мне черное болеро с серебряными вставками там, где должны были быть пуговицы. Ренесми повесила мне на шею прекрасное колье, которое уходило в прорезь между грудями, что придавало еще большую сексуальность моему внешнему виду. Мда, у Эдварда бы текли слюнки, и он бы никуда не выпустил меня в таком наряде. Да мы бы и никуда не дошли дальше кровати… Розали сделала мне высокую прическу, и я была готова. Меня посадили в машину, а потом закрыли глаза какой-то повязкой. Сколько им лет, 12? Через полчаса мы наконец-то приехали в то место, куда они планировали. Тут было много народу, но все равно с закрытыми глазами я не могла понять, где мы находимся. Хотя… я и не сильно старалась. — Мы здесь будем всю ночь? — спросила я, пока меня куда-то вели. — Пока тебе не надоест, — ответила Бри. — Но ты не волнуйся, у нас еще много мест, куда мы можем пойти. Затем они меня куда-то ведут, и я понимаю, что теперь мы находимся в здании, хоть тише и не стало. И как же я офигела когда увидела, что мы пришли в казино. — Вы решили забрать их месячную выручку? Вы же выиграете все игры! — Может и не все! Тут есть игры, основанные только на удаче! — Бри, как тебя сюда вообще пустили? — Ловкость рук и никакого мошенничества! — засмеялась моя младшая сестра. — Ну, а если честно за мой вход им предложили уж точно не меньше месячной выручки. Ну, а потом мы начали играть. Да, давно я так не веселилась, это было действительно круто! Сначала мы приступили к карточным играм, но тут было все так предсказуемо, так как у нас была идеальная память. Эсми с Ренесми и Розали решили продолжить играть в карты, а я все-таки решила испытать удачу. Бри не отходила от меня ни на шаг, будто боялась, что я сбегу. Для начала мы выбрали игру Спинго. Не буду углубляться правила игры, но она очень похожа на рулетку. За полчаса мы с Бри проиграли больше, чем выиграли, хоть нас это и не очень огорчало. Но немного удачи нам бы не помешало, или немного Элис с её даром-нострадамусом. Потом мы решили сыграть в Сик Бо. Цель игры заключается в угадывании расклада трех кубиков, которые выпадают случайным образом. И не знаю почему, но тут мне везло еще меньше, хотя Бри была в ударе. Хоть она и не могла делать ставки, а только смотреть, я следовала ее советам и мы отыгрались за Спинго. Через несколько часов нам все-таки надоело, и мы отправились в клуб. Да, женская половина моей семьи так раздобрела, что решили больше не завязывать мне глаза. Хотя я бы сразу же догадалась где мы, как только мы бы подъехали к зданию. Громкая музыка и лепет пьяной молодежи… немного вариантов. Но самое интересное началось после клуба. Натанцевавшись вдоволь, моя сумасшедшая семейка повезла меня … в мужской стрип-бар! Мда… мы сели вокруг шеста, меня они посадили ближе всех, и началось шоу, предназначенное только для нас. — Разлекайся, Белла! — шепнула мне Ренесми. — Потом начнутся примерки и пробы макияжа, будет не так весело… для тебя. А нам будет в кайф! — я закатила глаза и расслабилась. Конечно, мне нравился этот танец и парень, но нравилось только смотреть на него и его движения. Я надеялась, что он не будет вилять своей попой в стрингах около меня. Напрасно! Он подошел и начал об меня тереться, на что девочки одобрительно закричали, при чем громче всех визжали Розали и Эсми. Сумасшедший дом! «Интересно, а Эдвард тоже смотрит на стриптизерш?» — думала я, когда он взял мою руку и поднес к своему достоинству, мать его! Ладно, хоть, через трусы. Я понимала, что это все шоу, но меня это напрягало. Бри видела это. Она помнила тот инцидент на выпускном, где я убила парня за то, что он начал приставать ко мне. Но на этот раз я держала себя в руках. Наконец, когда этот ужас закончился, мы поехали домой. Больше всего мне хотелось сейчас, как нормальной девушке, приехать домой, выпить кофе и спать. Но я не могла сделать ни того ни другого. Единственное утешение в том, что я могла хотя бы залезть в ванну. Девочки еще долго не могли успокоиться и обсуждали прошедшую ночь в гостиной. Мда… прошла ночь, уже 7 утра. Я еще как минимум буду тут отмокать часа 2. А потом… не знаю, будет ли это ад для меня и рай. Все-таки так бы хотела Элис, чтобы я прошла все эти мученья перед свадьбой. «Примерки и пробы макияжа» как сказала Ренесми. Пора приступать…