Скрась мое одиночество

Ищу тебя среди толпы. Ищу тебя безумным взглядом. Вот тот похож! Но нет. Не ты. Не исчезай, прошу, не надо! Ищу тебя. Растаял след. И ты пропал в тумане ночи. А я с надеждой жду рассвет, И звезды надо мной хохочут. Ищу тебя. А ты вдали. И от меня ты ускользаешь. Мне остаются сны одни А в них меня ты обнимаешь. Ищу тебя. А ты в мечтах Такой любимый, страстный, нежный. С хмельной улыбкой на губах Срываешь ты с меня одежды... Ищу тебя... В слезах глаза. От безысходности терзаюсь... Но вдруг услышу: "Ты моя..." Я счастлива... Я просыпаюсь... Инга Бриз

***

      Я сидела в нашем доме, уставившись в одну точку. Сколько прошло времени? Месяц? Два? Три? Без Эдварда время потеряло смысл, и я существую только потому, что Элис все еще видит моего мужа живым. Охочусь я только потому, что все та же Элис меня вытаскивает из комнаты, из моего постоянного лежачего положения, в лес, а там я уже не могу противиться своей природе и ем парочку оленей. Flashback.       Я не могла усидеть на месте, когда мы уже подъезжали к особняку румын. Сначала мы летели сюда на самолете, и я материлась про себя, что это слишком медленно, что бегать я могу в два раза быстрее, но на пути к Румынии пролегало Адриатическое море, а плаваем мы, как правило, медленнее, из-за сопротивления воды, а оббегать его смысла не было. Сейчас мы едем только потому, что из нашей семьи я бегаю быстрее всех, не считая Эдварда, и они взбунтовались, когда я предложила разделиться, для того что бы бежать к нужному месту. Они не хотели отпускать меня одну. И вот теперь, мы плетемся как черепахи. Да я была злой. Очень злой. Джаспер пытался меня успокоить, но я снова запретила ему это делать. Уж лучше злость, чем спокойствие и безразличие. Так я быстрее дойду до своей цели. До своего Эдварда. — Белла, — обратилась ко мне Розали, — успокойся. Я и без Джаспера чую твою злость и нетерпение. Если ты будешь такой взбудораженной, мы ничего не узнаем! — Роуз, мне и без твоих нравоучений тошно! — огрызнулась я. Подруга обиделась, а мне сразу стало стыдно за себя. Ну, сколько раз им говорить, что не могу я быть спокойной, когда не знаю, где Эдвард. Сколько раз я грубила им, а они обижались. — Прости, Рози, но я не могу просто так взять и успокоиться… И Джаспер, даже не думай, — сказала я брату, как только увидела его ехидное выражение лица. — Больно надо, — буркнул он в ответ и тоже отвернулся к окну. Я тяжело вздохнула. Эдвард, ну где же ты? — Приехали, — тихо сказала Элис, после полной остановки машины. Я огляделась. Мы были у старинного замка в готическом стиле, который выглядел довольно величественно. Это каменное задание было цвета слоновой кости. По огромным, в несколько ярусов окнам, я насчитала тут 5 этажей, но с первого взгляда их тут как будто штук 7, так как в ту эпоху, когда этот замок был возведен, предпочитали комнаты с очень высокими потолками. Тут было много башен, полукругом выступающих из стен замка и поднимающихся ввысь, высоко над основной крышей, которая была черного цвета. Позади замка был обрыв, и я слышала шум волн разбивающихся о скалы. Справа был непроходимый лес, откуда доносилось пение птиц, а слева было поле, полностью усеянное подсолнухами. Да, атмосфера была потрясающей, будто где-то здесь живет душа самой природы, а сам замок относил нас в шестнадцатый век, даря ощущение, будто мы были аристократами и приехали на балл. Нам осталось только надеть платья и фраки. — Похоже, Белла хочет жить в этом замке, — усмехнулся Джаспер. Я непонимающе на него посмотрела, а потом поняла в чем дело. Я прислушалась к себе, и сейчас… в такой теплой атмосфере я чувствовала себя абсолютно спокойной, даже несмотря на то, что в этом замке живут древнейшие вампиры, которые несколько дней назад пытались захватить власть, пусть и не самостоятельно, а теперь у них, возможно, мой муж. — Ну, — вздохнула Элис, — пойдем. Ей уже самой натерпелось решать эту загадку и найти Эдварда. Ведь они столько лет были настоящими братом и сестрой, хоть и родились в разные века. И я ее замучила, заставляя все время сканировать будущее, искать Эдварда. Но она молчала и терпеливо исполняла мои просьбы. И я благодарна ей за это.       В этом замке было несколько входов, но мы решили зайти через главный, что неудивительно. По обеим сторонам были массивные перила, которые начинались и заканчивались большими колоннами. Не хватало только львов или грифонов.       Внутри была прохлада, которая хоть и была почти недоступна для нас, но чувствовалась большая влажность. Также тут стоял небольшой полумрак, но для нас это также было неважно. Сначала мы шли по длинному коридору, стены которого были увешаны портретами и оригиналами известных картин. А затем мы попали в огромный пустой зал, убранства которого были очень дорогими. Одна люстра чего только стоит, объемы которой были с человека или двух. А занавешенные окна не давали никакого света, будто хозяева этого замка решили никогда не впускать сюда солнечные лучи. По обе стороны зала были полукруглые лестницы, ведущие наверх. Все это мне напоминало сцену из мультфильма «Красавица и Чудовище», будто мы попали в их бальный зал. Переглянувшись, мы пошли наверх. Каждый шаг каблуков Розали, казалось, отдавался эхом по всему замку, и меня это очень раздражало. Было впечатление, что мы были как на ладони, и все жители этого замка знали, куда и зачем мы направляемся. И снова мы попали в коридор, который был длиннее и шире предыдущего. Тут было много дверей, но не успели мы открыть первую, как одна из них, где-то посередине, медленно открылась, но из нее никто не вышел. Все это мне уже не напоминало Красавицу и Чудовище, но напоминало какой-то малобюджетный фильм ужасов. Но внутри не было никакого страха. Лишь злость и безысходность. Но и радость, так как нам не пришлось проверять все эти двери, и мы знали куда идти.       Через минуту мы уже были на месте. Каждый из нас на секунду остановился, прежде чем войти сюда, но потом мы все также, не сговариваясь, вошли в комнату. Этот огромный зал ничем не напоминал главный зал Вольтури. Тут в отличие от всего остального замка был свет. Очень яркий. По периметру комнаты стояли большие диваны, на каждом из которых кто-то сидел. Кто-то сидел один, кто-то вдвоем. Но, в общем, тут было 17 вампиров, 7 женщин и 10 мужчин. — Мы вас ждали, — сказала одна из женщин, вставая со своего места. Она была очень красивой, хоть ее красота и не была очень естественной. Прямые рыжие волосы были чуть ниже пояса, ярко накрашенные глаза явно выделялись на бледном лице, также как и алые губы. Одета она была в длинное полупрозрачное платье персикового цвета. А на ногах были туфли на высоком каблуке, — проходите. присаживайтесь. Не стойте в дверях. Мы прошли вглубь комнаты, но садиться не стали. Из-за этого встали другие вампиры, но к моему удивлению не все. Я себе это объяснила тем, что остальные не имели никакого отношения к происходящему, они были мужьями и женами «главных». Сейчас перед нами стояли 4 женщины и 6 мужчин. — Нам надо поговорить, — резко сказала я, и даже немного испугавшись своего голоса, так как в этом помещении без окон, он звучал очень странно, эхом раздавшись чуть ли не по всему замку. — Пройдемте в другую комнату, — сказал один из мужчин, указывая на дверь, из которой мы пришли. — Мы никуда не пойдем, — громко и грубо сказал Эммет, выступая чуть вперед, показывая, что он никого не боится и в случае чего, всем даст отпор. — Ну, что вы, что вы! — продолжила эта девушка, укоризненно посмотрев на мужчину, предложившего нам выйти. — Это ваше право… Значит, будем разговаривать тут… — Мы знаем, зачем вы пришли, — сказала другая женщина. На вид ей было около сорока лет. Она была высокой и статной. Длинные ноги, прямая осанка, взгляд сверху вниз абсолютно на все. Одета она была в длинное облегающее платье сливово-красного цвета, которое будто подчеркивало ее превосходство. Остальные на ее фоне выглядели жалкими букашками. — О, мадам, позвольте мне, — сказала девчушка, которая сидела на диване, той самой мадам. То, что она встала, не совсем понравилось остальным, но эта женщина добро улыбнулась и кивнула. Эта девчушка медленно, покачивая бедрами, подошла к Эммету. Розали чуть слышно зарычала, но с места никто не двинулся. Я проверила свой щит, в то время как она обошла Эммета, ведя по нему пальцем. — Эммет, — тихо сказала она, но все услышали, — скажи мне, ты боишься меня? — С чего бы это? — усмехнулся брат, даже не дрогнув. — Ну, тогда скажи своей подружке опустить свой щит… — Слушай, ты, — не выдержала Розали, — убери руки от моего мужа и проваливай к своей мамочке, — кивнула она на женщину в красном платье. — Не бойся, милая, — сказала девушка, даже не взглянув на разгневанную Розали, — мы просто поболтаем. Или Эммет боится? Было видно, что он берет его на слабо, но Эммет все равно повелся на эту провокацию. — Белла, сними щит. — Эммет, — дотронулась до него Розали, — пожалуйста, не делай этого! Мало ли чего она сделает с тобой! — Милая, — улыбнулся Эммет, легко приобняв ее, — не думаю, что случится что-то плохое. Но, в любом случае, Белла снова накроет меня щитом, если увидит, что мне грозит опасность. — Нет… — прошептала Розали, уткнувшись носом в его грудь. — Розали, я так решил… — сказал он и отодвинул от себя жену, — Белла, давай… — Эммет, я все же не очень уверена в твоем решении… — Белла… Мне оставалось лишь тяжело вздохнуть и выпустить его из-под моего контроля. Теперь он стал уязвимей. — Ну, что Эммет, ты готов? — хитро улыбнулась девушка, устроившая все это. — Меня кстати зовут… ммм… Тиф. Зови мен просто Тиф. — Это ведь твое ненастоящее имя? — Да, какая разница, — пожала она плечами, снова обходя его. — Скажи мне, Эммет, — начала она, — чего ты желаешь? Больше всего на свете… Эммет напрягся, он не ожидал такого вопроса. Никто не ожидал. — Быть достойным… — выдохнул Эммет и замолчал, испугавшись собственных слов. — Кого? — Розали… — говорил Эммет, стыдливо смотря в пол. Никто не понимал, зачем он это говорит. — Белла, накрой его, накрой, — зашептала Розали, впиваясь в мою руку. Я так и сделала, но уже было поздно, ее чары нельзя было так просто снять. — Почему ты решил, что ты недостоин ее? — продолжала она. — Я вижу… — сухо отвечал Эммет. Было видно, что он боролся, и это начало раздражать Тиф. — Расскажи мне все Эммет, чего ты желаешь? — резко спросила она, отходя немного в сторону. — Я вижу, как она смотрит на меня… я знаю, что она любит меня, но одновременно и ненавидит… Я не могу сделать так, чтобы она стала матерью… настоящей матерью. Я бессилен, но она хочет этого. И… — Поэтому ты думаешь, что ты ее недостоин? — Да… — выдохнул Эммет, а по его взгляду стал видно, что его «отпустило». — Эммет, — тихо спросила Розали, — ты в порядке? — Розали, я… — Не надо. Потом… — сказала она, взяв его за руку. — Ну, — улыбнулась Тиф, — кто следующий? — Я и без твоих чар знаю, чего я хочу! Я хочу найти своего мужа! Говори, где он! — грубо сказала я, но уже не Тиф, а ее начальнице в красном платье. — Не кипятись, милочка, — спокойно сказала она, садясь на свой диван, — я гожусь тебе в матери! — Слишком много матерей у меня в последнее время! Я не собираюсь выслушивать твои грустные истории о том, как Вольтури забрали вашу власть и о том, как вы мечтали отомстить… я лишь хочу знать, где — мой — муж… — сказала я последнюю фразу с небольшими паузами. — Что? — рассмеялась эта женщина, а за ней и остальные. Почему-то они все расслабились и сели на свои места. — Кто вам сказал, что мы пытались отомстить? — Да все об этом говорят. А Стефан и Владимир живое… мертвое тому подтверждение. — Ох, эти два кретина… возомнили себя тут главными… думали им тут все подчиняться будут. Только они хотели вернуть себе власть. Мы же уже давно смирились, и нас устраивает эта тихая уединенная жизнь. У нас есть и любимые для счастья, и слуги, которые приносят еду, и друзья. И когда они начали собирать армию, заметьте, никто из нас к ним не присоединился, нам этого не нужно. — Мы даже не знали, что ты ищешь своего мужа, — сказал один из мужчин. — Мы думали вы пришли нападать, поэтому и не встретили вас. — Твоего мужа у нас нет, — сказала Тиф. — Тогда где он? — спросил Джаспер. — Понятия не имеем. Но вы должны нам верить, мы не трогали его. Он нам не нужен… End Flashback. Сегодня произошло странное. Когда я в очередной раз сидела уткнувшись в одну точку, Розали пришла ко мне в комнату и, молча, начала расчесывать мои волосы. Это было немного странным для меня. Во-первых, Элис была ей куда ближе меня, а во-вторых, все слышали их с Эмметом пусть и недолгий разговор. Я думала после этого они стали еще ближе, пусть и из-за ссоры. Flashback. Некоторое время назад       Я как обычно сидела в своей комнате, уставившись в одну точку. И единственное, что отвлекало меня от этого занятия, это разговор Эммета и Розали. Я вообще не любила влезать в чужую личную жизнь, но то откровение Эммета тронуло меня до глубины души. И я уверена, что не только меня. Невольно начинаешь задумываться о секретах друг друга. Есть ли такие секреты у Эдварда, такие о которых стыдно рассказывать.       Первым делом я прислушалась к себе. Есть ли у МЕНЯ такие секреты? Боялась ли я в чем-то признаться Эдварду? На первый взгляд нет… Может, только в том, что я боюсь, что он уйдет от меня. Я знаю, что он любит меня, я уверена в этом… но… когда я ушла от него, я тоже любила его. Насчет себя я уверена, теперь ни одна сила на земле не заставит меня добровольно оставить его, но, что насчет него? Может его, как когда-то меня, заставит что-то это сделать? Я ушла из-за Бри. Может, ли он уйти, например, из-за Элис? А в том, что он сейчас ушел не добровольно, меня убедила Элис своим видением. Если бы не она, я бы поверила во что угодно. Даже в то, что он нашел кого-то другого. Да, я бы разорвала ее на куски, а потом сожгла, а потом бы сама держала его в плену… нет, я никому его не отдам. Я еще та эгоистка. — Эммет, — в который раз повторяла Розали, а Эммет лишь молчал. «Ему стыдно», — как-то прошептал Джаспер Элис, но я услышала. Да, его можно понять. Он все время думал, что Розали способна отказаться от него, ради смертности и ребенка. Так ли это на самом деле? Мне кажется, этого не знает даже сама Розали. От лица Розали: — Эммет, послушай меня, — продолжила я, так и не дождавшись ответа мужа, — ты ни в чем не виноват. Да, возможно тебе сейчас стыдно передо мной, но тебе нечего стыдиться. Наоборот, это мне должно быть стыдно, — он все молчал, сидя на краю нашей кровати, и смотрел в пол. Я села на колени перед ним, пытаясь заглянуть в его глаза. — Я не думала, что со стороны мое поведение выглядит… таким свинским. Я взяла его лицо в свои ладони, поворачивая его к себе, чтобы он, наконец, посмотрел на меня. На секунду мне показалось, его глаза слезились, только вот это было невозможно. — Эммет, я люблю тебя всем своим сердцем, и только с тобой я чувствую себя полноценной женщиной. Да, порой мне хочется оказаться старушкой, доживающей свои последние годы, сидеть на лавочке и смотреть на играющих в песочнице внуков. Но я не представляю этой картины без тебя. Я хочу, что бы седовласый дед Эммет, — я улыбнулась от этой умиляющей картины в моей голове, — качал наших внуков на каруселях, а потом играл в салки, попутно жалуясь на радикулит. Хочу… знаю, что это невозможно, знаю, что не должна о таком думать… и от этого я должна себя чувствовать недостойной тебя. Ты ни в чем не должен винить себя, поверь мне. Это ты такой хороший, я даже не знаю, за что ты любишь меня. Надеюсь, что не только за ослепительную красоту, — грустно улыбнулась я, пытаясь обратить все в шутку, хотя это была правда. Как правило, за красивой внешностью, люди видят истеричку и уходят, а он остался. И все это время я пыталась быть лучше. Не всегда это получалось… точнее практически никогда, но я старалась. Такова уж моя натура. А он все не уходил, все терпел мой взбалмошный характер. А я все гадала почему. — Розали… — вдруг тихо сказал он, что мне на секунду показалось, что это все лишь мое воображение, — я хочу, чтобы ты была счастлива, но я не уверен, что Я — твое счастье. — Боже, Эммет, и давно в твоей глупой башке такие мысли? —С тех пор, как я узнал, что у тебя есть секреты… — сказал он, а я непонимающе на него смотрела. Он продолжил. — Ты никогда не рассказывала, что тебя изнасиловали, когда ты была человеком, не рассказывала, что у тебя был жених. — Да, но я просто не хотела ворошить прошлое. Я это все пережила и не хотела тебя впутывать в это. —Мы должны были вместе пережить это, ты не должна была держать это все в себе… — говорил Эммет, убирая мои руки со своего лица. Он встал с кровати, отходя в дальний конец комнаты. — Эммет… — тихо-тихо прошептала я, что возможно он меня даже не услышал, — ты бросаешь меня? — из груди вырвался всхлип. В последнее время я много плачу, раньше я себе такого не позволяла. Я тихо села на пол у нашей кровати уставившись на него широко распахнутыми глазами, в которых явно читался ужас. Я не представляю своей жизни без него. Он единственное, ради чего я живу. Если уж не ради детей, то ради него. И если он уйдет, то мне незачем будет оставаться тут. — Роуз, ну что ты такое говоришь, — протянул он. — Мы с тобой вместе уже больше ста лет, и ни разу в моей голове не было такой глупой мысли, а ведь по глупым мыслям я спец, — пошутил он, но это не помогло. Он тяжело вздохнул и, наконец, подошел ко мне. — Я никогда, слышишь, никогда добровольно не уйду от тебя. И даже если ты, как Белла, по каким-то «благородным» причинам решишь оставить меня, даже тогда я тебя не отпущу! Слышишь меня? — Эммет… — снова всхлипнула я. — Роуз? — насторожился он. — Спасибо тебе, за то, что ты любишь меня такую дуру и истеричку… — Пожалуйста, — усмехнулся он, и даже немного растерялся. — Пообещай, что у тебя больше не будет от меня секретов, и если тебе будет что-то не нравится, то сразу скажи мне, не надо держать в себе… — Только если ты мне пообещаешь… — Обещаю, — сразу сказала я, а он поцеловал меня.       Да, редко наши ссоры заканчивались таким образом. Таким... не страстным образом. И об этом знала вся наша семья. И когда Эммет углубил свой поцелуй, из соседней комнаты донеслось: — Можете одолжить наш с Эдвардом домик, только не разрушьте там все! — сказала безразлично Белла. — Спасибо сестренка, — сказал Эммет, попутно беря меня на руки и выпрыгивая в окно. За другой стеной послышался смех Джаспера, а дальше я уже ни на что не обращала внимания. End Flashback.