Дор Рикардо

Ричард Окделл ехал вслед за эром, все еще не веря происходящему. Пробила полуденная пушка, их на пятачке осталось шестеро бывших унаров, в том числе и возвращающиеся в родовые земли братья Катершванц. Он, Повелитель и эорий, стоял и размышлял, ехать ли ему в Надор, или же просить маршала фок Варзов взять его в Торку простым солдатом. Рука болела все сильнее, нужен был врач – но где искать его в незнакомой столице? Ричард тут ничего не знал, кроме дома Штанцлера, где пришлось побывать пару раз во время выходных в Лаик. Когда раздался голос Рокэ, Дик даже вздрогнул от неожиданности. А потом, еле помнил, как поднялся по лестнице, чтобы принести клятву убийце своего отца, как поцеловал руку в сапфирах и потом встал за креслом своего эра. - Юноша, вы там заснули, что ли? Ричард снова вздрогнул. Он не заснул… почти что. Просто от боли и волнения не спал несколько ночей кряду, а потом усталость дала о себе знать. Он и не засыпал – разве можно спать в седле? Так, глаза на пару мгновений сомкнулись, даря мимолетное ощущение отдыха. - Кстати, умение спать в седле вам пригодится во время военных кампаний. - Да, эр. - Но, впрочем, мы уже приехали. И, обернувшись к Ричарду, Ворон добавил с саркастической усмешкой. - Добро пожаловать домой, Ричард Окделл. Теперь этот скромный особняк будет вашим домом на ближайшие три года. Надеюсь, мы оба их переживем как-нибудь. И, не дожидаясь ответа оруженосца, въехал во двор. Хуан Суавес считал себя королем, или точнее, главнокомандующим в особняке с воронами на воротах. Еще был соберано – он некто вроде Абсолютного Разума или тех же Ушедших. А вот управляющий на то и нужен, чтобы держать в подчинении немалочисленную армию слуг-кэналлийцев. С утра он успел проверить, как вычищены стойла в конюшне и устроить разнос Пако за погрызенную дверь в деннике Моро. - Можно подумать, я ее грыз, - тихо пробурчал себе под нос конюх. Хорошо, что этого Хуан не услышал – или сделал вид, что не услышал. В свои неполные пятьдесят он имел прекрасный слух. Просто знал, когда нужно усилить контроль, а когда – слегка ослабить. Это, как повод у строптивой лошади – приучать ее ходить под седлом надо и строгостью и лаской попеременно. После Хуан прошел по комнатам, припугнул горничных, что болтали в коридоре, вместо того, чтобы нести выбивать подушки. Проверил, как обстоят дела на кухне. Там было царство Кончиты, и лишь Хуану позволялось заглядывать в «святая святых» и даже интересоваться, что на обед либо ужин. Подкрепившись шадди и остатками вчерашнего господского пирога, Хуан пошел смотреть, чисто ли выметен двор. «А то взяли моду, подметать во внутреннем дворике кое-как», - ворчал себе под нос старый слуга. Не успел Хуан проверить – как вернулся соберано в сопровождении какого-то мальчишки. Пако подлетел, взял поводья Моро, следом мальчишка-конюший, тринадцатилетний Тиро повел под уздцы неказистого конька. А соберано и его гость прошли в особняк. - Это Ричард Окделл, мой оруженосец, - мимоходом бросил Алва Хуану. - Я прикажу подготовить ему комнату. Где будет угодно? - Да хоть на чердаке или в подвале, - фыркнул соберано, - но можно и на втором этаже. Отдав распоряжения, Хуан пошел в кабинет. Если вернулся Ворон, то скоро ему понадобится вино, а значит, Хуан должен быть поблизости. Уже подойдя ближе, он услышал: - Итак, начнем с ваших обязанностей. Их у вас нет, и не будет. Меньше, чем оруженосец, мне нужен лишь духовник, которого у меня, к счастью, нет. Вам жить под моей крышей три года, ну и живите себе. Если что-нибудь вам нужно, обращайтесь к Хуану. Тут же прозвенел колокольчик. Он еще не кончил заливаться трелью, как Хуан ступил на порог. - Соберано? - Вина, Хуан. Теперь Суавес рассмотрел, как следует, оруженосца соберано. Северный мальчишка – бледная кожа, серые глаза, русые волосы. Ничего особенного, взгляду зацепиться не за что. «И на кой он соберано потребовался?» - задал себе вопрос Хуан, но счел за лучшее не спрашивать самого Ворона. Вскоре бутылки были принесены из подвала, их содержимое перелито в специальный кувшин. Жестом Рокэ показал слуге, чтобы тот вышел. А разговор с Ричардом продолжался: - Что у вас с рукой? - С какой? Голос у мальчишки дрогнул. - С правой? И давно это у вас? - Крыса укусила в Лаик, дня три назад. - Окделлы даже в своем упрямстве тверды и незыблемы. Вы умудрились заткнуть за пояс своего родителя. А ну, сидеть! - прикрикнул Алва. Хуан вошел в кабинет снова. Ричард пил, морщась, какую-то жидкость из бокала. - Мою шкатулку с инструментами, корпию и бинты. И хорошо бы подержать его, чтобы ненароком не нанес себе вред. - Да, соберано. Вскоре инструменты и все необходимое было на месте, а Хуан крепко держал юного оруженосца за плечи. Под ладонью ощущались кости. «Да, вовсе паренька не кормили, - неожиданно подумал слуга, - как поправится, надо бы сказать Кончите, чтобы давала побольше еды». - Эр Рокэ, - голос Ричарда стал крепче и увереннее, - меня не надо держать. Я не собираюсь вырываться. - Человеческое тело не всегда подчиняется рассудку, а ваше тело – вашему рассудку, тем более. А я не хочу искромсать вам всю конечность. - Дор, вы глаза закройте и все, - подал голос Хуан, - соберано знает, что делает. Руку не дергайте, потерпите уж малость. Если уж вовсе невмоготу – кричите. - Окделлы не кричат, - услышал он в ответ и лишь усмехнулся. Мальчик терпел, только кусал до крови губы. Не издал ни единого стона, и даже не дергался, хотя Хуан поначалу опасался. И глаза не закрыл, хотя упорно смотрел на кабаньи головы, что украшали стену кабинета. - Готово, - раздался усталый голос Алвы. Хуан перевел дух – пахло ужасно. - Пришли прибраться тут. И раскрой окно пошире. Хуан бросился выполнять приказы – распахнул окно и послал за Розалией и Мирандой. Тем временем Рокэ сбагрил полуживого оруженосца пажу. Хуан покачал головой. «Ох уж, этот соберано, нашел, кому доверить человека. Луису и кота Закатного нельзя поручить», - подумал он, и не зря. В коридоре он едва успел подхватить на руки потерявшего сознание оруженосца. - Чего глядишь? – рявкнул он на выпучившего глаза Луиса, - беги за лекарем, да быстрее. И понес Ричарда Окделла в его комнату, удивляясь, что ноша оказалась вовсе не тяжелой. Лекарь явился, осмотрел повязку, дал понюхать какой-то вонючей дряни – оруженосец чуть слышно застонал. - Обморок, ничего особенного. А следом заглянул невозмутимый Ворон. - Хуан, меня не будет некоторое время. Проследи, чтобы с этим достойным юношей было все хорошо. - Да, соберано. Не то, чтобы ему был нужен северный мальчишка – но раз Ворон просит присмотреть за ним, то он, Хуан Суавес, присмотрит. Надо делать все на совесть – так уж решил для себя управляющий.