Гермиона, Мерлин или Салазар?

      1       Ветер трепал волосы, и знамёна вились по ветру, как ленты, опущенные в воду. Облака меняли очертания каждую секунду, сходясь и расходясь. Повсюду было зелено - куда ни глянь, везде холмы и луга, лишь на краю горизонта робко вставали леса да горы. Шапки белых цветов по обочинам дороги напоминали первый снег, тот, который оседает неравномерно и застревает на самом верху травинок.       Впереди, разумеется, ехали бок о бок король и маг - один высокий сильный блондин, а второй стройный, как девица, брюнет - лучшие друзья, объединяемые тайной магии и амбициозными планами привнести эту магию в Британию. Леди Хельга ехала между Кеем и Уриенсом, смеялась, спрашивала что-то и изредка трепала гриву своей лошадки.       Елена встряхнула головой, откидывая пряди волос с лица. Ей уже тринадцать, но мир только что начал раскрываться перед ней, прекрасный, огромный и такой интересный. Елена полюбила Камелот всем сердцем. Она, конечно, не жаловалась на жизнь в лесу, ведь там у неё было всё, что нужно, но здесь, на воле, при дворе короля, она могла получить всё, что хотела.       Она не хотела чего-то конкретного, чего-то особенного. Всё, чего она хотела - свободу, признание, новизну - она получала сполна в Камелоте. Но разве можно ожидать больше от девушки тринадцати лет, да ещё той, что всю жизнь жила в лесу с матерью и видела всего десятка два людей, чьи интересы и движения души ограничивались урожаями, болезнями, да морской водой? Дайте ей время и увидите, какой она станет.       Впереди король повелительно поднял руку и стал съезжать с дороги, за ним потянулись и остальные. Солнце стояло в самом зените и маленькой рощице на обочине, где можно было передохнуть, обрадовался каждый в отряде. Елена пришпорила лошадь и продвинулась вперёд, ближе к королю, воспользовавшись смешением рядов, и оказалась почти позади леди Хельги.       Кей и Уриенс разыграли уморительную пантомиму, выясняя, кто из них достоин помочь леди Хаффлпаф сойти с лошади и, наконец, изловчились сделать это вместе, поддержав под обе руки, явно наслаждаясь её задорным смехом. Елена же и не думала, что кто-то станет возиться с ней, да ей это и не нужно было, ведь слезть с лошади было секундным делом. Но в этот раз, едва соскочив с седла, она неудачно наткнулась ногой на камень и пошатнулась, тут же угодив в чьи-то объятия.       — Вам бы следовало дождаться меня, леди Елена.       Елена подняла голову и увидела нарядный дублет. Подняла голову ещё выше и с трудом рассмотрела человека, чьё лицо было залито таким ярким солнечным светом, что она с большим трудом узнала его по золотым кудрям.       — Я прошу прощения, сэр Элиот. Я вас едва не сбила с ног.       Усмешка, мягкая и светлая, тронула его губы.       — Уверяю, такой опасности не было и в помине. Это мне впору просить прощения, — он, наконец, выпустил её из объятий, уверившись, что она в состоянии стоять самостоятельно. — Я замешкался, хотя намеревался помочь вам сойти с лошади.       — Вам вовсе необязательно было, — пробормотала Елена, чувствуя, как щёки краснеют, и радуясь, что мать этого не видит.       — Благородным леди не нужно спешиваться самим.       Елена покраснела ещё больше, если только это было возможно. Никакая она не благородная леди, а так, девчонка из леса, и если бы не магия её матери, если бы не Мерлин, так она и сидела бы в лесу, никогда бы не попала ко двору короля Артура, и никогда бы сэр Элиот не говорил бы с ней так.       — Спасибо вам.       Сэр Элиот кивнул ей и предложил руку, чтобы проводить к тому месту, где уже расстилали скатерти для лёгких закусок. Елена обернулась было к своей покинутой лошади, но её уже увели на выпас.       — Я надеюсь, путешествие вас не слишком утомляет, леди Елена?       Елена подняла голову. Сэр Элиот был много выше неё, и из-за солнца она не могла хорошенько разглядеть его лица, а ведь до того они едва обменялись парой-тройкой фраз, и Елене было очень любопытно получше рассмотреть его черты. Сэр Элиот был высок, бесспорно хорош собой, отлично управлялся с мечом и был великолепным наездником, как и все рыцари Камелота, но именно про сэра Элиота шептались служанки и дамы в замке, называя его самым пригожим и благородным.       — Мне очень нравится, — горячо ответила Елена. — Никогда не думала, что смогу увидеть так много, не думала, что в мире так много красоты.       — Полагаю, жизнь полна неожиданностей, — сэр Элиот снова улыбнулся. — Я думаю, вы увидите ещё очень много такого, что поразит вас.       Елена улыбнулась ему в ответ, нельзя было не улыбаться его улыбке. Сэр Элиот был так галантен и дружелюбен, так внимателен, но когда Елена опустила голову, чтобы посмотреть перед собой, она встретилась взглядом с леди Хельгой. В лице её не было ни осуждения, ни удивления, лишь некоторое любопытство, но этого было вполне достаточно, чтобы Елена смутилась, осознав вдруг, что любой может видеть её и сэра Элиота, прогуливающихся под руку. Что подумают люди? Что подумает король? А что скажет мать?       — Прошу меня извинить.       Елена высвободила руку и быстрым шагом направилась прочь и от сэра Элиота и от леди Хельги, ни на кого не глядя, пытаясь унять стук сердца и избавиться от дурацкого румянца, выдающего с головой.       Остановилась девушка только когда прошла всю небольшую рощицу насквозь и там прислонилась к стволу дерева.       Разумеется, ничего предосудительного не произошло, сэр Элиот лишь поддержал её и галантно проводил, но как она может знать, что подумают о ней другие? Быть может, со стороны это виделось будто бы сэр Элиот или она влюблены или, того хуже, что Елена надеется каким-то образом занять положение, ей не предназначенное, положение дамы сердца одного из знатнейших рыцарей? Нет, нет и нет, ничего этого Елена не хотела, она и не думала ни о чём подобном, да только каждый, кто видел их вместе, об этом подумает. А как отреагирует король, посчитает ли её ветреной дурочкой?       Шелест ткани по траве заставил Елену обернуться. К ней приближалась леди Хаффлпафф с яблоком в руке.       — Ты спряталась, Елена? — мягко спросила леди.       — Нет, что вы, — Елена смешалась и снова, в который раз уже, покраснела. — Я просто хотела немного отдохнуть.       — Не хочешь подкрепиться? Мы скоро снова едем.       Хаффлпафф протянула девушке яблоко, и та неловко взяла его в руки, вертя так и эдак, словно не знала что с ним делать. Хельга была так добра, так искренна, что Елена почувствовала, что должна объясниться. Почувствовала, что может это сделать.       — Возможно, — девушка сбилась. — Возможно, вы могли бы подумать...       Хельга тепло улыбнулась и покачала головой.       — Я прошу прощения за то, что смутила тебя, Елена. Я видела, что сэр Элиот помог тебе спешиться и предложил руку, но совсем ни о чём не подумала.       Елена неуверенно взглянула на Хельгу и тут же снова опустила голову.       — Сэр Элиот - благородный рыцарь и галантный кавалер, — в голосе Хаффлпафф слышна была улыбка. — Тебе незачем смущаться, идя рядом с ним, даже если кто-то это видит.       — Кто-то мог бы неправильно воспринять это, — жалко пробормотала Елена.       — Репутация твоя и сэра Элиота не позволит воспринять это неправильно, — мягко ответила леди Хаффлпафф и, видя удивлённое лицо собеседницы, ободряюще улыбнулась. — Ты скоро поймёшь, о чём я говорю.       — Так вы думаете, никто не подумает, что я в него влюблена?       Хаффлпафф удивлённо моргнула.       — Если ты и полюбишь сэра Элиота, никто и слова тебе не скажет.       Елена подумала, что непременно скажут. Мать скажет. А остальные, если даже и промолчат, то непременно разочаруются, решат, что она это специально, чтобы стать не безвестной простолюдинкой, а женой рыцаря. Но это всё пустое, разве можно любить кого-то, кроме короля?       Вслух же Елена ничего не сказала, а лишь кивнула. Леди Хельга добра и умна, она не желает ей зла и пришла сюда подбодрить её.       — Тебе не стоит бояться сэра Элиота, милая, — мягко сказала Хаффлпафф и протянула руку к девушке. — А теперь пойдём-ка накормим тебя чем-то получше этого яблока, пока мы снова не тронулись в путь.       Елена улыбнулась радостно и благодарно и взялась за руку леди Хельги.       2       — Ты ничего мне не сказал.       Гермиона, к счастью, уже успела проглотить свой кусок пирога и не подавилась. Артур смотрел на неё, она смотрела на него.       — Ты мне так ничего и не сказал, — повторил король.       — Ты не мог бы уточнить суть претензии? — Гермиона укоризненно приподняла брови, всем своим видом показывая, что недовольна таким поворотом беседы, тем более, что она как раз ела самую вкусную часть пирога, оставленную на потом. — Мы весь день говорили, если что.       Артур пренебрежительно махнул рукой, досадуя на своего непонятливого друга.       — Ты ничего мне не сказал по поводу моего решения. О Мордреде.       Вот оно что. Самое время поднять эту тему.       — Я ничего не сказал, потому что я согласен. Или ты чувствуешь себя неуютно, когда я с тобой не спорю?       — Единственным твоим возражением была моя возможная свадьба.       И она остаётся её основным возражением. Подумать только, Артур женится! Это же просто беспредел! Если он женится, кто будет его наследником - дети или племянник? Кто будет строить Хогвартс? Кто будет её другом, её... Как она будет жить, если он женится?       — И это моё единственное возражение. Если бы ты женился, тебе, вероятнее всего, предстояло бы остаться в Камелоте. Твоя жена хотела бы быть королевой, хотела бы, чтобы ваши дети были наследниками престола. Тебе самому хотелось бы того же, разве нет? Да и от идеи постройки Хогвартса тебе тоже пришлось бы отказаться.       — Я бы выбрал такую жену, — начал было король, но запнулся. — Отказаться от идеи постройки чего?       Гермиона с удовольствием повернула бы время вспять и построила бы фразу иначе.       — Как ты сказал? Хогвартс?       Можно было бы крикнуть «смотри, медведь!», ткнуть пальцем Артуру за спину и убежать, пока он оборачивался, но такой выход из ситуации гарантировал только временное решение проблемы, а Гермиона любила всё делать основательно. Хотя лучше было бы следить за своим языком.       — Мне вчера не спалось, — Гермиона очень жалела, что в этот момент рядом с ней не было Джинни, которая была способна придумать правдоподобную историю даже будучи жестоко разбуженной среди ночи, — и я думал о школе, о том как мы её назовём... Короче, я просто перебирал буквы наших имён, придумывал дурацкие слова, и вот это мне понравилось.       — Да уж, слово дурацкое, — усмехнулся Артур. — Но мне тоже нравится.       Король заозирался в поисках чего-то или кого-то и, когда взгляд его упал на идущих рядом Хельгу и Елену, стремительно поднялся с земли и бесцеремонно потащил за собой Гермиону, которая судорожно пыталась сохранить самую вкусную часть пирога у себя в руках в целости.       — Хогвартс, — заявил король обескураженным девушкам, не обращая никакого внимания на удивление окружающих.       Хельга посмотрела на Гермиону, в поисках отгадки.       — Так называется твой пирог? — предположила она.       — Да, — твёрдо и громко, для всех, ответила девушка. — Очень вкусный, всем советую.       И пока Артур смотрел на неё с осуждением, а окружающие дружно отворачивались, потеряв интерес к разговору и выискивая глазами такой же пирог, как у мага, Гермиона разом проглотила самую вкусную часть пирога, не откладывая на потом, которого могло и не быть. Когда все совсем перестали обращать внимания на короля и его собеседников, а последний кусочек божественного пирога покинул гостеприимный рот Гермионы, отправляясь на встречу со своими собратьями в её желудке, она исправилась:       — На самом деле, это название для школы. Как вам?       — Хогвартс? — Хельга задумчиво поглядела в небо, словно пытаясь разгадать некий секрет, спрятанный в таком сочетании букв. — Что это значит?       — Ничего, просто набор букв.       В действительности, никакие исторические документы не проливали свет на секрет названия школы, так что ни Гермиона, ни остальной волшебный мир не имели ни малейшего понятия, как ещё объяснить это слово.       — Мне нравится, — сказала Елена. — Хорошо звучит.       — Да, — подтвердила Хельга. — Звучит хорошо. Несколько аристократично и даже гордо.       Артур фыркнул.       — Звучит хорошо, и на этом достаточно. Тем более других предложений нет, верно?       Все дружно покачали головами.       — Тогда я хочу, чтобы наша школа, где бы мы её не построили, называлась Хогвартс. А на гербе будет дракон.       — Твой символ? — хмыкнула Гермиона.       — Нет, — с достоинством ответил Годрик, одним взглядом отметая всякие сомнения в такой низкой попытке прославить себя. — Символ могущества и редкости магии.       — А я хочу, чтобы у наших факультетов были свои символы, — воодушевлённо вставила Хельга. — Например, у Салазара - змея, у меня - барсук, а у Ровены, скажем, - орёл.       — А у меня? — поинтересовался Артур. — Ты про меня не забыла?       — Не забыла, — улыбнулась Хельга. — Просто решаю, что тебе подходит.       — А дракон не подойдёт?       — Нет, дракон - это общий символ, — покачала головой Хаффлпафф. — Твоё имя означает «медведь», верно? Так, может, медведя и возьмёшь?       — Скорее уж льва, — Гермиона улыбалась во весь рот, всё ещё не веря, что всё это происходит с ней, что сейчас она присутствует при создании символов факультетов Хогвартса. — Храбрый и златоглавый.       — Царь зверей, — робко подсказала Елена, покраснев в смущении.       Артур приосанился.       — Решено. Школа Хогвартс официально существует.       Хельга и Елена улыбнулись - откуда только в них это единство? - а Гермиона с улыбкой покачала головой. Невероятно, просто невероятно.       — Вчера падала звезда. Я загадал желание, и у нас всё получится.       3       Сэр Элиот сам подвёл к Елене её собственную лошадь, пока все вокруг переговаривались и занимались своими животными.       — Прекрасное создание, — сказал он, почему-то глядя на Елену.       Девушка ласково провела по носу лошади, оглаживая очертания белой звезды на её носу и стараясь не встречаться взглядом с рыцарем, слишком смущённая его заботой и воспоминанием о разговоре с леди Хельгой.       — Спасибо. Это подарок короля.       — Как её зовут?       — Фрейя.       Она, наконец, посмотрела на него и увидела широкую улыбку, на которую тут же ответила, сама того почти не желая.       — Может ли она летать, как сокол*?       — Она может нести меня достаточно быстро, чтобы оставить противников далеко позади.       Елена задорно улыбнулась, неожиданно развеселившись. Почему-то сэр Элиот стал первым, кто узнал, как девушка назвала свою лошадь - лёгкую, тонконогую и стремительную, словно смерч. Даже Ровена Равенкло этого не знала. Сэр Элиот сделал знак, и к нему подвели его собственного великолепного боевого коня. Широкогрудого, высокого, красавца под стать хозяину.       — Вы, возможно, подумаете, что это шутка, но его, — он провёл рукой по крутому изгибу шеи коня, — я назвал Одином*.       Елена рассмеялась.       — Это было, как минимум, самонадеянно с вашей стороны.       Сэр Элиот понимающе улыбнулся и покачал головой, а потом легко подхватил девушку и усадил в седло. Елена оглянулась было, чтобы узнать, не видел ли кто этой сцены, но все вокруг были так поглощены сами собой, а сама она была так увлечена сэром Элиотом, что бросила это занятие почти сразу же.       — Уверяю, когда вы увидите его достоинства, поймёте, что он заслужил такое имя точно так же, как и ваша лошадка.       — Каждый из нас любит своё животное.       — О, не сомневаюсь, что вы любите Фрейю, — сэр Элиот легко взлетел в седло и сразу же крепко взял в руки поводья, успокаивая коня. — У вас доброе сердце, и вы замечаете красоту.       Елена в очередной раз покраснела, но глаз не опустила. Если сэр Элиот хотел сказать ей нечто приятное, он имел полное право это делать, а Елена имела полное право это принять.       — Однако у нас с Одином связь намного крепче, чем у вас, — сэр Элиот потрепал коня по холке. — Мы вместе сражались на турнирах и выигрывали, преодолели сотни и тысячи миль по холмам и горам.       — Вы расскажете мне? — спросила Елена.       — Вы позволите ехать подле вас? — ответил рыцарь вопросом на вопрос.       Елена засомневалась было, повинуясь скорее привычке, чем движениям своего сердца, но увидела улыбку сэра Элиота, вспомнила ободрение и одобрение в глазах леди Хельги и отринула неоформившиеся ещё сомнения.       — Я бы этого очень хотела.       Сэр Элиот улыбнулся ещё шире и, перехватив поводья Фрейи, помог Елене пробраться сквозь толпу, ещё не сложившуюся в колонну, выводя их вперёд, туда, где уже ехали король, маг и несколько самых расторопных рыцарей. *У богини Фрейи есть волшебное соколиное оперение, надев которое можно летать в образе птицы Один — верховный главнокомандующий бог скандинавской мифологии. По одной из версии, Фрейа вышла замуж за смертного, который был его воплощением