Заклятие на любовь.

      Поттер сидел в кресле в собственном кабинете, уставившись в одну точку. Малфой находился рядом, присев на край рабочего стола. - Сутки нет ни слуху, ни духу, Драко, - сквозь сжатые губы прошептал-простонал Гарри. – Домовики в истерике, Динки чуть сам себе голову не открутил. Я и понятия не имел, что он так привязался к Тому, за какой-то неполный месяц! А я просто с ума схожу! Готов оторвать голову и ему, и вообще каждому встречному - поперечному. Уже не знаю, что делать и где искать. - Ты, главное, успокойся. Малфой присел на корточки рядом с невыразимцем. - Очень жаль, что нет никаких вещей, принадлежащих Реддлу. Может, все же… - Нет. – Потер порывисто встал, принялся мерить шагами кабинет. – На дневнике нет и признака былого ментального следа, так, дырявая книжонка, не более. Вещи, которые Том носил, эта тупая домовуха перестирала. Она и постельное поменяла, так что даже признака присутствия Тома мне найти не удалось, а я искал тщательно, поверь. Кроме того, это, сам знаешь, должно быть что-то, что взято с живого человека. Мужчина остановился у окна, вглядываясь в сгущающийся сумрак. - Все, ты понимаешь, абсолютно все… Я пол под микроскопом рассматривал, пытаясь найти хоть одну волосинку, хоть что! Своим поисковикам щетку зубную его таскал! Кружку, из которой он пил – все не то, это не те вещи, которые он брал, покупал для себя, не несут печать принадлежности. Ничего! - Поттер, - внезапно изменившимся голосом промурлыкал блондин. – А вот почему ты мне сразу не сообщил, и я узнал обо всем на вторые сутки? - Ну… - протянул мужчина. – У тебя супруга вот-вот родить должна, на работе у тебя завал… - А вот позвал бы меня сразу, и мы сразу решили бы эту проблему. Более того, я тебе даже поисковое зелье помогу сварить. - С чем? – вызверился Поттер. - Вот с этим! – провозгласил Малфой, протягивая руку и снимая с мантии Поттера одну-единственную волосинку. – Человеческая. Будем надеяться, что она принадлежит Реддлу, и всякие незнакомые мужчины, судя по длине, не обнимаются с тобой и не кладут голову тебе на плечи. - Мерлиновы кальсоны! – выдохнул Поттер и впервые за последние сутки улыбнулся. – Как я сам не заметил? В доме все перевернул, а тут! - Все потому, что, друг мой заклятый, иногда надо с кем-то делиться своими проблемами, чтобы человек здраво, со спокойной головой оценил ситуацию. Поттер открыл было рот, но тут же захлопнул его, понимая, что блондин, в общем-то, прав. - Уизли в курсе? – ровно поинтересовался Драко. - Нет. У них близнецы заболели, а Молли с Артуром к Чарли уехали погостить. Герми одна с ног сбивается, Рон отгулы взял, тем более что у него их порядочно накопилось. Я решил их не беспокоить. - В этом твоя проблема, Поттер, - устало проговорил Малфой. – Ты вечно беспокоишься о ком-то, только не о себе. Знаешь, что я думаю? Мне кажется, что больше всего тебе нужен Реддл, чтобы было о ком заботиться. А он в ответ дарит тебе то, что никто и никогда не давал до него – несмелую заботу, робкое внимание. Такое ощущение, что ты прятал его, а он принимал эту странную заботу с благодарностью. - Прятал, Малфой, еще как прятал. Теперь понимаю, что плохо прятал. Вопрос в другом: чего хотели добиться этим похищением? Выкупа у меня никто пока не потребовал, если хотели мне насолить – прислали бы записку, что, мол, так и так, мстим тебе за то и за это. Не понимаю. - У меня есть несколько версий, и месть тебе – одна из вероятных, но не обязательных. Тут может быть замешано Министерство – представь, что случится с Магической Британией, если станет известно, что Реддл жив? Ты не сможешь никому объяснить, что он не опасен, что магии в нем нет совсем, что, по сути, он еще подросток, который абсолютно случайно появился в твоей жизни. А теперь подумай о том, как все это отразится на тебе, Гарри. То, что ты герой войны, сыграет тебе не на руку. Людская любовь очень быстро проходит. И такого тебе просто не простят.       Что людская любовь, почти обожание проходит так же быстро, как и появляется, Поттер знал лучше, чем кто-либо вообще. Сколько раз за всю его жизнь его превозносили, и с таким же энтузиазмом топили в грязи? Да, Гарри понимал, что если станет известно, что он сумел воскресить Тома Реддла, пусть и с другим сознанием, с мыслями, не запятнанными каким-то злом, малой кровью он не обойдется. Хотя Поттер и не в таких передрягах побывал, но объяснять семнадцатилетнему парню, за что его так ненавидят, он не сможет. Хватит того, что тот сам узнал, копаясь в подшивках старых газет. И все же… За возможность видеть Тома по утрам, прижимать к себе, вдыхать его запах, просто обнимать невыразимец готов был отдать все, что имел сейчас. Главное, чтобы у них осталась жизнь, а уж прожить ее счастливо они смогут. Малфой потрепал Поттера по плечу. - Думаю, что на сегодня размышлений о жизни достаточно, да и рабочий день для нас закончился. Прошу в мой Мэнор – у меня там превосходная лаборатория. - И куча незарегистрированных фолиантов с жутко сложными и незаконными зельями, - ухмыльнулся Поттер, расправляя плечи и вновь превращаясь в уверенного в себе мужчину, способного горы свернуть. - А ты пожалуйся на меня в Аврорат, - съязвил Малфой. – И мне придется перечислить артефакты, что хранятся в твоем доме. Их, наверное, тоже следовало бы сдать в твой отдел или в Аврорат? - Ага, а потом Рон будет вынужден посадить нас в Азкабан и сесть сам, как пособник и укрыватель. Мужчины понимающе переглянулись и расхохотались. Драко протянул Гарри руку, и тот рывком ухватился за серебряный браслет, вечно болтающийся на руке аристократа. Привычное ощущение, что во внутренности воткнули немаленький крюк и потянули за него, затем несколько секунд головокружения и тошноты – и вот они в Малфой-Мэноре.

***

Поттер не уставал поражаться строгой красоте древнего Мэнора. Простота, за которой скрывается богатство, красота четких линий, свидетельствующая о хорошем вкусе владельца… И все равно Поттеру было неуютно в этот огромном доме. Не мешкая, мужчины спустились в лабораторию. Невыразимец хмыкнул, видя то количество защитных заклинаний, которое опутывало лабораторию. Блондин, ухмыляясь, проговорил: - Я впервые влез в лабораторию, когда мне было три года, и успел намешать такого, что ходил потом три месяца розовенький в зеленый горошек. Даже целители из Святого Мунго не смогли ничего сделать. Пришлось ждать, пока вся эта гадость не выйдет из организма сама. И это при том, что я всего лишь надышался паров этой жуткой смеси. А так как мы, Малфои, обычно получаемся характером в отцов… Не хочу, чтобы в самом юном возрасте мой сын щеголял какой-нибудь веселенькой расцветочкой. Поттер криво улыбнулся, ступая в святая святых, сердце дома. Множество шкафчиков, стеллажей, разделочные столы, котлы по размеру… - У тебя тут как у Снейпа, - хмыкнул брюнет. - Да, - чуть помедлив, ответил Малфой. – Мне есть у кого учиться. Было, вернее. Поттер согласно кивнул, присаживаясь в уголке лаборатории в мягкое кресло и стараясь не отсвечивать – Малфой редкий зельевар, несмотря на то, что зельеварение – скорее хобби. А тот уже призвал старый пыльный фолиант и принялся палочкой переворачивать страницы. Поттер смотрел на четко выверенные движения и понимал, что Драко, как и ему, до сих пор больно вспоминать войну, ее жертв. Но особенно тяжело ему было – да и сейчас есть – смириться с, в общем, не нужной смертью крестного, друга и советчика. Блондин же священнодействовал. Что-то подсыпал, смешивал, перемешивал по часовой стрелке и против, капал, измерял ложечками – серебряными, бронзовыми, латунными. Невыразимцу показалось, что прошла целая вечность, пока блондин не поставил на стол маленький флакончик с густой тягучей субстанцией. Это и зельем-то назвать было сложно. Что-то закручивалось во флакончике в маленькие омуты, появлялись разноцветные всполохи. - Я так понимаю, что это шедевр, - протянул Поттер. - Правильно понимаешь, - утвердительно кивнул хозяин дома. – Теперь последний компонент. Драко, не дыша, опустил волосок в зелье. Тот в мгновение ока растворился, а столь необходимое им поисковое зелье приняло цвет расплавленного серебра. Блондин хмыкнул. - Если это действительно принадлежит Тому, то его помыслы чисты как у младенца. А нет, младенец вряд ли ловит кайф в постели с мужиком. Поттер толкнул его в бок. - Что дальше? - Дальше… - Драко призвал карту мира и капнул на нее одну-единственную каплю зелья. Капал вроде на середину, куда-то на Россию, но капелька прямо в воздухе изменила направление и приземлилась на Великобритании. Поттер выдохнул: - Уже легче. Значит, он в стране. Малфой испарил уже ненужную карту и призвал следующую – капелька упала точно на значок Лондона. Блондин снова призвал подробную карту города, капелька зависла прямо над картой, не опускаясь на нее. Драко хмыкнул и расстелил последнюю – подробную карту Магической Британии. И тут пришлось обоим мужчинам подобрать челюсти, так как серебристая капелька упала точнехонько на Министерство магии. Малфой потрясенно поднял брови: - Ничего не понимаю… Я не в курсе, что кто-то вообще узнал о существовании Реддла! И Министр точно не подписывал приказ о его задержании! Поттер нахмурился. - Мы же работники Министерства, верно? Хранители Тайны. Значит, мы можем попробовать… Эльф Министерства магии! Раздался хлопок, и перед мужчинами появился домовик. Хотя на того же Добби или Динки он походил весьма отдаленно. Выше ростом, одет в форму, с не такими большими ушами. В глазах навыкате нет того раболепия и безмолвного обожания. - Рикс к Вашим услугам – церемонно произнесло существо. - Рикс, мне нужно узнать, не находится ли где-то в Министерстве один молодой человек… - Нет. – Голос был тверд. – Я не могу дать Вам такую информацию. - Рикс, я секретарь Министра. Я приказываю тебе рассказать нам, если ты что-то знаешь. - Нет. – Домовик с интересом посмотрел на мужчин. – Вы, как заинтересованные лица, не можете приказывать мне. Точнее, приказывать-то приказывайте, но вот исполнять Ваши приказы я не буду. - Лица, заинтересованные в чем? – недобро прищурившись, уточнил брюнет, начиная понимать, что к чему. - Заинтересованные в нахождении местоположения Тома Марволо Реддла, брюнета, возраст которого по биологическим параметрам равен семнадцати годам, не имеющего магического ядра и не обладающего какими-либо отличительными чертами, кроме того, что последние десять лет человек с подобным набором генетических характеристик мертв. Убит Гарри Джеймсом Поттером 3 мая 1998 года. Ах да, состояние здоровья стабильное, хронических болезней не имеет, как не имеет и места проживания, законченного образования. Сирота. Малфой неэстетично погнул ложку, а на кончиках пальцев Поттера возникло легкое покалывание, свидетельствующее о том, что магия вот-вот выльется из него, погубив не только троих, находящихся в лаборатории, но и весь Мэнор в целом. - Не стоит так волноваться. – Поттеру захотелось своими руками свернуть шею наглому домовику. – Вчера его кормили, сегодня покормят еще раз. Подумаешь, поизучают вашу зверушку. Сочтут бесполезным – выкинут. Вот тогда и подберете, облагодетельствуете. Мальчик ведь магически пуст, можете мне поверить. Мы, эльфы, чувствуем магию лучше драконов. Он сейчас – просто человек, если и были какие-то способности, то их больше нет. Конечно, его могут вам и вернуть. Хотя я бы на это не рассчитывал. Вы же сами понимаете, что такую личность, как Том Реддл, вряд ли выпустят на свободу. Да и не найдете вы его. Даже если сильно захотите, сами не найдете. Поттер зажег увесистый файербол на ладони, зловеще ухмыляясь. Однако домовик не торопился исчезать, с интересом смотря на него, а Малфой повис на руке. - А если не сами? – заинтересованно протянул он. - Вот прям даже и не знаю, кто сможет вам помочь, - продолжал скалиться домовик, а сам вырисовывал в воздухе какую-то фигуру. Присмотревшись, Гарри понял, что это – объемная модель Министерства Магии, со всеми его закоулками, тайными отделами, коридорами и даже маленькими светящимися точками, словно перелетающими из кабинета в кабинет. Но не это заинтересовало Поттера – в конце концов, что-то подобное он видел на карте Мародеров. Больше всего его заинтересовал тот факт, что те уровни, где были расположены Аврорат, Отдел тайн, он знал хорошо. А вот еще два уровня, которые с основным зданием соединял лишь узкий переход, он не видел никогда. - Почему? - осторожно спросил Поттер, но его поняли. - Он просто перепуганный ребенок. Эльфы не воюют с детьми. Ему семнадцать, но жил он по-настоящему всего-ничего. В мыслях у него лишь любовь и ничего более.       Рикс, пока говорил, притянул со стола флакончик с поисковым зельем и капнул немного на светящийся макет. Капелька пролетела все уровни и спокойно зависла в самом низу. Там вокруг точки, постепенно приобретавшей яркий красный цвет, метались, мельтешили другие точки, но самая яркая, красная, оставалась неподвижной. - Кажется, у юного Реддла проблемы, - глубокомысленно проговорил Рикс и исчез, следом за ним растаял и макет. Но все, что нужно было, Поттер уже знал. - Министр! Ты же говорил, что… - Шшш, - прошипел блондин, напряженно о чем-то думая. – С неделю назад мне на стол упал проект реставрации канализации. Я помню, что речь там шла о трубах, о том, что даже магия не справляется с нагрузками, и необходимо провести ремонт. По всей видимости, этим ремонтом и замаскировали что-то более важное. - Что? Лабораторию? Очередной исследовательский центр? Камеру пыток? - Никто твоего Реддла не пытает! – но по тону блондина невыразимец понял, что Малфой и сам в этом не уверен. – Я постараюсь разузнать что-нибудь, но сам ты в это дело не суйся! Ждем до темноты. Ты у себя дома, никуда не лезешь. Я сам напрягу Рона – каким-то боком это должно было коснуться и его. Потом решим, что делать дальше. Ни во что сам не лезь, обещай мне! Поттер кивнул. - У тебя ровно три часа. Потом я разнесу все Министерство к чертям. - Силы у тебя много, дури еще больше. Но мы должны все сделать тихо. Потом вывезешь Реддла из страны, спрячешь. В общем, ты – к себе, я – по делам. - Драко. – Брюнет пристально посмотрел другу в глаза. – Спасибо. - Я бы за свою Асторию весь континент разнес, хотя нам, Малфоям, так любить не положено. Но и мой отец, ты знаешь, с матери пылинки сдувал. И меня любил очень. Так что… - Я бы тебе помог. Сам бы все что можно, по кирпичикам развалил. - Знаю. Мужчины пожали друг другу руки, а затем Поттер, по привычке, аппарировал прямо из лаборатории Мэнора, порвав всю защиту к чертям.