Доклад по журналистике.

      Внезапный стук в дверь, как вы думаете, удивил нас? Обескуражил, мягко говоря. Мы замерли, смотря друг на друга. Чего больше были в этих взглядах – не знаю. Сначала просто удивление, а потом раздражение, которое начало перерастать в злость. По крайней мере, в глазах Итачи было именно это. Красный огонь в его глазах поменялся. До этого он пылал такой всепоглощающей страстью, а теперь это был злой огонь. И мне даже стало страшно. - Господин Итачи? – раздалось из-за двери. - Как ты смеешь беспокоить меня?! – и где, спрашивается, его холодный и спокойный тон голоса. Теперь мне действительно страшно. - Извините, это очень важно. Это по поводу Вашего брата. Срочный звонок. – немного неуверенно продолжила девушка из-за двери. - Что-то не так с Саске? – словно он в момент успокоился. - Мне передать, что Вы перезвоните позже? – также неуверенно спросила собеседница. - Черт! – выругался он. – Нет. Передайте, что их ожидание не продлится больше минуты. - Да, господин. – цокот каблучков оповестил о том, что девушка ушла. Итачи также лежал на мне. Он повернул голову и посмотрел в мои глаза испытывающе долго. - Извини. – он резко поднялся, отпуская меня. - Да ничего. – делаю равнодушное лицо и встаю. Ищу взглядом вещи. Нахожу. Одеваюсь. Стараюсь делать все так, словно ничего и не произошло, но по моим рваным движениям видно, что я психую. Я почти оделся, когда он, все еще сидя на кровати, схватил меня за запястье и дернул на себя. - Если бы это не было связано с Саске, я бы ни за что не оставил тебя. – он говорит твердо, почти не размыкая губ. - Сейчас твой брат, а потом все твои родственники? А потом, тебя будут вытягивать все, кому не лень? – я смотрю на него сверху внизу и понимаю, что несу полнейшую чушь, но поделать ничего не могу, это словно сильнее меня. - Это лишнее. – спокоен, как всегда, отпускает мою руку. – По коридору до конца, потом налево.       Больше он не говорит ничего, да и я не уверен, что готов выслушать. Мне пора. Я итак, задержался здесь слишком надолго.       Коридор этот бесконечен. И двери, двери, двери. Я знаю, что за ними и не могу определиться со своим отношением к этому месту. Если брать конкретно Учиху, то я готов на все. Я готов опробовать все, что он захочет на мне испытать, готов подчиняться, готов унижаться. Я готов на все. Но это только, если моим партнером будет Итачи, а что касательно других мужчин… или женщин? Нет, я не готов. Я не позволю ни единому человеку притронуться к своему телу, тем более использовать на мне весь этот разврат. И уж точно не встану не перед кем на колени. Да!       А тем временем коридор закончился и я повернул налево. Снова дверь, а за ней холл. Если подумать, то оказался я сначала в кабинете. Тогда кто же меня перенес так далеко? Почему далеко? Потому что я вижу направление, ведущее к кабинету и оно в противоположном конце зала. Скорее всего, это сделал Итачи. Не хочется думать, что это сделал кто-то другой. К тому же, на руках Учихи так приятно и уютно. Пусть будет так, что он меня сам донес до той комнаты. Да. Из другой двери выходит девушка, встречавшая меня. - До свидания, господин Дейдара. – что? Кто? Ничего не понял.       Тем не менее, я киваю и направляюсь к двери. Она вместе со мной. Открывает мне дверь и вежливым жестом предлагает выйти. Какое необычное чувство…

***

      Я не помню как добирался домой. Весь мир изменился, когда я покинул то здание. Оказалось, что на улице утро следующего дня. Следовательно, я пробыл там меньше времени, чем расчитывал, но это неважно. Теперь я дома. Он кажется мне таким далеким, словно я оказался здесь впервые и никогда не жил. Что за черт?       Что мне стоит сейчас делать? Не знаю. Я должен готовить свой доклад, но, в сущности, у меня нет ничего для него, хотя я должен был узнать хоть что-то из наших нескольких встреч. Но пока что знание того, что Итачи знаком с жертвой и убийцей, дает мне очень мало. Почти ничего. Я даже не могу начать.       Может, стоит подумать о том, что изменилось, когда я решил писать этот доклад? Да все изменилось, я уже не понимаю, чего хочу и для чего все это делаю. Проклятый Учиха! В голову лезет только он. И я определенно не понимаю природу наших отношений. Если между нами страсть (разумеется, но только ли она?), то почему он ни разу не взял меня, когда имел столько возможностей. Может, он оттягивает момент? Мне кажется, после всего того, что я видел, я имею ввиду увлечения Учихи, глупо надеется, что он влюбился в меня. А хотя? Нет, это определенно глупо.       Трель звонка становится неожиданностью. Это мой второй мобильник. А почему он? Не важно… - Алло. - Эй, ты там живой вообще, нет? – это Сасори. Что это с его голосом? - Что случилось? - Почему я не могу дозвониться до тебя. Ты вчера уехал и пропал. Я приезжал к тебе, но тебя не было дома. Что происходит? – его волнение меня удивляет. Он обычно так спокоен, что неожиданно слышать сейчас его немного срывающийся голос. - Я так рад тебя слышать. – все, что я могу сейчас сказать. - Что? - Приезжай ко мне сейчас. Мне ты нужен. - Конечно. – теперь он спокоен. - До встречи.       Это была очень содержательная беседа, но ничего лучше, чем поговорить со своим другом, я придумать не могу. Столько раз Сасори помогал мне разобраться в ситуациях, в которых я чувствовал себя беспомощным. Теперь он мне тоже нужен. Но что я собираюсь ему рассказать? Не знаю. Как я могу ему что-то сказать? Я не имею права разглашать то, что увидел. Но если это лучший друг…       Через 15 минут звонок в дверь. Как я опять пропустил это время? Надо что-то делать. - Привет. – он даже не спрашивает разрешения войти. Ему итак всегда можно это сделать. – Как дела? Выглядишь не очень. - Так и есть. – соглашаюсь. – Я хочу выпить. - Сейчас? – удивляется Сасори. - Да. – абсолютно безэмоционально. - Утром? – еще раз переспрашивает он. - Угу… - Хм, разве что немного. – что-то больно легко он согласился…       Через 10 минут мы уже сидели на подушках на полу, перед нами стояла почти полная бутылка красного вина, а в руке у каждого было по бокалу. Сасори мой лучший друг и он все понимает, поэтому догадался, что я позвал его не просто так, а для серьезного разговора. Но сам не настаивал, ждал, пока я сам начну. Так бы мы и болтали о всякой всячине, потягивали вино и я начал чувствовать, что все мои проблемы отходят на второй план. - Дей, ты ничего не хочешь мне рассказать? – пауза. – Я наблюдаю за тобой и вижу, что еще немного, и ты не сможешь выдать из себя ничего дельного. - Да, ты прав. – я поставил бокал на пол и посмотрел в его глаза. В глубине души, я благодарил Сасори за то, что он начал первым, хотя оттягивал этот момент.       Мой рассказ затянулся надолго. Воспоминания нахлынули на меня волной, и я не мог спокойно говорить. Мой голос то становился громче, то сходил на нет. Я прерывал рассказ паузами, кратковременными и не очень. Я рассказывал почти все, но некоторые моменты все же упускал. Не то что бы я боялся Учиху, я обещал не разглашать некоторые моменты. Для Сасори все выглядело как простое физическое влечение без каких-то там уклонов и извращений.       Сасори внимательно внимал моим речам. Изредка он перекатывал в бокале красную жидкость, стараясь, тем не менее, не отводить от меня взгляда. Иногда он кивал. Не столько моим речам, сколько каким-то своим мыслям. Он не прерывал меня и не пытался что-то спросить, уточнить, прокомментировать. Просто молча слушал всю мою тираду. пока мои силы не сошли на нет и я не закончил. - Ты хоть понимаешь, что он пытается сделать? Если, конечно, уже не сделал. – первый вопрос. - О чем ты? – удивился я. - Ты не думаешь о том, что происходит. Он же покупает тебя. – спокойно продолжил Сасори. - Покупает? То есть… - я прервался, найдя его мысль. - Я говорю о том, что ты продаешься за информацию, как… - он хотел добавить это слово. Я встрепенулся и с толикой злобы посмотрел в его глаза. - Как кто? Давай же. Как шлюха? Скажи. – я настаивал, а он молчал.       Мы смотрели другу на друга, пытаясь найти что-то, но так и смогли это сделать. В конечном итоге Сасори поставил недопитый бокал на пол и встал. Взял свою сумку и направился к выходу. А я так и сидел. И смотрел в одну точку. Мне было обидно. Хотя мой лучший друг озвучил то, что я подозревал уже давно. Я продался. Повелся на харизму мужчины, на его взгляд, на его тело и совсем потерял свою гордость. Пора признать, что я бы отдался Учихе (и не раз), даже в том случае, если бы он не обещал мне никакой информации. Как же низко я пал. Неужели, чтобы здраво все это осмыслить, мне нужно было услышать это. А если бы Сасори не сказал? Я бы по первому зову побежал к Учихе, как верная собачонка? Или как жадная до наслаждений шлюха?       После всех этих невеселых мыслей, я опустошил свой бокал, потом бокал Сасори. Потом еще один. И еще. И каждую новую мысль я запивал вином, проталкивая ее внутрь, заставляя погрузиться глубоко в себя, чтобы лучше осмыслить.       Когда я посмотрел на последний бокал, я задумался. Всегда Сасори был моей поддержкой и опорой во всем. Даже когда знал о всех моих любовниках, он реагировал спокойно. Советовал мне, как поступить. А теперь, мне даже на долю секунды показалось, что в его глазах отразилась злоба. На долю секунды, но как журналист, я не могу пренебречь даже этой крохой. Что изменилось, когда появился Итачи? Почему такая острая реакция? Отчего-то ощущение, что здесь не только переживания за друга, что-то еще.       Точно! Меня осенило! Мысль так внезапно пришла мне в голову, что я даже подскочил, хотя это не стоило того, поскольку я тут же упал обратно. Выпитое вино ударило мне в голову. А я лежал как громом пораженный. Сасори абсолютно апатичный человек. Его цели обучения на журналиста только в том, чтобы в принципе получить высшее образование. Ведь его цель – книга. Но когда мы говорили в последний раз, он обмолвился, что сам хотел взять у Учихи интервью. Хотя зачем оно ему? Неужели, это ревность или зависть. Если это зависть, то все просто. Я увел лакомый кусочек. Но что если ревность? Кого он ревнует? Наверное, Учиху, который ему отказал (как журналисту, разумеется).       Столько мыслей и все свалились на мою несчастную головушку. И почему, когда я выпью, то начинаю мыслить более глобально, чем когда трезв? Не важно, мне есть о чем поразмыслить. Все так запутанно. И, кажется, я лишился последнего человека, который готов был идти со мной до конца.       Возможно, я не лишился Сасори как друга, но доверие между нами точно пошатнулось. Как же теперь я буду без его постоянной поддержки. Может, это намек, что пора жить самостоятельно и отвечать за свои поступки. Не искать постоянно помощи у других, мыслить своей головой. Урок жизни. Я его запомню. А пока что посплю.