Этот безумный, безумный, безумный тур... (Часть 1)

POV Уильям Беккет Середина ночи, и меня уже изрядно достала вся эта беготня по полям и лесам – хочу наконец завалиться вместе с Майком на диван и больше никуда не бегать хотя бы часов восемь. Кстати, горячее лесное порно Бдена с Раем меня, честно говоря, завело. Так что сон чуток откладывается, а пока что... – Майки, где наша комната? – мы идем по длинному коридору фермерского дома. – Я не запомнил – тут идиотская планировка. – Вроде эта, – Карден показывает на дверь слева. Я открываю дверь: – Да, это она. Здесь обои в цветочек. Поворачиваюсь к Майку, притягиваю его к себе и целую. Он набрасывается на меня, и мы вваливаемся внутрь, не расцепляя объятий. – Кхе-кхе... Сюси, вы чего тут забыли? – неожиданно раздается со стороны дивана. Мы поворачиваемся на голос. – Джон? Спенсер? – я удивленно смотрю на Уокера и Смита, развалившихся на нашем диване. Майки удивлен не меньше: – Это ВЫ чего тут делаете? Эта комната наша. – С чего вы взяли, что ваша? – Уокер обнимает Смита и даже не думает вставать. – Как это с чего? – я даже растерялся от такой наглости. – Фермер ее нам показывал перед тем, как мы пошли искать Росса с Бденом. – Нашли их? – интересуется Спенсер. – Да, с ними все в порядке, – отвечаю. – Они уже спят, должно быть. Мы, кстати, тоже хотим лечь... – Слава богу, – Смит с облегчением выдыхает. – А то мы волновались... – Так волновались, что успели занять нашу комнату? – Майк саркастически поднимает брови. – Да почему ВАШУ? – не унимается Джон. – Хозяин НАС сюда привел. Ну ни фига ж себе! Уокер совсем обнаглел! – Джон, че за подстава?! – возмущаюсь я. – Это наша комната и наш диван! – Билл, может быть, вы просто перепутали? – Спенсер садится на диване. – Освещение тусклое, вот вы и ошиблись комнатой. – Ну, конечно, ага, мы перепутали, – Майк ни разу не повелся на эту чушь, и я тоже. – А может, это вы чего-то попутали? Мы запомнили обои, хоть и ни хрена нормально не видно, так что не надо тут... – А что, кстати, со светом? – спрашиваю я. – Чего везде темнотища такая? – Сюся, ты не знаешь, что бывает с электричеством в грозу? Отключилось. А у парня в доме генератор, только дохлый какой-то – поэтому лампы еле светят, – любезно объяснил мне Уокер. – Ясно. Но вот, несмотря на то, что света почти нет, эту комнату и вот этот диван мы запомнили, – я решительно двинулся к дивану, Майк за мной. – Так что давайте освобождайте место! – Ну уж нет! – Джон растянулся на диване, ясно давая понять, что вытурить его оттуда можно только силой. – Вы ушли, мы пришли. Барыня встала – место продала. Слышали такую поговорку? – Ну знаешь, Джон! – я вскипел. – Это уже свинство! Мы ходили искать наших друзей, между прочим! – Мы со Спенсом первые вызвались их искать, – невозмутимо ответил Уокер, – но Пит сказал, что пойдете вы. – Билл, Майк, вы сходите к хозяину – он найдет вам место, – Спенсер очень находчивый, однако. Но со мной этот номер не пройдет: – Майки, ты смотри, какие умные нашлись. А чего это мы должны идти? – Да, – Майк кивнул, – вы нашу комнату заняли, так что идите сами просите другую. – Вы опять за свое? – Джон устало вздохнул. – Да не занимали мы ВАШУ комнату – она наша. – Ну, если хотите, ложитесь с нами – диван широкий, – предложил Смит. – Ну вообще-то мы групповуху не планировали, – я хохотнул. – Ну тогда пол в вашем распоряжении, – усмехнулся Уокер. – Делайте там, что хотите, мы со Спенсом отвернемся. – Ну хорош наглеть, Уокер, – мрачно сказал Майк. – Ладно, черт с вами. Билли, пойдем отсюда! Майк схватил меня за руку и потянул к выходу. – Ну и куда мы пойдем? Майки, нельзя было этого так оставлять – Уокер совсем совесть потерял, – я продолжаю негодовать, чувствуя себя принцем в изгнании. – Да пошел он... Или надо было ему морду набить? – Майк смотрит на меня. – Я вообще-то могу. Если ты хочешь, давай вернусь и разберусь с ним. Просто я подумал, что лучше заняться чем-то более приятным, чем разборка с Уокером... – Майк, где? Где заняться? – Да везде! В доме столько комнат – неужели свободную не найдем? Я повеселел. – Ну пошли, – я улыбнулся, и Майк чмокнул меня в нос. Мы двинулись по коридору. Из-за двери комнаты, соседней с той, что обманом захватили Уокер и Смит, доносился чей-то громкий храп. Я остановился в недоумении: – Это кто так надрывается? Бутчер, что ли? – Билли, это Уилсон, – Майк захихикал. – Не узнал? Помнишь, как он храпел в Дуранго? Он и в автобусе иногда храпит. – Фу-у, – я поморщился. За следующей дверью было тихо. Майки осторожно приоткрыл ее... – Блядь, кого там принесло? – вот блин, это Пит. Ох, фак! Он еще и не один. Я и Майк застыли на пороге, пялясь на кровать в центре комнаты, освещенную слабым светом прикроватной лампы. Пит, голый по пояс, сидел на кровати, обнимая Райана. По задранной майке Росса можно было догадаться, чем они тут прямо сейчас собрались заняться – тем же, чем хотели заняться мы, только нам пока было негде. – Чего уставились, дебилы? – зашипел Пит. – Какого хрена вы шастаете по чужим комнатам, мать вашу?! Пит был в ярости, а Райан был готов сквозь землю провалиться от стыда, что его застали с Питом. Можно подумать, что никто не знает про интерес Вентца. Пит и ко мне тоже пристает. Ну и чего такого в конце концов? Майки, правда, ревнует немного... – Вы чего, оглохли? – Пит зашипел громче. – Пошли отсюда на хер, идиоты! Мы выскочили из комнаты и закрыли за собой дверь. Майк выразительно взглянул на меня. – Ничего не говори, окей? – я быстро поцеловал его в губы. – Пойдем дальше. В конце коридора была еще одна дверь. Мы открыли ее. Блин, тут темно хоть глаз выколи. Майки ощупал стену и нашел выключатель. – Это какая-то кладовка, – он осмотрелся. – Кровати нет, только скамейка. – Ну и фиг с ним. Я устал, больше не хочу никуда ходить, – я опустился на скамейку. – Иди сюда, Майки, тут даже можно спать вдвоем – смотри, какая широкая. Майк прилег рядом: – Жестковато. Билли, только не ной потом, если все болеть будет. – Не буду... Погоди, когда я ныл? – возмутился я. – Да всегда, – Карден засмеялся. – Ну знаешь, Майки... – я обиделся и отвернулся от него. – Все, выключай свет и давай спать. – Билли, – Майк обхватил меня сзади и дышал в шею. – Билли, ну прости, я пошутил. Прости-прости-прости... Майки стал целовать мою шею. Я хотел еще немножко пообижаться, но тут же возбудился от его поцелуев, поэтому повернулся лицом к Майку и впился в его губы. В то время как он жарко проникал языком в мой рот, мне вдруг пришла в голову одна идея. Я прервал поцелуй: – Майки, а давай сделаем, как в том фильме? Майк выглядел ошарашенным: – Чего-о? В каком фильме? – он сел на скамейке. – Ну, в том, помнишь, который мы смотрели в мотеле в Санта-Фе? – А-а, та порнушка... – Майки похотливо ухмыльнулся и наклонился ко мне. – Да нет, другой – романтический, – я мечтательно закатил глаза. Майк странно на меня посмотрел: – Ну давай... Он навалился на меня, прижимая к скамейке, страстно целуя и беспорядочно водя руками по моему телу, потом резко отстранился и зачем-то встал. – Э-э, ты куда? – я удивленно смотрел на него. – Тсс... Он приложил палец к губам, подошел к двери и... выключил свет. Я не успел ничего подумать, как свет снова включился и Майк оказался рядом со мной, обнимая меня. – Доброе утро, Моника! Это было великолепно! – он чмокнул меня в губы. Я офигел: – Майки, это че такое? Какая Моника?! И чего было-то? Ниче ж не было! Майк пожал плечами: – Билли, ну ты ж хотел, как в фильме. Вот, – он заржал. – Майки, что за шутки! – А что за "как в фильме"? Романтик хренов, – Майк продолжал ржать. – Давай трахаться уже, а то я тут с тобой замерзать начинаю... – Ах ты... Я что, по-твоему, холодный? – я шлепнул Майка по руке. – А кто мне говорил, что я самый горячий парень во вселенной? А-а? – Вообще-то я говорил "в мире"... – Ах ты... – я еще раз стукнул Майка, сильнее. – Билли, засранец, че ты дерешься! – Майки схватил меня за руку и притянул к себе. – Хорош истерить. – Он поцеловал меня в губы. – Билли, ты секси. А тут и правда что-то холодно... Я успокоился и понял, что Майк прав: – А действительно здесь не жарко... Странно, ведь даже окон нет, чтоб сквозило. Я окинул взглядом кладовку. Часть помещения была отгорожена ширмой – такой, какие бывают в медицинских кабинетах. Перед ширмой, кроме скамейки и нескольких деревянных ящиков, больше ничего не было. Тут мои уши уловили какое-то тихое гудение. – Майки, тсс... Слышишь? Майк прислушался. – Гудит что-то вроде... – он стал озираться по сторонам. – Билл, смотри! Майки показал рукой куда-то вверх. Я посмотрел в этом направлении и увидел в верхней части стены, что была отгорожена ширмой, большую металлическую коробку с решеткой и вращающимся кругом внутри. – Похоже на вентилятор, – предположил я. – Это он и есть, точнее это охлаждающая установка. – Типа кондиционер? – Не совсем. Такую штуку ставят, когда нужно сильно охладить помещение. Мы в холодильнике, Билли. У меня от удивления даже рот открылся: – Ни хрена себе! Мы же могли тут замерзнуть! Майки, пойдем другую комнату найдем. Я капризно захныкал. – Че, так и будем всю ночь по дому бегать? – Майк хмыкнул. – Давай я просто отключу эту хрень. – А ты сможешь? – я недоверчиво поглядел на Кардена. – Да легко. Надо только подставить что-то под ноги, чтобы залезть, а то высоко, – Майк посмотрел на пол. – Вот ящики сгодятся и вот... – он схватился за скамейку. – Билл, отодвинь ширму. – Я? Один? – я уставился на Майка в изумлении. – Бля, ну ты и принц, Билли, – он хохотнул. – Она на колесиках. Я гордо встряхнул волосами и, покачивая бедрами, направился к ширме. Взялся за ее край и потянул на себя, разворачивая. Ширма отъехала в сторону... – А-а! Майки! Майки! – заорал я, тыча пальцем в то, что открылось, когда я отодвинул ширму. Майк подскочил и застыл рядом. – Бля... – выдохнул он. Наши округлившиеся глаза вперились в инвалидное кресло, в котором, спиной к нам, сидела какая-то старуха. То, что это женщина, и то, что она стара, можно было понять по седым волосам, собранным в пучок на затылке, и сморщенным костлявым, обтянутым желтой кожей рукам, лежащим на подлокотниках кресла. Я схватился за руку Майка и тяжело дышал. – Что она тут делает? – Билли, да успокойся ты, – Майк похлопал меня по плечу. – Она, по ходу, спит. Это, должно быть, мамаша Джека. Заехала сюда на кресле зачем-нибудь и заснула. Давай ее вывезем в коридор, а то еще замерзнет и окочурится. Майк взялся за спинку кресла и развернул его к нам. – А-а-а-а-а-а! А-а-а! А-а-а-а-а! О господи! А-а-а-а! – А-а-а-а-а! Блядь! Блядь! Я и Майк заорали, как резаные, завопили так, как вопят в фильмах ужасов, потому что то, что мы увидели, было в миллион раз хуже, чем в фильмах ужасов, так как было не в фильме, а прямо перед нами. На нас глядели вылезшие из орбит остекленевшие глаза. Восковое лицо исказила страшная гримаса, рот открыт в желтозубом оскале. Старуха была мертва. В этом не было сомнений, так как в грудь старухи был воткнут огромный топор. И мертва давно, потому что... А-а-а, не знаю, почему я так решил – по ней было видно. Я почувствовал, что меня сейчас вырвет. – Майк... О боже... У меня подогнулись колени. Я теряю сознание, я падаю... Майки, только не оставляй меня рядом с этим ужасным трупом... Это была последняя мысль перед тем, как я отключился. – Билли! Билли! Кто-то зовет меня. Я чувствую на своем лице что-то мокрое. Провожу языком по губе – соленое. Моргаю, открываю глаза и постепенно прихожу в себя. Я вижу склонившегося надо мной Майка, по его лицу катятся слезы. – Майки... Ты плачешь? Что случи... – и тут моя память возвращается. – А-а! Где ОНА? Где мы?! – Господи, Билли, слава богу, ты очнулся, – Майк вытирает слезы ладонью. – Ты потерял сознание. Я вытащил тебя в коридор. Я обвил руками его шею. – Майки, мне страшно, – я прижался к нему. – Что же это такое? Почему в доме мертвая старуха? – Убитая... – Майка мало что может по-настоящему напугать, но сейчас в его голосе явно слышен страх. Меня затрясло. – Надо сказать Джеку, что у него в холодильнике труп, – я посмотрел на Майка. Он кивнул и поднялся: – Я пойду к нему. Я помню, где его комната. А ты здесь посиди пока. – Нет, я с тобой. Помоги мне встать, – я схватился за руку Майка. Он потянул меня на себя и поднял с пола. Я пошатнулся. – Не, Билли, иди лучше расскажи все Питу, он тут рядом, а я к хозяину сам сбегаю – я быстро, обещаю. Придерживая за локоть, Майки довел меня до двери комнаты Пита, ободряюще мне улыбнулся и побежал дальше по коридору. Я посмотрел ему вслед, и у меня вдруг сжалось сердце и гнетущий страх обдал холодом. – Билл, тебе не пять лет, чтобы так трястись, – пробормотал я сам себе. – Сейчас Пит все разрулит... Очень надеюсь, что они там уже натрахались... Я осторожно приоткрыл дверь, прислушиваясь. – Пит, пожалуйста... Не надо, Пит... Нас же услышат... Это че за фигня? Рай не дает Питу? Ахаха, смешно. Решил поиграть в девственницу. – Да блядь, Райан, я уже полчаса тебя уламываю! – Вентц, судя по тону, на грани. – Ты дождешься – сейчас здесь будет изнасилование. Сейчас я просто трахну тебя без твоего согласия!! Ахаха, странно, почему он до сих пор еще этого не сделал? Пит рычит. Да уж, недотрах налицо. Не решаясь войти (это чревато телесными повреждениями – Пит запросто проломит мне голову, если я сейчас к ним ворвусь), я опираюсь на дверь, продолжая подслушивать, и тут рука соскальзывает, дверь распахивается вовнутрь, и я падаю на пол комнаты, прямо перед кроватью. – Вот дерьмо! – выругался я вслух. – Да не то слово, Уилл!! – Пит заорал над самым ухом. – Дерьмище, блядь! Фак! Какого хрена?! Уилл, мать твою, какого хрена ты опять здесь?! А?! Ты что, блядь, конченый придурок? А может, ты, Уилл, хочешь к нам присоединиться и не знаешь, как намекнуть? Так я совсем не против. Я приподнял голову, глядя на Пита (блин, он абсолютно голый – фак, у него стояк – вот я попал), и подтянул колени к животу, пытаясь подняться. Вентц протянул ко мне руки и, схватив под мышки, дернул с пола, валя меня на кровать рядом с Райаном, на котором из одежды были только боксеры. Я сел на кровати, шумно выдохнул и выдал: – Пит, в доме труп. Вентц посмотрел на меня, как врач на пациента психушки: – Что?? Уилл, ты обкурился? Ну точно! – он шлепнул себя по голой ляжке. – Вы с Майком обдолбанные, поэтому шляетесь, вашу мать... Я перебил: – Пит, мы с Майком нашли труп в кладовке... – Нет! – Райан вскрикнул и вскочил с кровати. – Нет! Брен... Нет! Боже! Бренни! Он заметался по комнате, хватая с пола свою разбросанную одежду. – Райан! – Пит подскочил к нему. – Ты тоже, блядь, умом тронулся? Рай прижал свои шмотки к груди, дико посмотрел на нас и выскочил в коридор. Я услышал удаляющийся стук голых пяток по деревянному полу. Пит повернулся и пару секунд тупо смотрел на меня, пока я созерцал его опавший член. Потом в его глазах отразилась какая-то мысль, он подхватил с пола джинсы, молниеносно натянул их прямо на голое тело, также стремительно обулся и, уже всовывая руки в рукава рубашки, бросил мне: – Идем! Покажешь мне труп. – Уилл, заходи уже, мать твою! – обхватив мой торс, Пит пытается впихнуть меня в открытую дверь кладовки. – Ни за что! Нет! Нет! Я туда больше не войду! – упираюсь ногами в пол, вцепившись руками в косяк двери. Вентцу надоело мое сопротивление, и он заходит один. Нащупывает выключатель. Из приоткрытой двери льется неяркий свет. Спустя буквально полминуты Пит выходит. – Уилл, – смотрит на меня с нескрываемым раздражением. – Уилл, ты идиот? – Что?? – я ничего не понимаю. – Уилл, придурок, там ничего нет!! Фак! Если это дебильная шутка, так я не оценил! – Пит орет. – Как ничего нет?? – я ошеломлен. – А труп?.. Там была мертвая старуха. – Нету трупа! Нет там, ебать тебя за ногу, никакого трупа!! – Вентц хватает меня за майку и притягивает к себе, сверля глазами. – Ты обдолбался, да? Уилл, блядь, ты и Майк, мать его, развлекаетесь так? Или ты меня к Райану приревновал? – Пит... – Ты ревнуешь и поэтому решил помешать нам трахаться таким дурацким способом? – Нет! Я... – Мне, конечно, приятно, Уилл, но это, блядь, детский сад! – Пит, честно, в кладовке труп! Я видел его, как сейчас тебя вижу! И я ничего не курил! – теперь я уже кричу. – Там труп! – Ну так зайди вместе со мной и покажи, где он! А то я, блядь, слепой! – шипит Вентц. Я делаю глубокий вдох, хватаю Пита за руку, переступаю порог кладовки и тяну его за собой. – Этого не может быть... Я бессмысленно озираюсь по сторонам. Убитой старухи нет – ни за ширмой (та плотно придвинута к стене), ни где-то еще, ее нигде нет. – Ну? – Вентц смотрит на меня, как на психа. – Что теперь скажешь? Я пытаюсь осмыслить, что могло произойти, и до меня доходит: – Пит, когда я пошел к тебе, Майк побежал рассказать о трупе фермеру. Пока я был у тебя в комнате, хозяин увез старуху... Наверное... Или полиция... Если он ее вызвал... Майк! Пит, Майк, надо найти его! Идем! С этими словами я подбегаю к выходу, берясь за ручку двери: – Ох, не могу открыть. Пит, я не могу открыть дверь! Вентц уже рядом, он рывком дергает дверь на себя. – Блядь! Вот же фак! – Пит злится и дергает дверь что есть силы. Та и не думает открываться. Только сейчас я замечаю, что дверь железная. – Захлопнулась... – ошарашенно гляжу на Пита. Он смотрит на меня с бешенством: – Или кто-то закрыл?! Да, Уилл? Это Майк нас запер? – Нет! Ты что! – делаю большие глаза. – Он ни за что бы меня здесь не закрыл. – Тогда кто? – Фермер Джек? – предполагаю я. – Только зачем?.. Не увидел, что мы тут? Нет, это не он. Это... это... – Мои мысли путаются, и вдруг я холодею от страшной догадки: – Это убийца! Это он нас запер! – Так, ладно, Уилл, хочешь поиграть в триллер? Давай поиграем, – Пит ухмыляется. – Я буду маньяком-насильником. Я и охнуть не успел, как он повалил меня на скамейку, на которой до этого я лежал с Майком, и жадно впился губами в мой рот. – Ммм... – пытаюсь отлепить свои губы от наглых губ моего насильника. – Пит, нет! – Мне нравится наша игра, Уилл, – рычит Пит, кусая мои губы. – Давай-давай сопротивляйся... Сдуревший от недотраха Вентц впечатывает меня в скамейку и лезет к моей ширинке. Я брыкаюсь. – Пит, ты озверел?! – ору ему в ухо. – Почему сейчас-то? – Да потому что, блядь, я уже не могу! – Пит орет в ответ, а его рука устремляется мне в штаны. – Сколько можно меня динамить?! Я извиваюсь под Питом, пытаясь спихнуть его с себя. – А-а! Пит! Нет! – Ори, Уилл, сколько хочешь! Я все равно тебя трахну... Я брыкаюсь сильнее и со всей дури заезжаю коленом Питу в пах. Он тут же ослабляет хватку и валится на пол. Падение сопровождается отборным матом. – Фак! Уилл, ублюдок, ты что творишь, мать твою!! Я вскакиваю со скамейки и отбегаю от разъяренного Пита на безопасное расстояние. – Пит, прости! Но ты не понимаешь! Там снаружи убийца! Он зарубил мать фермера топором! – Да? Топором? – Вентц поднимается с пола, издевательски ухмыляясь. – И много крови было? Что-то тут ни капли не видать. Пит движется на меня, я отступаю к стене. – Крови почему нет?.. – я нервно сглатываю. И тут до меня доходит. Бля... Вот почему я подумал, когда увидел труп, что старуху давно убили, – крови нет, и вид у нее был, как у мумии. Блин, как же хозяин дома ее не видел раньше? Или видел? Или... О господи! Этот фермер убил собственную мать!.. Холодильник! Вот для чего холодильник. Убийца специально труп здесь оставил. Этот Джек маньяк! Господи, он маньяк! Меня всего затрясло так, что Пит мгновенно переменился в лице: – Уилл, ты чего? Не пугай меня! Уилл! Не хочешь трахаться – ладно, не будем. Я же не маньяк в конце концов... – Маньяк... – выдыхаю я и закрываю глаза. – Что??? Со стоном я сползаю по стене на пол. Пит бросается ко мне: – Уилл, тебе плохо? – Фермер... маньяк... – с трудом ворочаю языком. – Он убил... свою мать... Пит напряженно смотрит на меня. Кажется, до него дошло, что я не брежу и не шучу. – А мы с Майком не поняли, что это он... Боже мой! Майк! Майк! А-а-а! Майк! – меня трясет, я кричу, задыхаясь. – Майк пошел к нему! К убийце! А-а-а! – Уилл, тише, успокойся! – Пит прижимает меня к себе. – Он убьет его! Пит! Пусти! А-а-а! Майк! Майки! – рыдания душат меня. – Уилл, шшш... Не надо, – Пит крепко обнимает меня. – Мы найдем Майка. Мы выберемся отсюда. Я сейчас. Пит подлетает к двери, с силой дергает ручку. Неожиданно дверь открывается. Пит оборачивается и радостно смотрит на меня. Я вскакиваю с пола и бегу к нему. Пит проскальзывает в открытую дверь. Я следом за ним... Внезапно чья-то ладонь накрывает мое лицо, прижимая ко рту и носу тряпку, воняющую какой-то дрянью. Я пытаюсь вывернуться, но делаю вдох, и... сознание оставляет меня... Темнота. Кружится голова. Я сплю и во сне чувствую головокружение и еще что-то, щекочущее щеку. Хочу почесать место, где щекотно, и не могу – у меня нет рук. Ощущаю полную беспомощность в своем странном сне. Чувствую чье-то дыхание на своей щеке. Слышу собственный стон и чей-то ласковый голос: – Ты такой красивый, Билли... Голос совсем рядом и такой знакомый. Майк? Ты мне снишься? – Билли, открой глаза. Билли! Я разлепляю веки. Надо мной кирпичная кладка, освещенная тусклым дрожащим светом. Моргаю, пытаясь понять, где я нахожусь. Нет, это не сон. Я не сплю. Над моей головой нависает низкий кирпичный потолок и тихо качается еле-еле светящая электрическая лампочка. Она болтается на длинном проводе, и я тупо слежу за ее движением. – Билли... – тихий голос прямо над ухом. Я с трудом поворачиваю голову на звук, и слезы наполняют глаза, я смаргиваю и болезненно улыбаюсь, чувствуя, как соленые капли стекают к губам. – Майки... Ты жив... В паре дюймов от моего лица мне улыбается Майк. – Билли, я говорил, что люблю тебя? – в глазах Майка тоже блестят слезы. Я шмыгаю носом: – Вообще-то нет... Майк улыбается шире: – Ну считай, что сказал, – он прижимает губы к моим губам. – Я тоже тебя люблю, Майки, – хочу обнять этого идиота, но... – Черт! Руки! У меня руки связаны? Только сейчас я почувствовал, что лежу в неудобной позе (все тело затекло) – со связанными за спиной руками и, вот блин, еще и со связанными ногами – на холодном бетонном полу. – Майки, у меня и ноги связаны! – Не у тебя одного. Меня тоже связал этот чертов псих, – Майк пододвигается еще ближе. – Я очнулся и увидел тебя на полу. Пришлось проползти несколько ярдов, чтобы оказаться рядом. – Майки, а где мы? – пытаюсь оторвать голову от пола, чтобы осмотреться. – Судя по всему, в подвале, – Майк прижимается ко мне. – Замерз? – Ага. Тут жуткий холод. А как маньяк тебя сюда притащил? – Джек? Ты тоже догадался, что это он старушку замочил? Я только тут это понял. А как притащил, понятия не имею. Я встретил его в коридоре, говорю: "У вас труп в кладовке", а он такой: "Не может быть! Пойдем покажешь", и вперед меня пропускает. Ну, я спиной к нему повернулся... и по башке получил. – Майк морщится. – Крепко так этот психопат меня приложил. Я отрубился. Очнулся уже здесь. Смотрю – ты лежишь. – А мне маньяк тряпку с какой-то гадостью к лицу приложил, я вдохнул и вырубился. Голова кружится. Что с нами теперь будет? – я со страхом смотрю на Майка. – Не ссы, Билли. Мы выберемся отсюда, слышишь? Я киваю, заливаясь слезами: – Мне страшно... – Ну не плачь, малыш... Улыбаюсь сквозь слезы: – "Малыш"? Я? Майк тоже улыбается: – Ага. – Майки, поцелуй меня! – тянусь к нему. – Билли, даже не думай со мной тут прощаться! – Майк возмущенно пыхтит. – Я не... Просто... – бормочу смущенно. – Хей, Ромео, Джульетта, мать вашу, хорош сопли распускать! Надо выпутываться из этого дерьма, пока наш Джек-потрошитель не вернулся и не покрошил нас в мелкий винегрет! – у стены барахтается еще одно связанное тело. – Пит?? – мой удивленный возглас сменяется бурной радостью. – Пит! Ты тоже жив! Слава богу! – И я рад, парни, что вы в порядке. Только вот меня волнует, черт подери, что с остальными. Они ведь не в курсе, что наш гостеприимный фермер оказался долбаным маньяком. – Бля... – одновременно выдали мы с Майком. Наши невеселые размышления прервал лязг поворачивающегося в замке ключа. Я вздрогнул и забыл, как дышать.