Как стать королевой. Краткий курс для начинающих.

Когда Юнан с Ирис вернулись в Ущелье, то застали уснувшего на пороге их дома мальчишку. Ирис округлила рот и подошла к нему, впрочем, не рискуя тревожить его сон. Юнан как-то сказал ей, что некоторые его знакомые довольно нервные личности, особенно если разбудить их не «так, как следовало». Ирис вообще редко пропускает слова маги мимо ушей, предпочитая слушаться, а не разгребать последствия своего своеволия. Жаль, что не все дети столь благоразумны. — Просыпайся, эй, — наклонившись к мальчику, попросил Юнан. Его коса соскользнула с плеча и защекотала лицо красноволосого красивого юноши. Ирис спряталась за ногой Юнана, готовая сигануть куда подальше по одному знаку. После того как они однажды таким же образом пробудили гризли ото сна, у Ирис в голове набатом звучит: «Постоянная бдительность!». Глаза необычной формы распахнулись, и в следующий миг юноша вскочил, единым движением запрыгнув на крышу дома. Ирис аж поплохело от неожиданности. Она вздрогнула и прижалась посильнее к единственному источнику уверенности в этом загадочном ущелье. Оборачиваться категорически не хотелось, ведь там ничего хорошего, по мнению Ирис, не было. Одна лишь таинственная тьма, скрывающая нечто важное, раз Юнан живет тут в роли бессменного стража. — Какой, однако, шустрый! Юнан прищурился, привычно улыбаясь и одновременно просчитывая в уме ситуацию. Интересно, на какой секунде его заготовленной речи фаналис попытается сбежать или напасть? Впрочем, видимых признаков агрессию малыш не проявлял, также изучая хозяев дома, возле которого ему посчастливилось прикорнуть. Юнан помахал рукой и вытащил из-за спины Ирис. Психология сработала безотказно: взглянув на невинное лицо ребенка, фаналис немного расслабился. — Не хочешь зайти? — дверь избушки скрипнула, чуть открывшись. Фаналис на мгновение скосил взгляд вниз и, ничего не увидев, осторожно спрыгнул. Если фаналисов не трогать, они в свою очередь не будут нападать первыми. Удобная позиция. Юнан и Ирис, при всем могуществе маги, не вселяли чувство опасности или тревоги. Наоборот. Рядом с их сиянием постепенно сглаживались все треволнения и невзгоды, настраивая человека на спокойную беседу. Ирис качнула головой и зашла в дом первая, приглашающе махнув гостю рукой. Она что-то прошептала, обнажая зубы в улыбке, и всем своим видом демонстрировала детскую беззаботность и наивность. Да и не была Ирис манипулятором, ей просто понравился сам юноша, весь такой загадочный и милый. Фаналис проводил взглядом Ирис, а затем повернулся в сторону Юнана. А затем развернулся и последовал за девочкой, готовый в любой момент атаковать. Маги, зашедший за ними, покачал головой в ответ на недоверчивость фаналиса. Уж он-то знал, как обращаться с представителями этого племени. Ирис уже деловито сновала по помещению, в которое попал Му, преступив порог дома таинственного волшебника. Девочка засучила рукава белоснежного платья, поправила выбившиеся во время полета рыжие кудряшки и совершенно не обращала внимания на мужчин. Вот она снова пронеслась мимо настороженного ремлянина, неся в руках заварочный чайник. Вот шмыгнула обратно, скрывшись за приоткрытой деревянной дверцей, скрывающей, по всей видимости, кладовую. Вот она выскочила оттуда, наступила Му на ногу и не заметила этого, так как мысли ее были заняты тем, как бы аккуратней доставить вазочку с рассыпчатым печеньем на стол. В доме все дышало загадочным спокойствием. С потолка свешивались извилистые растения, обвивающиеся вокруг тоненьких ниточек от одной стены к другой. К бревенчатым стенам крепились шкафчики для кухонной утвари, сделанные из светлой древесины. В середине стоял стол, накрытый светло-желтой скатертью, а окружали его длинные лавки. Окна скрывались за кружевной занавеской и высокими растениями в низких горшках. Му помнил, что оставил позади себя лишь непроглядную тьму, а потому слегка удивился, обнаружив солнечный пейзаж за окном. Он перевел взгляд на Юнан, что уселся на лавку и приглашающе махнул ему рукой. — Меня зовут Юнан, а это Ирис, — по очереди представил себя и девочку маги, а затем с любопытством уставился на Му Алексия. — А ты Му Алексий, верно? — Да, это мое имя, — настороженность вернулась в двукратном размере, стоило услышать свое имя из чужих уст. — Откуда вы знаете его? Я уверен, мы не встречались ранее. — Это легко объяснить… — Нам Шахерезада сообщила, — влезла в разговор Ирис и сунула фаналису чашку с дымящимся чаем. - Пей, не отравлено. Пить, вопреки уверениям Ирис, Му не спешил. Упоминание маги его империи Алексия, если не удивило, то заставило присмотреться к собеседникам. Он положил ладони на бока чашки. — Госпожа маги? Но… — Юнан — тоже маги. Мы были в Ремано по кое-каким делам, вот, вернулись, а ты тут как тут. — Верно. Шахерезаду уведомили о твоей пропажи с корабля в Бальбаде, и она верно предположила, что ты отправился на поиски истины в мое Ущелье. Вот только готов ли ты к ней, к истине? Маги отпил из своей чашки и испытывающе изогнул бровь. Ирис присела рядом с фаналисом, с любопытством разглядывая необычного посетителя домика. Юнан как-то сообщил ей, что в их Ущелье могут наведываться подозрительные личности с красными волосами и глазами зверя, и теперь Ирис вспомнила тот разговор. Рядом с ней на одной лавке сидел юный поджарый детеныш, недоверчиво принюхивающийся в поисках опасности. Он напоминал Ирис саму себя в первый год сожительства с Юнаном. Девочка испытывала неуемный интерес по отношению к Му Алексию; необычная внешность, нечеловеческая сила, знакомство с маги империи Рем, причин много, путь лишь один. Ирис лукаво улыбнулась, так как улыбается Юнан, когда планирует всемирную пакость. Му Алексий станет тем, кто на время развеет ее скуку в этом доме. А потом они с Юнаном вновь отправятся в путешествие, в котором ей скучать не придется. Иногда даже таким самодостаточным людям, как Ирис и Юнан, необходимо общение с кем-нибудь другим. — Если бы не был уверен, не пришел бы. Столько раз испытывать свою волю… Я готов. И я хочу знать. Не пытайтесь остановить меня, — ложка в пальцах Му разломилась пополам от несдерживаемых чувств, охвативших его в этот миг. Несбыточная, казалось, цель лежит у него перед носом, руку протяни. И юный Алексий не позволит чему-либо вмешаться в то, что предначертано ему судьбой. Силы рух вели его сюда — Му в этом уверен. И даже сила маги не остановит его. Юнан вздохнул, в этом вздохе Ирис услышала горечь и сожаление. Она по-новому взглянула на необычайно сильного юношу, перевела взгляд на Юнана, в уголках губ которого застыла печаль, и твердо решила про себя, что не позволит Му Алексию навредить им. Никоим образом. А пока… Девочка светло улыбнулась и потянула Му за локоть. Юноша отвлекся от своих мыслей и взглянул на Ирис. Рыжая девчушка с забавным личиком и не по-детски умными глазами смотрела на него. — Му, пей чай, а то остынет. Он неловко дернул рукой и схватился за чашку. Эта семейка… обескураживала. *** — Юнан, что ты будешь делать с Му? Маги потянулся, скидывая зеленый пиджак, а затем ботфорты. Шляпа покоилась на том же стуле, куда полетели снятые вещи. Оставшись в просторной рубашке с отсутствующими верхними пуговицами и штанах, он блаженно улыбнулся, хрустнув шеей и пальцами рук. Маленькие ладошки легли на его плечи, чуть позже Юнан ощутил тяжесть с правой стороны. Повернувшись, он нос к носу столкнулся с Ирис. — Ничего, — Юнан щелкнул девочку по носу и засмеялся, увидев ее скуксившееся лицо. — Зачем мне что-то делать? Му Алексий уже все для себя решил, я не собираюсь отговаривать его. — Но почему ты тогда не разрешил ему действовать? Он же не просто так сюда пришел. Что ему нужно в нашем Ущелье? Юнан подхватил Ирис на руки и упал с ней на кровать. Он уступил Му свою комнату и переехал на время к Ирис, благо, его компании та всегда рада. Маги было лень вставать и переодеваться в ночную одежду, и он взмахнул рукой и превратил свои рубашку и штаны в футболку с шортами. Видеть такого Юнана может кому-то и было диким и непривычным, но дома маги ходил в в более подходящей обстановке одежде. Ирис тепло хмыкнула и залезла ему на грудь. — Ущелье — это вход в одно загадочное, таинственное и удивительно место. Нам с тобой там не место, это родина таких, как Му Алексий и его сородичей с красными волосами и янтарными глазами. Их чудовищная сила, выдержка и дух - то, что досталось им от предков, еще не покинувших эту землю. Именно к ним и рвется душа Му, он хочет познать себя, понять, для чего был рожден на этот свет. Ты, кстати, на мне решила спать? Привычный мягкий голос маги убаюкивал, и Юнан только умилительно вздохнул, поняв, что девочка засыпает. Она что-то пробормотала сквозь сон, но открыть глаза в тот миг ей было невыносимо. Спать хотелось неимоверно, а потому она позволила себе прослушать монолог Юнана и провалиться в сон. Ее маленький вес и компактно устроившееся тело не мешали Юнану думать. Он обхватил девочку одной рукой, а вторую заложил под голову для удобства. Сопение в шею было единственным, что нарушало тишину этого дома. Юнан слышал, как Му в соседней комнате перевернулся, скинув одеяло на пол. Подушка улетела еще в начала разговора маги с Ирис. Кажется, юный фаналис не привык спать на кровати с полным комплектом постельных принадлежностей. Ну, не удивительно. Фаналисов Империя Рем воспитывали в строгости и почти аскетизме по отношению к самому себе, стремясь подавить волю этих зверей в человечьем обличье, чтобы они даже думать о предательстве не смели. Юнану было очень грустно от несправедливости и угнетении в мире, но поделать с этим он ничего не мог. Да и не хотел. Нарушая порядок, охвативший пространство и время, ему не улыбалось. Соломон уже пробовал. И это привело к созданию нового мира. Бежать отсюда Юнан не хотел. Маги уютно потерся носом о мягкие волосы Ирис. Нет, ему и здесь хорошо. *** Утро в избушке Юнана ознаменовалось грохотом. Обладающий чувствительным слухом, маги подскочил на кровати и грохнулся на пол. Ирис озадаченно потирала глаза, пытаясь освободиться из плена одеяла, которое намоталось вокруг ее тела и концами уходило в сторону упавшего Юнана. Тяжесть маги не давала девочке высвободиться одеяло и, либо укрыться им с головой, либо встать и проверить, что вообще происходит. Свесившись головой с кровати, малышка зевнула и вопросительно посмотрела на парня. — Это Му на кухне, — пояснил под тяжелый вздох сожительницы Юнан. Ему и самому хотелось вздохнуть. Как хорошо было в домике вдвоем, а теперь еще и разбираться идти, почему Му Алексий вдруг решил сготовить себе завтрак и навернул две большие кастрюли с антресолей. Ирис такого шума никогда не устраивала, после того, как в первый день шарахнула кружкой по железному чану с водой. — Ю, встань с одеяла, — попросила Ирис, но маги лениво зевнул в ответ. Добродушная улыбка украсила его лицо. Ненадолго правда, не став дожидаться исполнения своей просьбы, девочка сползла с кровати и наступила ножкой в живот Юнану. — Кха-кх! .. Б-больно… Ирис не обратила внимания на стон умирающего с пола, подойдя к стулу возле окна и снимая сорочку. Спала она в длинной белой рубашке из мягкой ткани на бретельках, да и носила в основном длинные свободные платья. Переодевшись, девочка решительно выскочила из комнаты, намереваясь надрать фаналису зад и объяснить, что утро — их священное время. И Ирис, и Юнан были настоящими совами. Просыпались оба примерно к двенадцати дня, зато к двенадцати ночи были неприлично бодрыми и веселыми. По крайней мере, обоим повезло с сожителем. Страшно было бы представить, какие войны велись бы в этом доме, будь Ирис жаворонком. С ее характером девочка просто назло и в насмешку над маги грохотала с утра пораньше посудой, как это сделал Алексий. Но это Ирис, а это Му. Что позволено одной, не разрешено другому. — И как это понимать? — скрестив руки на груди, пятилетняя малявка с высоты своего низкого роста, гордо дыша фаналису прямо в грудь, умудрилась напугать Му до чертиков. Впрочем, на его мало эмоциональном лице это практически не отразилось, разве что глаза еще больше стали. — Эм… Простите… Я не стал вас будить, но есть хотелось… Ужас просто… Но я извиняюсь, правда. Ирис вздохнула. Почему этот взрослый парень, служащий в войсках сильнейшей империи, ведет себя с ней, будто Ирис какой-то там генерал? Она ведь младше на много лет. — Да чего ты испугался? Просто у Юнана феноменальный слух. Находясь в Ремано, к примеру, он слышал разговоры жителей всего города. А тут ты с этой кастрюлей. Он чуть с ума не сошел. Му удивленно вскинул голову. Ирис не злилась, просто объясняла новому человеку, что делать в этом доме нельзя, да и требования ее не выглядели высосанными из пальца, лишь бы причина была. Он, конечно, не знал о такой особенности маги, но теперь знает. — А… Так вот в чем дело. Тогда извиняюсь вдвойне… У фаналисов звериный слух, но чтобы слышать разговор на территории целого города… — Он уже пришел в себя. Ты рано встаешь, да? Я пока не сильна в готовке, хотя с Юнаном нужно иметь категорию божества в кулинарии, но могу помочь тебе приготовить завтрак. Отплатишь нам за доброту, — хмыкнула девочка. Му пожал плечами и согласился. Готовить он тоже не особо умел, но в солдатской казарме на него сваливали порой самую грязную работу, так что готовка была чуть ли не пределом мечтаний фаналиса. Парочку блюд сварганить он сумеет, а уж с помощью этой маленькой леди… Му Алексию нравилась Ирис. Она была прекрасным чистым ребенком. Не таким, как в его империи и уж тем более в отряде фаналисов, нет. Ирис словно внеземное существо, каждый ее шаг, каждое движение и вздох — как проявление светлой рух. Казалось бы, не маги она, но свет ее души был чарующим. Словно госпожа Шахерезада стояла рядом, настолько сильна была душа Ирис. Юноша вздохнул. А какие еще души могут жить с одним из маги? — Юнан! — оставив фаналиса бдеть около плиты, малышка подскочила к взъерошенному маги в домашней одежде и с подушкой в руках. Вроде бы взрослый и такой могущественный волшебник, а на глазах Му завалился на лавку, причмокивая. — Это же моя подушка! Отдай! Юнан надулся и крепче прижал к груди подушки, на что Ирис с кличем победителей прыгнула на маги сверху. В конечном итоге, Алексий доделал завтрак в гордом одиночестве, пока эти двое бросались колкими замечаниями и обиженно хмыкали, тяня несчастную подушку в разные стороны. А фаналис тем временем заварил себе чаю и думал. От природы он не был особенно наглым, как некоторые его соплеменники, вроде того же, но в этом доме почему-то было уютно. Му и сам не заметил, как начал полноправно хозяйничать, один раз даже переступив растрепавшуюся косу маги, который валялся на полу с Ирис. Насвистывая нехитрый мотив, паренек накрыл на стол и разлил по тарелкам овощной суп, после чего уселся с самым невозмутимым видом. Маленькая детская ладошка вцепилась в стол, после чего сверху на нее опустилась мужская кисть с длинными пальцами и отодрала руку Ирис. Молчаливая, но не менее упорная борьба, и победителем выходит гордая сияющая девчушка. Му даже глаза прикрыл от мнимого ореола над головой Ирис. — Хочу чай, — выглянул Юнан из-под стола и был опрокинут обратно ногой Ирис. Захихикавшая девочка и маги снова начали раунд подтруниваний друг над другом, и Му успел прикончить суп и допить чай, когда Юнан только сел за стол. Фаналис решил не беспокоить хозяев Ущелья, когда они завтракают-обедают и скромно застыл на лавке. Неестественно замершее тело первой обнаружила Ирис и некоторое время с озадаченным видом пялилась на него. — Ёоу, — Ирис ткнула горячей ложкой в щеку фаналиса. Му моргнул и посмотрел на девочку. — Еще кушать хочешь? — А? Да нет. — Или поговорить? — Я подожду, пока вы закончите, — учтиво заметил Алексий и снова застыл. Порядком удивленная Ирис пожала плечами. Прихлебывая довольно вкусный суп (по сравнению с едой Юнана собственного приготовления), она во все глаза рассматривала Му, даже не думая, что пристальные взгляды могут смутить фаналиса. Очень быстро закончив с завтраком, девочка выжидающе посмотрела на Юнана. Маги же сидел с самым блаженным выражением лица и не спеша потягивал чай. — Что? — озадачился он, ощутив пристальное внимание Ирис. Вслед за Ирис от нечего делать на Юнана уставился и Му, а взгляд у фаналисов получался тяжелый и давящий. — Му поговорить хочет, а я просто так смотрю, — без обиняков заявила девочка и продолжила пялиться. Юнан хмыкнул в чашку и быстро допил чай. Ну, раз хочет поговорить, так поговорим. Юнан щелкнул пальцами для эффектности, и посуда растаяла в воздухе, породив нешуточное возмущение Ирис. Потрепав малышку за волосы, маги пригласил фаналиса на диван и сел сам. Долго Ирис не дулась, в следующий же момент подскочив к Юнану и запрыгнув на его колени. Бедный маги не обладал мускулатурой гладиаторов Рема, был хрупким от природы и от такого маневра опрокинулся на спинку. Девочку это принципиально не волновало, как и ойкнувший от врезавшихся в живот острых коленок Юнан. Девочка села боком, вытянув ножки на диване и упираясь спиной в подставленную Юнаном руку. Маги повздыхал, да смирился. — Итак, я правильно понимаю, что ты не собираешься отступиться? Даже если я скажу, что ты не сможешь вернуться? Глаза Му совсем чуть-чуть расширились, но это было верным показателем шока. — Не вернусь никогда? — Это Ущелье последний перевалочный пункт перед закрытым обществом этого мира. Племя полузверей, предков фаналисов. Попав к ним, обратного пути нет. Ты станешь одним из них, вернешься в свою истинную суть, но стоит ли это того, чтобы потерять все? Шахерезада сказала, что ты не один, будь иначе, я бы еще рассмотрел вариант с уходом в племя, но у тебя есть семья. Хотя… давить обязательствами и любовью к ближних все-таки жестоко с моей стороны. Я хочу сказать, чтобы ты еще раз хорошенько подумал. — Я… я не знал этого… Но это правда? Зачем же я тогда пришел сюда? Моя цель, мечта с самого детства… оказалась неверной? Мое желание узнать истину может повлечь за собой такие последствия? .. Я не понимаю, — Юнан и Ирис переглянулись. Му потеряно оглянулся, рассматривая избушку как в первый раз. Он пытался принять слова маги, но буря протеста поднималась из груди, мешая. Как осознать крушение части себя? Ведь Алексий очень давно хотел добраться до Темного континента и войти в родную деревню. А теперь что? Как ему быть? — Послушай, Му, — решившись, заговорила Ирис. Удостоверившись, что парень ее слушает, она приободрилась. — Твое желание увидеть родную деревню поразительно, а твоя целеустремленность заслуживает уважения. Ты мне действительно нравишься, и я хотела бы помочь тебе. Не знаю, верны ли мои слова, но… Я все же скажу. Мне кажется, что совсем не важно, откуда ты. Важно то, что есть у тебя сейчас. Не спорю, прошлое — очень важная часть нас, но отбрасывать настоящее тоже не стоит. Я родилась в империи Рем, — внимательно слушавший Му изумленно уставился на нее. — Ты знаешь мою семью. Мой отец — Августус Амалия, а дядя был послом, но погиб на берегах Партевии. Мне было три года, когда я, наглотавшаяся морской воды, выбралась из моря. Я бы погибла, если старая женщина из деревни не спасла меня. Но оставаться у нее и, тем самым, обречь ее на верную смерть… Юнан спас меня. Я вцепилась в него, как клещ, вынудив взять меня с собой. Я не знала, что случилось с людьми из Рема, на тот момент меня больше волновала собственная судьба. Оставаться во враждебно настроенной, погрязшей в войне стране — самоубийство с моей стороны. И Юнан забрал меня. Ирис замолчала, опустив голову. Трудно вытаскивать наружу собственные воспоминания, трудно поведать о своем прошлом незнакомому человеку. Но раз она начала, то должна закончить. Завершить мысль. — Нет, подожди, я не закончила, — властно махнула рукой Ирис и продолжила: — Я веду к тому, что сейчас я ни о чем не жалею. Я узнала потом, мой дядя погиб, а отец с матерью умерли и того раньше. Но я оставила это в прошлом. На данный момент у меня есть все, и это все я терять не намерена. Моя жизнь, мой дом, мой Юнан. Ты попытался, но пришло время вернуться назад. Не надо ставить свою судьбу на кон, возможно, ты будешь жалеть всю оставшуюся жизнь, если послушаешься меня. Тебе решать. Юнан положив подбородок на огненно-рыжую макушку Ирис и вздохнул. «Шахерезада была права. Как эгоистично с твоей стороны выплеснуть всю свою боль и горечь на Му Алексия, а ведь ты и сама веришь, что хочешь помочь ему… Глупое дитя». — Я подумаю над вашими словами… А до тех пор, могу я остаться у вас? Если это не слишком нагло с моей стороны… — Нет-нет! Оставайся, нам иногда бывает скучно вдвоем, — улыбнувшись Му, Юнан с Ирис на руках встал с дивана. — Если что, ты всегда можешь обратиться с вопросом ко мне или к Ирис. Она умный ребенок и поможет с удовольствием. — Спасибо. Я, правда, благодарен вам за все, — тряхнув головой, Му сверкнул улыбкой и неловко почесал голову. Повадки уличного мальчишки еще оставались в крови, а вроде столько всего произошло с того момента, как его приняли в семью Алексий. Его и младшую сестру. — Да брось, Му! Ирис улыбнулась и потянула Юнана за косу, вынуждая склониться к ней. Дернув маги за ухо, девочка зашептала настолько тихо, что даже Алексий ничего не понял. Было какое-то «шу-шу-шу», смущение Юнана и выпяченная нижняя губка Ирис, а потом мужчина сдался и ретировался на второй этаж. Му задумчиво уставился в пол, не зная, чем ему заняться. Думать над их словами сейчас не хотелось. Внимание Му привлекли вазочка с печеньем и мешок с конфетами, вытащенные Ирис из кладовой. Подумав, что нужно убрать это обратно, он взял вазочку и мешочек и направился в кладовую. А Юнан с Ирис на руках смиренно шел в ванную. Маги, проживший девять жизней, не может не знать, как выглядит женское тело, да и его подопечная всего лишь ребенок. Но… Девочка хныкала, лила ненастоящие слезы, дулась и гордо удалялась в угол, откуда продолжала сверкать серыми глазищами. Ирис знала, как заставить Юнана делать то, что ей хочется, и всегда так гадко и торжествующе улыбалась, что бедный маги был готов съесть собственную шляпу. Он растил великолепного манипулятора. Юнан насыпал на дно ванной порошкообразную пенку и в одно мгновение заполнил емкость горячей водой. Но, к сожалению, как это часто бывает, не рассчитал: пена поднялась высоко над Юнаном и Ирис и поглотила обоих, даже пискнуть не дав. — Теперь ты тоже мокрый! — засмеялась девочка и принялась раздеваться. Юнан убрал пену до приемлемого уровня и сгрузил в воду Ирис. - Эй, ты же намок, верно? Давай ко мне! Меня искупаешь и сам помоешься! Ей показалось, что от гениальности зажегся светоч над головой, но шокированный маги тонко намекал, что уж кто-кто, а он ее гениальной не считает. — Нет, я уже высох, — и от одежды повалил пар, свидетельствуя словам задерганного маги. — Давай-ка лучше я намылю тебе голову. Кивнув, девочка повернулась спиной, принимаясь играть с легкой воздушной пенкой, пока Юнан мыл ее длинные рыжие волосы. Пальцы маги приятно елозили в массе шампуня и шевелюры девочки, которая вскоре начала клевать носом, хотя совсем недавно проснулась. Увы, вчерашний перелет сильно вымотал ее, плюс незаметный стресс с вторжением чужака на их территорию. Маги лишь покачал головой, когда она в очередной раз плюхнула пенную голову ему в живот. — Не спи, а то сама дальше мыться будешь. — Нгх… Сейсяс… — хлюпнула Ирис и сонно потянулась. Сверху на нее рухнул целый водопад теплой воды, отчего девочка пронзительно завизжала, правда лишь удостоверившись, что потоп прекратился. — Т-ты ч-что творишь, Юнан?! — Ха-ха, ты, как кот, которого неожиданно окатили водой, — засмеялся маги, уворачиваясь от тычков пышущей желанием отомстить Ирис. Но они не учли, что кроме них в доме есть как минимум один гладиатор-фаналис, привыкший лицом к лицу встречать опасность и не понаслышке знавший о благородстве. В момент, когда девочка поставила одну ногу на бортик ванной и принялась душить Юнана, дверь в ванную оглушительно грохнула. Юнан и Ирис застыли, как есть: мокрый, заляпанный пеной маги и голая красная от злости девочка. Му замер в стойке, первым делом осмотрев хозяев дома, затем озираясь в поисках опасности. — Что случилось? Почему ты кричала? — не медля ни секунды (а ну как враг!), перешел к делу фаналис. — Ну… так… Юнан водой резко облил… Алексий подумал, отрывисто кивнул и вылетел из помещения, сверкая алыми кончиками ушей. Даже дверь забыл закрыть. Пережившая стрессовую ситуацию, Ирис как-то слишком покорно отпустила маги и села в воду. Юнан хихикая, продолжил мытье, после запеленав девочку в махровое белое полотенце. Легко подняв свою ношу, маги взмахом руки испарил воду и вышел из ванной. Му смирно сидел внизу, практически не двигаясь и даже не дыша. Юнан даже слегка испугался, не помрет ли подданный Шахерезады ненароком, а ему потом объясняйся, отчеты ей пиши., но Му издал легкий шорох и опять замер, видимо, сам себя зашугав до боязни вдохнуть. Маги решил наведаться к фаналису после того, как отнесет драгоценную ношу в комнату и поможет переодеться. И плевать, что Ирис уже пять лет, и она прекрасно может справляться сама. Юнана просто забавляла эта игра в человеческую куклу. Вплоть до того момента, как огненноволосая малявка не выходила из себя и с угрожающей свистящей рух не надвигалась на парня. Аккуратно раскрыв дверь и захлопнув ее за ними, Юнан поставил Ирис на кровать. — Ну-ка. ну-ка, а у кого тут такие глазки серые злобно зыркают? — засюсюкав, Юнан мстительно послюнил уголок полотенца и провел им по краешку глаза Ирис. — Юнан! — Ну, что же ты так нервничаешь, маленькая моя? От таких дум появляются морщинки, а в твоем возрасте опасно заводить себе подобных дружков. Страшно представить, что с тобой будет, когда подрастешь… — Тогда ты по сравнению с моей сияющей персоной, — девочка подбоченилась, смахивая влажный рыжий локон на спину и горделиво глядя на высокого маги снизу верх. Юнан изобразил благоговение, — просто развалюха. Маги задергался в притворных конвульсиях, хватаясь за сердце и завывая, как метко ранила его в самую душу эта «неблагодарная девчонка». Ирис посмеялась и продолжила сушку. С волосами же, однако, возникли проблемы. Проблемы привычные, почти родные, так что девочка лишь удрученно вздохнула и вручила приготовившемуся Юнану полотенце. — Он все-таки решился, — спустя пару минут молчания произнес Юнан безмятежным голосом. Ирис задумалась, а после косо взглянула на маги из-за плеча. — Да-да, Му только что покинул дом. Продолжишь без меня? Мне нужно вернуть одного упрямого львенка в наше скромное логово. Пока не стало слишком поздно. Ирис кивнула, забирая полотенце и напутственно чмокнув его в висок. Юнан нежно улыбнулся и вышел из комнаты, а затем и из дома, на ходу теряя внешнее благодушие. Место улыбчивого, не от мира сего, рассеянного отшельника занял почти тысячелетний могущественный маги, и эту свою сторону Ирис он пока не хотел показывать. Слишком ничтожны пять человеческих лет этой девочки по сравнению с ним. Сейчас она не выдержит такой правды. «Когда-нибудь я расскажу тебе. В этой жизни я не допущу смерти своей королевы. Дождись, Осирис».