Девять Хвостов - 2

В свои семьдесят девять лет Роши из Скрытой Деревни Камня не утратил ни выносливость, ни силу, и считался одним из сильнейших в деревне. Что было примечательно как для шиноби, редко доживавших до старости, так и, в особенности, для Джинчуурики, чей век и вовсе составлял не больше четверти. Дожить до почтенных лет ему помогли, как считал сам Роши, тесная связь и глубокое взаимное уважение с Четырехвостым. Они были похожи: оба любили шумные праздники и рукопашные драки, черное небо перед восходом и горячие от солнца широкие камни, на которых так приятно погреть свои старые кости. К прибытию в столицу группы из Конохи, среди которых значился и Джинчуурики Девятихвостого, Роши отнесся равнодушно и встречи с мальцом не искал. Он повидал за свою долгую жизнь многих носителей Хвостатых и давно уже перестал искать среди них товарища по духу. У него был старина Йонби, и этого хватало. Да и сам Йонби не жаждал возобновлять знакомство с Кьюби, отзываясь о Лисе исключительно как о заносчивом мерзавце с дурным характером и жадном до силы. Что ж, носитель обычно перенимал нрав своего демона, так что и Роши посчитал за лучшее избавить себя от общества Узумаки Наруто. Благо теперь, когда свадьба принца и принцессы состоялась, миссия Роши и трех его товарищей закончилась. Группа старика после развеселого праздника направилась в сторону своей деревни. Путь их пролегал через два небольших городка, но устав от городской суеты, Роши отправил вперед подчиненных, а сам решил пойти по более длинному маршруту по полям и дальше вверх по реке через скалы и знакомые с детства пещеры. День обещал быть ясным и не жарким. Роши наслаждался прогулкой домой, время от времени перебрасываясь с Йонби ленивыми, полными умиротворения репликами. И все было так замечательно, что к появлению на их пути мужчины, похожего на монаха, и маленького мальчика они отнесись лишь с легким любопытством. Массивный и грозный с виду Роши привык, что прохожие перед ним зачастую расступались, но здесь, на узкой лесной тропе, ни монах, ни мальчик не сдвинулись с места, только, казалось, больше перегородили ему дорогу. Странный был мальчик, неестественный. И глаза разного цвета, что всегда в их краю принимали за дурной знак. «Что-то не так, - раздался в подсознании голос Четырехвостого, - У этого существа нет запаха». Роши остановился в шагах десяти от незнакомцев. Внимательно оглядел их, прислушался к пространству вокруг – засады не было. - Ты устал, Носитель Четырех Хвостов, - ласковым, звонким голоском пропел мальчик, глядя не столько на Роши, но словно вглубь него. – Я пришел забрать тебя домой. - Кто ты? Мальчик моргнул, с толикой удивления поднял взгляд на Роши. Склонил голову на бок, изучая старика с поистине детской прямолинейностью. - Он знает, кто я. «Йонби?» - обратился к Зверю Роши. Но тот молчал. Роши чувствовал, насколько не по себе его Четырехвостому. И это наводило на нехорошие мысли. «Йонби, ты знаешь, с кем мы имеем дело, или нет?» - Он знает, - улыбнулся мальчик, словно мог их слышать. – Правда, Носитель Четырех Хвостов, Йонби, Демон-Обезьяна? Глубоко в подсознании Роши Йонби поднял голову, глядя на мальчика глазами своего Джинчуурики. «Ты…» - Иди ко мне, Йонби, - протянул ребенок маленькие ручки. – Пора вернуть мне их и обратиться в ничто. И Йонби сделал шаг к нему. Роши пошатнулся. Точка на животе, точка с печатью в нем, будто бы прогнулась изнутри. Не медля, Роши послал в зловещего ребенка десяток кунаев со взрывными печатями. Под завесой взрыва и образовавшего дыма шиноби Камня сбежал. Многолетний опыт подсказывал ему как отступить, так и не надеяться на то, что взрыв причинил противнику хоть малейший вред. Тот, кто может призвать к себе Четырехвостого, от взрыва не пострадает. «Прости, старый друг, - с печальным вздохом вдруг заговорил Йонби. – Я знал, знал с того самого момента, что однажды Он вернется потребовать свое назад». «Объясни, что происходит. Кто он?» Демон в подсознании Роши грустно уронил голову на грудь: «Он – мой создатель, создатель всех демонов, коих почти и не осталось в мире людей. Он – тот, кто был разорван Великим Мудрецом Шести Путей. Он – Ногицуне, Истинный Девятихвостый». «Истинный Девятихвостый? А Кьюби Конохи?…» «Выскочка, оттяпавший часть чакры от каждого из нас. Перед Ногицуне и он, и я - ничто». Впервые Роши слышал в голосе своего мудрого, горделивого демона столь всеобъемлющие ужас и смирение. Йонби не собирался сражаться. Он уже сдался. «Не смей! – потребовал Роши. – Мы не сдадимся так просто! Сколько раз мы с тобой балансировали на грани? Сколько раз смотрели в лицо смерти? Йонби!» «Ты не понимаешь, - рыкнул демон, - С Ногицуне нельзя сражаться». «Один раз его уже одолели, - напомнил Роши с железной уверенностью, - А сейчас он еще и ослабел, так?» «Ослабел», - не смог поспорить демон. «У нас есть шанс, мой друг. Мы не сдадимся, слышишь?» «Хорошо, - помолчав, откликнулся демон. – Мы сразимся, Роши. Сразимся, потому что иначе тебя ждет судьба хуже смерти. Но вдвоем нам не справиться. Иди в столицу, иди к Джинчуурики Кьюби. Возможно, с ним у нас все получится». Но они не успели. Белый туман преградил им дорогу, а попав в него, Роши утратил все органы чувств. - Мудрая обезьянка не увидит зла, - разнесся, казалось, со всех сторон голос Ногицуне, - Мудрая обезьянка не услышит зла. Мудрая обезьянка не произнесет зла. Роши замер на месте, безуспешно стараясь сориентироваться. Но он ничего не видел, даже собственных рук и ног, не видел, на чем стоял, не мог ни до чего дотронуться. И лишь голос Ногицуне все нашептывал и нашептывал: - Мудрая обезьянка, мудрая обезьянка. И вдруг на плечи Роши опустились маленькие, холодные ручки, а голос Ногицуне утратил какие-либо интонации, сделавшись пустым и равнодушным: - Но ты не мудрая обезьянка, правда? И Роши беззвучно закричал. Холод ворвался в него через каждую клеточку тела, колючей, обескураживающей волной накрыл его, пока не добрался до самой глубины, туда, где, преодолевая собственные инстинкты, Йонби рвался в бой. Чакра Четырехвостого пробила давно ослабевшую печать и вырвалась на свободу, навстречу тому, кто не уничтожал, но стирал само существование Роши. Роши, его единственного друга. Его товарища. Его брата. В пустое небо взмыли четыре красных демонических хвоста, тяжелые, огромные руки обезьяны одним взмахом рассеяли туман. Но лишь для того, чтобы встретить равнодушные глаза Ногицуне – синий и янтарный. Глаза, что были отданы ему, Йонби, Мудрецом Шести Путей. Духовное тело Ногицуне было разорвано на девять частей. И восемь из них были съедены теми, кто теперь известен как Хвостатые Демоны. Сердце Ногицуне никто из них поглотить так и не смог. И тогда Рокудо Саннин запечатал его в статую Инари, молясь, чтобы оно никогда больше вновь не забилось. - Забери их, - опустил голову Йонби, - забери мою чакру, мою жизнь. Они – твои по праву. Но, прошу, отпусти человека. Он стар, ему недолго осталось. Отпусти его, Ногицуне. - Демон просит за человека, - проронил Белый Лис. – Демон просит за того, кто был его тюрьмой. - Прошу. - Н-Нет! Йонби, стой! – держась за грудь, Роши, пошатываясь, брел к нему. Густая борода была окрашена кровью, но старик упрямо протягивал к Четырехвостому свободную руку. - Роши… - выдохнул демон, но большего сказать не успел. Тело его утратило физическую форму, распалось алым маревом и под отчаянным взглядом своего бывшего Джинчуурики сформировалось в две сияющих сферы: золотую как солнце, и синюю как небо. Беззвучно их поглотил белый туман, а пятилетний мальчик стал выглядеть чуть старше. - Нет! Йонби! Йонби! Ногицуне отмахнулся от кинувшегося на него старика. Роши отбросило в сторону, головой он приложился о камень и впал в забытье. - Демон попросил за человека, - озадаченно произнес Лис, подойдя к телу шиноби. – Человек встал на защиту демона, - проведя языком по губам, Ногицуне зажмурился от удовольствия. – Какие сильные чувства. Хорошие, сильные чувства. Тяжело ступая, к своему хозяину подошел бывший монах Митоку. - Вы убьете его? - Без чакры Четырехвостого он скоро умрет и так, - задумчиво протянул Лис. – Это тело уже пахнет смертью. Митоку ждал. Ждал, когда Ногицуне сдвинется с места и пойдет за следующим. Ждал и не понимал, почему демон продолжал хмурить брови. - Глупая обезьянка, - отчего-то недовольным тоном проворчал демон и ткнул в живот Роши босой пяткой. Тусклый красный свет на мгновение вспыхнул под ногой Ногицуне, дернулся, не придя в сознание, Роши, и Митоку готов был поклясться, что услышал на долю секунды звук, отдаленно напоминавший плач звериного детеныша. - Они оба состарились духом – что демон, что человек. - Что Вы… сделали? - Я создаю, и я разрушаю, Мито-тян. Носитель Четырех Хвостов был мной разрушен. Демон-обезьяна был мной создан. Вновь. У него больше нет моей силы, но будет собственная. Если вырастет. Отныне его судьба в руках этого человека. Отныне этот человек будет защищать его. Если сможет. Митоку опустил глаза. Неужели Ногицуне проявил… милосердие? Это древнее, расчлененное людьми существо способно на такое чувство? Сначала Узумаки Наруто, теперь Роши из Камня. Но ведь раньше демон был ко всему равнодушен. Он отлавливал людей и разрушал их сущность, превращая в бездушных убийц, одним из которых был принц Доку. Что же изменилось? - Пойдем, Мито-тян. Я хочу еще раз посмотреть на Узумаки Наруто. Что-то изменило Ногицуне. Или кто-то?