Девять Хвостов - 2

Первым появление Наруто заметил Недзи. Он ощутил его как свет в ночи, как второе сердце, чей пульс усиливался в сознании Хьюга по мере приближения источника. Хотел бы Недзи сказать, что его привело сюда было плохое предчувствие или невозможность сидеть в столице без Наруто, но правда была в другом. Сакура, Саске, Карин, Дзюго и он сам прибыли к Пещере Отражений, преследуя четвертого из команды Ястреба – Суйгетсу. Который, по всей видимости, сошел с ума. … Это произошло на следующий день после их боя с Саске. На ровном месте Суйгетсу стал цепляться к Недзи: задавать грубые вопросы об их с Наруто отношениях, о сексе и предпочтениях, сыпать ядовитыми комментариями и всячески нарывался на драку. Карин, на чьих глазах все это происходило, попыталась заткнуть товарища, но тот без тени сомнений ударил девушку водяной атакой, как от мухи отмахнулся. На шум вышел Саске, и Суйгетсу переключился на него, вопрошая, насколько Учихе понравилось трахать лучшего друга. Подобное поведение, как понял Недзи, было для Суйгетсу нехарактерным. Потасовка все же произошла. Суйгетсу выступил не только против Саске, он и на Недзи напал. Чакра демона пылала в нем неуемной злобой и удушающей ненавистью ко всему живому. О подобном предупреждал Орочимару, как вспомнил чуть позже Недзи. Змеиный Саннин предположил, что темное начало чакры Лиса, сброшенное в Суйгетсу ради спасения Саске, могло со временем выйти из-под контроля и свести с ума своего носителя. К счастью, на тот момент Ходзуки спасла связь с Наруто, как Хвоста. Вот только… теперь этой связи не существовало. Недзи и Саске ничего не оставалось, как сплотиться, чтобы остановить Суйгетсу. Но прежде чем они справились, тот сбежал. Пришлось с помощью способностей Карин отправиться в погоню. Саске, конечно, хотел пойти лишь со своими людьми, но Сакура не позволила. А Недзи прикинул, насколько не обрадуется Наруто, если он позволит Саске опять пропасть, и молча присоединился к наспех сформированной группе. Ни Недзи, ни, скорее всего, Саске не удивились, столкнувшись с Нагато, Саем и остальными. Напряглись, разве что из-за отсутствия Итачи с Наруто. По разным причинам, конечно, но напряглись. А узнав о Пещере Отражений, оба, как по сигналу, пожелали в эту пещеру войти. Сакура даже посмеялась такому единодушию. Конечно, их не пустили. Нельзя, пока пещеру не освободят. Пришлось ждать, поделившись со всеми проблемой с Суйгетсу. Карин, как назло, перестала его ощущать. А потом явился Зецу со своими чертовыми клонами, и стало как-то не до того… Странно, что именно Наруто покинул пещеру первым. Недзи был уверен в Итачи. Нет, не в том смысле, что Наруто не дотягивал, хотя было и такое, просто Итачи всегда казался более собранным, менее подающимся сомнениям. Впрочем, там, где был Наруто, не стоило давать никаких прогнозов – самый непредсказуемый ниндзя Конохи как-никак. Несмотря на бой, Недзи успел разглядеть изменения в нем. Бушующая чакра демона в Наруто сменила окрас со злобно алого на… гармоничный золотой. Ровный мощный золотой поток, упорядоченный, подконтрольный, одинаково откликавшийся на самые разные эмоции и побуждения хозяина, а не только на ярость и гнев. Это было красиво: Наруто в золотом сиянии, словно солнце, словно центр мироздания, величайшее сокровище этого несчастного мира, ради которого Недзи, не колеблясь, этот самый мир уничтожил бы. На Наруто хотелось смотреть бесконечно и жадно, только это причиняло боль. Или не это, а осознание, что он никогда не будет принадлежать одному только Недзи. Или даже им с Итачи. Не будет. Не получится. Тем, кто помог Недзи это понять, был, как ни странно, Суйгетсу. Без связи с Наруто тот умрет. Сойдет с ума, обратится в бездушного монстра и умрет – от руки Недзи или Итачи. И Наруто ни им, ни себе этого не простит. Нет, он сделает все, чтобы помочь, спасти, уберечь всех и каждого, отдавая всего себя всем по кусочку. Злость поднялась тихо и незаметно – слишком привычная уже, родная. Она сошла с ладоней Недзи огненным выплеском, проделав в фальшивой Сакуре смертельную для живого существа дыру. Увы, но живого в ней было немного. Отпрыгнула, скрылась под защитой двойника Нагато, вот-вот восстановится. Сколько же в них силы? Как Наруто выпустил на волю Кьюби, Недзи упустил. А вот становление двойника Лиса заметил. Нехорошо. Если сцепятся здесь, и своих, и чужих заденут. - Ютсури! – прокричал Наруто, - Уведи эту фальшивку подальше от нас! Недзи усмехнулся: как мысли прочитал. Лис проворчал что-то и прыгнул на фальшивку, схватил того за один из хвостов, отшвырнул за вереницы скалистых камней, устремился следом. Да, так точно безопаснее будет. Сам Наруто тоже не остался в стороне. Золотым всполохом он мелькал то тут, то там, обмениваясь со всеми краткими репликами, расшвыривая двойников, и, возможно, ища собственного. Которого Зецу почему-то не спешил создавать. Не нравилось Недзи это внезапное нападение. Совсем не нравилось. Где же сам Ногицуне со своим подневольным Джинчуурики? Прячется где-то или, наоборот, Зецу задерживает тут всех, пока Белый Лис уходит в поисках других Биджуу? Они с Наруто ему не нужны: Кьюби не входит в воссоздание верховного демона. Уйдя слишком глубоко в свои мысли, Недзи едва ни пропустил удар. К фальшивой Сакуре присоединился двойник Итачи. Этого только не хватало. - Его возьму на себя, - вдруг очутился рядом Саске. Недзи глянул ему за спину: с его двойником разбирались Карин и Дзюго. - Бери, - равнодушно согласился Хьюга, отступив и уведя вслед за собой фальшивую Сакуру. Каждому требовалось свободное место для маневра. Но до чего же проклятые двойники походили на оригиналов! Те же техники, те же излюбленные приемы. Тяжелое отрывистое дыхание сорвалось с губ и зачастило. Недзи уставал. Они все уставали. Долго ли еще смогут продержаться? … Наруто метался по всему полю боя и искал. Он чувствовал что-то, улавливал нутром сгусток черных, спутанных мыслей, непонятных и в то же время будто знакомых. Он вертел головой, прислушивался, замирал и вновь двигался, изредка избегая нападений двойников, чьи движения казались ему едва ли ни замедленными. Спасибо Пещере Отражений. Уничтожить двойников Наруто и не пытался. И Сай, и Сакура-тян, и даже Саске заверили его, что это невозможно. Чертовых тварей даже огонь Аматерасу не брал, что совершенно сбивало с толку. Саске считал, это потому что они не вполне материальны, и нужно добраться до их создателя. Который и не думал выползать и подставляться. Наруто бежал. Сомневаясь, теряясь в ощущениях, он искал, пока, в конце концов, не забрался на скалу, в которой размещалась Пещера Отражений. Там, на самом верху, брал свое начало водопад, уходивший в расщелину в скале до самой пещеры. И там, в одной из выбоин, скрытого водой, Наруто внезапно отчетливо увидел Суйгетсу. Он лежал, скорчившись на голых камнях, обхватив плечи руками, до крови скребя кожу. Сиреневая безрукавка задралась на спине, обнажив татуировку, будто черный мазок огромной кисти. Подобный рисунок Наруто когда-то носил и сам, после первой стычки с Ногицуне. Вот Суйгетсу как раз и вытащил его из воды, и татуировку обнаружил тоже он. Татуировка исчезла, когда им с Ютсури удалось дать Ногицуне отпор. Не раздумывая, Наруто забрался в эту выбоину. Но едва он зашел за завесу водопада, как растерянно замер. Суйгетсу был не один. У его головы, поджав под себя ноги, сидел Ногицуне. Ребенок, но будто подросший, гладил его маленькой ладошкой по влажным волосам и мягко, ласково нашептывал: - Бедный, бедный оторванный Хвост. Тебе больно? Очень больно? Не бойся, смотри, вот и Нару-тян пришел. Он тебя спасет. Хорошо, правда? - Что ты с ним сделал? Ногицуне повернул к Наруто умиротворенное детское личико с закрытыми отчего-то глазами: - Ты спасешь его, Нару-тян? Даже если не любишь? - Ты был там, - вдруг осознал Узумаки. – В этой пещере, в моих видениях! Ты был там! - Был, - радостно подтвердил Ногицуне и снова погладил человека у своих ног. – Он пришел сюда в поисках твоей любви, Нару-тян. Что ты будешь с ним делать? - Я спасу его, - ответил Наруто резко и упрямо. Он не знает, от чего и как спасать, но спасет обязательно. По-другому не может. - Наполовину полный стакан никого не спасет, - звонко рассмеялся Ногицуне, так и не открыв глаз. У Наруто затаилось на этот счет подозрение. – Стань для него хозяином, Нару-тян, и ты его спасешь. - Я не могу уже никого к себе привязать, - дернул головой Наруто, и вслед за ним, словно эхо, дернул головой Суйгетсу. Ногицуне убрал ладонь, и шиноби неловко, скованно перевернулся, встал на четвереньки. Сиреневые глаза, каким небо иногда бывает перед рассветом, источали мучительную боль, страх, животный ужас и темноту. Темноту не пустую, но полную чудовищами из детских кошмаров – страшных и невозможных, но для Суйгетсу реальных и близких. Они пожирали его в этой темноте, раздирали когтями, ломали тело до последней кости, чтобы в один миг вернуть все так, как было, и начать пытку заново. Бесконечно. Пока от Суйгетсу, от его личности, не останется одна лишь тень – злая, сумасшедшая, бездонная. Что же с ним сделал этот чертов Белый Лис? - Нет, Нару-тян, это сделал ты, - подслушал его мысли демон. – Это, - указал ребенок на медленно подползавшего к Наруто Суйгетсу, - цена за жизнь Саске-тяна. Цена за то, что спас остальных, разорвав связь. Суйгетсу преодолел половину пути, но новая судорога прошила тело сотней тысяч раскаленных жал. Наруто успел подхватить его, уберечь голову от удара о камень. Суйгетсу немедленно обернулся вокруг Узумаки, руками обхватив его за шею, ногами – за бедра. Вцепился, как утопающий, сжал до хруста. - Помоги, - прохрипел он отчаянно. Тихо, в самое ухо. – Помоги… На…руто. - Как? – растерянно посмотрел на демона Наруто. Но тот лишь подошел поближе и присел на корточки, чтобы лучше все видеть. Наруто опустил глаза на Суйгетсу. Тот мелко дрожал, отчаянно боясь выпустить его из рук. Никакой подсказки. И Кьюби, как назло, где-то шляется. А как? Еще и без секса… Действуя на чистой интуиции, Наруто закрыл глаза и попробовал прислушаться, но не слух он использовал, а нечто иное, для чего не придумал названия. И слышал он, как злобно ворочается в Суйгетсу его чакра – дикая, лишенная целостности, положительной составляющей, что ее уравновешивала. Эта чакра была и красной, и черной, бурлящей, беспокойной. И опустошающей. Ища замену тому, с чем ее разделили, чакра опустошала Суйгетсу, выпивая из него всю радость и доброту, сострадание и верность, силу духа и все то, что отличало человека от бездушной машины. Наруто вслушивался в это с тихим ужасом. Все еще держа глаза закрытыми, чтобы не упустить ощущение, он потянулся к той тьме, в коей погряз Суйгетсу. Потянулся и сумел коснуться, и в своем ощущении казался себе золотым сиянием. Тьма под прикосновением не рассеялась, да оно ему это и не нужно было. Нет, тьма под его рукой вздрогнула, ощетинилась, но потом замерла, осторожно обвила его, радостно шелохнулась. Наруто все это мог лишь ощущать на грани интуиции, но Суйгетсу, кто был в вязком плену этой бескрайней тьмы, видел, и видел отчетливо сияющий спасительным светом силуэт, что тьму приласкал и успокоил, выпутал из страшных объятий безумия самого Суйгетсу, возвысил его над ней и заполнил сосущую пустоту той позитивной силой, что все уравновесила, приведя к золотой норме. - Как хорошо, - выдохнул блаженным голосом Суйгетсу, чувствуя на душе неимоверный покой. Наруто открыл глаза и несмело ему улыбнулся. Но стоило взгляду упасть на шею Ходзуки, как и эта слабая улыбка погасла, оставив на лице Узумаки тихий шок. - Что? Ответить Наруто не успел. На площадку перед ними запрыгнул, обдав брызгами, Саске. - Наруто! Ты что сделал?! И шею его обвивала эфемерная, сияющая золотом цепь, что тянулась призрачной нитью к Наруто. Точно так же как цепь на шее Суйгетсу.