Коробочка с драбблами

      Зельтзам сидел в наушниках и смотрел что-то на телефоне. Нет, «что-то» — не то слово, подумал Ханс, подходя ближе. Если выражаться предельно точно, Зельтзам смотрел какую-то херню.       Звука по понятной причине не было, но хватило и картинки: схематично прорисованные разноцветные яркие зверушки в разноцветном ярком городке делали повседневные вещи и по-дебильному улыбались друг другу. Ханс не знал, что ему хочется сделать в первую очередь: проверить, нет ли у дока температуры, проверить, не расширен ли у него зрачок, или принять что-нибудь от тошноты.       Все стало на свои места, когда зверушки начали дохнуть.       Дохли они разнообразно, жестоко и с просто огромным количеством крови и летящих во все стороны внутренностей. Ханс сам не заметил, как увлекся и начал сначала просто ухмыляться, а после и тихо смеяться над этим шедевром короткометражной мультипликации.       Когда очередное видео (в котором зеленый медведь в зеленой же военной форме, словив флэшбэк, устраивал енотам-домушникам свой локальный Вьетнам) закончилось, Ханс хмыкнул и поинтересовался:       — А еще с этим очаровательным персонажем что-нибудь есть?       Это было зря. Это было ошибкой.       Потому что Зельтзам со вскриком подскочил на месте и резко развернулся, вцепившись левой рукой в спинку коляски.       Ханс посмотрел на упершееся в грудь дуло пистолета, потом на Зельтзама, во взгляд которого постепенно возвращалась осмысленность, и очень медленно и осторожно отвел его руку с оружием в сторону. А потом заключил:       — Знаешь, док, по-моему, такие жестокие мультики плохо влияют на неокрепшую детскую психику.