Что с того, что я гей?

POV Алексей (Larietta) Сукин сын! Из-за него в моей памяти вспыхнули ярким пламенем былые воспоминания. Те, которые я старался, как можно глубже, спрятать в себе. Ведь одно дело знать, что он совершил нечто ужасное, и просто ненавидеть, другое дело слышать из его уст то, что он все помнит. «Прости меня за то, что покалечил твоего друга» в его интерпретации звучало как «Прости, что съел последний кусочек торта». Не было ни искренности, ни толики раскаянья. Да еще и состряпал такую невинную моську, мол « Я изменился. Я не такой, как раньше». Но так не бывает, люди изменяются только в одну сторону, и явно не в хорошую. *** Домой я пришел злой, но сухой. Дождь благо закончился. Со всей дури хряпнул дверью в свою комнату и,закинув рюкзак в угол, завалился на кровать. Вспомнилась одна простая истина: не знаешь, что делать и как поступать, ложись спать. И я лег. Уже сквозь сон слышал тихий стук в свою дверь, но мир сновидений затягивал все глубже и глубже, и я поддался. Ожидаемо было увидеть в своем сне прошлое. Правда со стороны, как посторонний наблюдатель, незаинтересованное лицо. «Вот мне звонят домой и говорят, что Егор попал в больницу. Я срываюсь и бегу к нему. Мальчик лежит бледный. Красные и напухшие от слез глаза, искусанные губы. Мой мальчик. Да, я его любил. Пусть он весь из себя такой неприметный очкарик - ботан, но милый и такой хорошенький. Всегда улыбчивый и спокойный. А сейчас этот бледный паренек на больничной койке лишь смутно напоминал мне того Егора. - Мне сказали, что я больше не смогу ходить, – говорит ЭТОТ Егор каким-то холодным и чужим голосом. По телу проходит холодок. Мозг еще не воспринимает только сказанные слова. - Что? – спрашиваю я и нервно сглатываю. Мой голос хриплый слова даётся с трудом. Мой мальчик всхлипывает и заливается слезами. Я сажусь возле него на кровать и прижимаю тощее тельце. Он обнимает в ответ, а я шепчу на ухо какие-то одобряющие слова. Глажу по растрепанным волосам, и еще крепче обнимаю. - Кто? – пытаюсь скрыть злобу в голосе. - Тираев, из параллельного, - выдыхает мой мальчик и снова всхлипывает. Ощущаю его слезы на своей груди. Он не знает о моих чувствах. Хотя он бы и не поверил. Кто поверит, что двенадцатилетний мальчишка влюбился в лучшего друга. Влюбился в парня. Это неправильно. Поэтому приходилось терпеть. Зато, в дружбе с объектом воздыхания были и свои плюсы, ведь иногда хватит и того, что вы просто рядом. - Я его убью, - шиплю я и осторожно размыкаю наши объятья. - Нет, Лёш, не надо, пожалуйста. Побудь со мной. Никуда не уходи. Прошу тебя. Не могу отказать ему, да и не посмею. Больше не плачет, просто смотрит на меня своими глазками. Треплю его по волосам и обещаю, что никуда не уйду. Спустя час он засыпает, а я сижу рядом, и смотрю на его лицо. Без своих дурацких очков он очень даже симпатичненький. Тираев, сволочь, сдохни! Я не трону тебя, так хочет он. Но если, черт побери, в этом мире есть справедливость, то покалечь эту тварь, пусть он страдает вдвойне, втройне сильнее, чем мой Егор. Потом темнота, и опять я в палате Егора. Это мое самое страшное воспоминание. Мой ночной кошмар, который преследовал на протяжении двух лет. «Егор больше не плачет. Просто лежит и смотрит в потолок. - Мы уезжаем, - холодным тоном говорит мальчик. Ни «привет», ни «я рад тебя видеть». - Куда? – я в недоумении. Просто не понимаю. Абсолютно ничего. - Не знаю, в Швейцарию, скорее всего, - все тот же равнодушный тон. - Когда вернетесь? - Никогда. Такова договоренность. - Что? Какая договоренность? – Да что вообще происходит? Хоть кто-то мне может сказать? - Алексей. Что, «Алексей»??? Он никогда меня так не называл. - Ты же понимаешь, кто такой Тираев? И кто его отец в нашем городе? А тут эта история… В общем, мы завтра уезжаем. - Он угрожал вам? – Егор молчит, и я опять задаю этот вопрос. - Да! – кричит парень. - Нам доходно объяснили, что будет, если пожалуемся властям, или сболтнем репортерам. - Деньги? Вы повелись на них? Да? – Я тоже срываюсь и начинаю кричать. А Егор молчит. Даже не смотрит мне в глаза. Значит, я прав. Прав, черт возьми! На этом моменте кошмар всегда прерывается. И я рад. События того дня навечно врезались в мою память. Да так, что уже ничем оттуда их не вытащить. Сейчас причиной моего пробуждения была Ритка, которая трясла меня за плечо. - …ну, давай, ты же мне обещал. Ну, пожалуйста…ПОДНИМИ СВОЮ ЛЕНИВУЮ ЗАДНИЦУ И СВОДИ МЕНЯ В КИНОТЕАТР, ГРЕБАНЫЙ БРАТЕЦ! Я дернулся, и свалился на пол. Рядом стояла, как ни в чем не бывало, Ритка и невинно хлопала ресничками. - Пойдем. – И это даже не вопрос. Удивленно киваю и поднимаюсь с пола. Совсем забыл, что обещал сводить её на какой-то боевик. Да, да, именно боевик! У меня довольно-таки интересная сестра. Смотрю на часы. Четыре часа. Хм, быстро же я уснул. Но я благодарен сестре, что не дала мне впустую прожить день. С ней весело, и я хорошо проведу время. В этом я уверен. В тот момент я не думал ни о кошмаре, ни о Егоре и Антоне. Все завтра, все потом. Для Лили!!!! http://cs406520.userapi.com/v406520802/150f/OE7FuPiDERQ.jpg пипец как этот няша мне на Антона похож)))))) а этот на Лёшу http://vk.com/photo-39488679_284279323