Геркулес и всё наоборот!

      Выбираясь из колючих зарослей к водопаду, где и было логово Снека, Аид проводил сеанс аутотренинга:       " Спокойно, Аид, спокойно... бывало и хуже, но реже. Подумаешь, нужно занять место одной высокоморальной надоеды косящей под стерву, чтобы помочь своему собственному пустоголовому племяннику спасти саму ткань мироздания. Было бы хуже, если бы меня с Геркулесом поменяло местами, хотя... Завоевать Олимп так было бы легче - пару раз спас эту толпу небожителей и - бадабим-бадабум! - место среди них мне обеспеченно! А там скоропостижная смерть "любимого папочки-громовержца" и... эх, даже уже жаль. Ну и ладно, запомним как возможный план. Но ведь всё действительно не так плохо. Во-первых, я жив. Мда, это недостаток, нет не так. Во-первых, я вообще существую и помню, как всё было. Во-вторых, я примерно знаю, как всё исправить. В-третьих, всё это кончится достаточно быстро, всего за месяц, так что, можно даже считать это своеобразным отпуском, над которым можно после посмеяться. Если выживу и всё исправлю..."       Аид остановился, опершись о дерево рукой. Не смотря на собственные бравады, было неспокойно. Кажется, он что-то всё-таки забыл, упустил какую-то деталь... Не важную для самого плана, но всё-таки покоя не дающую...       Послышался стук копыт и чьё-то пьяное бухтение. Бывший бог хмыкнул, от чего пряди снова упали на глаза, сдунул их и приготовился ждать. А вскоре перед его глазами появился бредущий по копыта в воде Снек.       Натянув улыбку на лицо, Аид отсалютовал кентавру, произнося:       - Привет работникам монстрячего фронта! Как жизнь, копытный?       - Аид? - прищурившись подскакал ближе кентавр. - Какими судьбами?       - Да так, - махнул рукой рыжий. - Есть у меня к тебе одно взаимовыгодное предложение...       Он всё-таки бог подземного мира или не бог? Даже то, что сейчас он застрял в смертной шкуре, в чужой судьбе, не могло изменить того, что он столько веков подряд весьма успешно управлял подземным миром, подданными которого были не только относительно смирные души, но и отпетые грешники, и умершие бунтари, всё порывающиеся сбежать, и множество детей! Причём, не мирные смертные малыши, большая опасность от которых погром во всём доме, а отродья Гипноса, Ехидны и прочие дальние родственники - те ещё монстры. О заточенных на нижнем уровне дядюшках и тётушках можно скромно умолчать.       Впрочем, не только удержания в узде всей этой братии способствовало развитию у Аида навыков дипломатии. Племянники помогли. Это Зевс общается с детишками постольку поскольку, чтобы, не дай Уран, Гера снова не начала ревновать, а вот Аиду волей-неволей приходится со всеми ими разговаривать. Как чисто на деловом уровне с Гермесом, так и на почти родственном-дружественном с Дионисом-Вакхом.       Так что, пятнадцать минут спустя, кентавр был готов на всё, лишь бы ныне-смертный замолчал.       - Хорошо-хорошо! Я согласен, но только одно условие.       - Любой каприз за ваши деньги! Выкладывай!       - Понимаешь, Аид... Гадес в общем-то неплохое местечко, особенно для нас, монстров. Но уж больно там одиноко...       - Не вопрос! - ещё шире улыбнулся Аид, уже предвкушая завершение задания. О том, что закончится оно не так, как он хотел, что в этой вероятности что в предыдущей, разошедшийся трикстер позабыл. - Ещё один пункт в соглашении и все души прекрасных гречанок у твоих копыт!        Кентавр довольно хмыкнул, ухмыляясь во все восемь оставшихся зубов.       - Ну зачем же сразу контракт, Аид. Можно же придумать другое решение...       - Да? - скептически протянул парень, выдыхая - волосы всё никак не желали лежать ровно. - Это какое?       Снек скабрезно растянул губы и схватив одной рукой парня, вкрадчиво произнёс прямо в удлинившееся от удивление лицо Аида.       - Простое. Знаешь, ты ведь тоже ничего...       Жуткий вой прервал лекцию Фила о Фивах на полуслове. Однако сатир только вздрогнул, и начал сызнова.       - Вот тебе типичный случай, барышня в...       Но Геркулес его уже не слышал, а натянув поводья, отправил Пегаса в крутое пике. Приземлившись, Геркулес как можно быстрее раздвинул ветви и... замер.       Потому что звук, заставивший его бросится на помощь, отнюдь не был испуганным криком барышни, попавшей в беду.       Говоря честно, это вообще не был крик.       И точно уж не барышни.       Когда он споткнулся о полы хитона в третий раз и упал, Аид вскочил, помянул сквозь зубы мойр и Мегару, из-за которых он оказался здесь, того неведомого придурка заварившего всю эту кашу, озабоченного Снека, и по привычке "любимого" племянника, завязал, как мог, промокшую ткань, чтобы не мешала и побежал дальше.       Всё шло не по плану... Да по какому плану! Мироздание в очередной раз доказало, что не стоило высмеивать Кору, которую Зевс предлагал ему в жёны, на глазах у её подруги Тихе*. Он что, дурак что ли - забирать от Деметры её любимую доченьку, без которой она и дня не могла прожить, не устроив природный катаклизм? Конечно, количество душ это увеличило бы, но на кой ему такая головная боль - усмирение едва ставшей подростком Персефоны, вряд ли довольной таким замужеством, вместе со сверхучной работой?       Опять кто-то пытался занять его место. Это ведь была его роль! Циника, насмешника, и в общем не слишком приятного в общении типа, от одной похабно-клыкастой улыбочки которого все порядочные богини спешили отвернутся, а все порядочные боги краснели - кто от гнева, кто от смущения или стыда. Непорядочные либо жили в его вотчине и знали крутой нрав, либо были Дионисом, принявшим на грудь уже третий кувшин. В других случаях даже переболевший безумием племянник не решался подкатывать к дядюшке. Подобное провокационное поведение хорошо вписывалось в образ Аида, а так же изрядно веселило и оберегало от любых попыток любопытных небожителей лезть в его дела.       Ну а теперь... Даже верить в это не хотелось. Его пытался... эммм... склеить какой-то кентавр! Уму невообразимо! Однако, то ли Снек слишком расслабился, то ли Полотно так поменяло местами, но... Аид, хоть и стал смертным, но собой быть не перестал. И уж кем он никогда не был, так это баб... женщиной! Трусом, лжецом, изменщиком, подлизой, интриганом, гадом - да! Но не бабой!       У него ещё есть сила... пусть и не божественная, и даже не полубожественная, обычная, человеческая, но... У него так же есть и знания. Знание одного из могущественнейших богов, держащего в железном кулаке самое опасное из царств. Например, знание о том, куда можно ударить, что даже самый большой и сильный кентавр, упадёт с ног, воя и катаясь от боли, как младенец.       А ещё у него осталась его наглость, чтобы применить эти знания на практике...       Однако, теоретические выкладки редко когда проявляются на практике - вот и сейчас, действия воспроизведенного знания хватило, чтобы выбраться из хватки Снека, но вот вырубить чудовище полностью - нет. Да и то, пришлось наносить два удара.       Так что...       " Руки в ноги, Аид и бегом - марш! Глядишь, удастся убежать от этого жеребца куда подальше. Главное, самому копыта не откинуть во время этого марафона!"       Но его планам не суждено было сбыться - огромные когтистые пальцы снова сжали его, выбивая воздух. Перед глазами появились чёрные мушки от боли, а рёбра отчётливо хрустнули. И будто подступающим гласом блаженного бессознательного послышалось не слишком твёрдое, но уверенное:       - Стой! Простите, уважаемый... эммм....сэр! Я прошу отпустить вас эту молодую...ой, молодого...       Приоткрыв глаза, Аид оглядел смущённого собственной гендерной неразборчивостью героя, застонал и закрыл лицо рукой.       " Геркулес, мать его мозг всея Олимп! Принесла же его нелёгкая..."       - Ей, молодой человек, вам никогда не говорили, что вмешиваться в чужой разговор - дурной тон? Так сказать, двое дерутся, третий не мешай?!       Геркулес покраснел ещё сильнее, смущаясь, от чего Аиду стало как-то...спокойнее. Хоть что-то привычное в этом мире - верные черти как всегда дурни, мойры - всё те же уважаемые извращенки с туманными пророчествами, Геркулес всё так же вспыхивает от каждой его остроты.       - Извините, а разве вы не барыш.. ой, юноша в беде? - кое-как выдавил тот из себя.       Аид хмыкнул, поёрзал, устраиваясь поудобнее в кулаке Снека, поставил под голову локоть и улыбаясь произнёс.       - С барышней меня ещё не сравнивали. Ну а что касается остального, то... Да, я в беде. Впрочем, я буду не против, если вы окажите мне услугу, избавляя от надоедливого общества.       Геркулес просиял, и явно хотел что-то сказать, но тут до Снека дошло, чего от него хотел этот двуногий, и он вступил в драку, перво-наперво откинув передними копытами начинающего героя куда подальше.       Временно смертный вздохнул, крепче вцепляясь в удерживающие его пальцы и приготовился прыгать при первой же возможности, которая не заставила себя ждать - после первого же удара твёрдой, но пустой головы героя в туловище кентавра заставила того разжать руки и Аид снова упал в воду.       Отползя на четвереньках подальше от дерущихся, (ибо в отличии от племянника соблюдал правило невмешательство третьего), стал молча наблюдать за избиением младенцев, точнее жеребчиков, пытаясь хоть как-то привести себя в порядок. Роль моральной поддержки героя и комментатора всего боя взял засевший на соседнем бревне сатир и знакомая синегривая кобыла в перьях.       Одержав окончательную победу над кентавром, Геракл вышел на берег из воды, и улыбаясь, спросил.       - Что скажешь, Фил?       Козлоногий только фыркнул, не желая признаватся в успехах юного дарования - по его опыту выходило, что это для них вредно. А то ещё загниют от своей гордости как ананасы в оранжерее.       - Остынь, везунчик! Такие номера сходят с рук только на районной спортакеаде! А ты, метишь в высшую лигу! - пытался втолковать сатир своему воспитаннику, однако... Тот уже заприметил место, где ранее сидел спасённый и решил подойти к нему, завязать разговор.        Однако, когда он подошёл ближе, на месте никого не оказалось. Но через секунду среди зелёных ветвей появилась алая с отливом в пурпур макушка, у которой он и осведомляется.       - Как ваши.. эмм... дела, сэр...?       - Аид. Просто Аид. - Протянутая сквозь ветви рука пожимает ладонь Геркулеса и начинает её трясти, да так, что вскоре тряска переходит даже на голову. - Ну а у тебя есть имя, или только гора мышц?       Геркулес убирает руку, встряхивает головой и снова неловко улыбается. Потом, когда до него доходит суть вопроса, произносит:       - Геркулес. Моё имя Герку... - краска снова заливает его лицо, а сам начинающий герой поспешно отворачивается, чтобы не глазеть на выходящего из зарослей Аида.       Аид только приподнял бровь, проходя мимо Геркулеса, тут же повернувшегося к нему спиной, и сел, как был, в одной набедренной повязке на бревно. Мокрый хитон он уже снял, и тот лежал на плече, дожидаясь, пока его отожмут, чем бывший бог и занялся.       Мускулы, не такие мощные, как у самого Геркулеса, но достаточно развитые на руках напряглись, выжимая из перекрученной ткани ручейки воды. Влажные волосы начали крутится ещё сильнее, прилипая к коже яркими завитками, а блестящие капельки раз за разом срывающиеся с кончиков кудрей, стекали по светлой коже очерчивали чересчур худощавую, угловатую, но стройную, крепкую и привлекательную фигуру.       - Геркулес... Герк значит, да? - сказал Аид, расправляя одёжку на дереве, чтобы подсохла. Услышавший его голос Геркулес вздоргнул, а после мееедленно повернулся. При виде его физиономии, временно смертный весело фыркнул - цвет лица племянничка был в точности как у его новых волос.       Какое-то время Геркулес всё ещё опускал взгляд, но наконец пересилил себя, смущённо улыбнулся и сел рядом. Тем более, к ним уже подошли Филактет с Пегасом, и чувствовал он себя более уверенно.       Аид только покачал головой, превращая улыбку в оскал (прикус, сейчас, конечно не тот, но тоже ничего). Пожелание сгинуть куда подальше, как и сожаление о том, зачем Геркулес его спас, отчётливо читались как на лице сатира, так и на морде героического питомца.       - Так... как-как это вышло, что ты связался с этим...       - Болваном с копытами, чтоб в него Пан влюбился?       -... примерно так. - Представив себе эту картинку и побурев ещё сильнее ответил Геркулес. Аид хмыкнул, вставая и подойдя ближе сказал:       - Да так, можно сказать, не сошлись в цене. - Хмыкнул Аид, многозначительно играя бровями, собираясь снова вогнать в краску племянничка. Он уже давно уяснил, чем в большем смущении Геркулес находится, тем меньше лично для него,( или на нём ) Аида, разрушений будет сделано. Однако, на этот раз он немного просчитался - тот стал бледен как мел, ибо сам видел процесс "торговли".       Проведённый Аидом на Снеке приём был настолько жесток, что даже Фил сочувственно поморщился, сжимая козлиные колени и прикрывая пах.       - Ну, спасибо за всё, Герк, всё было просто класс! - Аид легко вскочил на ноги, и снова закинув так и не высохший до конца хитон на плечо, отсалютовал Геркулесу. - Так, ну а мне пора, бадабим-бадабум, столько ещё дел нужно сделать, столько сделок заключить, столько монстров заманить...       - Постой! Тебя подвести? - Возмущённое ржание Пегаса и ворчание Фила было Гераклу ответом. Управитель Тартара повернулся, оглядел сияющего надеждой племянника, смывшегося куда повыше конягу и ехидно протянул:       - Не думаю, что твоя кобыла от меня в восторге. Как бы не скинула на полпути, у меня, в отличии от этой подкованной курицы с седлом, крыльев нет.       - Пегас? О, не говори ерунды! Он будет счастлив! Ой! - Метко кинутое яблоко прервало монолог о преимущество авиалиний "Пегас-эйр". Аид только хмыкнул, ловя отскочившее от макушки Герка яблоко, вгрызаясь в него зубами.       - Да не переживай ты так, Герк! - между укусами говорил Аид. Всё-таки, божественное прошлое дало о себе знать тем, что он совершенно не имел понятие о том, что такое человеческий голод. И сейчас, всего полдня спустя, простое яблоко казалось ему полной чашей амброзии. - Нам всё равно не по пути, так что... лети давай сам, по своим делам, обо мне не беспокойся! Ну ладно, мне пора...- Аид всё-таки не удержался и сделал всё по старой привычке. - Пока, Дуркулес.       - Пока... - рассеянно помахал вслед уходящему парню Геркулес. Филактет хотел было что-то сказать, но увидев лицо ученика, махнул рукой, подзывая к себе Пегаса и сыпля проклятья на голову одного рыжего плута, так некстати оказавшегося на пути в Фивы.       Ох, чуяло его сердце, этот рыжий, даже огненноволосый пройдоха принесёт его мальчику ещё много проблем...       Пронаблюдав из тени за взлётом всей честной компании и попутно доев яблоко, Аид повернулся и зашагал в сторону наиболее непролазных и мрачных на вид кущ, в который раз порадовавшись, что снял хитон - а то бы тот уже был изорван выпирающими тут и там шипам. Наконец, достигнув относительно большой полянки, он заметил на земле умилительное зрелище - двух невинного вида зверят, смотрящих на него с надеждой.       - Ребят, вы серьёзно? Неужели не нашлось ещё более идиотских обликов, чем ослоухий грызун и переболевший рахитом бурундук?       - Кто это тут грызун? - тут же возмутился "ослоухий" и выставив свою пятую точку с белым куцым хвостом, произнёс. - Смотри я -зайка!       - А я, а я - мельтеша под ногами отозвался "бурундук" - Я - белочка!       - Белочка... белая горячка что ли? Ну тогда ясно, откуда такие образы... - бормотал рыжий, но его не услышали. А мгновение спустя черти предстали перед Аидом в своих истинных обликах.       - Та-да! Правда же весело?       - Угу, чертовский смешно... - отозвался Аид, пытаясь отмахнутся от повисшей в воздухе шерсти, от которой хотелось чихать.       - Аииид, рыжик ненаглядный... - послышался до остроты ласковый голос. Аид выдохнул, возводя очи долу, но тут же взял себя в руки и натянув улыбку на лицо, поспешил к ожидавшей его доклада Мегаре.       - Мег, голубушка чернокрылая, киска взбесившаяся, зайка чумовая, пираньюшка моя острозубая! Чего звала тьма очей моих, драгоценный инфаркт миокарда моего сердца?       - Аид, язва ты моя жемчужная, - в тон ему начала богиня мёртвых. - Я тебе что поручила? Переманить на мою сторону Хранителя Реки. А что теперь? Кентавр списан! Да и... - Мегара оглядела подчинённого с ног до головы, и заполыхала. - Ты что себе позволяешь?!       - А что такого?       - Ррррр...Быстро оденься! А не то...       - Ладно-ладно, сейчас! - пошёл напопятую Аид, смотря как от Мег во все стороны летят искры. В таком состоянии лучше не спорить, это он знал по себе. Ну, он бы убил, если бы кто-нибудь попытался. Так что, он только натянул сухой хитон( близость исходящей даром праведного возмущения богини сыграла свою роль в его скором высыхании) и снова осведомился. - Довольна?       Мегара скривила губы.       - Нет. Но большего от тебя ждать не стоит. Так может, ты мне объяснишь наконец, почему провалил задание?       Аид надулся - уж чего-чего, а его вины в провале не было. Вот честно!       - Почему это сразу провалил... произошедшее проходит под рамки аспектов, находящихся вне моей юрисдикции, и являются форс-мажором. Так вот, если бы этот форс-мажор, иначе называющийся Геркулесом... - со смаком произнёс Аид и аж зажмурился, в предвкушени зрелища, что не заставило себя ждать.       Чёрные глаза богини окаймились красным, сжимаясь в пульсирующие багрянцем точки.       - Как.. ты его назвал?       - Геркулес - почти пропел имя племянника Аид. Боги, кто бы знал, что это ненавистное слово когда-нибудь сможет принести ему столько радости?       - Подожди-ка, а не Геркулесом ли звали того карапуза... О боги!       Насладившись зрелищем того, как Мегара скручивает бесов в бараний рог, Аид примерительно положил ладони на её плечи, массируя их, предварительно сдув пламя и успокаивающе прошептал:       - Спокойно, Мег, спокойно. К счастью, эти идиоты всё-таки смогли сделать его смертным, да и время, чтобы его ухайдокать, у тебя есть...       Богиня передёрнула плечами, скидывая его руки и отойдя на пару шагов, обняла себя руками за плечи, прикрыв глаза.       - Ты прав. У нас ещё есть время устранить это досадное упущение. Только на этот раз - больше без ляпсусов...       Да, время у них было, но времени было в обрез. Поэтому следующая встреча Аида и Геркулеса произошла всего пару часов спустя, когда герой только-только начал приходить в себя, после знакомства со странным парнем.       Свист ветра раздавался в ушах, Фил что-то бурчал о Фивах, даже Пегас пытался как-то привлечь его внимание, делая во время полёта разные мёртвые петли, однако Геркулес был по уши в своих мыслях.       Почему-то у него из головы никак не шёл последний подвиг, точнее... Точнее.. что-то казалось ему... неправильным, неверным, с каким-то подвохом. Будто смотришь любимую пьесу в театре, и вдруг подмечаешь, что любимый актёр ведёт себя по-другому. А после того, как спектакль закончился, узнаёшь, что это вообще был не он, а другой актёр, а ты сам, под маской и не отличил.        Его лицо действительно походило на маску - с чёткими, будто вырезанными, чертами, искривлёнными в насмешке губами, выступающими скулами и по-птичьему острым подбородком. С яркими, какой бывает у париков, цвета последнего луча заката волосами, и хитрыми жёлтыми очами, порой так невинно прикрывающиеся бархатными угольными ресницами.       Аид. В нём действительно было что-то от театральных масок - что-то неуловимо знакомое, близкое, что-то ненастоящее, будто он действительно актёр, приучившийся так ловко и так быстро менять маски, что совсем забыл про своё лицо. Забыл, какое оно на самом деле, какой он.       Однако в Фивах Геркулес быстро понял, что не один Аид носит маски. Казалось, что едва они приземлились, как даже Фил выдохнул и надел свою, в чём-то знакомую, и даже близкую, но - маску сатира-тренера героев. Что же говорить о самих жителях Фив, которые настолько привыкли лгать и притворятся, что не захотели принять его искренней помощи.       - Как я докажу, что я герой, если они не хотят меня даже испытать?       Фил покивал головой и уверенно произнёс:       - Случай будет. Нам бы какое-нибудь бедствие... Или катастрофу...       Ищущий, как говорится, да найдёт, желающий чего-либо, от мойр это получит. Обычно либо туманным пророчеством, либо ножницами по башке, однако в этот раз всё ограничилось уже печально знакомым для Филактета голосом из толпы.       - Ау? Народ, тут есть какие-нибудь герои? Героев не видали? Эй!       - Аид? - не поверил своим глазам Геркулес. Сатир только хмыкнул, складывая руки на груди.       - Вот и ходячее бедствие.       - О! Герк! - растолкало толпу "бедствие", подбегая поближе. - Слууушай, Герк, чисто по дружески скажи, ты тут героев не видел? А то кое у кого наконец-то пошёл спрос на этот товар!       - Да что, что такое? Можешь объяснить, что случилось?       Аид остановился, подумал, махнул рукой и ответил так:       - Ой, да почти ерунда, сущая безделица! Просто два карапуза попили молочка от бешеной коровки ну и полезли куда не надо, в ущелье, ну и начали выяснять, кто кого перекричит. Победил обвал.       - Постой, детей... придавило? Фил! Это то, что надо! - обрадовался Геркулес. Аид тоже всплечнул руками.       - Вот и я о том же! Ну так что, герой, пойдёшь на помощь молокососам?       - А то! Летим, покажешь дорогу! - и схватив его за руку, потащил к Пегасу.       - Эй-эй, стоп-машина! Никуда я не полечу, у тебя даже ремней безопасностей нет и вообще я высоты боюююююююсь! - орал уносимый куда-то под небеса крылатым конём Аид.       Высоты Аид действительно боялся. Ну как, боялся - ему некогда было к ней привыкнуть. Он всё больше времени проводил на глубине да в замкнутых пространствах - сначала в брюхе у Кроноса, потом вообще в своём царстве, откуда выбирался редко.       Ну а теперь... да ещё и Пегас, вот мстительная скотина, прибавил скорости и так, что Аиду пришлось всеми конечностями вцепится в Геркулеса, чтобы не свалится с этой помеси попугая-альбиноса и осла.       Однако вскоре, поняв, что никто его ронять с высоты не собирается, попривык, и начал получать от ситуации удовольствие.       - Юююююююуууууууухххуууууу! - Пегас от первого восторженного вопля сам едва крылья не склеил. Геракл повернулся, проверяя, как там Аид, и не смог сдержать улыбки.       Аид явно не страдал не морской, не небесной болезнью, хотя колбасило его по-полной. Он походил на Ибита, впервые покинувшего гнездо, на лице его так и читалось: " Ух ты! Я ещё и летать умею?!" Сходство с совой дополняли широко распахнутые восторженные, жёлтые , как и у питомца Афины, глаза и крючковатый, хищно загнутый клюв... то есть нос. Волосы растрепались, и извивались на ветру как языки пламени, снова навевая Геркулесу чувство узнавания. Только чего? Кого?       - Уф, хорошо... а ещё можно? - спросил Аид, спрыгнув с крупа на землю. Пегас от такой наглости едва с ног не свалился, но после только фыркнул возмущённо и повернулся к наглецу... хвостовой частью.       - Хорошенького понемногу. Так где ты говоришь, эти дети?       Аид махнул рукой в сторону огромного булыжника и на полусогнутых ногах отошёл подальше, чтобы не мешать.       А Геркулес, поправив пояс, пошёл навстречу своему первому из двенадцати подвигов.       Тихие хлопки нарушили тишину, царившие на вершине утёса. Замызганные пылью мальчишки поклонились, словно актёры в театре.       - Талантливо сыграно, ребятки. Я чуть не прослезилась. - мурлыкнула Мегара, сидя на троне.       - Честное... слово - начал Паник, проеобразовавшись.       -... я был невинен как... дитя. - закончил Боль, возвращая себе рога и хвост.       - Отлично, на все двести. - Мегара даже написала в воздухе "διακόσια" в подтверждении своих слов. - Однако, меня особенно удивил наш вундеркинд... - она послала пламенеющий взгляд в сторону рыжего. -Аид, я даже не знала, что ты такой хороший актёр, рыжик, не ожидала, честно...       Аид только дёрнул уголком рта и снова перевёл взгляд вниз. Вся эйфория от полёта уже прошла, а другие эмоции ещё не вернулись, так что он был совершенно спокоен, зная, что всё произойдёт так, как должно произойти. То есть, Геракл победит.       И всё-таки..       - Ты там не сильно напрягайся, Дуркулес. Возможностей убиться у тебя будет ещё много...       " Видимо, это семейное - вставать поперёк глотки у всякого, кто пытается сожрать" - меланхолично подумал Аид, наблюдая за тем как только что проглотившей Геркулеса Гидре становится дурно. Ну конечно, меч, перерезающий шею не способствует хорошему пищеварению. Как и брыкающийся в утробе сожранный живьём первенец. Некоторые титаны судили, что причина того, почему Кронос перепутал Зевса с камнем была в том, что беднягу просто замучил съеденный ранее Аид, ставший этакой божественной изжогой, диареей, язвой и гастритом в одном лице.       Размышления были настолько занимательные, поэтому он единственный остался спокойным, когда черти начали метаться, видя, что Гидра побеждена, а спину начало припекать от полыхающей Мегары.       - Ребята, ребята, расслааабьтесь! - и устроившись поудобнее, закончил. - Это только первый раунд.       И действительно - туша чудовища начала колыхатся, намекая на то, что это ещё не конец.       Однако сам конец уже был известен.       Пусть и для одного лишь Аида.       ...Заметив первым, как кучка камней, завалившая и Гидру и Геркулеса с головой, начала шевелится, Аид ухмыльнулся и споро отбежал подальше, спрятавшись за очередным валуном, пока до Мегары не дошло. Однако, Мег была девочкой умненькой, поэтому когда из-под завала показалась потрёпанная, но к сожалению невредимая тушка племянника, радость сошла с её лица, как старая штукатурка с потолка.        Спину снова начало печь, но пришлось потерпеть, пока гнев богини мёртвых окончательно не пройдёт и, вот же выверты фантазии Анакии**! - в тихую радоваться победе Геркулеса.       Потоки расплавившегося камня медленно текли вслед за празднующей процессией несущей на руках своего нового героя. * - богиня случая, случайностей и удачи как таковой, у греков. Как видно, и по канону и так, у Аида с ней отношения не очень... ** - богиня судьбы, её воплощение.