Путь домой

- Я специально вашу зверюгу вперед себя послал! – Крикнул он издали. – Думаю – если пираты какие-нибудь сели, то напугает, а если вы - нет! - Поэтому ты для нас припас другую зверюгу. – Кричать и махать руками перед самым носом сторожевого козла Станислав Федотович на всякий случай не стал. - А, этот, - смутился Вадим. – Он сам припасся, случайно. Возле дома ему не дают фруктовые деревья объедать, так он гулять повадился. А ну, домой!– Вадим, бесцеремонно ухватив козла за рог, заставил его повернуть морду назад и энергично шлепнул по мохнатой заднице. Скотина покорно потрусила в указанном направлении. – Пошли и мы потихоньку… За пару часов дойдем. Можно было б Полину верхом посадить, да хребет у него острый, сидеть без седла ужасно неудобно. Да и с седлом тоже не сахар – скачет, как козел. Хотя Теду, наверное, понравилось бы, он же примерно так и водит… - А почему он, - Полина широко развела руками, - такой? Мутант? Вадим удивленно на нее посмотрел: - А что с ним не так? - Здоровенный, - буркнул обиженный таким признанием его пилотских талантов Тед. - Обыкновенный. – Пожал плечами Вадим. - Вот, помню, возили нас в детдоме на экскурсию в зоопарк, я от группы отстал, а из-за угла такой рогатый. На свободе гулял, потому что совсем ручной. Как сверху на меня посмотрел, так я с разбега прямо воспитателю на плечи заскочил… Года четыре мне было… - добавил он после паузы. – В общем, они тут все такие. - Ты нам не про зверье сначала рассказывай. – Строго перебил его Вениамин. – Ребенок-то где? - Не тащить же его навстречу неизвестно кому. Не волнуйтесь, он под надежным присмотром. - В доме с фруктовыми деревьями? – Уточнил доктор. – Ты установил контакт с местным населением или как там это у вас, крутых десантников, называется? Вадим кивнул и вдруг смущенно улыбнулся. - Я не думал, что вы нас найдете. Без второго катера, без связи, без ничего… А теперь, что – хватать Стасика и бегом на «Мозгоеда»? - Понимаешь, - теперь смутился Станислав Федотович, - мы не могли в космосе как следует починить двигатели. Так что теперь мы тоже тут застряли на пару недель как минимум. Это от Михалыча зависит. - Ну и ладно! – Вадим махнул рукой и упругим шагом пошел вперед, указывая дорогу. Несколько минут все молчали, переваривая информацию, а потом посыпались вопросы, что за странные люди тут живут. - Да почему странные-то? – Удивился Вадим. – Тихая спокойная аграрная планета, фермеры как фермеры. Сами вы странные, то вам козлы не нравятся, то… - Нет, это мои родители – нормальные фермеры на тихой аграрной планете! – Завелся Тед. – Так знаешь, сколько у них техники? И трактора, и поливальная установка с электронасосом, и теплица с подогревом и освещением, даже киборгами в прошлом году обзавелись! Долгосрочные прогнозы погоды со спутника дважды в день проверяют. А у соседей, что молочное стадо держат, в холодильник на байке въехать можно. Я проверял! – Пилот почесал затылок. Остальные с пониманием хмыкнули. Реакцию нормальных фермеров на грязный вонючий байк в теоретически стерильном помещении предсказать было несложно. – А эти… Ни электричества, ни радио… - То-то ты с «нормальной» фермы бегом сбежал, как только паспорт получил, да и сестренка твоя не задержалась. А здесь хорошо: ничего над ухом не жужжит, новостей дурацких нет, после заката волей-неволей спать ложишься, высыпаешься… А закаты тут – никакого головидения не надо! Стасик во такие щеки наел на козьем молоке. – Диаметр показанных щек впечатлял. - Сыр получается замечательный, и безо всякого холодильника… Вадиму Тед не ответил, крыть было нечем, а вот капитану потихоньку шепнул: - Я же говорил, что многим людям такая жизнь кажется привлекательной. - Закаты, рассветы или молочная диета, но нашему другу Вадиму этот месяц явно пошел на пользу. Это я как врач говорю. – Тихо сказал в другое капитанское ухо Вениамин Игнатьевич. – Он как будто более легким стал, посвежел, расслабился, даже походка изменилась. И раньше он даже малышу так не улыбался… - Обрадовался нам, что наконец нашли. - Не скажи… Так измениться мгновенно не получится. Станислав Федотович задумчиво кивнул обоим, а вслух произнес совсем другое: - Хорошо, а эти обыкновенные фермеры с тихой аграрной планеты сами-то тихие? На корабль напасть не попытаются? Михалыч там совсем один остался, а он - не самый лучший кандидат в переговорщики. - Там еще Маша есть, а она кого хочешь впечатлит и склонит к миру! – Напомнил Вениамин. - Чтобы узреть Машу во всем ее великолепии, надо для начала попасть внутрь корабля. - Да нет здесь никого. – Успокоил их Вадим. - Долина несквозная, а к единственному выходу мы как раз сейчас идем. Вы его лучше не насчет людей, а насчет ызаргов предупредите. Им все выдающиеся достоинства Маши до светодиода. - Ызаргов?! - Зверушки такие типа волосатых змей. Везде лезут, все жрут. А что не сожрут, так понадкусывают, растащат и обгадят. Так за разговорами они и дошли до небольшого домика. Встречать их вышла молодая женщина со Стасиком на руках. Вадим приветственно замахал руками, и поставленный на ноги малыш с радостным визгом поспешил к ним. Ходить он за этот месяц и впрямь стал гораздо уверенней. Вадим присел на корточки, но Стасик бойко протопал мимо него к капитану. - Ух, и потяжелел-то как! – крякнул Станислав Федотович. С его рук малыш полез обниматься с Дэном и Полиной сразу, попутно успел ухватить уголок банданы Теда и сбить очки с Вениаминова носа. Вся команда превратилась в компактный смеющийся шарик. Доктор пытался поднять очки, пока не растоптали, а с другого боку к компании пытался пристроиться очень заинтересованный происходящим козел. - Надо же, не забыл, - пробурчал под нос оставшийся в стороне Вадим, но тут раздался вопль «Папа!» и разноголосые ойканья. Маленький рыжик энергично болтал ножками, требуя его отпустить. Оттаявший космодесантник поспешил забрать его и представить наконец гостей и хозяйку друг другу. Устя оказалась спокойной молчаливой и очень красивой женщиной, совсем не похожей на обычную фермершу. Стройной, черноволосой с огромными ярко-синими глазами и маленькими изящными ручками. Тем не менее возле ее дома был вполне ухоженный на вид огород, по которому разгуливала стайка пестрых упитанных курообразных птиц. Небольшое стадо коз, предводительствуемое тем самым любопытным козлом, выглядело тоже сытым, чистым и довольным жизнью. Сыр из козьего молока действительно оказался выше всяких похвал. И свежий, еще горячий хлеб, и зелень, и томленая в горшочке курица, и травяной чай с душистым медом… Команда «Космческого мозгоеда» во время перелетов на сухом пайке и консервах не сидела, но все равно разница между свежайшими и замороженными по специальной сохраняющей вкус технологии продуктами была налицо. К разочарованию Теда, пива к ужину предложено не было, только кефир, да и тот подозрительного цвета и запаха. Дэн привычно отхлебнул первым и предостерегающе поднял палец: - Содержание ядовитого вещества «этиловый спирт» превышает обычную норму для молочных продуктов примерно в 20 раз. Вениамин завел глаза вверх, пошевелил губами: - Кефир где-то полградуса… - Он смело сделал небольшой глоток, облизнулся и допил кружку – Кумысом, говорят, раньше чахотку лечили… - Никакая она не Устинья. На самом деле у нее очень забавное имя, прямо как из старинной пьесы – Оставления. – Потихоньку рассказывал Вадим. – Помню, в школе проходили донья Ослабеллу, так весь класс ржал. В общем, как познакомились, я до вечера глупо хихикал, аж самому неудобно. Тем более, что она сама строгая, степенная. Вот малышу улыбается, да, а всем прочим… Характер такой, скрытный. На самом деле она добрая, заботливая, да и хозяйка чудесная. Она ж одна живет, все сама делает. Повезло нам со Стасиком, что она как раз за травами в тот конец долины ходила, когда мы приземлились… В общем, придумал я ей сокращенная имя. Остя – это Остап, имя мужское, да и ей не глянулось, аж вздрогнула вся, а Устя - ничего, понравилось. - Постой, а на каком языке вы объясняетесь-то? – Перебил приятеля Станислав Федотович. Хозяйка, усадив гостей за стол, сказала всего несколько слов. Их интонация не оставляла сомнения, что это вежливое приветствие и приглашение чувствовать себя как дома, но вот разобрать отдельные слова никак не удавалось. - Как на каком? На обыкновенном, всеобщем. Только акцент у них тут необычный, с непривычки ничего не понятно. Пару дней на пальцах изъяснялись, а потом прислушались, приспособились. - А козла-то этого нахального как зовут? – Спросила с другого конца стола Полина, услышав краем уха, что разговор идет об именах. - Теперь никак. Раньше, до нас, Раканом звали. По-моему, это «дракон» с местным акцентом, но значит заодно и «чудище вообще» и просто «хулиган». Теперь Раканом стала шоаррская лиса, а козел остался без имени. - Бе-е-едненький…- протянула Полина. - А давайте его Максом Уайтером назовем! – Предложил Тед. – Или Казаком. Козел – это даже ругательней, чем поросенок. Дэн, ты как? Дэн этого анекдота не знал, поэтому неопределенно пожал плечами, мол, какая разница, мы прилетели и улетим, а козел останется. * Донья Ослабелла действительно есть у Козьмы Пруткова. С какой радости именно его пьесы проходят в Новобобруйских школах – понятия не имею, но почему бы и нет. Разумеется, у черноволосой синеглазой дамы, одиноко живущей в горной долине, кроме попавшего в легенды прозвища должно было быть и нормальное человеческое имя, но вот только в каноне оно не упоминается. Так что будем считать, что прозвище это появилось еще при ее (нормальной человеческой) жизни, и что она к нему привыкла, приняла и не обижалась.