Путь домой

Жизнь команды «Космического Мозгоеда» потихоньку становилась размеренной. Михалыч упорно копался в недрах корабля и по поводу сроков окончания ремонта отвечал неопределенно. Похоже, что-то у него не ладилось, однако помощи механик не просил. Вениамин Игнатьевич сдружился с Вадимом на почве рыбалки. Вадим по этому поводу даже перепоручил Дэну почти всю копательную деятельность. Впрочем, рыжего работа в одиночестве вполне устраивала. Конечно же Тед с Полиной не раз являлись с намерением ему помочь, но быстро переключались на игры со Стасиком, переехавшими на ферму котятами, дегустацию созревающих ягод и прочие тоже крайне важные занятия. Ребята также провели разведку своего конца долины и обнаружили там обещанную Вадимом речку. Теплой ее можно было назвать только по сравнению с озером, но окунуться по-быстрому в чистую прозрачную воду было вполне реально. Доктор тоже навестил ее и выяснил, что рыба в ней гораздо хитрее и привередливей, чем в озере, хотя и больше размером. Они с Вадимом вдумчиво провели сравнение, и решили, что озерцо им нравится все же больше. Даже капитан несколько раз присоединялся к пляжникам. Летние каникулы получались хоть куда, разве что с культурной программой оказалось напряженно. Поначалу робко, а потом все настойчивей вечерами обсуждался вопрос, сидеть ли безвылазно подальше от людских глаз, или все же стоит разглядеть планету поподробнее, благо катер теперь на ходу. За экскурсии ратовали Тед с Полиной, Вениамин Игнатьевич же призывал к осторожности. Капитан хмурился и разрешения на вылет из долины пока не давал. Опасался, что его веселая и порой излишне любопытная команда, практически ничего не зная о местных обычаях, встрянет в конфликт с местными жителями при встрече. Однако встреча все же произошла, причем в самом тревожном по представлению Станислава Федотовича варианте. В долину снова нагрянули соседи, и первым с ними встретился Дэн. Камни во дворе Усти закончились. Визуально. В процессе работы Дэн наткнулся на еще несколько, которые совершенно не торчали наружу, но сообщать о них Вадиму не стал. Насколько он понял, целью Вадима было все-таки улучшение огорода, а не литомахия как самоцель. (Вместе с подборкой классической японской поэзии Маша почему-то предложила ему для прочтения и античные мифы. В их содержании, особенно в семейных отношениях между персонажами Дэн очень скоро запутался, даже попытка составления схем не помогла. Продолжительность жизни героев была весьма различна, поэтому некоторые из них развлекались порождением потомства от своих же внуков с различным количеством пра-, степени родства из-за этого были трудновычисляемы и неназываемы. Кроме того, удручали несоответствия во времени, выявляемые простейшими вычислениями при логическом ограничении, что дети должны быть младше обоих родителей как минимум на 17 лет. По поводу последнего числа Маша многозначительно хихикала, но даже изменение его в меньшую сторону (при сохранении положительности разницы) ситуацию нисколько не улучшало. К тому же дизайн единственного встреченного там сада – Сада Гесперид – был описан без интересующих Дэна подробностей. Так что дальнейшее знакомство с античностью он отложил на неопределенный срок, но несколько слов и принципы их образования подхватить успел.) Подкопы под засаженные грядки в середине лета явно бы огороду на пользу не пошли, так что Дэн доложил о выполнении задания. Вадим подошел посмотреть, одобрительно хмыкнул, и скомандовал завтра с утра начать выкидывать образовавшуюся горку за территорию фермы. Дэн почти не огорчился. Он давно догадывался о такой перспективе развития событий и твердо решил, что не будет спорить с вредным космодесантником. Не будет, и все. Просто перенесет камни за пределы фермы и сложит в таком же порядке, или даже лучше, если получится. Но Полина, слышавшая диалог, о мирных намерениях Дэна не знала и налетела на ошарашенного Вадима как Котька на забытый носок. Тому оставалось только глазами хлопать. О том, что наваленная в углу куча камней имеет в глазах некоторых художественную ценность, он до сих пор не подозревал. Вот если бы ему сказали раньше… Теперь же отступать перед взбалмошной девчонкой было суровому космодесантнику не к лицу, поэтому он твердо стоял на своем: работа затевалась, чтобы увеличить полезную площадь участка, а с сохранением «сада камней» - он прямо-таки выплюнул это определение - она даже уменьшилась, поэтому категорически нет. Если бы Вадим потрудился сделать обмеры, то убедился бы, что это не так, но Дэн был уверен, что этакая техническая справка скандал не прекратит. Положение спасла вышедшая на шум Устя. Она тихо, но твердо заявила, что, во-первых, ей нравится, а, во-вторых, теперь она может посадить сюда лечебные травы, растущие только в горах, и ей не придется каждый раз ходить за ними так далеко. Разогнавшаяся Полина начала было возражать, что это – биологический нонсенс, дело же не только в камнях, но и давлении, влажности и прочем, но заметила, как Устя ей подмигивает, и успела вовремя заткнуться, не произнеся коронного: - Расти не будут!!! По-прежнему не понимающий из-за чего шум Вадим с облегчением вздохнул. Раз от сооружения, оказывается, есть польза, значит все в порядке. На сем инцидент оказался исчерпан. Впрочем, Дэн, получив официальное одобрение, свою миссию законченной не считал. Когда они первый раз ходили к озерцу, он заметил на полдороге очень симпатичный камешек, который прекрасно бы смотрелся на самой вершине. Рыжий был уверен, что Вадим камни не пересчитывал, и дополнение, если его пронести потихоньку, не заметит. Утром, подождав, когда рыболовы отправятся за своей добычей, Дэн потихоньку отправился им вслед за своей. Конечно, можно было б попросить Теда слетать на катере, но Дэн решил прогуляться сам. Очень хотелось показать друзьям уже готовый результат. Одинокого философско-романтического пути, впрочем, не получилось. За парнем увязался Макс Уайтер. Шугануть наглую тварь не получилось, а применять совсем уж силовые меры было б нецелесообразно. Пустыми разговорами он не отвлекал, толкаться, бодаться и наступать на ноги не пытался, правда и использовать его в качестве тяглового животного не удалось. При виде камня Макс Уайтер молча посмотрел на Дэна своими прямоугольными зрачками и презрительно отодвинулся. Рыжий поудобнее перехватил ношу и неспешно отправился в обратный путь мимо выхода из долины. Приближение чужаков он услышал издалека, однако решил, что бежать или прятаться нет смысла. Добежать до фермы прежде, чем его заметят, он не успеет, а демонстрировать чужакам, что их заранее боишься, неразумно. Если ж пропустить их незаметно мимо себя, это никак не поможет его друзьям в случае опасности. Так что он продолжил идти как шел. Козел тоже выразительно насторожил уши, но в панику не ударился и хозяина одного не бросил. Если на чутье животного можно было полагаться, то опасности не было. Нагонявшие его всадники были похожи на описание Устиных соседей. Пересказ Вадимовой истории Дэн выслушал тогда очень внимательно. С фермерами Дэн никогда раньше не общался (Тед не в счет), но они скорее напомнили ему опытных солдат. Оружием одинокому путнику они не угрожали, но чувствовалось, что они готовы немедленно среагировать, если заподозрят недоброе. Однако ж рыжий парень с руками, занятыми тяжелым грузом, выглядел по их мнению скорее странно, чем опасно. В Макса Уайтера тоже потыкали пальцем, а он мотнул бородой и коротко мемекнул. Смотрелось это как сдержанное, полное достоинства приветствие. Дэн окончательно укрепился в мысли, что козел незнакомцев знает с хорошей стороны. Вперед к ферме всадники не ускакали, а сопровождали Дэна на манер конвоя. Его это вполне устраивало. Если это все же враги, ловко и коварно скрывающие дурные намерения, то вряд ли они подозревают, на что способен киборг в боевом режиме. Насколько Дэн мог понять доносящиеся до него восклицания, они не просто удивлялись его силе, но и бурно обсуждали что-то еще. Так и добрались до фермы. Гости и дальше демонстрировали почтительность и хорошее поведение в меру своей воспитанности, ребенок их встречать не выбежал, видать уже набегался и улегся вздремнуть, так что Дэн принялся подбирать наилучшее место для принесенного камня, потихоньку наблюдая за спокойной как обычно Устей. Предупредить о визитерах рыбаков он планировал чуть позже, когда окончательно убедится, что все в порядке. Макс Уайтер, наоборот, решил, что его сторожевая миссия уже выполнена, и принял посильное участие в занятии высоким искусством. Ловко забрался на самый верх каменной горки и застыл в горделивой позе. С одной стороны это была прекрасная проверка качества постройки – выдержала, не развалилась, но с другой затрудняло эстетическую оценку. С козлом все смотрелось просто замечательно, но не будет же он стоять тут вечно. Устав ждать, Дэн попросту ухватил обнаглевшего Макса Уайтера под пузо как Котьку и переставил вниз. Со стороны гостей раздались удивленные возгласы. Вадим и Вениамин Игнатьевич заметили на обратной дороге только удаляющееся облако пыли. На сей раз соседи поторопились уехать. - Хватило впечатлений, - объяснила Устя. - Что, опять лиса? Они ж вроде с ней уже знакомы. - Нет, Дэн. – Улыбнулась женщина. – Они очень удивились. Ведь всего месяц назад он был ребенком, еле-еле научившимся ходить. В доме раздался грохот, и Устя метнулась туда. Разоспавшийся Стасик наконец-то проснулся, увидел, что рядом никого и принялся безобразничать на свободе. Пока бдительный Дэн отсутствовал, Полина без труда отловила пару ызаргов и устроила их у себя в каюте. Наблюдала за ними весь вечер, потом все же легла спать, а они все шуршали и шуршали даже в полной темноте. Заснула девушка уже под утро, да так, что ее с трудом растолкали к завтраку. Ни для каких работ она нужна не была, но Тед из вредности заявился к ней в каюту с лейкой холодной воды. Осознав происходящее, Полина не столько разозлилась, сколько испугалась – вот сейчас пилот увидит ее новых питомцев и устроит большой скандал. Однако ж обошлось, не заметил. Парень сам поторопился спастись от ожидаемой справедливой мести, прикинув, что Полина голышом за ним гоняться по кораблю все же не будет, а пока оденется – остынет. Однако, протерев глаза, девушка с ужасом выяснила, что замечать–то было и нечего. Ызаргов в импровизированной клетке не было, не было также и Полининой любимой помады, и остатков запаса шоколадок под койкой, а в ее любимых джинсах, которые она накануне залила сладким чаем и не успела застирать, наоборот, появилась новая огромная дыра. Несколько дней девушка ходила по кораблю буквально на цыпочках, каждую минуту ожидая, что кто-то еще пожалуется на разор и опустошение, но нет – беглецы бесследно испарились. Наверное, сразу благополучно выскочили из корабля, решила она и успокоилась. Задать вопрос Маше, даже взяв с той слово никому не рассказывать про «контрабанду», Полина не отважилась.