The Erl-King (novel) / Король эльфов (новелла)

             Глава 52       Два короля              Скотт оглянулся на разговаривающих Этана и Алрика. Они стояли футах в пятидесяти, но с его слухом — будто шептали на ухо. Для него стало открытием, что и Алрик может испытывать неуверенность в себе. Старший Коени обычно слету принимал решения и казалось был уверен на все сто в каждом действии, но сейчас он выглядел нездоровым и потрясенным. А еще удивляла, возникшая где-то в горле потребности тихонько заскулить и боднуть Алрика под руку.       «Вот если мне внезапно захочется, чтобы он почесал меня за ушами, а я тем времен буду лапой ритм отбивать, тогда это точно будет проблемой», — суховато усмехнулся своим мыслям Скотт. — «Забавно, я всегда пытался заставить его потерять самообладание, а теперь хочу, чтобы он стал привычным, высокомерным и самоуверенным. Хотя по сравнению с Ниссой, он — сама кротость. Может, это связано с королевским происхождением. Король, Святый Боже, он сейчас прям как вылитый король. А Этан — эльфийский принц».       Он посмотрел в сторону леса. Ради их безопасности он сделает всё что угодно. Люциан и его стая исчезли, словно их и в помине не было. Он тщетно прислушивался, пытаясь уловить хоть малейший шорох их продвижения сквозь густой подлесок или звуки разбиваемого лагеря, но слышал лишь шелест листвы. Впрочем, уверенности, что вервольфы не стояли за стволами деревьев всего в нескольких футах от них все равно не было. Скотт перенес вес с ноги на ногу. Почувствовал, как член качнувшись, задел внутреннюю сторону бедра и ухмыльнулся. Ему всегда нравилось ходить нагим и теперь у него имелось подходящее оправдание. Он скосил глаза на Джордана, который по-прежнему умудрялся выглядеть элегантно, хоть и стоял по бедра в воде, голый, как новорожденный младенец.       — Сосредоточься, Скотт, — не оборачиваясь, словно почувствовав его взгляд, произнес Джордан.       Скотт поежился. Брит стоял более чем в пятнадцати футах от него и к тому же шептал, но ему было слышно.       «Конечно, я его слышал! Как и Этана с Алриком! Я сегодня явно торможу».       — Мы можем общаться вот так? — шепнул в ответ Скотт.       — Разумеется, — ветром донесся вздох Джордана. — У нас тонкий слух, если ты еще не заметил.       — Круто! Хотя я и не подумал, использовать эту способность таким образом, — признался Скотт, и пристально вглядевшись в лиственную цитадель, спросил: — Как ты думаешь Люциан… эм-м, тот самый Люциан?       — Вполне вероятно, — после длинной паузы, когда Скотт уже начал сомневаться, что дождется ответа, ответил Джордан.       — Так значит, та история — правда! Об ученике мага и…       — Этого мы не знаем! По-моему, чушь.       Скотт склонил голову в сторону прислушавшись к утверждению Алрика, что тот собирается отправить их с Люцианом. Он особо не прислушивался, оттого думал, что пойдут все вместе, не разлучит же Эрл-кинг его с Этаном.        — Ты слышал? Мы собираемся на экскурсию! И раз уж мы проведем кучу времени с Люцианом, надо будет его спросить правдива ли та история.       Джордан посмотрел на него. Выражение ужаса на красивом лице заставило Скотта сдержать порыв громко расхохотаться. Это выражение было бесценно. Как же он обожал выводить его из себя.       — Ты НЕ БУДЕШЬ ничего подобного спрашивать! — едва ли не закричал Джордан.       — Ой, я уж точно спрошу! Не сомневайся! Подойду, ресницами похлопаю, усядусь к нему на коленки и попрошу рассказать мне о том, как все начиналось, — пантомимой изобразил Скотт.       Джордан прищурился, упер ладони в бедра:       — Попробуй только, и я снова перекину тебя через мои колени.       — Ты же отражаешь, что теперь, когда я знаю, насколько охеренно горячей может быть порка, это уже не средство устрашения? — взорвался смехом Скотт, при виде комичного осознания мелькнувшего на лице Джордана. Наказание превратилось в стимул. У него даже член от предвкушения дернулся.       — Ты неисправим! — гневно бросил Джордан.       — Естественно! Ничего не могу с собой поделать, ты такой милый, когда срываешься, — согласился Скотт. — Эх-хе, походу, босс хочет поговорить с нами.       Скотт совсем перестал следить за ходом разговора Этана и Алрика, но последний выпрямился и жестом поманил их к себе. В поле зрения попала мощная фигура Вульфа. Как же ему нравилось наблюдать за ней. Сейчас нагое, его могучее тело еще больше напоминало Скотту мощный скалистый пик. Голым он выглядел более естественно, чем в одежде, будто большую часть времени провел на улице не одеваясь вовсе. У него была легкая россыпь волос по центру его мускулистой груди и длинный толстый член, который неподвижно висел между бедер. Скотт не мог представить, как Вульф нанизывает на этот кол Джордана. Он был больше, чем в его волчьей форме. И Скотт ни разу не видел у него признаков возбуждения, несмотря на размеры и силу, Вульф был очень деликатным и ласковым. Он даже убирал кувшинки лилий с пути, пока шагал в воде к Алрику.       «Он наверняка полностью попал под влияние волка, когда ранил Джордана. Тот по-видимому был его доппельгангером».       Они втроем подошли к королю с сыном. Этан стоял выпрямившись, на его, обыкновенно бледных, щеках алел здоровый румянец. Он цеплялся за Алрика, но не от слабости. Кончики заостренных ушей торчали из темных волос, у Скотта аж руки чесались пощупать их. Они были восхитительны. Этан увидел, куда направлен его взгляд, порозовел слегка и застенчиво коснулся кончиков.       «Как же я рад, что ему удалось измениться, или как это там называется. Но сможет ли он спрятать уши, когда мы вернемся в Винтер Хевен? Или Алрику придется инвестировать в компанию по пошиву шляп?»       — Я принял решение, которое повлияет на всех нас, — торжественно провозгласил Алрик. Он даже в мокрой одежде выглядел по-королевски. — Я хочу, чтобы вы втроем отправились с Лицианом и помогли ему против лорда Нерестеса, кроме того, что наиболее важно, я хочу, чтобы вы отчитались, сколько моих людей осталось с ним.       — Куда отправитесь вы? — спросил Джордан.       — Мы с Этаном будем искать Сидхе, — рука Алрика обвила узкие плечи сына. — Хотя сейчас он выглядит хорошо, я не буду рисковать, не зная, не было ли у Ниссы запасного плана, нацеленного на него. Чтобы увериться в том, что яд, который она использовала, полностью выведен из его организма, мы поищем одного из их магов. Заодно и посмотрим на моих людей, которые нашли себе пристанище в Сидхе.       — Ты хочешь, чтобы мы разделились? — беспокойно спросил Скотт. Волк в нем не хотел расставаться с Этаном. Они только-только воссоединились.       Алрик кивнул:       — Я знаю, что ты этого не хочешь. И если бы был другой вариант, я бы выбрал его, но обе задачи безотлагательны.       Джордан коснулся тыльной стороны ладони Скотта, успокаивая. Скотт закрыл рот, проглатывая возражения. Уже все было решено. Как же он такого терпеть не мог. Но его слова не имеют никакого веса. И он понимал, о чем говорит Алрик.       — Все окей, Скотт. Я буду с отцом, и теперь, когда мы знаем, где опасность, с нами все будет в порядке. Мы все время будем на связи, — лицо Этана побледнело на мгновение, когда он добавил: — Ой, Скотт, тебе нужен новый телефон. Нисса забрала твой из кабинета отца.       — Вот дерьмо, а я думал, куда он делся. Так мы будем использовать мобильные? Не какие-нибудь суперсекретные магические штуки?       Джордан вздохнул. Вульф улыбнулся в свою бороду и воспроизвел звук, означавший что-то примерно: «глупый волчонок», хотя это могло быть и просто мурлыканье.       — Да, мобильные, а не магия. Магия не самая моя сильная сторона. И кроме того, с мобильными намного меньше хлопот. Не нужно в полночь искать пруды с зеркальной поверхностью, чтобы связаться, — суховато ответил Алрик.       — А-хм, ну да, это имеет смысл, — сказал Скотт.       — Но нам нужно еще кое-что обсудить, я знаю, Вульф, что нежелание вспоминать, заставило тебя задвинуть даже намеки в глубины подсознания, что для тебя это знание сейчас даже не существует, — мягко сказал Алрик. — О твоем прошлом.       Вульф конфузливо взглянул на своего короля, его кустистые брови свелись на переносице.       — Какой-то секрет о человеке-горе? — с легким возбуждением спросил Скотт. У Вульфа должно было быть нехилое прошлое. Он был огромным, милым и не говорил. Мужчина-загадка.       — Мой король, ты меня ставишь в тупик. Я считал, что прошлое Вульфа потеряно для нас. Помимо произносимых им изредка слов, он не мог вспомнить, кем был когда-то.       — Я узнал вскоре после того, как мы покинули эту реальность. Вульф был настолько ранен, что мне не казалось правильным отягощать его моими знаниями. Он оставался со мной, и ему не нужно было взаимодействовать с другими. Я действительно считал, что в свое время, когда будет готов, он вспомнит сам. Но сейчас пришла пора вспомнить свое прошлое. Потому что мне необходимо, чтобы вы все участвовали в этом деле, — Алрик сжал плечо Вульфа. — Эту войну между Нерестесом и Люцианом можно прекратить только если вернется настоящий вожак вервольфов. Они последуют за ним. Они бросят воевать, и мои люди освободятся.       — Святое дерьмо! Так Люциан был не первым вервольфом? Первым был Вульф? Вульф? — Скотт качнулся на пятках назад.       Джордан призвал его к тишине. Скотт изобразил пальцами ключ, закрывающий рот на замок. Впрочем, он знал, что это важно и когда посмотрел на Вульфа все его возбуждение иссякло. Вульф отступал и тряс головой. Громко скулил и тряс головой.       — Да, Вульф, это ты. Ты — король своего вида, хотя ты давно и оставил свою роль другим, по причинам, которые я не знаю. Только ты можешь ответить на этот вопрос.       — Король вервольфов? — Скотт захлопал глазами. — Так, а как же Люциан, который был первым проклятым и…       — Я же говорил, что это романтические бредни, — рассеянно отреагировал Джордан. Его взгляд был прикован к Вульфу. — Здесь больше, чем мы знаем, и я боюсь, в этом ничего хорошего.       — Волчонок, — несчастно сказал Вульф.       — Все окей. Хм-м, Алрик, если у тебя еще есть откровения, надеюсь, пока ты придержишь их при себе, — внес предложение Скотт.       Алрик кивнул.       — У меня нет иной информации. Не похоже, что Люциан узнал тебя. Пока что. Но есть те, кто признают тебя, Вульф, поэтому тебе нужно принять решение.       — Волчонок, — склонив голову проскулил Вульф.       — Мы будем с тобой, человек-гора. Не волнуйся. Ты не один, — пообещал Скотт.       Вульф сгреб Скотта в медвежьи объятия, отрывая того от земли. Скотт рассмеялся, когда его сжали с осторожной нежностью, а затем поставили на место, он потрепал Вульфа по спине и отошел.       — И? Когда мы разойдемся по своим делам? — уже от одного заданного вслух вопроса, у Скотта сжималось сердце и тяжесть наваливалась на плечи.       — Чем скорее, тем лучше. Джордан, тебе нужно будет вернуться в Мэнор и собрать всё, что вам может понадобиться. Скотт и Вульф, вы отправитесь в лагерь Люциана и проинформируете его, что составите ему компанию, — сказал Адрик.       На этот раз упрямо воспротивился Джордан:       — Скотт сходит в Мэнор, а я пойду с Вульфом к Люциану.       Брови Алрика взлетели вверх: не в стиле Джордана было обсуждать указания. Щеки Бритта вспыхнули, и он склонил голову.       — Ты желаешь, чтобы Скотт подобрал тебе одежду? — слабым голосом уточнил Алрик. — Думаешь, он сможет спланировать и упаковать все необходимое для Реальности, о которой он ничего не знает? — при каждом слове голова Джордана опускалась все ниже и ниже. — Ну что ж, я оставляю право выбора тебе, кто отправится в Мэнор.       — Спасибо, мой король, — пробормотал он.       Скотт знал, что Джордана заставила высказаться лишь одна причина: нежелание видеть Скотта где-либо вблизи Люциана. Что было чрезвычайно мило, но глупо. Он пихнул Джордана плечом в плечо.       — Мне не нравится этот парень, тебе ли не знать, — себе под нос пробормотал он.       — Но ты ему нравишься, — тихо ответил Джордан, — и он опасен. Я это чувствую.       — Я ему могу нравится, сколько ему влезет, но ему ничего из этого, — Скотт указал на свое тело, — не обломится.       — Пожалуйста. Я волнуюсь только, потому что ты по-глупому доверчив, — не поднимая головы сказал Джордан.       — Не волнуйся. Вали за нашими вещами. Я буду с Вульфом. Королем вервольфов. Что может пойти не так?       Джордан лишь посмотрел на него недоверчивым взглядом. Скотт попытался ни принимать близко к сердцу отсутствие доверия. Он, вероятно, всегда будет воспринимать Скотта, как тринадцатилетнего, который намеревается подергать Джордана за косички. Не в буквальном, разумеется, смысле. И да, Скотту по-прежнему нравилось это делать. Нужно только Бритта убедить, что он не совсем безответственный.       — Отец, как возможно, что никто не знает о войне между кланами вервольфов? — спросил Этан, который, судя по всему, легко воспринял новости о Вульфе.       «Может, потому что каждый оказался кем-то, в кого он никогда не верил, что уже не казалось сюрпризом».       — Ах, ну да, я представляю, как колдуны, сражающиеся на передовой, попадают на первые полосы, — согласился Скотт.       — Я был уверен, что часть людей Нерестеса находится в Человеческой реальности, а большинство участвуют в войне — в Эльфийской, — ответил Алрик и нежно пропустил сквозь пальцы влажные волосы Этана.       — Мы же сейчас в Эльфийской реальности, верно? — шепнул Скотт Джордану.       Тот кивнул.       — А нам придется платить за роуминг при звонках из Эльфийской в Человеческую? — скривил в улыбке губы Скотт.       Джордан шлепнул его по заднице. Скотт подпрыгнул, его задница окрасилась в алый. Уголек возбуждения вспыхнул внизу живота. Он вовсе не шутил, когда говорил Джордану, что порка возбуждает. Но подавляющий взгляд Алрика сбил все возбуждение.       — Я бы, на твоем месте, попрощался сейчас, Этан, — подтолкнул Алрик сына к Скотту.       Мальчик нетерпеливо подошел к нему. В глазах Этана светилась тревога. Он стоял перед Скоттом, и глаза его светились. Он был красивее, чем когда-либо. Будто весь фильм терзавшая его болезнь прошла, и раскрылась его истинная внешность. Как ни странно, но Скотт ощутил, как встал комок в горле.       — Как же здорово, что ты больше не будешь так сильно болеть. Что ты не… — голос Скотта упал.       — Умру? Да, согласен. Уже легче. И лучше всего будет, когда мы с отцом найдем Сидхе и подтвердится, что со мной все в полном порядке, — он ткнул Скотта где-то по центру груди и добавил: — Не знаю, тяжело ли тебе быть вервольфом.       — Нет, — быстро ответил Скотт, метнув взгляд на Джордана и обратно. Плечи Бритта стягивало напряжением вины. — Это позволило мне попасть сюда, в Эльфийскую реальность и много чего другого. Плюс я стал бессмертным и сильным, и пушистым, и массивным. Это круто.       — Пушистым? Я пытаюсь представить и… ну да ладно, думаю, я еще увижу, — сказал Этан. Его веселая улыбка померкла: — Ты должен заботиться о себе и остальных. Я не смогу вынести, если с тобой что-то случится.       — Как и я. С нами все будет хорошо, Эт. Я к тому, что мы большие, сильные, пушистые вервольфы. Сейчас я в куда большей безопасности, чем раньше, — заверил его Скотт.       — Раньше ты не подвергался смертельной опасности, — сказал Этан. — Война. Колдуны. Магия, — он вздрогнул. — Ты не знаешь, какой ужасной может быть магия.       Что же Нисса сделала с Этаном? Если что-то похожее на то, что довелось испытать ему самому, то Скотту бы самому хотелось разорвать ее на части. Но Этан был цел и невредим. Его вылечили. И хотя во взгляде мелькали тени, но в остальном, он оставался самим собой. Можно надеяться, что что бы она ни сделала, это со временем померкнет.       — Мир и правда не такой, как я думал. В смысле… Я начал принимать наркоту, чтобы увидеть крутые вещи, но реальность такова… черт, это лучше, чем все, что я когда-либо мог себе представить, — вдруг сказал Скотт.       — Все началось с Пудры, — сказал Этан.       — Слава Богу, Алрик остановил ее до того, как она спустила пудру в систему водоснабжения Винтер Хэвен, — сказал Скотт. — Это был второй пункт ее безумного плана.       Этан кивнул.       — Интересно, как она собиралась это осуществить. Она знала, что умрет. Что отец убьет ее.       — Думаю, это должен был сделать Рансулус, но его больше нет, — безмятежно сказал Скотт.       — А ты не думаешь, что кто-то другой из ее последователей мог бы попытаться закончить исполнение их плана? — спросил Этан.       — Я… — после паузы Скотт продолжил: — Я не знаю. Думаю, нам нужно разобраться с этим.       Этан повернулся, собираясь спросить Алрика:       — Отец…       — Я слышал тебя, Этан. Мы проверим ее связи перед тем как отправиться в Сидхе. И разрешим ситуацию, — уверил Алрик.       — Когда он говорит «мы», на самом деле имеет в виду «он», — тихонько рассмеялся Этан. — Надеюсь, теперь я не настолько слаб, и смогу что-то сделать. Хочу быть таким же сильным, как отец.       — И будешь, Эт. Подожди просто немного. Будешь крутым магом, — поддразнил Скотт.       Тени во взгляде Этана проявились четче:       — Я…я думаю, что ты, наверное, прав. Не знаю, как я к этому отношусь. Я будто больше похожу на… нее.       — Эй! — Скотт потрепал его по плечу. — То, что ты станешь магом, не означает, что ты будешь как Нисса. Ты будешь использовать свои… хм, суперсилы или волшебные штучки, чтобы помогать людям. Магия не изменит тебя, Эт. Она всего-то добавит возможностей.       — Ты прав, — глубоко вдохнув, кивнул Этан.       Вульф стоял в стороне. Джордан и Алрик беседовали. Но Скотт чувствовал, что настало время. Он схватил Этана в объятия:       — Это тупо, но я и правда буду по тебе скучать. Давай понадеемся, что все это быстро закончится, потому что я хочу, чтобы мы снова были вместе, — прошептал Скотт в волосы Этана и сжал покрепче в объятиях.       — Полностью тебя поддерживаю в этом, — свирепо сказал Этан. — Люблю тебя, Скотт.       — И я тебя, — Скотт быстро отстранился и вытер слегка повлажневшие глаза. Он ненавидел прощаться, к тому же, это было не навсегда. А всего лишь на короткое время. Он подошел к Вульфу и обхватил того за руку. — Давай, Вульф. Пойдем скажем Люциану, что с нами ему волноваться не о чем, — он оглянулся на Джордана: — Джей! Не забудь мои любимые джинсы! Обязательно убедись, что взял их! Те, у которых дырка на заднице!       — Не Джей! Джордан! Когда ты уже запомнишь? — с улыбкой ответил Джордан.       — Понадеемся, что никогда. Ладно, пойдем. Приключение начинается!        Скотт и Вульф направились к деревьям.              Глава 53       Конец начала              Глядя, как Скотт с Вульфов скрываются в лесу, на Этана накатила волна грусти. Он слышал тихий смех Скотта поддразнивающего Вульфа, что большой — значит, большой везде. К щекам Этана прилил жар. Только Скотт мог бесцеремонно подметить этот факт вслух, стоило только голым мужчинам отойти. Вульф издал громогласный смешок и пробормотал с любовью: «Волчонок». Но стоило им исчезнуть за деревьями, и вскоре их голоса стихли. Этан сморгнул нежданные слезы.       «Мы же не навсегда расстаемся, а ненадолго. И у нас с отцом будет возможность провести время вдвоем. Но все равно больно от мысли, Скотт, Джордан и Вульф будут вдали от нас. Мы семья. Мы должны держаться вместе».       Алрик сжал его плечо, интуитивно понимая чувства.       — Пойдем, liebling. Нам нужно вернуться в Мэнор, и подготовиться к нашему собственному путешествию.       Этан вздохнул и кивнул. Джордан уже отправился в Мэнор за необходимыми для путешествия с волками Люциана вещами. Этан попытался представить, каково будет обходиться без Джордана, который управляет Мэнором и организовывает их жизнь. Представлялось плохо. Несмотря на достаточно большое количество обслуживающего персонала, Джордан всегда следил, чтобы все проходило без сучка и задоринки.       Этан тряхнул головой.       «Только послушайте меня. Какой же я все-таки ребенок, даже не могу представить жизнь без управляющего домом и бытом. Скотт бы сказал не сообщать об этом Джордану. А то тот нос еще выше задерет!»       Этан обеими руками отбросил со лба все еще влажные прядки, случайно задев уши. Провел по ним кончиками пальцев. Они — здесь. Они были настоящими. Он посмотрел в свое отражение в воде. Он был эльфом. Уши доказывали это. Нужно еще будет поизучать себя в зеркале и посмотреть, какие еще изменения произошли во внешности. По телу прошла легкая дрожь волнения. Он такой же, как отец. Ему нравилось, как острые кончики торчат из волос. Но он знал, что нельзя, чтобы они всегда были видны.       — Отец, как мне замаскировать изменения, когда мы вернемся? Хэллоуин закончился, — несмотря на заданный вопрос, Этану не хотелось скрывать изменения в своей внешности. Вдруг они исчезнут навсегда? Что если не удастся никогда их сделать их снова видимыми?       — Я научу тебя заклинанию гламура, чтобы скрыть твою эльфийскую красоту, — уверил его Алрик.       Теперь у него есть эльфийская красота. Он уставился вниз на свое отражение. Можно было увидеть, как отобразилось влияние эльфийской крови на его внешность. Глаза стали больше и ярче. Лицо приобрело утонченность и изящность черт. Волосы по-прежнему торчали непокорно во все стороны, высыхая буйно курчавясь. Затем он подумал о второй части фразы отца.       — Магическое заклинание? Ты уверен, что я смогу его наложить? — он был уже поражен своими острыми ушами и не мог представить, что могут быть еще какие-нибудь изменения. Не говоря уже о способности к магии. А вдруг Алрик разочаруется, что уши — единственный дар, преподнесенный эльфийской реальностью? На что еще способны эльфы?       — Я уже вижу, как закрутились шестеренки у тебя в мозгу, liebling. Уверяю тебя, ты сможешь овладеть навыком гламура, — побуждая Этана встать, сказал Алрик.       — А вдруг — нет? — выпрямившись, он не почувствовал ни следа слабости. Даже плечо не болело. Он улыбнулся. Он чувствовал себя прекрасно. Сейчас. Это немного нервировало. «Подарок» от Ниссы. Он слегка поежился.       — Холодно? — Алрик приобнял его за плечи, пока они выбирались из озера.       — Нет-нет, все нормально. Просто о Ниссе на секунду вспомнил. Я хорошо себя чувствую, отец. Очень даже хорошо. Наверное, для меня, быть эльфом, значит, больше не болеть и остроконечные уши. А заклинания кажутся несколько свыше моих возможностей.       Алрик откинул голову и зашелся снисходительным смехом.       — Ты уже сумел самое величайшее свое заклинание.       — Не понимаю, что ты имеешь в виду, — свел брови Этан. — Я ничего не колдовал.       — Ты же сюда попал, а? Нисса никогда бы не позволила тебе прийти сюда и ни за что не открыла бы дорогу в эту Реальность. Ты сделал это сам, — Алрик коснулся кончика его носа.       — Разве путь не сам возникает, если ты — эльф?       — Нет, не сам. Ты сам призвал это место в поисках убежища и тебе ответили. Магия в твоей крови, Этан.       — Ты имеешь в виду, я, как Нисса? — говоря о ней Этан почувствовал слабый медный привкус на задней стенке горла.       — У нее не единственной в нашей семье сильные магические способности. Вообще, ты очень напоминаешь мне великого мага, который был соратником моего отца, Рэгналла. Он отправился в странствия раньше моих родителей, — он легко взъерошил, провел рукой, как приглаживая перышки, по волосам Этана. — Он был деликатным и чувствительным. Добрым. И очень могущественным. Многие хотели бы видеть его правителем вместо моего отца.       — Правда? — в Этане разгорелось любопытство к древнему магу.       Алрик кивнул.       — Мой отец был… гордецом. Он был холоден во многих отношениях. Он считал себя выше других и его мало заботил кто-либо, кроме его самого, даже в лучшие времена. Это не слишком хорошие качества для лидера.       — А Рэгналл хотел быть королем?       — Нет, он вполне довольствовался исследованиями. Полагаю, именно в этом и крылся его недостаток. Лидер — это призвание. У него этого не было. Может, если бы у него не было другого выхода… но такого не случилось. И он избавился от этого бремени.       — Я понимаю его нежелание. Это большая ответственность. — сказал Этан, скрещивая руки на груди. — Кто бы этого захотел?       — Я бы хотел быть более достойным.       — Отец, я не это хотел…       — Я знаю, — Алрик покрепче сжал его плечи. — Но я вижу сейчас, как многого мне не хватает. Наверное, мне не стоило так стремиться стать королем.       — Но ты — король, отец. Тебе суждено было стать кролем. Я чувствую это. Я знаю. И это место знает об этом, — Этан прислонился головой к Алрику. — Оно тебе отвечает. Каждое дерево стремится прильнуть к тебе.       — Ты уверен, что ко мне? Я верю, что они счастливы ощущать принца среди них, — усмехнулся Алрик.       — Принц? Я? — Этан рассмеялся.       — Ты им всегда и был. У тебя есть эта аура.       — Скотт бы сказал, что я чересчур много возомнил о себе.       — О Скотте многое можно сказать, но мудрость явно не про него, — сухо ответил Алрик.       Этан тряхнул головой и ухмыльнулся:       — Он тебя даже сейчас испытывает. Хоть и знает, что ты король, и выказываемое уважение, он все равно давит. Он такой всегда.       Алрик поджал губы с явным сожалением.       — Да, у него натура такая. Хорошо, что я не на месте Джордана.       Этан потянулся, провел пальцами по волосам Алрика:       — Я тоже рад. Я бы умер от ревности, если бы ты хотел Скотта.       — О, моя любовь, на это не было никаких шансов. Ты — это всё, что я хочу. Мы начали этот разговор не обо мне и не должны заканчивать его на мне, — Алрик поцеловал Этана в висок. — Я хочу, чтобы ты знал, ты можешь пользоваться магией. И ты тоже научишься создавать гламур.       — Я просто не хочу тебя разочаровывать, — посмотрел на него с благодарностью сын.       Алрик остановился и взял лицо Этана в ладони:       — Ты никогда меня не разочаровывал, Этан.       — Но ты же наверняка хотел, чтобы… — Этан жестом указал на свои уши. — Ты должно быть смотрел на них каждый день и когда не видел их…       — Я любил смотреть на тебя каждый день. Слышать твой голос. Ощущать твое сладкое дыхание на щеке. Твоего существования, Этан, для меня более чем достаточно, — Алрик склонился к нему и поцеловал нежно. Прижался лбом ко лбу: — Каждый день его было более чем достаточно.       — Но теперь у нас есть и это тоже, — умостился на его груди Этан.       — Да, есть, — Алрик поочередно поцеловал кончик каждого уха, заставив Этана извиваться. — А теперь, давай уже выбираться из воды.       Они подошли к краю пруда, вышли на траву. Солнце окутало Этана, и его кожа начала высыхать. В Эльфийской Реальности был разгар лета, тогда как в человеческой — зима и темнота. Лес буйно зеленел. Ветер гулял меж деревьев. И кроме него не было иных звуков.       — Здесь так красиво. А кроме замка есть города? — спросил Этан. — Было бы обидно, если только мы можем наслаждаться красотой.       — Города были, но сейчас они пусты.       — Значит, Эльфийская Реальность сейчас полностью пуста? — жутко и грустно было об этом думать.       — Нет-нет, есть и другие существа, которые здесь живут. Вервольфы — один из видов, который здесь существует, — Алрик достал цветок прямо из воздуха. — Но на землях вокруг замка, впрочем… никого.       — Мы найдем твоих людей, отец. Мы их вернем, — Этан нежно обхватил Алрика за предплечье.       — Да. Но сначала, нужно убедиться, что с тобой все в порядке.       — Я чувствую себя замечательно, — еще раз прислушавшись к своим ощущениям, подтвердил Этан. — Итак, ты, хм, собираешься вытащить нас отсюда?       — Вообще-то, я хочу, чтобы ты попытался.       — Отец, я не знаю… — Этан прикусил нижнюю губу. Если у него не получится, неудача докажет его несостоятельность как эльфа в некоторых аспектах. Ему не хотелось, чтобы гордость отца за него сразу же поблекла.       Алрик встал позади Этана. Голая задница мальчика была на одном уровне с пахом Алрика. Эрл-кинг положил крепкие руки на плечи сына.       — Я знаю. Сила в тебе. Ты уже ею пользовался. И снова сможешь. Закрой глаза.       — Отец, правда….       — Закрой глаза, liebling. Делай, как я сказал, — нежно скомандовал Алрик.       Этан кивнул, сделал глубокий вдох и закрыл глаза. Близость отца приносила спокойствие и немного отвлекала. Собственная нагота и то, что отец был одет, скорее возбуждало. Эрекция ослабла, когда он осознал, что нужно сконцентрироваться, чтобы наложить заклинание.       — Что дальше?       — Представь Мэнор. Я хочу, чтобы ты почувствовал снег. Холодный ветер. Я хочу, чтобы ты представил, как ветер хлёстко проносится мимо нас. Ты видишь, Этан? Ты чувствуешь это? — шептал Алрик ему на ухо.       Сначала Этан видел только красноту подсвечивающего закрытые веки летнего солнца Эльфийской Реальности, но он заставил себя вспомнить дом, который знал и любил. Он нарисовал в воображении Мэнор, позади которого темнело ночное небо. Представил мягкость почти невесомых падающих снежинок, крупных и холодных, касающихся его плеч и бисером таявших капель, собирающихся на его сосках. От ледяного снега, покрывающего землю, занемеют ступни. Под пальцами ног будет хлюпать. Он представил, как вдыхает морозный воздух. Теплые солнечные лучи внезапно сменил ледяной лунный свет.       — Все верно, Этан. Забери нас домой. Ты видишь дым из дымоходов от каминов? Почувствуй его запах в чистом ночном воздухе, — продолжил Алрик.       И Этан послушался.       Теплый бриз вдруг стал холодным, мальчик задрожал. Капли воды на голом теле застыли, и Этан откинулся спиной назад, к груди Алрика, начиная дрожать. Но одежда отца была по-прежнему мокрой после озера и тоже заледенела. Этан в шоке распахнул глаза.       — Мы вернулись! — сказал Этан.       Они стояли возле кромки деревьев. Мэнор возвышался перед ними в ста футах. Он увидел собственные и следы Ниссы за своими в снегу. Руки и ноги его покрылись гусиной кожей. Ноги онемели от снега под ним. Неудержимо дрожа, Этан схватился за пояс отца.       — Ты сделал это, liebling! Я знал, что у тебя получится. Ты — маг! Маг! — в голосе Алрика звенело изумление и гордость. Этан бы заскакал от радости, если бы не было так холодно. Что Алрик тут же понял: — Давай зайдем внутрь.       Было страшно идти по колено в снегу, но Алрик вдруг поднял его на руки и побежал к французским дверям. Мальчик издал возглас удивления и обхватил отца за шею, когда Алрик взбежал по лестнице и протиснулся с ним в двери. Этан дрожал несмотря даже на этот короткий спринт. Он облегченно вздохнул, когда они попали в тепло дома. На мгновение вспомнилось, как он увидел Ниссу на кухне и как бежал от нее. Но воспоминание быстро поблекло. Она мертва. Даже хуже, чем мертва. Этан отогнал воспоминание и его место заняла теплая, гостеприимная кухня. Алрик уже нес его по ступенькам наверх.       -В какой спальне будем спать сегодня? — спросил Алрик.       — В моей, — неожиданно сказал Этан. — Хотя не думаю, что хочу спать.       — О? — вскинул правую бровь Алрик. — Но после сегодняшнего тяжелого…       — Я отлично себя чувствую, — Этан погладил Алрика по щеке. — Чувствую себя… идеально.       Он наблюдал как глаза Алрика расширяются в понимании:       — Как пожелаешь…       — Мы собираемся уехать отсюда на какое-то время, не так ли? И я всегда фантазировал, что мы займемся любовью в этом доме.       Щеки Алрика порозовели:       — И я. Но ты уверен, что тебе хватит сил для…       — Уверен. Точно, хватит, — ответил Этан. Его пальцы танцевали вдоль линии подбородка Алрика. — Я достаточно долго ждал. И после того, что случилось с Ниссой… Дольше ждать не хочу.       — Как и я, — прошептал Алрик.       Этан поцеловал отца в щеку, затем его губы скользнули по волосам, слегка прихватили заостренный кончик уха. Алрик резко вдохнул и чуть не споткнулся о ступеньку.       — Liebling, — сбивчиво пробормотал он       — Я испытываю твой самоконтроль, отец? — усмехнулся Этан.       — К счастью нас обоих, сегодня мне не придется сдерживаться, — хрипловато ответил Алрик.       Они уже были возле спальни Этана, Алрик легонько толкнул дверь и внес Этана внутрь. В камине вспыхнул огонь, освещая кровать с балдахином с ее богатыми драпировками. Этан никогда не видел ничего, что выглядело бы более гостеприимно. Алрик нежно положил его поверх постельного белья. Спина Этана коснулась прохладного шелка. Мальчик мурлыкнул и потянулся, потираясь всем телом о скользкий материал. Алрик наблюдал за ним, словно парализованный.       Эрл-кинг тряхнул головой и начал, нехарактерно для себя, скидывать промокшую одежду неопрятной кучей на пол. Свет от камина вскоре осветил его мощную фигуру. Этан задрожал при виде поднявшегося твердого члена мужчины. Жар поднялся внизу живота и анус заныл.       — Я бы сказал, что мы должны сначала искупаться, но я намерен испачкать нас очень сильно, — пообещал Алрик.       Желудок Этана потянуло в предвкушении.       — Я очень сильно тебя хочу.       — Мне нужно взять все необходимое, — Алрик сделал паузу, готовый идти к двери.       Этан потянувшись, ухватил его за пояс. Ему не хотелось, чтобы Алрик уходил даже на мгновение. Отец мог передумать заниматься любовью после всего произошедшего. Он почти упустил свой шанс. Нисса едва его не убила. Этан почувствовал холодное дыхание смерти, и ему нужен был жар любви, чтобы по-настоящему сжечь его.       — Не уходи, отец. У меня здесь все есть. Лосьон и… и гель… и… остальное, — заверил его Этан.       — У тебя? — расширились глаза Алрика.       — С того самого первого раза, как мы были вместе. Я удовлетворял себя каждую ночь. Даже, когда я болел, — признался Этан.       — Я мог бы делать это для тебя, — слегка нахмурился Алрик.       — Ты бы подумал, что я слишком слаб, чтобы еще тратить силы на подобное, — пробормотал Этан.       — Ты прав, — вдруг издал смешок Алрик. — Но я был бы неправ в том, что тебе нужно было. То, чего жаждало твое тело.       — Да, — у Этана пересохло во рту. — Мне нужен ты. Ты мне нужен всегда.       — Я твой, liebling, — Алрик шагнул к нему.       Член стоявшего Алрика возле лежавшего на кровати Этана был на идеальной для мальчика высоте, чтобы потереться о него лицом. Алрик застыл и еще раз тяжело схватил ртом воздух, когда Этан начал тереться о него щекой, подбородком, ласкать губами. Предэякулят заструился у мальчика по подбородку. Он провел по головке пальцем и начал жадно высасывать жидкость. Алрик не мигая уставился на него. Этан знал, что покраснел, но все равно провел по щели уретры отца и накрыл губами истекающую влагу, а затем облизнул их. Алрик порывисто оттолкнул его на кровать и склонился над ним. Затем прижался губами к губам Этана в глубоком поцелуе. Язык Алрика глубоко исследовал каждый уголок его рта, утверждая свои права и пробуя всего на вкус. Он отстранился лишь, чтобы сделать вдох.       Этан раздвинул ноги и обхватил ими Алрика за пояс. Его пальцы обвились вокруг ушей отца, которые дергались от любого даже самого мимолетного касания кончиками пальцев. У Этана от улыбки уже заболели щеки. Член Алрика скользнул по его собственному, и Этан застонал, его голова заметалась по одеялу. Анус затрепетал       — Ты уже готов и в таком нетерпении, мой сын, — пробормотал Алрик, страстно целуя Этана ниже.       — Да, отец. Я хочу тебя. Хочу этого. Очень сильно, — удалось выговорить Этану.       Рот Алрика сомкнулся на правом соске. Мужчина начал жестко сосать его, иногда скользя зубами и прикусывая). Этан выгнулся, отчего их члены потерлись друг о друга сильнее. Он пронзительно взвизгнул.       — Пожалуйста, папочка, — вскрикнул Этан.       — Я позабочусь о тебе, мой маленький, — заверил его Алрик.       Он погладил Этана по бокам, стараясь успокоить, но член Этана уже был болезненно твердым и подпрыгивал на подтянутом животе, когда мальчик беспокойно ерзал бедрами. Возбуждение хлынуло, как адреналин по его венам. Разгораясь в разных местах: внутренняя сторона бедер, соски, внутренняя часть рук и впадина у горла. Каждое из этих мест Алрик либо ласкал ртом, либо дразнил руками. Этан дергался, словно его ударяло электрическим током, при каждом невероятном прикосновении.       — Ты такой отзывчивый. Когда я сделал тебя, я подумал, что ты всегда будешь принадлежать мне, — прошептал Алрик проводя губами по ребрам Этана.        — Ты знал тогда, что ты будешь… заниматься со мной любовью? — спросил Этан между глотками воздуха, его дыхание сбивалось и прерывалось.       Алрик замер на Этане; Его губы остановились в нескольких дюймах от губ мальчика, глаза его отблескивали в отсветах огня в камине.       — Да.       Алрик начал его целовать и следующий сбивчивый вдох у него был украден отцовскими губами слившимися с его в поцелуе. Алрик в одно мгновение всем своим весом прижал его к кровати. Этан был беспомощен против его натиска. Но его это не беспокоило. Он этого хотел. Он сам выбрал. Хотя и осознавал, что одержимость, которую Алрик не раз показывал, должно быть пугающая, должна быть пугающей, для других людей. Возможно, одержимость Ниссы Алриком зеркально отражала одержимость отца им.       Алрик разорвал поцелуй и в перерыве между следующим сказал:       — Я планировал это все время, — и прижался к его рту. — Я сделал всё, чтобы я был единственным кого бы ты когда-либо хотел, — его язык сплелся с языком Этана. — Скотт был единственной переменной, которую я не контролировал, — пальцы прошлись по волосам Этана, потянули за пряди, оттягивая его голову назад, открывая горло. — Ты был бы моим. Моим. Моим. И ничьим больше, — затем последовал почти наказывающий укус в нежную кожу плеча.       — Я твой, отец. Я хотел Скотта, лишь потому что думал, что ты никогда не будешь моим, — Этан чуть не расплакался от этих слов. Его тело горело в огне. С члена текло, заливая весь пах. Задница болела от желания быть раскрытой. — Возьми меня. Используй меня. Делай со мной все, что хочешь.       Алрик потянулся к его бедрам и вдруг прижал их к груди Этана.       — Я хотел, чтобы мы занялись любовью, но будет сложно не просто… не просто взять тебя.       — Возьми меня и люби меня, — пробормотал Этан. Поцеловал отца в губы, щеки, подбородок. Куда смог достать. Он забывался в желании. — Я — твой! ТВОЙ!       Мгновение их единения откладывалось слишком долго. Его мать пыталась остановить то, что происходило между ними. Нисса пыталась прекратить это. Даже Скотт однажды пытался встрять между ними. Но оно было неизбежным. Это была судьба. Или во всяком случае так себе говорил Этан. Только Алрик понимал его полностью. Лишь обожаемый отец любил бы его именно так, как он нуждался. Некоторые стремились вырасти и превзойти своих родителей, но не он. Ему хотелось быть маленьким мальчиком своего отца. Только этого ему и хотелось. И он надеялся, что эльфийская натура поможет исполнить это желание.       — Где твои приспособы? — грубо спросил Алрик.       — Первый ящик. Тумбочки, — удалось выдохнуть Этану.       Удерживая одну руку на Этане, Алрик шарил в ящике. Этан слышал, как он шипит, безуспешно копаясь, а затем — удовлетворенное ворчание, когда нашел спрятанный Этаном лубрикант. На хлопок крышки казалось прозвучал даже эхо отозвалось. Алрик вздернул Этана повыше. Мальчик схватил ртом воздух, когда отец прижал горлышко тубы к анусу и сжал ее, выплескивая большой комок геля внутрь. Он быстро начал массирующими движениями размазывать гель по сжатым складкам и легко скользя пальцем внутрь. Этан насадился на этот палец, ему нравилось ощущение, что какая-то часть отца в нем.       — Расслабься, мой сын, — приказал Алрик, вытаскивая палец и снова медленно проталкивая его внутрь.       Этан сделал глубокий вдох и заставил себя расслабить мышцы задницы. Он знал, что они расслабились совсем немного, но это позволило пальцу отца скользнуть внутрь и наружу. Затем добавился второй, они ножницами нежно раздвигали плоть Этана, его девственный проход. Мальчик тяжело дыша обнаружил, что руки сжимают набухший член, и начал гладить себя. Алрик отбросил его пальцы и накрыл член Этана свободной рукой. Затем начал поглаживать от основания к кончику. Мальчик хватанул ртом воздух, его член неконтролируемо задергался.       — Не кончай, — прошептал ему в ухо Алрик, — Сначала я хочу, чтобы мой член погрузился в твое сладкое тело, малыш.       Этан кивнул. Прикусил губу, стараясь отвлечься от невероятного наслаждения. Хотелось кончить. Ему нужно было кончить!       — Я… Я… А-а, папочка, я не могу! Мне нужно! Нужно!..       Алрик пошло сжал его у основания. Этан застонал от болезненного удовольствия.       — Нет. Нет, пока я тебе не позволю.       Этан захныкал, но согласно кивнул:       — Пожалуйста, в меня, папочка. Мне…мне нужен ты!       — Ты меня получишь, — горячо выдохнул Алрик в его рот. Он смазал гелем свой член. От влажного, хлюпающего звука Этан вскрикнул в нетерпеливом предвкушении.       — Отец! Вставь в меня! Сейчас! — Этан умолял и приказывал одновременно.       Алрик приставил член к заднему проходу сына.       — Ты по-прежнему очень тугой. Невероятно тугой.       — Пронзи меня до самого моего существа, отец. Я хочу. Боли и наслаждения, — сказал Этан. Его голова неустанно металась из стороны в сторону. Он посмотрел на Алрика сквозь полуприкрытые веки. Черные волосы отца покрывалом свисали по обе стороны от его лица. Его мощная фигура была позолочена красно-золотым светом. — Ты такой красивый. Я очень люблю тебя.       Алрик склонился и поцеловал его. Их языки сплелись, рот отца давил на его собственный, отчего тело улетало в стратосферу жажды. Этан поднял бедра выше в безмолвной просьбе, Алрик толкнулся вперед. Одного веса его тела хватило, чтобы головка раскрыла сфинктер. Мальчик прерывисто вздохнул от легкой боли, но это было мелочью по сравнению с испытываемым наслаждением. С непередаваемым ощущением, что им овладевают. Он двинул бедрами навстречу и еще один дюйм крупного члена отца скользнул внутрь.       Алрик обхватил его бедра, заставляя остановиться:       — Контролирую я, liebling.       — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, — захныкал Этан. — Трахни меня, папочка!       Алрик прикрыл глаза:       — О, да.       Он толкнулся вперед. Толчок был неумолимым. С первого проникновения он постепенно погружался не останавливаясь. Но возбуждение Этана прогнало прочь боль, наоборот наслаждение пронзило его конечности. Его член был настолько твердым, что чувствовалось, словно он может лопнуть на его животе. Наконец Алрик вошел полностью, его яйца, налитые семенем, которое сотворило Этана, тесно прижимались к его входу.       — Трахни меня. Трахни меня, — в литании бесконечной потребности повторял Этан. — Я люблю тебя, отец.       — Я тоже люблю тебя, мой сын. Больше, чем кого-либо или что-либо. Сегодня первый из бесконечного множества раз, когда ты примешь мое семя. Ты покоришься мне. Ты мой. И я — твой. Никто больше не получит этого.       — Никто, кроме тебя! — пообещал Этан.       Алрик вытащил и тут же толкнулся назад. Этан царапал отцовские плечи. Ему не хотелось, чтобы отец вытаскивал. За каждый толчок внутрь Этан награждал отца поцелуем. Каждый раз, когда тот вытаскивал, Этан стонал и лупил его по плечам. Он чувствовал себя полноценным лишь когда яйца отца шлепались о его зад. Внутрь и наружу. Внутрь и наружу. Алрик позволил бедрам Этана двигаться, когда они вошли с ним в единый ритм. Этан подавался бедрами вверх, отец вбивался вниз. Он был натянут на член Алрика. Принадлежал ему. Он чувствовал горячую кровь, но было все равно, что его порвали. Ему необходимо было, чтобы его взяли именно так.       Рот Алрика прижался к его, а рука начала поглаживать член Этана. Вверх и вниз. Дразня, ковшиком приподнимала и накрывала его яйца. Вес его наполненных мешочков. Он закричал в поцелуй, когда отец мягко мял его детородный орган. Ему хотелось кончить. Ему нужно было кончить. Но Алрик должен дать свое разрешение. Он принадлежал своему отцу во всех смыслах. Алрик разорвал поцелуй. Его глаза цвета индиго вспыхнули.       — Хочешь кончить, мой малыш? Мой драгоценный сын? — погружаясь глубоко в Этана спросил Алрик.       — Да! — вскрикнул Этан.       — Прими мое семя в себя. Знай, что я буду сеять его глубоко в тебе каждый день. Я заставлю тебя кричать для меня. Ты будешь нуждаться во мне. Ты будешь лишаться рассудка без моих прикосновений, — каждое слово клеймом ставилось глубоко в душе Этана.       — Твой. Делай, что хочешь. Люблю тебя, папа. Я твой, папочка, — пообещал Этан.       — Кончи для меня, красивый мальчик, — где-то возле кончика левого уха шепнул Алрик.       Тело Этана выгнулось от первой струи спермы, извергнувшейся из члена. Член Алрика тесно угнездился в нем. Этан взвыл и ударил отца по спине, почувствовав первый удар струи спермы отца внутри себя. Это было именно так, как и должно было быть. Этан едва ли не потерял сознание, когда его сперма расплескалась между их телами. Возникло впечатление, будто все его существо, вся его суть была сконцентрирована на кончике его члена. Горячее, густое семя покрыло его внутренности, когда член отца конвульсивно дернулся и разрядился внутри. Этан крепко держался за Алрика, пока оба приходили к финишу. Темнота накрыла его чувства, когда он рухнул на кровать. Алрик лениво поцеловал его, пока их члены подергивались в остаточных спазмах, освобождаясь от остатков семени.       Этан плавал в экстазе, его тело дрожало и вибрировало под Алриком. Отец тяжело и жарко дышал ему в ухо.       Все было идеально.       Они были единым целым.       Он обхватил руками отца за спину и позволил глазам закрыться.       Будут еще проблемы, с которыми придется столкнуться, новые потрясающие приключения, но именно сейчас самое важное: они вместе. И сейчас это было все, что имело значение.              КОНЕЦ