The Erl-King (novel) / Король эльфов (новелла)

Персонажи Алрик Коени Обольстительный, состоятельный и могущественный владелец Э-Кор Фармацевтикалс. Самое большое его сокровище – сын Этан, у которого смертельное генетическое заболевание и Алрик во что бы то ни стало намерен найти лекарство и спасти его. Кто-то подозревает Алрика в незаконном тестировании препаратов, а кто-то уверен, что он готов затащить в постель собственного сына, лишь бы никто не посмел занять место в его сердце. Но настоящего Алрика Коени не знает никто, ведь его образ, демонстрируемый всему миру – лишь ширма, надежно скрывающая истинную сущность. Этан Коени Наивный и беззаветно доверяющий отцу сын Алрика. С самого детства понимает, что его любовь к отцу слишком сильна и ненормальна. Алрик для Этана – идеал мужчины, и никто не сможет сравниться с ним ни в уме, ни в силе, ни в красоте. И хотя он знает, что кровосмешение неприемлемо, освободиться от оков своих чувств не в силах. Из-за болезни его круг общения ограничивается отцом, сумасбродным лучшим другом, Скоттом Уэстмором, и преданными слугами семьи. Одержимость Этана отцом только растёт, даже когда он начинает понимать, что Алрик Коени скрывает гораздо больше тайн, чем можно предположить. Скотт Уэстмор Лучший друг Этана. Золотой ребёнок, родители которого постоянно отсутствуют, и, кажется, совсем не беспокоятся о судьбе сына. Считая Этана своей единственной семьей, желает сблизиться с ним еще больше и перевести их отношения на новый уровень, но натыкается на непреодолимую преграду в лице Алрика Коени. Тот не допустит никаких сексуальных поползновений в сторону сына. По городу прокатилась волна ужасающих смертей от мощнейшего наркотика под названием «пудра» и выловив ниточку, указывающую, что концы ведут в Э-Кор, Скотт решает доказать причастность старшего Коени к его распространению. И только начинает находить подтверждения незаконного тестирования Алриком препарата на молодежи Винтер Хэвена, как расследование вскрывает тайны куда более мрачные, чем он ожидал. Джордан Фрейзер Полностью посвятил себя ниве служения Алрику, но когда-то у него были жена и сын. Почему он бросил их, откуда взялись шрамы на его щеке и почему на данный момент Джордан верен Алрику, рассказывается в новелле «Охотник» (также есть и комикс). Джордан часто ввязывается в перепалки со Скоттом Уэстмором, находя его вызывающее поведение хоть и раздражающим, но невероятно притягательным. Скрывая свою чувственную натуру, Джордан всеми силами подавляет истинные желания, но от постоянной близости Скотта его самоконтроль уже начинает трещать по швам... Вульф Немой слуга, присоединившийся к Алрику в одно время с Джорданом. Его ласково называют «человек-гора», считая нежным безвредным гигантом. Но ходят слухи, что таким он был не всегда. Король эльфов Кто там скачет сквозь ветер и тьму? Отец везёт сына, уютно устроив в руках Бережно храня и согревая - Сын мой, почему ты боишься и прячешь лицо? - Отец, ты разве не видишь короля? Короля эльфов в венце и плаще? - Это лишь обрывки облаков в небесах, сын мой. «Милое дитя, иди ко мне! Уйдём со мной! Я буду играть с тобой. Здесь, на берегу россыпи сияющих цветов У моей матери множество золотых одежд…» - Отец, отец! Ты разве не слышишь, как шепчет обещания мне эльф? - Тише-тише, не пугай меня, всего лишь ветер шумит в сухой листве. «Милый мальчик, ты пойдёшь со мной? Мои дочери позаботятся о тебе Каждую ночь они будут баюкать тебя Танцевать для тебя и петь, пока ты не уснёшь…» - Ах, отец, отец разве ты не видишь дочерей короля эльфов там, во мраке? - Сын мой, я ясно вижу, как старые ивы мерцают в сумерках. «Я люблю тебя! Твоя красота пленяет меня… и раз ты не хочешь идти со мной Я возьму тебя силой». - Отец, отец он забирает меня! Мне больно! Король эльфов!.. Отец в ужасе подгоняет коня У него в руках стонет дитя Но слишком поздно У самого дома Умирает дитя. Пролог Добро пожаловать в Винтер Хэвен       Здесь, в Винтер Хэвен, всё странное – норма, богатство – обычное дело, а аутсайдерам – не место.       В этом городе респектабельные люди исчезают без следа, а здоровые – умирают при невыясненных обстоятельствах. И никого ничто не колышет. Ну, только если вы не прислушиваетесь к тому, что бормочут в пьяном угаре на вечеринках. В Винтер Хэвен люди пойдут на что угодно в своем стремлении сохранить шаткое существующее равновесие, защитить драгоценную личную жизнь и свести к минимуму вмешательство со стороны властей.       В частности, один человек платит высочайшую цену, чтобы и дальше бродить во тьме неведения.       Этан Коени.       Мой лучший друг.       Тот, кого я люблю больше, чeм всю свою конченую жизнь.       Меня зовут Скотт Уэстмор и я собираюсь кое-что сделать с тем, кто причастен ко всем этим исчезновениям и смертям.       С тем, кто незримо живёт среди нас, постоянно присутствуя в Винтер Хэвен.       С тем, кто продолжает вводить весь город в заблуждение, поддерживая нашу жалкую веру: чем дольше мы игнорируем существование зла, тем дольше находимся в безопасности.       Что я собираюсь сделать?       Я собираюсь убить Короля Эльфов. Глава 1 Признание       - Может, он вырубился в своей комнате? – предположил Этан. – Нет, ну, точно дрыхнет, уткнувшись в подушку и пуская слюни. Поднимемся, надерём ему зад за то, что заставил нас волноваться, и свалим отсюда, да?       - Да, наверное, ты прав, – ответил Скотт, покосившись на друга.       Этан легонько коснулся его плеча.       - Уверен, с ним всё в порядке. В конце концов, такие как Сквик постоянно влипают в неприятности, но обычно выходят сухими из воды.       Скотт благодарно улыбнулся, и Этан, отгоняя дурное предчувствие, попытался вернуть улыбку, радуясь, что в кромешной темноте невозможно разглядеть, как дрогнули губы.       Скотт полез в телефон:       - Фонарик, – пояснил он. Когда они поднялись на второй этаж, Скотт посветил вглубь коридора. – Думаю, лестница в комнату Сквика где-то здесь.       - Думаешь? Или знаешь? – со смешком поинтересовался Этан.       - Я тут по трезвости первый раз, – пожал плечами, – поэтому я «думаю». Найдём. Дом не такой уж и большой. Не то что Коени-Мэнор.       - Хэй, оставь Мэнор в покое. Нам столько дерьма сходило с рук лишь потому, что в доме было, где спрятаться.       - Чертовски верно. Мэнор моё любимое место.       Этан последовал за Скоттом по коридору. Возможно, он слишком привык к размерам и другим странностям Мэнора, поэтому дом Сквика казался вполне обычным. Деревянные полы, белые стены, двери, ведущие в спальни и ванные.       «Такой же, как и миллионы других особняков. Не уродливый. Просто никакой».       Дом не нёс на себе никакого отпечатка индивидуальности своего хозяина.       И ещё, несмотря на всю его стандартность, у Этана всякий раз щекотало между лопатками, когда они проходили мимо пустых безликих комнат. Дверные проёмы напоминали раззявленные рты, готовые захлопнуться в любую секунду.       - Когда ты в последний раз общался с ним?       - Вчера. Но если Сквик и пытался связаться со мной позже, вряд ли у него вышло, – сказал Скотт, освещая телефоном пространство вокруг них.       - Почему?       - Не знаю, твоя утренняя смс-ка пришла аж вечером, когда я заехал за тобой. Наверное, и мои сообщения так же тормозят. О, я был прав! Вот и ступеньки.       Лестница на третий этаж была значительно уже, поэтому подниматься пришлось друг за другом. Скотт пошёл было первым, но внезапно замер, сделав буквально несколько шагов. Этан врезался ему в спину и получил редкий шанс ощутить близость Скотта всем телом. Он покраснел, стесняясь мгновенной реакции тела на присутствие рядом другого парня, и быстро отступил, вцепившись в перила.       Скотт повернулся, и на его красивом лице мелькнула тень беспокойства:       - Наверное, это не лучшая идея.       - Что?       - Не стоило приходить сюда, – медленно протянул Скотт.       - Не слишком ли поздно ты спохватился? Мы уже тут. Пошли.       - Слушай, я сам проверю его комнату. Если Сквик там, я позову тебя, нет – свалим.       - Ты правда собираешься оставить меня тут, в темноте, поднявшись наверх с единственным источником света? Кажется, я видел подобную сцену в фильме ужасов и мне не хочется, чтобы она воплотилась в жизнь, - Этана разрывало желание треснуть себя по лбу. Или Скотта. Впрочем, он беспокоился не о себе. Вдруг со Скоттом что-нибудь произойдёт, а его не будет рядом, чтобы помочь.       «Ни за что не позволю ему уйти одному».       Этан попытался подтолкнуть Скотта, но тот был крупнее и с места не сдвинулся.       - Эт, я вообще не должен был брать тебя с собой. Серьёзно, лучше подожди здесь.       - Идём вместе. Тема закрыта, – Этан покачал головой в ответ.       - Ты упрямый, знаешь об этом?       - Без упрямства я буду не я. А теперь идём.       Скотт засмеялся. Они поднялись на третий этаж и вошли в большую комнату. Тут, как и во всём доме, тоже не было электричества, зато имелось много не зашторенных окон. Этан огляделся.       У дальней стены стояла большая двуспальная кровать, которая, пожалуй, была единственной сравнительно опрятной вещью в комнате, так как оказалась старательно застелена, хотя под покрывалом в центре и громоздилась какая-то странная куча.       «Одежда? Или простыни? Вряд ли это Сквик, на силуэт человека не похоже».       Ящики обеих прикроватных тумбочек были вывернуты, а разбросанные бумаги и одежда ковром покрывали пол. У другой стены стоял компьютер «Alienware». Фирменный зелёный логотип вращался на экране почти гипнотически. Этан зажал нос, уловив аромат гниющей еды и грязного тела.       - Похоже, по мнению Сквика, свинарник – целая жизненная философия. А лучшая уборка – никакой уборки.       Скотт не ответил, внимательно осматривая комнату. В ней не было шкафов, в которых мог бы кто-то спрятаться. Единственная дверь, которую Скотт поспешно распахнул, вела в ванную.       - Он там?       - Нет, пусто, – ответил Скотт, замерев посреди комнаты. Разочарованно пнув пачку бумаги, он вновь на секунду застыл, а потом стукнул себя по бедру.       - Ну конечно!       - Что «конечно»? Ты что делаешь, Скотт? – Этан развернулся к нему. Скотт уже деловито будил комп, дёргая мышкой.       - Думал, Сквик куда больший параноик, но нет. Никакого пароля, – Скотт шарил по файлам.       - Зачем ставить защиту на свой комп, в своей же комнате?       - Даже ты не можешь быть настолько наивным, Эт. У каждого есть, что скрывать. Особенно – в своей комнате.       - У меня – нет.       - А как насчёт подаренного мной телефона, взамен конфискованного твоим отцом? – Скотт приподнял бровь. – Думаю, ты прячешь его в задней стенке шкафа.       Этан удивлённо открыл и закрыл рот. Он не думал о телефоне как о чём-то секретном. Скорее, как о чём-то… неупомянутом. Этан взял его, потому что отец чересчур остро отреагировал на его резко ухудшившееся состояние в последние месяцы, забрав из спальни Этана стационарный телефон, а также ноутбук и мобильный. Чтобы Этан полностью сосредоточился на выздоровлении.       «В отличие от отца Скотт понимал, насколько мне необходимо слышать его голос и видеть его лицо. Каким угодно способом. Он был моей единственной связью с внешним миром. И он тайком передал мне телефон».       - Думаю, я тебя понял, – признал Этан.       - Я в тебе никогда не сомневался, – кивнул Скотт, не отрываясь от экрана монитора.       - Что ты ищешь?       Ответа не последовало. Сжав губы в тонкую линию, Скотт просматривал историю браузера. Этан тронул его за руку, привлекая внимание.       - Что происходит, Скотт? Ты не просто так лазишь. Ты ищешь что-то конкретное, – Этан догадался, когда Скотт пренебрёг одной информацией ради другой.       Тот кинул на него извиняющийся взгляд. Не совсем щенячий, но где-то рядом.       - Не понимаю, что ты имеешь?..       - Скажи, – выдохнул Этан с досадливым присвистом.       Скотт фирменным движением взъерошил волосы, кивнул сам себе, и пояснил:       - Понимаешь, неприятности Сквика могли быть… Эм, из-за… из-за…       - Ну?       - Из-за наркоты, – признался Скотт. – И люди… ладно, да, умирали люди. Глава 2 Индиго       Этан потёр переносицу. Он должен был догадаться, что проблемы Сквика не принесут ничего, кроме головной боли, ведь Скотт с самого начала старательно не хотел говорить о них.       - Но это не то, что ты думаешь, – заторопился Скотт. – Видишь ли, есть препарат, который называют «пудра».       - «Пудра»? Не слышал, – нахмурился Этан, пытаясь вспомнить.       - Или что-то действительно новое или хорошо забытое старое. Никто точно не знает. Но в Винтер Хэвен появилась в этом году, – казалось Скотту хотелось реабилитироваться, и он пытался побыстрее всё выложить.       - Сквик – дилер?       - Вот именно, что нет. Кто дилер никто не знает, но когда кому-то нужна "пудра", он волшебным образом появляется.       - М-да, странно.       - Всё плохо. Серьёзно. «Пудра» убивает.       - Как и большинство наркотиков. Включая те, что ты употребляешь, – Этан многозначительно приподнял бровь. Это был их извечный камень преткновения.       - Но не так, – покачал головой Скотт. – Насколько я знаю, все, кто её попробовал – мертвы.       - Почему мне кажется, что людей это не останавливает?       Скотт переступил с ноги на ногу:       - Ты прав. «Пудра» сейчас дико популярна.       - Похоже, многие хотят умереть, – сказал Этан, сдерживая горечь.       «А я хочу жить, но такого шанса у меня нет».       - Они говорят, что «пудра» показывает тебе образы. Прекрасные образы, – его глаза внимательно изучали лицо Этана, словно пытались вложить свое понимание причин, побуждающих людей рисковать своей жизнью.       - Галлюцинации? – спросил Этан, обхватив себя руками. После приёма нового препарата его тоже посещали галлюцинации. Потом эти образы не давали Этану покоя, хотя они не могли сравниться с ощущениями – иными, чуждыми, странными, - терзающими куда настойчивее.        «Я их так боюсь, что даже Скотту не могу о них рассказать.»       - Нет, не совсем.       - О чём ты? Если не галлюцинации, то что? – холодок беспокойства пробежал у Этана по спине.       - Она показывает тебе правду. То, что существует в действительности. То, что мы не видим, но оно есть. «Пудра» позволит увидеть, – Скотт издал сожалеющий смешок и отвел глаза.       - То есть, ты узнаешь правду или что там ещё, а потом умрёшь? Ты это хочешь сказать? – Этан тихо сглотнул. Звучало абсурдно, но что-то внутри него свернулось клубочком, словно пытаясь оградить и защитить неизвестно от чего.       Скотт кивнул, но затем кинул взгляд на лицо Этана, и его собственное смягчилось.       - Эй, Эт, ты как? Выглядишь напряжённым. Я не хотел тебя волновать. Пожалуй, нам лучше убраться отсюда.       - Нет. Я в норме. Просто… просто скажи мне, что «пудра» сделала со Сквиком, – не обращая внимания на беспокойство Скотта, настоял Этан. Ему было плохо. Но непонятно то ли возвращалась болезнь, то ли просто перенервничал.       «Или оттого, что его описание прихода от «пудры» звучит так похоже на побочное действие от моего лекарства».       - «Пудра» убила ту девчонку, Венди. Сквик с ней вроде как встречался. Он был раздавлен, поэтому пришёл ко мне. Ему нужна была помощь, чтобы найти сукиных детей, которые продали Венди эту гадость.       - Вот блядство, – прошептал Этан, поворачиваясь спиной к Скотту и сжимая кулаки. Гнев и ощущение предательства смешались в нём. – А ты не подумал, что с этого и нужно было начинать? – выдавил он.       - Не хотел тебя волновать. В смысле, я не увяз в этом дерьме, как Сквик. Так, поспрашивал в округе, где можно достать немного этой дряни, – слова полились потоком, когда он увидел неподвижную спину Этана. – Народ меня знает. Я всегда открыт для нового. Поэтому мои расспросы не выглядели странными или подозрительными.       - Пока не пропал Сквик, да? О вашей дружбе было известно всем, и вдруг ты начинаешь расспрашивать о наркоте, с которой он боролся? Не надо быть гением, чтобы сложить два и два, – Этан сжал челюсти, чтобы не застонать в голос. По его затылку скользнули пальцы Скотта. Легко пробежались вниз к основанию шеи. Почти как ласка, но Этан знал, что это всего лишь попытка его успокоить.       «Знает, что его прикосновения меня отвлекают. Остужают злость. Вот почему он это делает. Но не в этот раз».       Этан развернулся к Скотту лицом:       - Даже не пытайся меня успокоить. Поверить не могу, ты оказался настолько глуп, что позволил втянуть себя в это!       - Эт, Эт, всё окей, – поднял примирительно руки, словно хотел утихомирить его гнев.       - Ничего не нормально. Как ты мог быть таким наивным? – лицо Этана покраснело от злости. – Ты знаешь, что представляют собой дилеры. Даже я знаю. Мстительные параноики. Если они продают дрянь, убивающую с первого употребления, неужели ты думаешь, что паре сверх меры любопытных детишек всё сойдёт с рук?       - Я не говорил, что знаю о смерти Венди…       - Не важно! Им достаточно подумать, что ты связан со Сквиком, и тебя устранят, – закричал Этан, обрывая неловкие оправдания. Его подстегивал страх за друга, и остановиться не получалось.       - Я не мог отказать Сквику. Он был в таком шоке, Эт, поэтому я…       - Даже и не напоминай! Даже не говори мне об этом засранце! – Этана несло. – Мажор возомнил себя ангелом-мстителем. Как думаешь, сколько людей пострадало из-за того, что он продавал кокаин и метамфетамины? Сколько жизней он разрушил? Сколько людей умерло из-за него?       Скотт крепко сжал губы в почти невидимую линию, и Этану показалось, что он увидел блеск…слез?       «Ну да, конечно. У Скотта глаза на мокром месте, потому что я кричу на него? Ещё чего!»       - Ненавижу, что ты их употребляешь, Скотт. Но я даже поверить не могу, что ты впутался в такое! Это… это за гранью. Это опасно! С тобой что угодно может случиться, и я просто не смогу… Ничем не смогу тебе помочь, понимаешь? – Этан задрожал, представив Скотта мёртвым и холодным. Или пропавшим без вести. Как многие в Винтер Хэвен.       - Эй-эй! Со мной всё нормально! Ничего со мной не случится. Не загружайся. Тебе вредно, – Скотт протянул к нему руки, но не коснулся.       - Если с тобой будет все в порядке, то и со мной все будет хорошо! Думаешь, ты бессмертный, но то, что случилось со мной, должно было послужить тебе уроком! Все мы умрём, Скотт, вопрос лишь в том когда! – дрожь распространялась по всему телу, и Этан обхватил себя руками. Он не знал, происходило ли это из-за переполняющих эмоций или снова поднимается температура.       «Господи, только бы не болезнь. Только не снова. Не сейчас. Пожалуйста».       - Не понимаешь? Ты можешь умереть, Скотт!       - Я не собираюсь умирать. Я не брошу тебя. Я никогда такого не сделаю, – Скотт все-таки положил руки на плечи Этану, нежно поглаживая. Притянул к себе, сокращая разделяющее их расстояние до полудюйма. Слишком близко. «Позволяя близко-близко ощутить запах его одеколона. Пряный и цитрусовый. Достаточно близко, чтобы утонуть в нём и отдаться его силе. Достаточно близко для поцелуя».       Этан мгновенно стал болезненно твёрдым, даже несмотря на страх и гнев, пульсирующий в венах. Он обнаружил, что наклоняется вперёд и вдыхает выдохи Скотта. Потерять его. Больше никогда не видеть любимое лицо, безумный блеск в глазах, не слышать смех – даже мысль об этом была невыносимой. Вероятно, всё это вместе взятое подтолкнуло Этана к осознанию, что его губы в каких-то жалких полдюйма от мягких губ Скотта. Всего полдюйма…       Мучительно задыхаясь, Этан дёрнулся назад.       Какого дьявола он вытворяет? Нельзя рисковать дружбой со Скоттом.       Он не может.       Этан попытался отступить, но руки Скотта удержали его, сжавшись на бицепсах.       - Пусти, – сказал Этан, пугаясь дрожи в своём голосе.       - Почему?       - Что?! – голос надломился. – Что значит «почему»? Не хочу, чтобы ты… ты… парень… трогал меня!       Скотт ничего не ответил, и Этан задумался: известно ли Скотту, сколько лжи он только что сказал. Голубые глаза Скотта были полуприкрыты, и в полутьме было трудно разглядеть их выражение. Внезапно Скотт облизал губы. Этан тихонько ахнул. Он знал, что Скотт его видит и слышит. От унижения щёки загорелись, а возбуждение нахлынуло с новой силой. Вероятно, Скотт мог почувствовать исходящий от него жар.       - Эт, пожалуйста, скажи мне, что я не ошибаюсь… – его голос звучал более хрипло, чем обычно, но телефонный звонок помешал закончить фразу. Звук напугал обоих, и они отпрыгнули друг от друга как провинившиеся дети.       - Телефон Сквика, – прочистив горло, сказал Скотт. Он завертелся на месте, пытаясь определить, откуда исходит звук.       Этан тяжело сглотнул, понимая, что должен радоваться внезапному звонку, прервавшему их, но на секунду ему показалось, что Скотт оборвал себя на полуслове и чувствует то же самое.       «Я должен благодарить судьбу, что всё закончилось прежде, чем я успел ляпнуть что-нибудь необратимое. Если позже спросит, как-нибудь выкручусь».       - Что за хрень?       - Звук доносится оттуда, – сказал Этан, указывая на кровать.       Затем оба увидели приглушённое синее сияние экрана телефона. Он лежал где-то в центре кровати под тяжёлым ватным одеялом там же, где и странная бесформенная куча. Они подошли ближе. Наконец телефон перестал звонить или переключился на голосовую почту, и синее свечение поблекло.       - Наверное, накрыл телефон и не смог найти, – предположил Скотт, хватая край одеяла и откидывая его прочь.       Казалось, время замедлилось, пока одеяло соскальзывало на пол.       Этан думал, что та куча в центре была одеждой или постельным бельём, но ошибся.       Это был Сквик.       Он выдрал наполнитель в центре матраса и втиснулся внутрь в позе эмбриона. Лицом вверх, с широко раскрытыми немигающими глазами. Рот Сквика был разинут в немом крике. Судя по засохшим дорожкам, из глаз и носа текла кровь.       Желудок скрутило, когда Этан уловил безошибочный сладковатый запах разложения, а выражение лица Сквика заставило замереть сердце. Что бы последним ни увидел Сквик, оно до неузнаваемости исказило привычные черты лица. Последним, потому что Сквик больше ничего не увидит.       Он был мёртв.       Этан попятился, и шлёпнулся на задницу, споткнувшись о кучу грязного шмотья. Но не почувствовал боли от падения. Всё его внимание осталось приковано к трупу в постели.       Скотт неожиданно повернулся, опустился рядом на колени. Его руки сжали плечи Этана. Он бормотал что-то типа «о господи», «блядь», «полиция», «ты в порядке?», «пожалуйста, пусть с тобой всё будет окей», «держись», «позвоню в скорую», «не смей умирать у меня на руках».       Это всё Этан успел запомнить, пока не потерял сознание. Глава 3 Хочу этого       - Проклятье, мне не нужно успокоительное! Я в порядке. В абсолютном и полном ПОРЯДКЕ! – скрестив руки на груди, властно заявил Этан чересчур смелой медсестре, которая пыталась сделать ему укол. Да он вообще пошёл на уступку, согласившись пройти в палату. Он отказался от пижамы и остался в джинсах и своём любимом синем кашемировом свитере, который даже на вид был дьявольски мягким и идеально обнимал его стройное тело.       Скотт обнаружил, что улыбается его отваге. Серые глаза горели возмущением, и с трудом верилось, что всего час назад Этан потерял сознание       «Не говоря уже о том, что буквально месяц назад ему было так плохо, что без посторонней помощи он даже не мог подняться с постели, – подумал Скотт. Но новый метод лечения, разработанный Э-Кор, фармацевтической компанией отца Этана похоже творил чудеса. Этан окреп, ему стало гораздо лучше. - До сегодняшнего вечера. И теперь все его успехи могли пойти прахом из-за меня».        От этой мысли улыбка Скотта померкла.       - Но ваш отец… – жалобно заныла одна из медсестёр.       - Мне восемнадцать. Восемнадцать. Я взрослый. Я могу сам принимать решения насчёт своего лечения, – подчеркнул Этан. – И не имеет значения, кому принадлежит клиника. Это моё решение. И лучше бы вам не вызывать его сюда.       Белокурая голова медсестры поникла, и Скотт понял, что возможно Этан выиграл в этой битве, но не войне.       - Мистер Алрик Коени, ваш отец, автоматически получает сигнал, каждый раз, когда вы входите в любое из его медицинских учреждений, – тихо ответила медсестра.       Этан задушено фыркнул, и его тёмная голова опустилась на подушки.       - Это нарушение федерального закона, вы в курсе?       Скотт издал неопределённый звук:       - Да, и что ты сделаешь? – он перестал подпирать стену и подошёл к Этану. – Засудишь старика? Он всего лишь внесёт изменения в твой трастовый фонд*.       - Тут дело принципа, Скотт. Помнишь, принципы? – он прикрыл глаза. Тёмные круги под глазами резко выделялись на фоне мраморно-бледной кожи.       - В теории. Не думаю, что применял их на практике, – жестом указал медсестре на дверь. Та поспешила суетливо скрыться, зажав планшет под мышкой и опустив голову. – Херовый ты пациент. Она же делает свою работу. Одна из мелких сошек твоего отца. У неё нет никакого влияния, – он мягко пожурил Этана.       - Знаю. В госпиталях я превращаюсь в язву, – вздохнул Этан.       - Ты по жизни язва. Это мне в тебе и нравится.       - Дурак, – огрызнулся Этан, пытаясь улыбнуться. Затем улыбка померкла. – Отец с ума сойдёт, когда обо всём узнает. Ну, насколько это вообще возможно в его случае.       - Да, у него немецкий темперамент, его не так просто вывести из себя, – согласился Скотт, думая о хладнокровном расчёте, с которым Алрик Коени вел дела.       «Не человек, а чёртов кусок льда, если конечно речь не заходит об Этане. Вот тогда он закипает. Даже, по-моему, немного чересчур».       Скотт постарался задвинуть поглубже беспокойство и – если бы он признал – ревность, к физической и эмоциональной близости между Этаном и Алриком.       «Не хочет отпускать своего маленького мальчика. Никогда. В любом, мать его, случае».       - Тебе пора уходить, – прервал его мысли Этан. – Не хочу, чтобы отец тебя обвинял.       Скотт покачал головой, бросая пальто на стул для посетителей. Подвернул рукава своей зелёной рубашки от Хэнли. Он так долго не мог согреться, что теперь в больнице казалось было жарко, как в сауне.       - Не собираюсь прятаться от твоего отца. Наверное, мне нужно получить разнос. Я заслужил выволочку. Не нужно было брать тебя к Сквику. Надо было повисеть в Мэноре с пивом и дрянными скифи-фильмами**. Никакого взлома с проникновением. Никаких мёртвых тел, – он запустил руку в волосы.       - Если бы ты пошёл один, выволочку бы устроил тебе я. Хватит заниматься самобичеванием. Я правда в порядке. Скорее всего, у меня просто шок. И все, – Этан пожевал нижнюю губу и продолжил почти жалобно, – и почему ты не можешь потерять сознание вместо меня? Это бы весьма разрядило обстановку.       - Я не могу. Я мастер дзен, забыл? – мягко спросил Скотт, и губы Этана изогнулись в улыбке. Скотт был готов на любое безрассудство, чтобы её вызвать.       - Хм, ну ладно, дзен-мастер, помнится, ты мне кое-что задолжал, не так ли?       - Точно, – ответил Скотт, почти отчаянно желая оказаться в спальне Этана, развалиться на кровати, затопить камин и включить фоном какую-нибудь тихую музыку. А затем он бы убедился, так ли сильно Этан хочет поцелуя, как показалось в грязной комнате Сквика. – Как только ты встанешь, мы…       - Я встану сейчас. Хочу убраться отсюда, – он сделал попытку подняться, но Скотт толкнул его назад. Свитер был настолько мягким, насколько были твёрдыми мускулы под ним.       - Сначала восстанови силы.       - Я не останусь тут, – нахмурился Этан, его красивые, почти эльфийские черты лица потемнели от настойчивой попытки Скотта задержать его в постели.       - Смотри, если выйдешь, то полиция тут же набросится на нас с вопросами. Смысл собираться в ад, чтобы выкроить себе немного времени? – убеждал Скотт. Он ожидал вопросов, но как только в полиции услышали, что замешан сын Алрика Коени, все стали деликатными и предупредительными.       Этан остался непреклонен:       - Родителям Сквика ещё не сообщили?       - Не знаю. Возможно. Если вызвонят на мобильных. Сквик говорил что-то насчёт кругосветного путешествия. Он никогда точно не знал, где они.       «И даже, если узнают из новостей, будет ли их это заботить?»       Родители Сквика походили на родителей самого Скотта: ни их самих, ни даже духу их нигде не было видно и слышно.       Этан неожиданно начал расчёсывать пальцами свои блестящие чёрные волосы, пытаясь их пригладить.       -Ты чего делаешь?       - Не хочу выглядеть как при смерти, когда отец будет здесь, – с хмурым видом, пояснил он, дёрнув полными губами. – Как я выгляжу? Дерьмово?       - Дерьмово, – согласился Скотт.       - Блядь, – выругался Этан, откидываясь на подушки. – Это катастрофа. Точно тебе говорю. После сегодня отец с концами запрёт меня в Мэноре, нацепив ошейник с сигналкой. И каждый раз, когда я буду выходить на улицу, это будет расцениваться, как попытка к бегству, и он будет спускать собак с цепи.       - Если ты не сможешь выйти, я приду к тебе. Дьявол, как в старые добрые времена. Я прокрадусь в твою комнату, как в тот день, когда мы познакомились, – Скотт осторожно присел на краешек постели.       - Чёрт, я и забыл. Ты меня до смерти напугал, когда в два часа ночи взобрался по боковой стене Мэнора и постучал в балконные двери моей комнаты, – засмеялся Этан. – Помнишь, как утром Джордан пришёл меня будить, а ты всё ещё был у меня?       - Да и я попросил завтрак в постель. Думаю, тогда началась его личная вендетта.       - Он не ненавидит тебя, – Этан вытирал выступившие слёзы тонкой рукой.       - Он думает, что я плохо на тебя влияю, – посетовал Скотт, борясь с желанием перехватить одну из этих тонких рук и переплести их пальцы.       - Не важно, что он думает. Ты мне нравишься, – заявил Этан со своей редко появляющейся лучистой улыбкой.       Внутри разлилось тепло, и Скотт опустил голову.       - Даже если тебя запрут, – блядь, и это в восемнадцать-то лет – ладно, пусть даже так, мы можем спрятаться в твоей комнате, с Джеком и колой и поболтать о….       - О том, что будет, когда мы вырастем? – спросил Этан с грустной улыбкой. – Думаю, мы оба знаем, что я не…       Скотт прижал пальцы к его губам.       «Такие нежные».       Он отогнал крамольные мысли.       - Эй! Никаких пораженческих мыслей, помнишь? Наша зона позитива. Тебе станет лучше. Ты в порядке. Повтори.       - Хорошо. Я в порядке, – послушно сказал Этан. Мгновение вглядывался в лицо Скотта, изучая и словно запоминая, затем неожиданно отвёл взгляд и снова начал дёргать свои непослушные волосы.       - Хватит, – Скотт схватил его за руку и переплёл пальцы. От прикосновения Этан застыл, будто хотел сконцентрироваться и никак не реагировать, но мёртвая неподвижность выдавала, что он не настолько равнодушен, как хочет казаться. – Ты хорошо выглядишь.       - А я думал дерьмово, – с вызовом произнёс Этан.       - Дьявол, ладно, тогда дерьмово, – мягко поддразнил его Скотт, рисуя круги большим пальцем по тыльной стороне ладони Этана.       На самом деле Этан выглядел белее больничных простыней, но при этом был болезненно красив, впрочем, как и всегда. Скотт осознал, что его рука гладит тонкие скулы. Этан перестал дышать, пальцы Скотта коснулись его лица и тот почувствовал, как в груди затеплилась надежда. Проследил линию подбородка, очарованный шелковистой кожей, которая непременно порозовеет, если он продолжит ласки.       - Ты чего? – теперь дыхание Этана участилось.       - Тебе нравится, когда я так делаю?– хрипло спросил Скотт.       Этан не ответил. На его лицо набежала тень. Рука Скотта соскользнула со щеки на волосы, перебирая гладкие пряди. Склонился к лицу Этана. Нельзя сосчитать сколько раз Скотт мечтал поцеловать эти губы, ощутить их сладкий вкус на своих, впитать его горячее дыхание, чтобы оно смешалось с его собственным. Скотт ни разу не упускал шанса рискнуть. Он всегда был безрассудным, жадным до приключений и никогда не пасовал перед трудностями, но сейчас душу терзал страх. Скотт рисковал их дружбой в надежде на нечто большее.       - Ты хочешь этого, Этан? – его голос прозвучал мягко и неуверенно.       Позади кто-то громко откашлялся, и этот звук словно стегнул Скотта плетью. Глава 4 Последний шанс       Повернувшись и увидев в дверном проёме Джордана Фрейзера, личного секретаря Алрика Коени, Скотт скорчил гримасу и тихо выругался. «Снова он помешал. Супер. Наверное, идём на рекорд», – кисло подумал Скотт и наградил Джордана скупой улыбкой, которую тот не вернул.       «Точно ненавидит меня. И я не могу его винить».       Джордан выглядел, как тощая борзая, одетый в сдержанный серый костюм и белоснежную рубашку. Такое же серое пальто свисало, перекинутое через руку. В холодном больничном свете были хорошо видны его шрамы, расчертившие левую щёку. Джордан никогда не говорил, откуда они взялись, их происхождение оставалось одной из тайн Алрика Коени и его окружения.       - Эй, Джордан, – тускло улыбнулся Этан, заглянув тому за спину, но за ним никого не оказалось. – Где отец и Вульф?       Скотта интересовал тот же вопрос. Зная Алрика, тот должен был немедленно броситься к кровати сына. До безумия любящий родитель.       «Холодный и безжалостный ко всем, но любящий и одаривающий теплом сына», – хмыкнул Скотт.       Вульф фон Вензел – телохранитель Алрика. Размером с гору и так же молчалив, но его глубокая привязанность к Этану была очевидна всем, пусть он и не мог передать её словами. Вульф следовал за Алриком повсюду, а значит, тоже должен быть здесь.       - К счастью, твой отец сейчас разговаривает с врачами и полицией. Вульф с ним, – британский акцент Джордана почти сгладился за годы жизни в Штатах. Он быстро вошёл в комнату и оттеснил Скотта.       - Почему «к счастью»? – спросил Скотт.       Блеклые голубые глаза смотрели на него так долго, что в какой-то момент Скотт осознал, что отодвигается под их неумолимым напором. Что видел Джордан? И, более важно, что думает о близости Скотта к Этану в тот момент?       - Могу я поговорить с вами снаружи, мистер Уэстмор, – вместо ответа бросил Джордан.       - Мистер Уэстмор? Как ужасающе официально звучит, Джордан, – сухо заметил Скотт.       - Что бы ты ни хотел сказать, Джордан, ты можешь сказать при мне, – вмешался Этан, его гибкое тело неожиданно напряглось, а губы недовольно поджались, искажая красивую форму.       - Мастер Этан, думаю, вы сегодня достаточно переволновались. Пожалуйста, позвольте мне переговорить с мистером Уэстмором – Скоттом – наедине, – выражение лица Джордана потеплело, когда он посмотрел на распростёртого на кровати Этана.       - Эт, всё хорошо. Просто откинься на подушки и расслабься, ладно? – сказал Скотт, обеспокоенный измученным видом Этана. Он почти слышал канючащие нотки в своем голосе. И лучше бы Этан их не услышал.       Серые глаза просверлили в нём несколько дыр, прежде чем Этан отрывисто кивнул:       - Ты всё расскажешь мне позже.       Скотт шутовски отдал честь. Этан пробормотал проклятие, провожая их взглядом.       Джордан знаком велел следовать за ним и двинулся дальше по коридору. Остановился, сплел руки за спиной.       - Так что ты хотел сказать мне? – от каменного лица Джордана кишки скручивало.       - А не догадываешься? – жестко бросил тот.       - Я не строил догадок. Так что просто скажи мне. Вижу, тебе всё равно не терпится, – Скотт скрестил руки на груди.       Прежде чем начать свою обличительную речь, Джордан с шипением выдохнул. Скотт подумал, что его шипение работает. Временами.       - Вы были настолько невыносимо глупы и беспечны, вытаскивая мастера Этана в такой холод с противозаконной целью, что это просто за гранью моего низкого о вас мнения.       Плечи Скотта напряглись. Он знал, что этот хреновый момент наступит, но заставить себя покорно все выслушать было не так-то легко:       - Ты привёл меня сюда, чтоб рассказать, как я сглупил сегодня? Тоже мне новость дня. Сам уже знаю.       Джордан остановился где-то посредине коридора. Скотт стоял напротив него. Они отошли достаточно далеко от палаты, и Этан не мог их услышать.       Бледное лицо Джордана горело гневом, отчего шрамы выделялись ещё заметнее:       - Ты знаешь? Знаешь? Правда? Но это тебя не остановило, верно?       - Я не подумал…       - Ты никогда не думаешь. Вот в чём проблема, – прошипел британец. – Ты хоть немного соображаешь, насколько он хрупкий? Одно неверное движение и мы можем его потерять.       Скотт стиснул зубы.       - Я знаю! Я тоже пережил это, Джордан. Я убирал его блевотину и наблюдал, как он днями отказывается от еды, превращаясь в бледное подобие себя. Я держал его, когда температура была такой высокой, что казалось, будто, у меня в руках огонь. Я знаю. Просто я не отношусь к нему как будто болезнь - единственное, что ему отведено! Как будто вся жизнь его заключается в ней!       - Говорить легко. Невежественный. Беспечный, – презрительно усмехнулся секретарь. – Ты не пережил это. Ты не его отец. Ты не его семья. Если станет чересчур тяжело, ты всегда можешь уйти.       Когда Джордан сказал, что он Этану не семья, тупая боль острым ножом распорола его внутренности. Этан – его единственная семья. Но Скотт знал, как уязвить побольнее, и нанёс ответный удар:       - Ты тоже не его семья, Джордан. Несмотря на твои попытки играть в благородного, лояльного вассала, ты просто чёртов наёмный работник. Мне за заботу об Этане не платят! – Скотт почти уверился, что сумел обострить конфликт до кулачного боя. Подраться с кем-нибудь, выпустить пар за сегодняшний день. Смерть Сквика. Потерявший сознание, лежащий на полу Этан. И его вина, если Этан снова заболеет. Целиком и полностью.       - Если моя плата за заботу принимает денежную форму, то какова твоя? – неожиданно спросил Джордан, пристально уставившись на него напряжённым взглядом. – Та сцена, когда я вошёл?..       - Сцена? Понятия не имею, о чём ты, – ему удалось удержать маску невозмутимости, скрыть любой намёк на беспокойство, царапнувшее изнутри. Значит, Джордан их всё-таки видел.       «И как много он слышал?»       - Ты собирался поцеловать Этана. Ты и раньше его?.. – последовал спокойный вопрос.       - Не твоё собачье дело, – резко усмехнулся Скотт.       - Мы ещё посмотрим, – заметил тихо Джордан, затем расправил плечи. – Но ты меня отвлёк от задания. У меня сообщение от герра Коени.       - Так ты сейчас мальчик на посылках? Понижение, а? – подколол Скотт, но желудок скрутило от осознания, что Алрик специально послал к нему Джордана.       Джордан указал пальцем куда-то в центр его груди:       - Герр Коени сказал, что у тебя есть последний шанс. Если ещё хоть раз Этан из-за тебя хоть ноготь сломает, ты его больше не увидишь. Понятно?       Под кожей забурлил гнев, а во рту пересохло при мысли, что ему могут запретить видеться с Этаном.       - Почему герр Коени сам мне не сказал? Почему послал тебя, лакея?       Джордан фыркнул:       - Ты не стоишь его личного времени, Скотт. Но ты должен быть благодарен, он проявил к тебе достаточный интерес, чтобы передать маленький совет, как вести себя дальше.       - Даже та-а-ак, и почему же? – он скрестил руки на груди.       Джордан наклонился к нему очень близко, нарушая личное пространство, шрамы на лице ярко светились под жёстким светом флуоресцентной лампы.       - Потому что, будь на его месте я, другого шанса у тебя бы не было.       Развернувшись на каблуках, Джордан зашагал в сторону палаты Этана. Скотта трясло. Он крепко прижал руки к груди, пытаясь остановить дрожь.       Злость, досада, нервное раздражение на этого привередливого британского педанта, заставляли кровь Скотта кипеть, но крошечная часть в нём чувствовала себя больной и неуверенной. Конечно, для него не новость мнение Джордана, что Этану без него станет гораздо лучше.       Но впервые Скотт испугался, что он прав.