Одни сплошные тайны

На «Альтаире». Утром Элен подошла к стеклянной камере, где ночевал Крыс, и всмотрелась в его новую трансформу. Он исполнил ее просьбу буквально, приняв вид человека, причем человека молодого и привлекательного. Она не могла не отметить, что мерзавец довольно точно угадал ее любовь к брюнетам с голубыми глазами, вот только у этого брюнета вид был смертельно уставший. Даже сейчас, когда он спал или делал вид, что спит, потому что особи его вида редко спят на самом деле, другой метаболизм, отдых у них похож на кратковременный обморок. Элен быстрым перебором прошлась ногтями по стеклу, Крыс вскинул голову. — Ты когда-нибудь спишь? — проскрипел он. — А ты? — вместо ответа сказала Элен. Крыс пожал плечами. — Тебя это действительно интересует? — Нет, — отрезала Элен. — Просто выглядишь ты неважно, краше в гроб кладут. — Торопишься. Хотя если ты обещаешь, что будешь на моих похоронах в маленьком черном платье… — Сознаваться будешь? Крыс бросил на нее взгляд, неопределенный и быстрый. — Понятия не имею, о чем ты говоришь. Элен засмеялась. — Имеешь, — сказала она. — Единственное, что я не могу пока с точностью установить – это сроки. — Не лезь не в свое дело. — Ясно, сам не знаешь. Первый раз с тобой такое, да? Пропустил начальную стадию? Был слишком занят выбиванием формулы совершенного топлива из двух капитанов? — Из твоего Кима выбьешь, — пробурчал Крыс, махнул рукой и сел на лежанке. — Он не мой. — Ах да, прости, — хохотнул Крыс. — Он же у вас по другой части. — По какой еще части? — возмутилась Элен. — Совсем мозги отекли? Крыс глумливо распустил губы, показал ряд ровных, по человеческим меркам даже красивых зубов. — Знаем мы эти закрытые военные заведения, и чем там мальчишки после отбоя занимаются в спальнях. Да он разве скрывает? Сам сказал ведь, никто его за язык не тянул. Элен почувствовала, как в животе у нее поворачивается что-то липкое и неприятное. Но в принципе она догадывалась уже давно. Просто неприятно было всё это слышать из уст пирата. Уж кто-кто, а Крыс молчать не будет, если почует опасность для своей шкуры. — Что сказал? — зачем-то спросила она. — Ты врешь, мразь зеленая, пользуешься тем, что проверить это нельзя, и врешь. Думаешь вывести меня из себя? — Да что ты, девочка, мне это надо, когда ключ от моей камеры лежит у тебя в кармашке? Просто жаль тебя, ты к нему со всей душой, а он тебя игнорирует, любому обидно станет. Даже мне обидно. За тебя. Если подружишься с Селезневым, попроси у него видеозапись с грузовой палубы от прошедшей ночи, и сама послушай своего Кима. Он давно хотел сделать с Третьим то же, что и я, аж со второго курса хотел, эти глазастенькие фиксиане очень даже на любителя, если их как следует разогреть. Так что на твоем месте я не особенно бы удивлялся его невниманию. Элен проглотила комок в горле. Убить этого Крыса мало, но нельзя. А так хочется! — Что бы там ни хотел Ким, никогда он не взял бы этого силой. Так, как сделал ты. — Да, конечно, — покладисто согласился Крыс. — На твоем месте я так и думал бы. А то знаешь, воображение может и разыграться, и кроме того, согласие такая штука, скользкая, я бы даже сказал сомнительная… — Заткнись! Элен ударила кулаком в стекло, и Крыс запрокинул голову и захохотал. Элен отвернулась от него, вытерла лоб рукавом куртки и взяла себя в руки. — Почему тебя нельзя оставить одного хоть на минуту? — устало задала она вопрос. — Почему за эту минуту ты умудряешься навертеть таких дел, что расхлёбывать приходится многим? Крыс развалился на лежанке, посмотрел на свои ногти. — Что до меня, то мне нужны были только гарантии долгой жизни. Я был один, толстяк, падла, меня заранее продал, роботы кретины, выбирать не приходилось. Так что это меня вынудили. Он вскочил и в один прыжок покрыл расстояние до стекла, прижался к нему лбом. — Я жертва обстоятельств, — трагично сказал он. — Ты - идиот, — ответила Элен. — Ты думаешь, что пока жив активный партнер, жив и пассивный? — А как иначе? — Узнаешь, — Элен усмехнулась его встревоженным глазам. — Подожди до Луны. Кстати, планета Блук жаждет твоей крови. — Кто бы сомневался, — Крыс вернулся на лежанку, заложил руки за голову. — Экологическая катастрофа дорого стоит по межгалактическим законам. Не думай, что тебе это сойдёт с рук. — Раньше сходило, — зевнул Крыс. — И кстати, ты мне не ответила. — Я и не собиралась. Всему своё время. Все равно тебе бежать не удастся. Крыс фыркнул в ответ, и его вдруг согнуло в три погибели, а из горла хлынула кровь. Не красная, как у людей, а густая, тягучая и чёрная, больше похожая на слизь. Элен открыла дверь камеры, подскочила к нему и присела на корточки: — Что? — Началось, — прохрипел Крыс. – Мне отмщение и аз воздам, так у вас говорят? Моя маленькая месть за всё. — Так я тебе и поверила, что ты рискнешь своей жизнью ради мести, — Элен встала и нажала кнопку вызова врача. — Кончай кривляться. Вместо ответа Крыс повалился на пол. Кровотечение удалось остановить. Элен внимательно следила за тем, как Крыса уложили на кушетку и влили лекарство. Тот долго отталкивал руки, но под тяжёлым взглядом молодой женщины смирился. Проглотил лекарство и вытянулся на кушетке, затих. Когда все вышли из камеры, Крыс не удержался: — Проверь, как там мой… Двери грузового отсека лязгнули, и Элен уже не услышала, что пробормотал Крыс, ее звали на сеанс связи с «Пегасом». Она быстро перешла на мостик, села в кресло и понаблюдала, как на экране появилось невозмутимое лицо Полоскова, а за ним и бортмеханика Зеленого. Все было вполне ожидаемо, кроме круглой детской мордашки с рыжей челкой. «Алиса», — догадалась Элен. — «Дочь Селезнева». Профессор подошел к Алисе, отодвинул ее в сторону от экрана. Вид у него был помятый и не выспавшийся. Ребенок немедленно вернулся с другой стороны, сунул любопытное веснушчатое личико в объектив. — Здравствуйте, вы кто? — Элен Хантер, — ответила она. — Привет, Алиса! Алиса энергично и радостно помахала ей ладошкой, усаживаясь в кресло на капитанском мостике. Элен вздохнула, посмотрела на Селезнева немигающим взглядом, но тот только пожал плечами. — Профессор, мне очень, очень нужно знать, как там ваш пациент? — слова «ваш» она произнесла с нажимом и увидела, что профессор встрепенулся. — У нас проблемы. На «Пегасе». Всю ночь я не мог уснуть. Проклятая чешуйка не давала мне покоя, смутная догадка шевелилась где-то на заднем плане мозга, но я никак не мог ухватить её за хвост, она всё время ускользала. Чешуйка в руках Элен. Я и не очень-то её разглядел, но в ней крылось что-то весьма неприятное для Третьего капитана. Что это могло быть? Паразит? Инфекция? Симбиот? Сон сморил меня только под утро, но разгадки я так и не нашел. Сигнал тревоги «Пегаса», имитирующий иерихонскую трубу, заставил меня скатиться с кровати в своей каюте и бежать на мостик. По дороге мне под ноги сунулась Алиса со своим кустиком и индикатором. — Испугалась? — спросил я. — Нет, просто интересно, почему тревога? Индикатор даже не менял цвет, а он всегда знает, когда что-то случается. Как ты думаешь, если кустик… — Потом, Алиса, потом, — отмахнулся я. — Иди в кубрик, позавтракай самостоятельно, там хлопья и молоко. Только оденься. — Нет, я с тобой. Я махнул рукой и вбежал на мостик. Полосков был уже в кресле, мрачный Зелёный встретил меня своей коронной фразой: — Я так и знал, что ничем хорошим это не кончится. — Что у нас плохого? — спросила его любопытная Алиса. Кустик ткнулся листьями ей в ноги, индикатор проскакал вокруг нее два круга. — Пират сбежал, — буркнул Зелёный. — Прямо из трюма, на нашем же грузовом челноке. Куда это годится, я вас спрашиваю? — Сбежал? — Алиса с любопытством уставилась на него. — Из самой крепкой клетки? Кого же мы привезем на Блук для суда? — Теперь уже никого, — сдержанно ответил Зеленый, махнув рукой. Я молчал. Теперь всё зависело от Полоскова, который знал о том, что Крыс на другом корабле. Тот невозмутимо настраивал прием, включал экраны и ответил за меня: — Пираты ужасно хитрые и изворотливые. — Как он мог сломать толстую решетку? — возмущению Алисы не было предела. – Это ужасно странно. Мы будем его ловить? — Алиса… — строго сказал я. — Ну, папа, с нами же знаменитые капитаны, — возразила Алиса. – Они его обязательно опять поймают, а мы им поможем. Будет что рассказать в школе! — Капитанам сейчас не до него, но они обязательно его поймают, — я говорил уже невпопад, лишь бы успокоить дочь. — Потом, когда передадут формулы. Это сейчас самое важное, не забывай. — Они герои, — Алиса подняла палец, — и наверняка умеют делать несколько дел одновременно! Её перебил тихий голос Третьего капитана, который непонятно в какой момент оказался за нашими спинами: — Капитаны тоже не всесильны, девочка. — Разве? Алиса обернулась к нему и охнула, во все глаза глядя на окровавленный комбинезон Третьего. — Вам плохо? Вы ранены? Папа! Я оттолкнул Алису, силой усадил Третьего в кресло, посмотрел его зрачки, проверил пульс. — Что? Говорите. — Профессор, я думаю, что это от перегрузки, кровь пошла носом — только и всего. Ничего страшного, — голос Третьего напомнил мне, что не все темы можно обсуждать в присутствии посторонних. Невозмутимый Полосков скосил глаза в нашу сторону, но потом вернулся к управлению кораблём, и я сердцем почуял, какие вопросы он мне задаст после того, как мы останемся одни. Я нашёл взглядом Алису, которая смотрела на капитана огромными глазами, и попросил: – Алиса, принеси мой ящик со всем необходимым. — Сейчас, — дочь сорвалась в один момент, за ней вихрем вылетели кустик и почерневший от ужаса индикатор. — Бортмеханик Зелёный, — командный голос Полоскова заставил меня вздрогнуть. – Проверьте вспомогательные двигатели. — Они в порядке, — недоуменно ответил Зеленый. — Протокол проверки положительный, получен час назад. — Проверьте еще раз, — с нажимом произнёс Полосоков. – Мне не понравился прошлый запуск, большое время отклика. Зелёный вздохнул и с самым скорбным видом потащился вниз. Дождавшись, когда бортмеханик скроется за раздвижными дверями, Полосков обернулся к нам с капитаном: — Проясню ситуацию для вас, — сказал он сквозь зубы Третьему. — Ночью я слышал часть разговора. Как справедливо заметил профессор, это не моя тайна и даже не его, мы случайные свидетели. Я ничего не знаю о самой тайне и поэтому ничего не скажу. Если никто другой здесь не проболтается раньше при ребенке или механике. Я благодарно взглянул на капитана «Пегаса», Третий просто молча кивнул. Вернулась запыхавшаяся Алиса с медицинским ящичком, следом подошел и мрачный, как туча, Зелёный. — Все в порядке с двигателями. — Никогда не лишне убедиться, — Полосков нажал кнопки, принимая сигнал вызова, на боковых мониторах высветились лица остальных капитанов. На главном экране появилось лицо Элен, которая сдержанно поздоровалась со всеми и отдельно с Алисой. — Элен, что произошло? – Всеволод был раздражён. — Профессор, как ваш пациент? - она демонстративно проигнорировала его вопрос. — Кровотечение, — абстрактно сказал я, перетряхивая содержимое ящика, принесенного Алисой. — Что? — прорычал Ким. — Ты же обещала… — Не при детях, — попросила Элен. — Я не ребенок, — обиженно встряла Алиса, — я дочь профессора космозоологии. Элен задумчиво посмотрела на нее с экрана и спросила: — А дети профессоров верят в оборотней? — Это сказки, — уверенно заявила Алиса. — Тогда посмотри мне в глаза, — сказала Элен с тихим смешком. Алиса уставилась на экран, я тоже невольно скосил глаза, попутно заметив выражение лица Второго и досадливую гримасу Первого. Внимательно приглядевшись, Алиса и я ахнули: зрачки Элен стали похожи на зрачки змеи или кошки, они были вертикальными. — Оптический обман? – неуверенно пробормотала Алиса, но глаза уже горели жаждой познать неведомое. — Или это фокус такой? — А что нам скажут бывалые капитаны? — засмеялась Элен. — Скажут, что такое бывает, — раздраженно ответил Ким. — Только редко. Элен весело засмеялась, что совершенно не вязалось с кровью на костюме Третьего и ее тревожным тоном поначалу. — Гарольд! – окликнула она кого-то позади себя. – Займи дочь профессора исследованиями в области всего самого неизведанного и таинственного, только перейдите с ней в информаторий в библиотеке. На мгновенье в экран просунулась волчья морда, и внимательно оглядев всех на «Пегасе», согласно кивнула. Этого было достаточно, чтобы Алиса унеслась в библиотечный отсек, забыв обо всем на свете. — Неглупо, — заметил Ким. — Давай, выкладывай остальное, что у тебя. Все плохо? — До Луны мы не дотянем, — ровно сообщила Элен. — Решение нужно принимать немедленно, времени совещаться нет. Я жду у себя на «Альтаире» всех капитанов и вас, профессор, ровно через десять минут. Не прощаюсь. Элен отключилась. Капитаны переглянулись на экранах, Полосков выжидательно посмотрел на меня, я взглянул на Третьего. — Она права, — сказал фиксианец. — У нас не бывает кровотечений. Если оно есть, это означает только одно. — Что? — глупо спросил его Зеленый. — Дело - дрянь, — тихо ответил вместо него Всеволод.