Cannabis

– Почему ты так недоволен, Эйс? Рейли и Эйс находились в пыльной старой кладовке, куда мальчишка затащил его для серьезного разговора. Разговора, как такового не получалось – мальчишка сопел, недовольно сверкал глазами и с неохотой шел на контакт. – Да потому что! – запальчиво начал Эйс, но тут же резко понизил голос, – потому что это неправильно. Не честно. – Ты меня умиляешь, ребенок, – не сдержался Рейли и с отеческой улыбкой похлопал парня по макушке. – Не своди все к шутке! Он привел в дом женщину! Эйс нервно запустил пальцы в волосы и сполз на пол по стене. – Эта женщина, твоя мать, Эйс. – Ее не было семнадцать лет. Она не может называть себя моей матерью. Рейли присел на корточки перед мальчишкой, участливо заглядывая в потерянные глаза. – Неужели ты не простишь ее? – он снова потянулся к макушке парня. – А ты? Ты простишь его? Рука Рейли замерла на полпути и без сил опустилась. Он присел рядом с Эйсом, плечом к плечу, обнял его и улыбнулся в пустоту. – Это совсем другое, Эйс. Я не держу на него зла. Если Роджер счастлив… – Чушь! – Почему ты не рад, Эйс? Ты нашел мать, твой отец нашел ее. У вас наконец-то будет полноценная семья. – Но мне нравилось так, как было раньше! Рейли вновь улыбнулся, и прижал сына лучшего друга ближе к себе. – Как было раньше, уже никогда не будет. Но в этом нет ничего плохого. – Только не говори, что я слишком мал, чтобы понять это сейчас! – Эйс задрал голову, вглядываясь в чужое лицо. Пусть в кладовке и было слишком темно, но было не трудно разглядеть застывшую на лице Сильверса доброжелательную маску. – Ты сам это сказал, – немного помолчав, словно выбирая линию поведения, осторожно начал Рейли. – Со временем, со временем, Эйс, ты поймешь, что это лучший выход из той ситуации, в которой мы оказались. Твой отец достоин этого счастья. Вы оба достойны. И кто я такой, чтобы препятствовать всему этому. – Ты сейчас чушь несешь, старик, – Эйс упрямо выпятил подбородок и ткнул острым локтем в чужой бок, так что Сильверс охнул от неожиданности. – Я с этим смиряться не собираюсь! И только попробуй мне тут сопротивляться. Я ни за что не сдамся! – Какой же ты еще ребенок, – Рейли зарылся пальцами в черные лохмы и горько усмехнулся. Маленький, глупый, эгоистичный ребенок. Такой искренний. И такой наивный.