Удачи, Томми!

      По вечернему Нью-Йорку, окутанному какой-то особой зимней магией, не спеша брели кто куда туристы с картами и местные жители. У многих в руках красовались праздничные пакеты, в которых лежали подарки для любимых.       Луна ярко светила, освещая город, и снег все также падал на дома. Только ветер усилился, кружа снежинки, словно в вальсе. Мороз крепчал с каждым часом, но Дилану было тепло в машине, которую он катил по Чамберс-стрит. Погода оставляла желать лучшего, поэтому юноше расхотелось гулять, и он, проехав мимо Сити-Холл Парка, свернул налево на Ляфеэт-стрит, проехал несколько кварталов, и остановился на пересечении с Уолкер-стрит.       Дилан помнил, как пару лет назад он гулял здесь со своими друзьями, как резво они смеялись, заливались хохотом. И помнил этот небольшой частный винный магазинчик. Здесь всегда было отличное вино на любой вкус. Шатен вышел из машины и направился прямо в лавку. Толкнув дверь, юноша зашел в небольшой слабоосвещенный магазин. Там его, как и два года назад, встретил мужчина преклонного возраста.       Морщины змейками разбегались по всему лицу старика, жидкие, давно поседевшие волосы были аккуратно зачесаны назад. Глаза цвета морской синевы уставились на Дилана, хозяин лавки давно не видел у себя посетителей.       — Здравствуйте! Вы еще работаете? — молодой человек окинул магазинчик взглядом и, удостоверившись, что на полках все еще стоят бутылки, продолжил. — Помнится, именно здесь, продается лучшее вино во всем Нью-Йорке, а?       Парень беззаботно улыбнулся и подошел к стойке с кассой, за которой сидел седовласый.       — Здравствуйте-здравствуйте! — поприветствовал старик немного охрипшим голосом, — давно сюда никто не заходил. Все предпочитают покупать вино там же, где и продукты, в дешевых супермаркетах, вроде Уолл-Марта. Вы, видать, у нас не в первый раз. Мы и держимся-то на плаву только за счет наших постоянных покупателей, а они — все до одного — ценители. Так чем я могу вам помочь? Вы пришли за чем-то конкретным или просто за бутылочкой ароматного вина? — мужчина вышел из-за стойки и подошел к стеллажам.       — Знаете, я не большой знаток и в винах разбираюсь не очень хорошо. Но, помнится, два года назад мы с друзьями приобрели у вас восхитительную бутылочку Амароне делла Вальполичелла. Отменное вино, на мой взгляд. Я бы не отказался и сегодня приобрести его.       — У вас превосходный вкус, молодой человек. Это действительно достойный выбор! — продавец взял с полки темную бутылку и отправился обратно за стойку упаковывать покупку.       — Как думаете, может, стоит приобрести еще бутылочку? Что посоветуете? — Дилан вопросительно изогнул бровь.       — Дайте-ка подумать. Из красного могу предложить Бардолино. Изумительное сухое вино, превосходно сочетается с любой дичью! С белым сейчас труднее, его моментально разбирают, но остались как раз самые лучшие бутылки. Смотрите-ка сухое Пино Гриджио две тысячи пятого года урожая, отлично подойдет под морепродукты.       — Пожалуй, возьму и их, — Дилан стал доставать купюры из портмоне и выкладывать на стойку, в то время как владелец лавки упаковывал еще две бутылки ароматного качественного вина.       Поверх суммы, уплаченной за вино, легла еще сотня баксов. Молодой человек решил, что он от этого не обеднеет, а для старика, держащего замечательную, но, увы, малопосещаемую лавку, это будет неплохим подарком.       Взяв три узких бумажных пакета с бутылками, шатен поторопился выйти на улицу, пока старик не заметил лишней купюры. По его глазам Дилан понял, что тот сразу же категорически откажется от такой щедрости.       Автомобиль снова заурчал и тронулся с места. Электронные часы на приборной панели, гласили о том, что у Дилана осталось не так уж и много времени до приезда гостей. Три четверти часа.       Метель создавала плохую видимость, из-за чего приходилось ехать медленнее обычного. Парень боялся не поспеть к восьми часам. И, как назло, проехав Уолкер-стрит и половину Черч-стрит, Дилан попал в пробку длиною в жизнь. Машины ползли, как мухи, словно специально пытаясь вернуть кареглазому всепоглощающее волнение.       Нужно было найти какое-то решение, иначе ему точно не поспеть к назначенному времени. Дилан плохо знал Нью-Йорк со всеми его поворотами и закоулками, но, на свой страх и риск, решился на единственный вариант, который давал возможность успеть вернуться домой вовремя.       Авто поравнялось с Томас-стрит и повернуло на право, улица была пустынна. Ни один из водителей почему-то не решился свернуть сюда и сократить дорогу. Поворот налево — Хадсон-стрит. Еще один поворот направо, и вот он уже на Даун-стрит в сотне метров от своего дома.       Припарковав машину чуть дальше входа, парень в спешке схватил пакеты с вином и выскочил на улицу, подставляя лицо ледяному февральскому ветру, блуждающему по ночным улочкам большого города.       Десять минут.       Дилан зашел в подъезд, и чуть не сбил с ног миссис Эйзигел. Судя по всему, она уже закончила готовку и теперь направлялась домой.       — Мистер О`Брайен, я уж думала, что вы не вернетесь! — женщина поправила шапку, которая слишком сильно сползла вперед. — Стол накрыт. Надеюсь, вам понравится!       — Маргарет, прошу вас, называйте меня просто Дилан. Спасибо... Вот, держите, — юноша протянул работнице стопку из десяти стодолларовых купюр.       — Но здесь в разы больше, чем нужно, — женщина стала возвращать лишние деньги Дилану, на что тот лишь коротко покачал головой.       — Возьмите, миссис Эйзигел, вы сегодня потрудились на славу. Я отнял у вас лишнее время, — дверь лифта снова открылась.       Не оборачиваясь, парень поднял указательный палец вверх и добавил:       — Я не потерплю возражений, Маргарет! Приятных выходных!       Дилан вошел в лифт и нажал кнопку восьмого этажа. Дверцы вновь заскрипели и скрыли спину шатена от глаз горничной. Кабина медленно затарахтела вверх.       "Казалось бы, дому нет и двух лет, а лифт скрипит, как моя старая кровать в Лоуренсе, та, что стоит теперь на чердаке у тетушки Нэнси", — подумал Дилан, оглушенный невыносимым скрежетом лифта.       Войдя в квартиру, юноша сразу почувствовал сплетение различных ароматов, — они доносились из зала, где женщина только-только накрыла стол. В воздухе витал запах хорошо прожаренного стейка, салата с креветками и рататуя. В животе невольно заурчало. И не удивительно. За весь день парень съел лишь пару круассанов да выпил две кружки чая.       Дилан, повесив пальто в шкаф, прошел в зал и достал из картонных пакетиков три бутылки вина. Стол выглядел идеально. Сервировка, расстановка блюд, — все было до нельзя правильным. Видимо, Маргарет действительно знала свое дело. Теперь оставалось лишь сидеть и ждать, когда прибудут гости.       Вот на часах пробило восемь. Никого. Десять минут девятого. По-прежнему никого. Секунды сливались в минуты напряженного ожидания. Нервы сходили на нет. Дилана стали посещать печальные мысли.       "А что если они все-таки не приедут? Может Томас остался в Лондоне, а звонок Каи был не чем иным, как банальным розыгрышем? Но она вроде говорила вполне серьезно. Да и что за шутки такие? Им что, по десять лет?".       К тому же Дилан был уверен, что подруга не стала бы так издеваться над парнем, зная, что он испытывает к Томми и как переживает из-за его приезда.       Свет ламп отражался от стеклянного бокала, который Дилан нервно вертел в руках. Кажется, раньше шатен не видел этих бокалов у себя дома. Опять Маргарет! Он будет благодарен ей всю свою жизнь. Конечно, он ведь живет на этой съемной квартире всего два месяца, и гостей тут бывает не особенно много, поэтому винным бокалам взяться было неоткуда. Но миссис Эйзигел позаботилась об этом, продумала все наперед и заказала с продуктами набор отменных бокалов, которые теперь переливались на огромном столе, уставленном разнообразными блюдами.       "И как это она успела приготовить столько всего?", — вновь восхитился молодой человек.       И вот в дверь раздался долгожданный звонок. Дилан, едва не выронив бокал из рук, опустил его со звоном на стол и отправился навстречу неизвестности, — открывать дверь.