Жёлтое небо

POV Владимир       «Сегодня все закончится…»       С такой мыслью я просыпался каждый раз перед очередным сражением в былых военных операциях, с ней же я проснулся и сейчас. За несколько лет я разучился бояться смерти. На войне страшно, когда видишь смерть своих друзей и родных, когда видишь обгоревшие руины своего дома. Страшно, когда самому приходится отнимать чью-то жизнь или разрушать чей-то дом. Ты начинаешь задавать себе вопросы, правильно ли ты поступаешь, но никто никогда не получает настоящий ответ. И в какой-то момент ты всем сердцем желаешь, чтобы все это поскорее закончилось. Тебе не страшно закрыть глаза навек и отдохнуть, наконец…       – Офицер Князев, подъем!       Ярослав будит всех жителей оплота ни свет, ни заря. Мирный сон окончен в преддверии утра. Пробуждающееся желтое небо станет свидетелем последнего боя у стен Столицы.       Я быстро собираюсь и с сомнением смотрю на Максима. На сердце становится тяжело – ведь зарекался никогда не давать обещаний перед боем…       – Максим…       Осторожно бужу мальчика, не до конца уверенный в том, что поступаю правильно. Ведь начнется перестрелка – и Максим погибнет одним из первых… Несмотря на громкий голос Ярослава, мальчик сегодня впервые за столько ночей спал крепко, а его лицо выглядело безмятежным. Интересно, что ему снится? Голубое небо, о котором он так грезит? Новая жизнь, новая семья?..       Максим открывает глаза и затуманенным пустым взглядом смотрит на меня, его лицо вновь становится хмурым и немного обеспокоенным. Он слепо шарит перед собой руками и, наткнувшись на меня, садится на кровати.       – Уже пора?..       Его голос чуть дрожит, но мальчик старается не показывать свой страх. Я невольно улыбаюсь, зная, что Максим этого не увидит – из этого мальчишки вышел бы отличный боец. Но мне так хочется верить, что впредь он больше никогда не узнает, что такое война и ему не придется сражаться за свое место под жестоким желтым небом.       – Пора, Максим. Скоро все закончится…

***

      Мэр со скучающим видом смотрел на огромную голографическую карту, в который раз просматривая электронное досье на каждого из «красных» объектов. Алые точки издевательски мигали, будто дразня главу Столицы своим существованием. Мужчина вновь и вновь просматривал зачищенные Машинами территории и качал головой. И когда же все это закончится?..       Он горько усмехнулся и выключил голограмму, совсем не подозревая о том, что через несколько минут десятки мигающих объектов окажутся в «слепой зоне».       В «04:30» утра сработала сирена, противным воем сообщая об опасности. Мэр и несколько старших военных советников стояли возле карты и, с тревогой поглядывая в огромный иллюминатор, то и дело отдавали приказы по каналам связи. Короткие и безоговорочные: «Убить», «Уничтожить»…       Оборона города была частично повреждена. Мэр лишь поджал губы, наблюдая за тем, как в нарушенный строй машин заезжают новые механизмы. Всюду раздавались взрывы. В куполе города виднелась брешь, обнажая истинный цвет неба. Кто же мог предположить, что у беженцев окажется пара десятков последних моделей этого современного оружия? Перепрограммированные универсальные солдаты шли напролом, расстреливая своих железных «собратьев». Глава города смотрел на угасающие точки стражей города и думал о том, что такие талантливые беженцы могли пригодиться его городу и сделать этот неприступный Эдем еще более защищенным. Но век дипломатии прошел очень давно, история вернулась во времена, когда все решала грубая сила, жесткая власть, а любая угроза, даже потенциально несущая пользу, должна быть уничтожена.       Мэр передвигал фигуры на голографической карте, будто играя в шахматы. Ни тени сомнения и страха на лице – этот бой продлится немного дольше обычных сражений, но победа уже практически в руках. По крайней мере, он верил в это, невзирая на растущую брешь в куполе. В какой-то момент мужчина замер, увидев прямо возле главных ворот несколько красных точек.       – У одного из объектов нет номера, – доложил старший советник и вопросительно взглянул на Мэра.       – Увеличьте масштаб.       Система навигации расширила нужный отрезок карты, и на голограмме отчетливо стали видны фигуры нескольких мужчин и мальчика.       – Ребенок? – удивился советник и вновь перевел взгляд на Мэра. – А с ним что прикажете делать? Нам поступали неточные сведения о пленных в оплоте «Надежда», это могут быть жители из содружественных Столиц.       Мэр задумчиво смотрел на карту, наблюдая, как одна за другой гаснут красные точки, а порой где-то в уголках локации вспыхивали новые. Это начинало утомлять… Все должно закончиться сегодня. Он повернулся к одному из военных и холодно поинтересовался:       – Генерал Штольц, какое общее количество населения четырех Столиц на данный момент официально?       – Ровно один миллиард, – ответил мужчина, старательно скрывая акцент. – Вчера вечером в Южной и Восточной Столицах прибывшим гражданам из официальных списков выдали номера.       Мэр кивнул и вновь посмотрел на голографическую фигурку мальчика. Он передвигался с помощью палки, изредка держась за рукав мужчины с номером 160288. Глава города прищурился, пытаясь понять, что не так со странной походкой мальчика. Казалось, что ребенок… слепой? Облокотившись на панель управления картой, Мэр раздраженно сжал кулаки, вспомнив, как несколько дней назад в медицинском центре врачи, несмотря на все новейшие достижения медицины, не смогли вернуть зрение его сыну. В тот день он едва сдержался от приказа расстрелять на месте хирурга, проводившего операцию на глазах мальчика.       Сумев удержать эмоции, Мэр с бесстрастным лицом повернулся к советнику и коротко произнес:       – Уничтожить. Всех до одного.

***

POV Владимир       Мы затаились в нескольких метрах от ворот Столицы. «Слепая зона» закончилась, и теперь мы были в зоне поражения направленных на нас лазерных лучей. Ярослав в который раз проворчал о том, что не стоило брать с собой Максима и потакать наивным детским прихотям, но все же шел вперед и прикрывал нас. Где-то позади остался отряд «зачистки», ожидающий наших действий. В сумке Ярослава покоилось несколько килограмм взрывчатки, припасенной в качестве «подарка» Мэру славной Северной Столицы, и нам лишь оставалось надеяться, что удача будет на нашей стороне.       Сканирующие лучи системы наблюдения описали очередной круг и вернулись к исходной точке.       – Пора, – шепнул Ярослав и короткими перебежками устремился вперед.       Я схватил Максима за руку и потащил мальчика следом. Сердце бешено стучало в предвкушении последнего рывка. Ворота открыты, мы на Земле Обетованной. Зубами и когтями подобно животным мы вырываем заслуженный кусок райского уголка. Мы просто хотим жить… Голос моей Надежды из сна словно прибавил сил, а желтеющее небо на горизонте в какой-то момент показалось голубым…       – Запомни: как только мы окажемся за воротами – мы больше не знакомы. Верь в то, что будешь говорить. Пока все не закончится…       – Я не буду прощаться, – тихо ответил мальчик и вдруг вскрикнул, схватившись за щеку, словно что-то обожгло его. – Что это?..       По телу Максима с головы до ног скользнул красный лазерный луч наравне со сканирующим прицелом. Затем, словно по приказу, вернулся и замер, нацелившись на грудь мальчика.       – Нет!..       Мой голос утонул в горячем воздухе обожженных легких. Я рывком потянул Максима к себе, прежде чем лазерный выстрел достиг цели, и затем толкнул мальчика вперед… Где-то раздался крик Ярослава, перебивающий испуганный голос Максима… Этого следовало ожидать, черт возьми. Но мы уже близко. Они близко… Я слышу крики и топот ног солдат нашего отряда. Они достигли цели.       Прости, Максим, мое путешествие окончено. Но твое продолжается – иди вперед к голубому небу, ведь мы сделали все, что могли, чтобы разогнать эти ядовитые тучи.       Смерть приходит в считанные секунды, и как же много мыслей мечется в голове в эти кратчайшие отрезки времени. Все звуки стали давящим гулом. В груди невыносимо горячо. Раскаленной казалась и земля, на которой я лежал с широко раскрытыми глазами, в последний раз взирая на проснувшееся желтое небо.